← Назад к обзору

Младший брат

Свобода в бирюзовых тонах

Прошла неделя с того памятного вечера, когда Юки своими словами, острыми как бритва, вскрыл гнойник, копившийся в нашей семье годами. Сначала мне казалось, что мир рухнет, если я перестану соответствовать ожиданиям Ассоциации и Хэ Ин, но случилось обратное. Мир стал обретать краски.

Я смотрел на Сухо и не узнавал собственного сына. Мы освободили его от бесконечных репетиций речей и фотосессий. Оказалось, что мой наследник, в чьих жилах текла сила Теневого Монарха, больше всего на свете хотел... рисовать. Сейчас он сидел на террасе, полностью погрузившись в процесс. Перед ним лежал планшет, и он быстрыми, уверенными штрихами набрасывал пейзаж Сеула, окутанного предрассветным туманом. В его глазах больше не было той затравленной тоски, только чистый азарт созидания.

С Хэ Ин же всё было иначе. Мы не разговаривали. Она передвигалась по дому подобно ледяному призраку, глядя на меня с нескрываемым презрением. Для неё моё решение дать сыну свободу и мой отказ следовать её сценарию были предательством. Она считала, что я разрушаю фундамент, на котором держится наш авторитет. Но для меня этот фундамент давно превратился в надгробную плиту.

Сегодня нам пришлось вместе поехать в штаб-квартиру Ассоциации. Дела безопасности не ждали, и статус S-ранга обязывал нас присутствовать на обсуждении новых аномалий. Сухо поехал со мной — я хотел, чтобы он привыкал к ответственности, но на своих условиях.

В холле Ассоциации, как всегда, было людно. Охотники, чиновники, репортеры — все они расступались, чувствуя приближение Теневого Монарха. Хэ Ин шла чуть впереди, демонстрируя безупречную осанку и ледяное спокойствие, хотя я чувствовал, как её аура вибрирует от сдерживаемого гнева.

Вдруг Сухо дернул меня за рукав.

– Пап, смотри, это же дядя Юки!

Я проследил за его взглядом. Мой младший брат стоял у панорамного окна, прислонившись спиной к колонне. На нем была привычная черная футболка, подчеркивающая его атлетичное телосложение, и серые штаны. Но он был не один.

Рядом с ним стоял парень, который выглядел полной противоположностью Юки. Светло-пепельные растрепанные волосы, тонкие черты лица и яркие бирюзовые глаза, в которых плясали озорные искорки. Он был ростом около ста восьмидесяти сантиметров, одет в расстегнутую белую рубашку поверх черной футболки. В ушах поблескивали серьги-кольца, а на шее висела цепочка с кулоном в виде крошечного кинжала.

Парень что-то увлеченно рассказывал, подпирая щеку левой рукой в непринужденной позе, а в правой держал стакан с каким-то темным напитком.

– Ну, Юки-са! – донесся до нас его звонкий, певучий голос. – Хватит быть таким занудой. Давай сегодня сходим на свидание? Я знаю отличное место, где не спрашивают документы и подают лучший рамен в городе.

Юки, который обычно выглядел как неприступная скала, сейчас выглядел... растерянным? Он потер переносицу, явно пытаясь сохранить лицо.

– Тацуми, ты неисправим, – глухо проворчал брат. – Я же говорил тебе, что...

Он не успел договорить. Хэ Ин, заметившая брата и его «неподобающее» окружение в официальном здании, сорвалась с места. Её недельное молчание и подавленная ярость нашли выход. Она буквально подлетела к ним, и её голос, обычно мелодичный, сорвался на визг, привлекший внимание всех присутствующих.

– Опять ты! – закричала она, тыча пальцем в Юки. – Мало того, что ты разрушаешь наш брак своими ядовитыми речами, так ты еще и позоришь фамилию Сон, устраивая этот цирк прямо в Ассоциации! Кто это такой? Очередной бездельник? Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны?

Юки замер, его голубые глаза опасно сузились, а тени у ног начали беспокойно пульсировать. Он явно не ожидал такой атаки.

Но Тацуми среагировал быстрее. Он выпрямился, окинул Хэ Ин оценивающим взглядом своих бирюзовых глаз, а затем, с совершенно невозмутимым видом, перевернул свой пластиковый стакан прямо над головой моей жены.

Темный, липкий напиток медленно потек по безупречной укладке Хэ Ин, пачкая её дорогой светлый пиджак.

– Эй, стерва, остынь, – произнес Тацуми с мягкой, почти ангельской улыбкой, от которой по спине пробежал холодок. – Не смей орать на моего будущего мужа.

В холле воцарилась такая тишина, что было слышно, как капли напитка падают на мраморный пол. Хэ Ин застыла, не в силах поверить в происходящее. Её лицо из красного стало мертвенно-бледным.

– Ты... ты что сделал? – прохрипела она.

– Ты никто, – продолжал Тацуми, всё так же мило улыбаясь, хотя его глаза оставались холодными. – Всего лишь жена его старшего брата. Стоит Джинву захотеть, как он с тобой разведется, и ты станешь ничем. Пустым местом с претензией на величие. Так что, дорогуша, закрой свой рот, пока я не нашел ему другое применение.

– Да как ты посмел! – взвизгнула Хэ Ин и замахнулась, чтобы влепить парню пощечину.

Но её руку перехватили. Не я. Юки.

Его пальцы сомкнулись на её запястье с такой силой, что в тишине отчетливо послышался сухой хруст кости. Хэ Ин вскрикнула, оседая на пол.

– Ты уже совсем помешалась на своем имидже, – голос Юки звучал как рокот надвигающейся бури. – Слава богу, у Джинву открылись глаза. Надеюсь, он доведет дело до конца и разведется с тобой. Мой брат заслуживает лучшего, чем одержимая сука, для которой статус важнее живых людей.

Он отбросил её руку, словно что-то нечистое.

– Ты кажешься кем-то только потому, что ты жена Джинву, – добавил Юки, возвышаясь над ней. – Без его тени ты — просто пустое место. Тварь.

Я подошел ближе, чувствуя на себе взгляды сотен людей. Сухо стоял рядом со мной, и я видел, что в его глазах нет сочувствия к матери — только горькое осознание того, насколько она пала в своем стремлении к идеальности.

– Джинву! – Хэ Ин посмотрела на меня, её глаза были полны слез ярости. – Ты видишь? Они нападают на меня! На твою жену! Убей их! Прикажи своим теням разорвать их!

Я посмотрел на неё сверху вниз. Внутри не было ни гнева, ни боли. Только бесконечная усталость.

– Они сказали то, что должен был сказать я еще несколько лет назад, Хэ Ин, – тихо произнес я. – Ты сама разрушила всё, что между нами было.

Я повернулся к Юки и Тацуми. Брат выглядел напряженным, готовым к драке с целым миром, а пепельноволосый парень просто подмигнул мне, словно мы были старыми приятелями.

– Юки, – позвал я.

– Что, теперь ты будешь защищать честь этой «леди»? – огрызнулся брат.

– Нет, – я едва заметно улыбнулся. – Я хотел спросить, осталось ли еще место в том заведении с раменом. Кажется, нам всем нужно выпить. И Сухо тоже.

Юки на мгновение опешил, а затем его лицо расслабилось, и он коротко, хрипло рассмеялся.

– Для Теневого Монарха место всегда найдется.

– И для его замечательного сына! – добавил Тацуми, бесцеремонно приобнимая Юки за талию. – Юки-са, видишь, твой брат гораздо сообразительнее, чем ты про него рассказывал.

Мы развернулись и направились к выходу, оставляя Хэ Ин сидеть на полу в окружении шепчущейся толпы. Чиновники Ассоциации пытались что-то сказать, подбежать к ней, но один мой взгляд заставил их замереть на месте.

Когда мы вышли на улицу, солнце светило особенно ярко. Сухо шел рядом с Тацуми, и они уже о чем-то оживленно спорили — кажется, о дизайне новой татуировки или о стилях графики. Юки шел чуть впереди, и я видел, как он изредка бросает на парня взгляды, полные странной, непривычной для него теплоты.

– Он действительно твой будущий муж? – спросил я, поравнявшись с братом.

Юки покраснел — зрелище, которое я не видел с нашего детства.

– Он идиот, – буркнул он, отводя глаза. – Но он единственный, кто не боится моих щупалец. И единственный, кто может вылить напиток на голову S-ранга, просто чтобы заставить её замолчать.

– Мне он нравится, – честно сказал я. – В нем есть жизнь.

– В нас во всех она снова появилась, Джинву, – Юки посмотрел на меня своими небесно-голубыми глазами. – Спасибо, что не стал защищать её. Я боялся, что ты снова наденешь маску.

– Маски больше нет, Юки. Остались только тени. И те, кто нам дорог.

Мы шли по улицам Сеула, и люди оборачивались нам вслед. Но теперь они видели не «Золотую пару» из журналов, а двух братьев и юношу, которые просто наслаждались прогулкой.

Вечером, сидя в небольшом, уютном кафе, где пахло пряностями и старым деревом, я смотрел на свою новую семью. Сухо что-то рисовал на салфетке, показывая Тацуми, а тот смеялся, закидывая ноги на свободный стул. Юки ворчал на них обоих, но при этом заботливо подкладывал лучшие кусочки мяса в тарелку парня.

Я достал телефон и набрал сообщение своему адвокату. Короткое, ясное и окончательное. Документы о разводе должны быть готовы к утру.

– Джинву-сан, не грустите! – Тацуми поднял свой стакан с содовой. – За новую жизнь! За правду, какой бы липкой она ни была!

– За новую жизнь, – повторил я, чокаясь с ними.

В этот момент я почувствовал, как тяжесть Монарха в моих венах стала легкой. Сила больше не была бременем, она стала инструментом для защиты того, что действительно имело значение. Мой брат был прав — я заслуживал лучшего. И я наконец-то нашел в себе смелость это забрать.

Юки поймал мой взгляд и едва заметно кивнул. В этом жесте было всё: прощение за прошлые годы, поддержка и обещание, что теперь мы будем стоять друг за друга до самого конца.

А Хэ Ин... Она осталась там, в блестящем и пустом мире Ассоциации. Мире, который больше не имел надо мной власти. Тени наконец-то вернулись домой. И в этом доме больше не было места лжи.