← Назад к обзору

Мировой легион. История Гражданина.

Когти Дьявола и Колыбельная для Сирот

– Мы согласны, – сказал Лёня. – Готовьте транспорт. Мы вылетаем немедленно.

Эверблейд кивнул.

– Транспорт уже ждет. Удачи вам, Мировой легион. И принесите мне головы этих ведьм.

Лёня криво усмехнулся.

– Не головы, генерал. Души. Мы принесем вам их души.

Покинув командный центр, гудящий от напряжения и треска радиопереговоров, Легион последовал за молчаливой фигурой доктора Хайдена. Его роботизированное тело двигалось плавно, почти бесшумно, контрастируя с тяжелой поступью закованных в броню воинов.

– У нас есть для вас подарок, – произнес Хайден, когда они оказались в стерильно-белом коридоре, ведущем в лабораторный комплекс. Его синтезированный голос был лишен интонаций, но в нем угадывалась нотка предвкушения. – Возьмите их, они вам пригодятся.

– Супер-пупер! – бодро вставил Серьезный Сэм, похлопывая по своему минигану, словно это был его любимый щенок. – И что же вы нам предложите? Новые пушки? Побольше? С ракетами, которые делают «бум» еще громче?

Хайден не ответил. Он остановился перед герметичной дверью, которая с шипением разъехалась в стороны, открывая доступ в святая святых – лабораторию, где рождались самые передовые и самые жуткие технологии этого мира.

Внутри их встретил человек, вид которого заставил полковника Таню фон Дегуршафф и весь ее 203-й батальон замереть на месте.

Это был высокий, сутулый мужчина в белом, забрызганном какими-то реактивами халате. Его седые волосы стояли дыбом, словно после удара молнии, а за толстыми стеклами очков горели безумным, фанатичным огнем два глаза. Он лукаво улыбался, обнажая неровные, пожелтевшие зубы.

– Профессор Адельдорф фон Шугель, – представился он, отвешивая театральный поклон. Его взгляд скользнул по Тане, и в нем промелькнуло узнавание. – А, полковник Дегуршафф! Какая приятная неожиданность! Сам «Демон Рейна» почтил своим визитом мою скромную обитель. Я так много слышал о ваших… успехах.

Таня лишь холодно кивнула, ее рука инстинктивно легла на рукоять пистолета. Этот человек был одним из самых блестящих и самых безумных ученых Рейнской империи. Гений, одержимый верой в Бога и созданием оружия, способного эту веру донести до самых упрямых атеистов.

– Профессор, – сухо произнесла она.

Шугель, казалось, не заметил ее холодности. Его безумный взгляд уже переключился на остальных членов Мирового легиона, и его глаза расширились от детского восторга.

– О, какие любопытные экземпляры! – пробормотал он, бесцеремонно разглядывая Ангора Рота и Стриклера. – Тролли! Настоящие, живые тролли! А вы, сударыня, – он повернулся к Сису, которая стояла в человеческом обличье, – от вас исходит такая… древняя энергия. Дракон, не иначе! А маги! Волшебники! Пришельцы! Какая коллекция! Какое разнообразие форм жизни, созданных Всевышним для нашего изучения и… использования!

Он хлопнул в ладоши, и его смех, скрипучий и нервный, эхом разнесся по лаборатории.

– А вы! – его палец указал на Мэри Сью и Антона. – От вас исходит свет. Чистый, незамутненный свет веры. Высшие существа? Ангелы? Прекрасно! Вы будете отличными соперниками для моих маленьких безбожников.

Он снова посмотрел на Таню и ее батальон, и в его глазах промелькнула тень разочарования.

– Да, полковник, я помню вашу… проблему. Существо Икс. Проклятый самозванец, возомнивший себя богом и играющий с судьбами, словно с испорченными игрушками. Печально. Но ничего, пути Господни неисповедимы! И сегодня Он послал мне вдохновение!

С этими словами он подбежал к большому металлическому столу в центре лаборатории и сдернул с него брезент.

Под тканью, разложенные в идеальном порядке, лежали они. Десятки пар перчаток из черного, матового металла, заканчивающихся длинными, тонкими, как хирургические скальпели, когтями.

– Ох, о великий Один! – выдохнула Астрид, невольно делая шаг назад. – Что это за когти?

– Похоже на когти дьявола, – добавил Томас Кулерсен, его лицо выражало смесь отвращения и восхищения.

– Да таким можно разорвать любого противника на куски! – с энтузиазмом воскликнул Вейс, один из солдат Тани.

– И не говори! – пискнула Мирабель, прячась за спину Изабеллы.

– Перед вами, если верить этому любопытному мальчику, – Шугель кивнул на Тома, – «Когти Дьявола»! Мое новейшее изобретение!

Он ловко надел одну пару на руки. С тихим щелчком когти встали на место.

– Они сделаны из сверхпрочного сплава, заточены на молекулярном уровне. Пробивают любую броню, – он продемонстрировал, с легкостью процарапав лежащий на столе лист титана. – Но это еще не все!

Он нажал на скрытую кнопку на запястье. Из основания каждого когтя с шипением выдвинулись зазубренные крюки, похожие на рыболовные.

– Для лучшего сцепления с поверхностью… или с плотью врага, – хихикнул Шугель. – И наконец, мой маленький шедевр!

Он сжал кулак, и из костяшек пальцев, с хищным щелчком, выскользнул тонкий, вибрирующий скрытый клинок, похожий на жало гигантского насекомого.

– На случай, если потребуется нанести точный, смертельный удар. В сердце. Или в мозг.

Лёня подошел ближе. Он взял одну перчатку. Она была тяжелой, холодной и идеально сбалансированной.

– Супер, – сказал он. – Но надеюсь, лишними они не будут. Воспользуемся ими в рукопашном бою.

Он без колебаний надел перчатки на обе руки. Металл холодно обхватил его ладони. Он сжал кулаки, выпустил когти, затем крюки, затем клинки. Оружие стало продолжением его рук. Остальные, видя его пример, тоже начали разбирать перчатки.

– Что ж, – сказал профессор Шугель, когда последний легионер вооружился. Он снова повернулся к Тане. – Удачи вам, полковник. И вам, Мировой легион. Удачной охоты на этих подлых вредителей. Бог в помощь!

– Да будет так! – эхом ответила Таня.

Покинув лабораторию безумного гения, они, в сопровождении СильверЛейса, направились к захваченному аэродрому. Там, среди дымящихся воронок и искореженных остовов вражеской техники, кипела работа. Повстанцы, словно муравьи, латали взлетную полосу, заправляли уцелевшие самолеты и вертолеты.

У края полосы их ждал он. Гигант. Летающий сарай. Шестимоторный грузовой самолет Мессершмитт Ме 323 «Гигант». Его огромный фюзеляж мог вместить в себя целый танковый взвод.

– Ох, а вот и ваш предшественник, полковник Дегуршафф! – мягко вставил Джек Фрост, с интересом разглядывая монструозную машину. Эстетика Рейха была ему знакома.

– Очередной летающий аппарат для нас всех, – безэмоционально ответила Таня. – Заодно сэкономим силы.

Носовая часть самолета, похожая на гигантские створки раковины, с гидравлическим шипением распахнулась, опуская трап. Они зашли внутрь. Огромное, гулкое грузовое отделение было почти пустым. СильверЛейс едва поместился, заняв почти всю заднюю часть. Остальные расселись на откидных скамьях вдоль бортов.

Створки закрылись, погрузив их в полумрак. Заревели шесть мощных двигателей, фюзеляж задрожал. Разогнавшись по наспех залатанной полосе, гигант тяжело оторвался от земли и, накренившись, взял курс на восток, к освобожденному городку Ёсартако.

Когда самолет набрал высоту и полет стабилизировался, из динамиков в грузовом отсеке раздался голос пилота.

– Музончик включить вам, товарищ Гражданин?! – весело предложил он.

– Да почему бы и нет! – ответил Лёня. – Скучно не будет!

Через секунду грузовой отсек наполнился мощными, драйвовыми гитарными риффами. Ram Jam – Black Betty. Энергичная, хулиганская, она идеально подходила для начала их нового путешествия.

Моргана ле Фей, сидевшая в углу, поморщилась. Она достала из своего подпространственного инвентаря потрепанный томик Джека Лондона и углубилась в чтение, пытаясь игнорировать этот варварский шум.

– Хм, умеете вы в будущем играть и сочинять песни и музыку! – заметила она, не отрываясь от книги.

– Ну, как вы видите, это будущее! – ответил Джим, развалившись на скамье. – Тут, в отличие от вашего средневекового Камелота, а также от лошадей, монет, холодного оружия, письменностей и так далее, – в наше время уже царит современная жизнь.

– Да, тут не как в волшебной сказке, тут реальный мир! – добавила Клер, сидевшая рядом с ним. – Будущее!

– Верно! – подхватил Томас Кулерсен, проверяя свой автомат. – Мы за протяжении многих лет много чего изобрели, совершили открытия, прошли немало войн и так далее.

«Black Betty» сменилась на «Love Me Again» Джона Ньюмана. Ритм стал более плавным, но не менее энергичным.

– А вот это я очень сильно люблю эту песню! – сказала Катя, прислонив голову к плечу Лёни. Он обнял ее, и они молча слушали, покачиваясь в такт.

Затем грянула «Warriors» от Imagine Dragons. И эта песня, этот гимн воинов, борющихся против всего мира, стала идеальным саундтреком для них. Она резонировала с каждым, кто был на борту.

*Here we are, don't turn away now,* *We are the warriors that built this town…*

Кассандра сидела, сжавшись в комок, и смотрела в одну точку. Она не слушала музыку, не участвовала в разговорах. Она была погружена в свои мысли. Мысли о женщине, которую она когда-то называла матерью. О Матушке Готель. Они летели убивать ее.

Нейман, тихий и наблюдательный солдат из батальона Тани, заметил ее состояние. Он осторожно присел рядом.

– Что-то вы сидите грустной, – тихо сказал он. – С вами все в порядке?

– Да, но только… – ответила Кассандра и замолчала.

– Может тебе грустно от того, что мы летим убивать вашу матушку-вертихвостку?! – бесцеремонно встрял Дюк Нюкем с другого конца отсека.

– Рот закрой! – рявкнула Кассандра, и в ее голосе прозвучала такая боль и ярость, что Дюк заткнулся. – Ты даже не представляешь, каково это! Бросить дитя из-за какого-то дара в золотом цветке в моей подруге!? Да еще похищать ее и держать в неволе!

Рапунцель и Юджин тут же оказались рядом с ней. Рапунцель взяла ее за руку, Юджин положил свою руку ей на плечо.

– Кэсс, мы здесь, – тихо сказала Рапунцель.

– Так вы тоже сирота, как и я?! – раздался рядом тихий, но отчетливый голос. Это была Таня. Она подошла и села напротив, глядя на Кассандру своими огромными, недетскими глазами.

– И не только она, – вздохнул Юджин.

И он рассказал. Рассказал все. О том, как Готель, одержимая вечной молодостью, нашла волшебный цветок. О том, как она бросила свою родную дочь, Кассандру, ради силы этого цветка. О том, как она похитила маленькую принцессу Рапунцель и заперла ее в башне на восемнадцать лет, выдавая себя за ее мать. О том, как он сам, Юджин, был брошен своим отцом, королем Эдмундом, который пытался защитить его от разрушительной силы Лунного камня.

К ним подошли родители Рапунцель, Фредерик и Арианна, и отец Юджина, Эдмунд. Они молча сели рядом, создавая круг поддержки. Это была история о разбитых семьях, о предательстве самых близких людей.

И эта история отозвалась болью во многих сердцах.

Лёня, сирота, выросший в новосибирском детдоме, не знавший ни отца, ни матери. Катя, его Катюша, тоже сирота, потерявшая родителей в одной из бесчисленных войн, прокатившихся по их миру. Таня и ее батальон – дети, которых Существо Икс при рождении превратило в оружие, лишив их детства и семьи. Моргана, чья ненависть к Артуру была рождена из чувства предательства и одиночества. Ангор Рот, забывший, кем он был до того, как стал каменным монстром.

Все они, так или иначе, были сиротами. Детьми, брошенными, преданными, потерянными в жестоких мирах.

Лёня посмотрел на свою армию. На свою семью. Он увидел слезы в глазах Рапунцель, сжатые кулаки Кассандры, мрачное лицо Тани. Он увидел, как Иккинг обнял своего отца Стоика, как Том прижался к матери Валке. Он увидел, как Мэри Сью, этот суровый майор, положила голову на плечо своему отцу Антону.

И он принял решение. Он встал.

– Послушайте меня, – его голос был тихим, но его услышали все. Музыка стихла. – Я знаю, что у каждого из вас за плечами своя боль. Свои потери. Я, как и многие здесь, не знаю, кто мои родители. Всю жизнь я был один. Но сейчас… сейчас я смотрю на вас и понимаю, что у меня есть семья. Вы – моя семья.

Он обвел всех тяжелым взглядом.

– Я клянусь. Мы закончим это дело. Мы выберемся из этого проклятого места. Мы выживем. И я клянусь, что никто из нас больше никогда не будет один. Я клянусь, что мы никогда не бросим своих родных и близких. И мы никогда не бросим своих детей.

Он поднял руку, сжатую в кулак.

– И я клянусь, что ни одна пуля, выпущенная из нашего оружия, никогда не причинит вреда мирным гражданам. И особенно – детям. Никогда.

Один за другим легионеры начали вставать. Кратос, Думгай, Мастер Чиф, викинги, принцессы, маги. Таня и ее батальон. Моргана и Ангор Рот. Они подходили и клали свои руки поверх его кулака. Это была безмолвная клятва, скрепленная не кровью, а общей болью и общей надеждой.

Когда последняя рука легла на эту живую гору, пилот, словно почувствовав момент, включил новую песню. Но это был не рок, не поп-музыка. Из динамиков полилась тихая, пронзительно-нежная мелодия, и знакомый миллионам голос запел на русском. Юрий Шатунов. «Детство».

*Детство, детство, ты куда бежишь?* *Детство, детство, ты куда спешишь?* *Не наигрался я еще с тобой,* *Детство, детство, ты куда, постой…*

И под эту простую, бесхитростную песню о потерянном детстве, гигантский самолет продолжал свой путь на восток.

– Внимание всем на борту! – раздался по громкой связи голос пилота, прорвавшись сквозь меланхоличную мелодию. – Подлетаем к точке выброски! До прыжка тридцать секунд! Удачи вам, Гражданин! Удачи, Мировой легион!

СильверЛейс, занимавший почти всю кормовую часть, тяжело зашевелился. Его огромные клешни осторожно коснулись плеч Оливии Кулерсен и Барбары Лейк, которые сидели ближе всех к нему.

– Прощайте, – его голос, похожий на скрежет камней, был необычайно мягок. – Спасибо, что нашли меня. Спасибо, что помогли найти ваших детей.

– Это тебе спасибо, СильверЛейс, – ответила Барбара, с нежностью погладив его хитиновый панцирь. – Без тебя мы бы не справились.

Лёня подошел к гигантскому скорпиону.

– Прощай, товарищ. Твоё имя забавное. Сильвер… почти как Сильвестр Сталлоне. А Лейс… как чипсы.

СильверЛейс издал звук, похожий на низкий, глухой смех.

– Так и есть, Гражданин. До этого безумия я работал на фабрике по производству чипсов «Лейс». Это была моя любимая работа. А Сильвестр Сталлоне… и Арнольд Шварценеггер… они были моими героями. У меня была огромная коллекция фильмов с ними. Особенно «Неудержимые». Вы, Легион, вы действуете точь-в-точь как они.

Он протянул свою огромную клешню. Лёня, не колеблясь, крепко пожал ее.

– Давайте, товарищи! – пророкотал СильверЛейс. – Отомстите этим коварным безбожникам! Покажите им, где раки зимуют!

– Десять секунд до прыжка! – снова раздался голос пилота.

С гидравлическим шипением в правом борту самолета открылся огромный люк. В проеме показалось серое, несущееся навстречу небо.

– Пошли!

Один за другим, легионеры шагнули в пустоту. Ветер тут же подхватил их, бросая из стороны в сторону. С мягким гулом активировались маго-реактивные модули на лодыжках, стабилизируя падение. Они снижались, словно стая темных ангелов, летящих вершить суд. Внизу уже виднелись крыши городка Ёсартако. Гигантский Мессершмитт, сбросив свой драгоценный груз, накренился и взял обратный курс на Фанжатар, унося с собой их последнего, самого необычного союзника.

Приземление было мягким, почти бесшумным. Они опустились на небольшую площадь в центре города, рядом с потрескавшейся чашей старого фонтана. Их тут же окружили солдаты мятежников, но без всякой враждебности. Напротив, их взгляды были полны любопытства и уважения.

К ним подошел один из бойцов – молодой парень в серой шинели, пилотке и с видавшей виды винтовкой Ли-Энфилд за плечом.

– Вот и вы, Мировой легион, – с благоговением произнес он.

– Да, это мы, солдат, – ответил Лёня. – Нам нужен полковник Алистер.

Солдат кивнул и жестом пригласил их следовать за ним. По дороге он достал из кармана помятую пачку сигарет, но, пошарив по карманам, сокрушенно вздохнул.

– Вот черт! – выругался он. – Как всегда, спичек нет!

– У меня есть, товарищ, – сказал Лёня, тоже доставая сигарету. Он чиркнул спичкой, прикурил сам и протянул огонек солдату, отдав ему коробок.

– Спасибо, командир, – выдохнул тот струю дыма.

Они шли по улицам, превращенным в военный лагерь. Мимо них, громыхая гусеницами, проползла небольшая колонна танков. На импровизированной автостоянке механики, перемазанные мазутом, колдовали над двигателями БТРов. Солдаты таскали ящики со снарядами, чистили оружие, рыли окопы. Город готовился к битве.

– Хм, есть чем заняться вашим войскам! – заметил Крел, с профессиональным интересом разглядывая модифицированную броню одного из танков.

– Прям как на фронте! – добавила Мэри Сью, ее взгляд был цепким и оценивающим.

– Да, работ тут до фигища! – подтвердил солдат. – Мы давно уже готовились и проводили до вашего появления такие вот военные действия!

Их штаб располагался в самом неожиданном месте – в старом, помпезном здании Дворца культуры и спорта. Солдат провел их внутрь, по мраморным лестницам, мимо пыльных бархатных портьер, и остановился перед дверью с табличкой «Кабинет для совещаний». Он постучал.

– Товарищ полковник! Мировой легион прибыл к вашему распоряжению!

– Входи! – раздался из-за двери низкий, властный голос.

В кабинете, за длинным столом, заваленным картами, сидел он – полковник Алистер, и несколько его офицеров. Алистер был мужчиной средних лет, с усталым, но волевым лицом и проницательными серыми глазами.

– Хорошо, спасибо, солдат! – поблагодарил полковник. – Ты свободен!

– Есть, товарищ полковник! – отчеканил солдат и, отдав честь, вышел, оставив Легион наедине с командованием.

– Товарищ Гражданин, и вы, товарищи легионеры! – Алистер поднялся им навстречу. – Ваши действия против режима Мейлиса приносят нам и нашему народу большие плоды!

– Спасибо, но должен признаться, – вставил Лёня, докуривая сигарету, – мы все здесь из-за него попались.

– Он нам и нашему народу угрожает двумя не святыми проектами! – добавила Эльза. – А именно, принести нас в жертву!

– Да, и еще строят из себя неких царей или императоров, или даже богов! – ледяным тоном добавила Таня. – Особенно Существо Икс!

– Короче говоря, мы здесь, чтобы устранить четверых конкурентов Мейлиса, – подытожил Лёня. – Которые сейчас находятся где-то в плотине в горах Ефацит.

Полковник кивнул.

– Генерал Эверблейд прислал телеграмму. Он сообщил, что вы поможете нам захватить плотину, но ни в коем случае не уничтожать ее. Без этого ГЭС наша военная индустрия встанет.

Он развернул на столе огромную карту.

– Вот наш план…

Лёня, выслушав его, покачал головой.

– Есть вариант получше. Без сильных потерь и с элементом внезапности.

Он указал на карте на тонкую, извилистую линию реки.

– Вот. Заросшее болото. Ваши патрули считают его непроходимым. Но для нас это не проблема. Мы пройдем там, выйдем к вспомогательной подстанции и ударим им в тыл. Сначала выведем из строя ПВО, потом бронетехнику, речную флотилию, а затем зачистим все остальное.

Офицеры Алистера слушали, затаив дыхание. План был дерзким, но гениальным в своей простоте.

– Но прежде… – вмешалась Кассандра. Ее голос дрожал, но в нем была стальная решимость. – Прежде чем мы начнем бой, мы должны дать им шанс.

Все удивленно посмотрели на нее.

– Я хочу поговорить с ней. С Готель. Я хочу предложить им сдаться.

Лёня на мгновение задумался, а потом кивнул.

– Правильно. Предупреждающий выстрел. Мы всегда так делаем. Присоединяйтесь или умрите. Спросим, а потом будем действовать по ответу.

Они поднялись на крышу Дворца культуры. Среди антенн ПВО и снующих радистов они нашли свободное место. Легион, активировав модули, взмыл чуть выше. Таня, взяв за руки Кассандру, Лёню и Катю, замкнула телепатическую цепь. Ее голос, усиленный магией и технологиями, разнесся над горами, долетая до самой плотины.

– Внимание гарнизону плотины ГЭС! Говорит Мировой легион от имени свободного Оргастра! Среди вас находятся грешники, ослепленные жаждой власти и богатства! Мы требуем, чтобы вы немедленно покаялись в своих грехах, сложили оружие и сдались! Мы обещаем вам справедливый суд и прощение!

В ответ из динамиков рации, подключенной к общей сети, раздался издевательский смех.

– Ой, дьявол, да кто ты такая, чтобы нам перечить голову? Дурочка с переулочка!

– Кому в голову взбредет такая чушь собачья?! – добавил второй голос.

– С чего это вы, никчемные легионеры, будете ставить нам ультиматумы? – в разговор вмешался третий, женский, полный яда голос. Зана Тирия. – Когда вы уже лишили нас жизни?!

– Да, с каких это пор? – подхватил четвертый, приторно-сладкий голос Матушки Готель.

Таня передала микрофон Кассандре.

– Мама… это я, Кассандра, – ее голос дрогнул, но она справилась с собой. – Пожалуйста, не делайте глупостей. Сдайтесь. Это не просьба, это серьезно. Если вы не сдадитесь, вас и ваших друзей принесут в жертву. Я… я помню, как ты дарила мне музыкальную шкатулку. Я помню, как убирала дом и готовила. Я любила тебя. Рапунцель тоже любила тебя. Неужели этот проклятый цветок, эта вечная молодость, важнее семьи? Важнее меня?

Она замолчала, переводя дыхание.

– Вы предали Деманитуса, который хотел защитить мир от этих артефактов. Вы пошли на все ради власти и славы. Но разве это стоит того? Разве это важнее счастья? Мы можем все исправить!

В ответ раздался холодный, звенящий смех Готель.

– Семья? Счастье? Какие пустые, глупые слова. Мне нужна только вечная молодость! А ты, моя дорогая, была лишь досадной помехой.

Сердце Кассандры разбилось. Слезы хлынули из ее глаз. Рапунцель и Юджин тут же обняли ее.

Лёня вырвал микрофон из рук Тани.

– Это ваше последнее предупреждение, – его голос был холоден, как сталь. – Сдавайтесь. Или умрете бесславной смертью.

– Ха-ха-ха! – залилась смехом Зана Тирия. – Ой, я прям чувствую себя испуганной кошечкой! Нежной испуганной кошечкой! Давай, покажи, на что способен твой жалкий легион! Кишка тонка!

– Раз уж я была такой плохой мамочкой, то, возможно, и буду такой! – добавила Готель.

– Вы сами напросились, – тихо сказал Лёня и отдал микрофон Тане.

Разговор был окончен.

Они спустились на крышу. Кассандра рыдала в объятиях Рапунцель. Лёня подошел к краю, глядя на восток, туда, где за горами скрывалась плотина. Его лицо было непроницаемым, как маска.

Война была неизбежна. И она будет беспощадной.