Мировой легион. История Гражданина.
Полет Валькирий
***
Рев турбин был похож на крик новорожденного бога – яростный, оглушительный, полный первобытной мощи. Три капли идеальной черноты, три хищные тени, вырвались из ледяного чрева горы и свечой устремились в грозовое, истерзанное молниями небо. «Чёрные Гарпии» расправляли свои крылья.
В головной машине, вжатый в кресло пилота с такой силой, что на мгновение потемнело в глазах, Лёня стиснул зубы, борясь с чудовищной перегрузкой. Коктейль препаратов, вколотый ему и остальным несколько часов назад, работал на пределе, не давая организму сдаться, не позволяя крови превратиться в свинцовую тяжесть. Рядом, так же стиснув штурвал, сидела Катя. Даже сквозь стекло кислородной маски он видел, как напряжены ее скулы, как ее глаза, не отрываясь, следят за приборами.
Они пробили ковер из свинцовых туч, оставив бурю далеко внизу, и вырвались в безмолвную пустоту на высоте двадцати тысяч метров. Под ними, насколько хватало глаз, расстилался бесконечный океан облаков, подсвеченный снизу багровыми всполохами молний. Над головой сияли холодные, чужие звезды Оргастра.
«Мы над Ыстаковским океаном», – мысль Крела, четкая и аналитическая, прозвучала в сознании каждого, как отчет компьютера. – «Пора».
«Принято», – мысленно ответил Лёня. Его собственная мысль ощущалась как команда, отданная в пустом, гулком зале. – «Всем приготовиться к активации ускорителей RJAL-4297. Это будет не очень приятно».
На голографических дисплеях в кабинах появились новые данные. Шкалы готовности ускорителей медленно, но неумолимо поползли к красной отметке. Тишина в телепатической сети стала почти осязаемой. Каждый из них, от бога войны до мультяшной принцессы, замер в ожидании. Этот прыжок через половину континента был прыжком в неизвестность.
«До полной зарядки минута и двадцать секунд», – спокойный, почти безэмоциональный мысленный голос Алекса из штаба в Эндертарте был единственным ориентиром в этом напряженном молчании.
Лёня чувствовал, как бешено колотится его сердце, отдаваясь гулкими ударами в ушах. Он видел, как Катя закусила губу, не отрывая взгляда от датчиков. Он чувствовал волны страха и надежды, исходившие от его странной, невозможной семьи в двух других самолетах. Их молитвы, их безмолвные просьбы, обращенные к десяткам разных богов и духов, сплелись в единый, мощный телепатический хор, ставший их общим щитом.
Шкалы достигли красной зоны.
«Полная мощность!» – мысленно крикнул Лёня, и его команда эхом отозвалась в сознании каждого пилота.
«До активации ускорителей семнадцать секунд!» – отозвался Алекс.
«Десять… девять… восемь…»
Лёня посмотрел на Катю. Она поймала его взгляд и улыбнулась одними глазами. В этой улыбке было все: страх, решимость и безграничное доверие.
«Семь… шесть… пять…»
Весь мир сузился до этой тесной кабины, до цифр обратного отсчета, до ощущения ее руки, накрывшей его ладонь на центральной консоли.
«Четыре… три… два… один…»
**СИСТЕМЫ НА МАКСИМУМЕ. УСКОРИТЕЛИ ГОТОВЫ К ЗАПУСКУ.**
– Поехали, товарищи! – крикнул Лёня, и его голос, полный отчаянной решимости, разнесся по телепатической сети, став боевым кличем для всего Мирового легиона.
Он нажал на большую красную кнопку.
Мир исчез.
Пространство перед ними словно сжалось в одну точку, а затем взорвалось, превратившись в смазанный, сюрреалистический туннель из света и тьмы. Их тела с такой чудовищной силой впечатало в кресла, что на мгновение показалось, будто кости вот-вот превратятся в пыль. Сотрясение было ужасным. Даже сквозь действие препаратов мир поплыл, сознание отчаянно цеплялось за реальность, грозя сорваться в бездну. Но они держались. Стиснув зубы, вцепившись в штурвалы, они неслись быстрее звука, быстрее мысли, над кровавыми водами чужого океана.
«Отчет пошел», – мысль Алекса пробилась сквозь гул в голове. – «До побережья Чэбавита четыре минуты сорок пять секунд».
Время потекло иначе. Оно то сжималось в одно бесконечное, мучительное мгновение, то растягивалось в вечность. Все сохраняли полное радио- и телепатическое молчание, чтобы не засорять эфир. Каждый был погружен в себя, в борьбу с собственным телом, в безмолвную молитву.
Лёня, вцепившись в штурвал, чувствовал, как веки тяжелеют. Сон, вызванный перегрузкой, подкрадывался, как вор. Чтобы не отключиться, он заставил себя думать. Вспоминать.
А ведь все начиналось так просто. Стамбул. Отпуск. Он хотел одного – тишины. Забыть грохот войны, запах пороха, лица павших товарищей. Он хотел бродить по узким улочкам, пить терпкий турецкий кофе, смотреть на Босфор. Хотел быть один. Просто отдохнуть.
А что в итоге?
Вместо тишины – рев двигателей сверхзвукового самолета. Вместо одиночества – самая странная семья, какую только можно вообразить: принцессы из сказок, герои видеоигр, викинги, инопланетяне, тролли и даже одиннадцатилетняя девочка-полковник из другого, милитаристского мира.
Вместо отдыха – война. Война против безумца, который официально умер в год его, Лёни, рождения. Мишель Мейлис. Гений, ставший дьяволом, который превратил цветущий мир в свой личный ад и теперь грозился сделать то же самое с его родной Землей.
Лёня усмехнулся про себя. Судьба обладала поистине извращенным чувством юмора. Он, сирота из Новосибирска, мальчишка без роду и племени, ветеран жестокой, но понятной войны, оказался втянут в крестовый поход за спасение всех реальностей.
Но они не сдавались. Никогда. Ни он, ни его необычная семья. Эта мысль согревала. Если уж судьба подкинула ему такую партию, он доиграет ее до конца. И он победит. Не только ради своей новой семьи, не только ради спасения своего мира и множества других. Но и ради себя.
И когда все это закончится, когда они выберутся из этого ада живыми и здоровыми, у него будет еще одна, последняя миссия. Самая важная. Найти свою настоящую семью. Найти отца и мать. Узнать, кто он на самом деле. Эта мысль, эта надежда стала его якорем, его личным Горнилом, которое он должен был обрести.
«Тридцать секунд до снижения скорости!» – мысль Алекса вырвала его из воспоминаний.
Сердце снова забилось чаще.
«Двадцать секунд… Десять… Девять…»
Лёня приготовился.
«Пять… четыре… три… два… один… ноль!»
Ускорители отключились так же внезапно, как и включились. Ощущение было такое, будто самолет врезался в невидимую стену. Их мотнуло вперед, ремни безопасности впились в плечи. Но через мгновение инерция погасла, и по телам разлилось блаженное облегчение. Препараты Хайдена и ВЕГИ сработали идеально. Тошнота и головокружение отступили, оставив лишь легкую слабость.
«Докладываю обстановку», – мысленно передал Лёня, выравнивая самолет. – «Все в норме. Продолжаем полет».
В ответ он почувствовал волну облегчения от всех остальных. Они справились.
Они все еще находились на высоте двадцати тысяч метров, но теперь летели с дозвуковой скоростью, плавно снижаясь. Внизу, сквозь разрывы в облаках, уже виднелась темная линия побережья Чэбавита. Буря все еще бушевала, но теперь она была их союзником, скрывая их от вражеских глаз.
Пролетев над побережьем, они увидели их. Десять плацдармов, занятых мятежниками Антуанеско. Костры, временные укрепления, ряды техники. А в кровавых водах Ыстаковского океана стоял на якоре целый флот – разномастные суда, от ржавых сухогрузов до боевых катеров, все под флагами восстания. Это было воодушевляющее зрелище. Искра, которую они зажгли в Эндертарте, разгорелась в настоящее пламя.
«Пролетаем нейтральную полосу», – передал Крел. – «Входим во вражеское воздушное пространство. Перехожу на телепатический режим. Радиосвязь заглушить».
Теперь любая ошибка могла стать фатальной. Лёня и остальные пилоты полностью сосредоточились на приборах и на мысленных командах Алекса, который, словно невидимый дирижер, вел их через смертельно опасный лабиринт.
«Первая зона ПВО. Снижаемся до пятисот метров. Идем над самой землей. Радары вас не увидят».
Три черные тени скользнули вниз, почти касаясь брюхом заснеженных верхушек деревьев. Они летели бесшумно, как призраки.
«Внимание, впереди по курсу радиопеленгатор. Обходим справа, вдоль ущелья».
Они виртуозно маневрировали, повторяя изгибы рельефа, проносясь в нескольких метрах от скал. Дар знаний превратил их в асов, а телепатическая связь обеспечивала идеальную синхронность.
«Вторая зона. Прямо под нами танковая промышленность Мейлиса».
Лёня посмотрел вниз. Сквозь пелену метели он разглядел гигантский промышленный комплекс. Огромные цеха, из труб которых валил черный дым. Железнодорожные пути, уставленные платформами с новенькими танками и БТРами. Сотни, тысячи единиц бронетехники, готовых нести смерть и разрушение. Зрелище было одновременно и пугающим, и завораживающим. Они пролетели над этим логовом смерти незамеченными.
«Третья зона пройдена. Чисто».
«Четвертая зона. Мы почти у цели. Вижу огни Улагаржта».
На горизонте, сквозь снежную завесу, действительно проступило слабое оранжевое свечение. Город.
«До точки десантирования две минуты сорок восемь секунд», – доложил Алекс. – «Но у вас проблема. Горючее на исходе. На обратный путь к побережью не хватит».
«Мы знаем», – ответил Лёня. – «Каков план?»
«Хайден и ВЕГА уже здесь. Мы берем управление на себя, как только вы покинете самолеты», – на голографической карте, которую видел каждый, появилась новая цель – огромный комплекс в нескольких десятках километров к северу от Улагаржта. – «Это главный топливный комплекс Мейлиса в этом регионе. Производство лучшего синтетического топлива. Мы устроим им такой фейерверк, что они его надолго запомнят».
«Принято. Ждем вашей команды на десантирование».
«До точки сброса пятьдесят шесть секунд. Приготовьтесь к прыжку веры».
В десантных отсеках все встали, проверяя снаряжение. Двери открылись, впуская внутрь рев ветра и ледяной холод. Впереди, в бушующей темноте, их ждала бездна.
«Двадцать три секунды…»
«Четырнадцать…»
Лёня посмотрел на Катю, затем на отражения лиц своих товарищей в стекле кабины. Все были готовы.
«Девять… восемь… семь… шесть… пять… четыре… три… два… один… ноль!»
– Прыгаем!
Один за другим, они шагнули в пустоту.
На мгновение мир снова исчез, сменившись ощущением свободного падения, свистом ветра в ушах и ледяными иглами снега, бьющими в лицо. А затем сработали маги-реактивные модули на лодыжках. Падение замедлилось, переходя в управляемое планирование.
Они летели, окруженные бурей. Молнии, словно огненные змеи, пронзали чернильную тьму вокруг. Мерлин, Дукси, Зоя и даже Тронос Мамбу, объединив свои силы, создали вокруг группы мерцающий силовой купол, отбивая самые опасные разряды. Это был безумный, хаотичный спуск. С неба вместе со снегом падал какой-то мусор – обрывки металла, куски пластика, словно буря сорвала крыши с какого-то гигантского мусороперерабатывающего завода.
Но вот сквозь пелену они увидели их – огни Улагаржта. Город лежал в низине, укрытый плотным слоем тумана, ставшим для них идеальной маскировкой.
«Уходим в лес! На опушку!» – скомандовал Лёня. – «Приземляемся там!»
Они изменили траекторию, направляясь к темному пятну леса рядом с городом. Снижение было плавным. Стабилизаторы на ботинках сработали безупречно, погасив остатки скорости. Они приземлились на влажную, размокшую от дождя и талого снега землю, которая под ногами превратилась в вязкую, чавкающую кашу.
Лёня активировал Дар Прозрения. В зеленоватом свете тепловизора он увидел контуры своих товарищей, один за другим появлявшихся из тумана. Все были здесь. Все были живы.
Они сгрудились на небольшой поляне, окруженной вековыми, покрытыми мхом деревьями. Усталые, мокрые, грязные, но победившие. Они сделали это. Они пересекли океан, прорвались через вражескую оборону и совершили невозможное.
И в этот момент, далеко на севере, ночное небо озарилось тремя ярчайшими вспышками, которые на мгновение превратили ночь в день. А затем до них донесся глухой, раскатистый грохот, от которого содрогнулась земля.
«Гарпии» достигли своей последней цели.
Лёня посмотрел в сторону взрывов, затем на свою команду. На их лицах, мокрых от дождя, читалась усталость и мрачная решимость.
– Мы на месте, – тихо сказал он, его голос был слышен каждому благодаря телепатии. – Отдыхать некогда. Нам нужно найти этого официанта.
Он посмотрел в сторону города, огни которого манили и одновременно сулили новую опасность.
– Идем в «Пьяный снайпер». Пора познакомиться с местным сопротивлением.