Мировой легион. История Гражданина.
Дуракам закон не писан
***
Хаос, подобно лесному пожару, распространялся от зоопарка во все стороны. Обезумевший тролль Гум-Гум, с вопящим и барахтающимся внутри его доспехов Дюком Нюкемом, несся через центральный парк Рэкиба, оставляя за собой след из разрушенных скамеек, выкорчеванных с корнем фонарных столбов и перепуганных до икоты мелких демонов-садовников.
А за ним, словно хвост кометы, неслась пестрая, разношерстная и крайне злая свора. Многоногие паукообразные твари, выпущенные из вольера, клацали жвалами, пытаясь дотянуться до болтающихся ног тролля. Злобные, похожие на гиен существа с горящими глазами скакали по кустам, норовя вцепиться в его массивные икры. Несколько мелких виверн, отчаянно хлопая кожистыми крыльями, кружили над ним, пытаясь клюнуть в незащищенную шею. Они были как мухи, слетевшиеся на гигантский, бронированный кусок мяса, который к тому же отчаянно вопил человеческим голосом.
И замыкала эту процессию команда «Спартанцев». Яростные, запыхавшиеся и доведенные до белого каления.
– Я его убью! – рычал Лёня, перепрыгивая через поваленную ограду. – Клянусь, я его лично пристрелю, расчленю и скормлю этим гиенам!
– Сначала догони! – крикнул ему в ответ Серьезный Сэм, который, на удивление, уже не смеялся, а тяжело дышал, пытаясь не отставать.
– Этот идиот сломал нам всю операцию! – вторил ему Иккинг, бежавший рядом с отцом. Беззубик, оставшийся в «Перекрестке миров», сейчас бы очень пригодился.
Погоня превратилась в сюрреалистический марафон. Тролль, абсолютно потеряв ориентацию в пространстве, носился по парку хаотичными зигзагами. Он с грохотом проломился через стеклянную оранжерею, разбрасывая экзотические цветы Иртанга, пробежал по декоративному пруду, поднимая фонтаны грязной воды, и даже попытался вскарабкаться на статую какого-то местного рогатого героя, но соскользнул и с ревом покатился вниз, увлекая за собой пару паукообразных тварей.
Спартанцы, преследуя его, одновременно отбивались от его «хвоста». Это была самая нелепая битва в их жизни. Они не атаковали преследователей – они их отгоняли.
– Эльза, заморозь землю перед той тварью! – крикнул Лёня, указывая на особенно крупную гиену, которая почти вцепилась в ногу тролля.
Снежная королева, не раздумывая, ударила рукой по земле. Ледяная корка мгновенно покрыла дорожку, и тварь, поскользнувшись, с визгом улетела в кусты.
– Кратос, не убивай виверну! Просто шугани! – командовал Лёня, видя, как Бог Войны уже замахивается своим топором «Левиафан».
Кратос смерил его тяжелым взглядом, но послушно метнул топор не в саму виверну, а рядом с ней. Та, испугавшись свиста летящего клинка, взмыла вверх и убралась восвояси.
Это было чистое безумие. Они защищали монстра, внутри которого сидел идиот, от других монстров, которых этот идиот и выпустил.
– Он носится как голый на морозе! – выдохнула Мерида, уворачиваясь от свалившейся с дерева паукообразной твари.
– Я сейчас заплачу от смеха! – крикнул Грейсон Хант, пытаясь накинуть свой энергетический хлыст на тролля. Хлыст обвился вокруг торса монстра, но тот, даже не заметив этого, просто потащил Грея за собой, как на водных лыжах. Джиму и Клер пришлось отстреливать хлыст, чтобы Грей не врезался в ближайшее дерево.
Наконец, тролль, пробив последнюю живую изгородь, выскочил из парка на широкую городскую улицу и, не сбавляя скорости, с ревом, похожим на гудок паровоза, вломился в парадные двери огромного, двадцатиэтажного жилого дома. Стеклянные двери разлетелись вдребезги, а тролль, споткнувшись о порог, кубарем вкатился в просторный холл.
– За ним! – выдохнул Лёня, и команда, не сбавляя темпа, ворвалась следом.
В холле царил разгром. Тролль уже поднимался на ноги, отряхиваясь и мотая головой. Судя по всему, большинство тварей из зоопарка отстали или потеряли интерес.
– Стой, ненормальный, погоди! – крикнул Лёня, вскидывая автомат.
Но тролль, увидев их, издал испуганный рев и бросился к лестнице. Огромная туша, гремя доспехами и издавая вопли ужаса (как свои, так и Дюка), начала неуклюже карабкаться по ступеням.
– Да чтоб тебя! – выругался Тобиас. – Он же сейчас все лестничные пролеты разнесет!
– Вперед, наверх! Не дать ему уйти! – скомандовал Лёня, и спартанцы ринулись следом.
Начался самый абсурдный штурм в истории войн. Погоня по вертикали. Они неслись вверх по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Тяжелые ботинки Мастера Чифа и Кратоса гулко били по бетону. Легкие, как эльфы, принцессы не отставали, их дыхание было сбитым, но в глазах горел азарт погони.
Тролль был впереди этажа на два. Он ломал перила, оставлял вмятины в стенах, а из его доспехов доносились приглушенные вопли Дюка: «Вытащите меня отсюда, ублюдки! Тут воняет!»
– Сам залез, сам и вылезай, придурок! – крикнул ему в ответ Лёня, поднимаясь на очередной пролет.
Двадцатый этаж. Финишная прямая. Тролль, задыхаясь, вывалился на лестничную площадку. Он оказался в тупике. Впереди была лишь дверь на крышу, запертая на массивный замок. Он обернулся, увидел бегущих к нему героев и впал в панику. Его взгляд метнулся по площадке, выискивая хоть какое-то оружие. И нашел. В углу, в мусорной корзине, стояла старая, облезлая метелка.
Схватив ее, как копье, тролль с ревом швырнул ее вниз по лестнице. Метелка, кувыркаясь в воздухе, пролетела мимо ошарашенных лиц спартанцев и с жалким стуком упала на несколько пролетов ниже.
– Он… он кинул в нас веником? – недоуменно спросила Рапунцель.
В этот самый момент с тихим гулом открылись двери лифта, расположенного прямо за спиной тролля. Из кабины, пошатываясь, вышел Гономес. Уродливое, раздутое существо, продукт чудовищных экспериментов, с клешней вместо одной руки и зловонными испарениями, поднимающимися от его тела. Он, видимо, просто ехал по своим делам.
Тролль и Гономес уставились друг на друга. Секундное замешательство. А затем в голове тролля родился гениальный в своей простоте план. Он развернулся, схватил опешившего Гономеса своими ручищами и, издав боевой клич, с силой толкнул его вниз, по лестнице, прямо на бегущих героев.
Гономес, вопя и размахивая клешней, покатился по ступеням, как огромный, смердящий шар для боулинга.
– Разойдись! – рявкнул Лёня.
Команда в последний момент успела отпрянуть к стенам. Мимо них, сбивая перила, пронесся живой снаряд. Антон Сью, стоявший чуть ниже, не растерялся. Он вскинул свой помповый дробовик «Винчестер М1897», который он подобрал еще в одном из арсеналов, и выстрелил. Грохот выстрела в замкнутом пространстве лестничной клетки был оглушительным. Крупная картечь ударила Гономеса в упор, и монстр, не долетев до следующей площадки, просто взорвался изнутри, размазав свои ошметки по стенам и потолку.
– Чисто сработано, пап! – крикнула Мэри.
Они снова бросились наверх. Но было поздно. Тролль, воспользовавшись замешательством, уже заскочил в пустую кабину лифта и нажал на первую попавшуюся кнопку. Двери с шипением закрылись прямо перед носом у Лёни. Индикатор над дверью показал стрелку, направленную вниз.
– Тупой урод! – в сердцах крикнул Лёня и, схватив брошенную троллем метелку, в ярости швырнул ее об стену.
– Он спускается вниз, вот же засранец! – еле выговорил Тобиас, утирая пот со лба.
– Быстрее, нельзя его упускать! – скомандовал Лёня.
И безумный марафон продолжился. Теперь вниз. Они неслись, едва не сшибая друг друга, их шаги отдавались гулким эхом по всему зданию.
Восьмой этаж. Лёня, бежавший первым, резко затормозил, едва не сбив с ног Катю. Он уставился на индикатор лифта на этом этаже. Кабина остановилась, а затем… стрелка снова поползла вверх.
– Сукин сын! – выдохнул Лёня. У него не осталось сил даже на полноценное ругательство. – Он снова едет наверх!
Вся команда остановилась, тяжело дыша и с недоумением глядя на индикатор. Этот тролль, этот идиот, этот ходячий бронированный кретин просто катался в лифте вверх-вниз, как ребенок, впервые попавший в торговый центр.
– Все, хватит, – сказал Лёня. Голос его был тихим и опасно спокойным. – Бегать за ним бессмысленно. Он сам не знает, куда едет. Будем ловить.
Он оглядел уставшие лица своих товарищей.
– Так, разделимся! Я с Катей остаюсь здесь, на восьмом. Будем караулить. Мэри, Антон, вы – на первый этаж, к выходу. Перекройте его. Не дайте ему выбежать на улицу, если он все-таки решит сойти.
Мэри и Антон молча кивнули и продолжили спуск.
– Остальные, – продолжил Лёня, – рассредоточиться по этажам. По двое-трое на каждый четный этаж. Кратос, Думгай, Чиф – вы возьмите верхние, с восемнадцатого по четырнадцатый. Геральт, Бласковиц, Грей – с двенадцатого по десятый. Остальные – ниже. Займите позиции у лестниц и лифтовых холлов. Как только он остановится и двери откроются – хватайте его. Оглушить, связать, вытащить этого придурка Нюкема. Задача ясна?
Все молча кивнули. В их глазах читалась смертельная усталость, но приказ был приказом. Они начали расходиться, занимая свои посты.
Через несколько минут в огромном здании воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом лифтовой шахты и тяжелым дыханием героев. Лёня и Катя стояли в полутемном коридоре восьмого этажа, прислонившись к стене. Лёня закрыл глаза, пытаясь унять стучащую в висках мигрень.
– Этот день войдет в историю, – тихо сказала Катя, кладя голову ему на плечо.
– Если мы переживем его, – пробормотал Лёня. – Я никогда в жизни так не бегал. Даже в учебке.
– Он же просто испугался, – попыталась оправдать Дюка Катя.
– Испугался? – Лёня открыл глаза, и в них плескалась холодная ярость. – Он, профессиональный истребитель пришельцев, герой Земли, испугался вампирши, которую сам же и спровоцировал? А потом залез в задницу к троллю и устроил зоопарк-апокалипсис? Катя, это не страх. Это терминальная стадия идиотизма. Когда мы его вытащим, я лично проведу ему лоботомию вот этим ножом. В терапевтических целях.
Катя ничего не ответила, лишь крепче прижалась к нему.
Они стояли и ждали. Наверху, на своих постах, ждали остальные. Мэри и Антон караулили у разбитого входа. А где-то между ними, в металлической коробке, метался из угла в угол обезумевший тролль, внутри которого сидел и отчаянно матерился самый бесполезный герой в мультивселенной.
Тишина. Только гул лифта, отмеряющий этажи. Вверх. Вниз. Вверх. Вниз.
Операция по спасению рядового Нюкема перешла в стадию долгой, изматывающей осады. И никто не знал, на каком этаже и чем она закончится.