Молодой закон
Свет и тени особняка Тейлор
Прошло чуть больше недели с той страшной ночи, когда сердце Эмилии едва не остановилось. Особняк, прежде напоминавший холодный склеп, наполненный призраками прошлого, теперь вибрировал от жизни. Смертельный яд, извлеченный из организма, оставил после себя лишь бледность кожи и легкую слабость, но дух девушки оказался крепче стали.
Эмилия сидела на ковре в детской, окруженная горой мягких игрушек и раскрытых книг. Мили, совершенно здоровая и полная энергии, с восторгом расчесывала длинные каштановые волосы своей спасительницы, пытаясь заплести «самую красивую косу в мире».
– Эми, а когда ты поправишься совсем, мы пойдем в зоопарк? – Мили сосредоточенно сопела, борясь с непослушной прядью. – Папа сказал, что теперь тебе можно всё.
– Почти всё, милая, – Эмилия улыбнулась, глядя на их отражение в зеркале шкафа. – Твой папа всё еще считает, что я должна пить этот ужасный витаминный коктейль пять раз в день.
– Это потому что он боится, – серьезно ответила девочка, на мгновение перестав возиться с волосами. – Я видела, как он сидел у твоей двери, когда ты спала. Он не курил и даже не смотрел в свой телефон. Он просто слушал, как ты дышишь.
Эмилия почувствовала, как к щекам прилил жар. Её отношения с Эдуардом Тейлором за последнюю неделю превратились в странный, негласный танец. Он больше не был тем пугающим мафиози, который смеялся над её жетоном. Теперь это был мужчина, чей взгляд тяжелел каждый раз, когда она входила в комнату, и чьи случайные прикосновения к её руке оставляли на коже ощущение электрического разряда. Они почти не говорили о чувствах, но всё было сказано в тишине общих ужинов и в том, как он приказывал охране удвоить бдительность, когда она просто выходила в сад.
– Папа просто очень заботливый, – тихо произнесла Эмилия, стараясь скрыть дрожь в голосе.
– Он любит тебя, – Мили обняла её за шею, прижавшись теплой щекой к плечу. – И я люблю. Не уходи от нас, ладно? Даже когда закончишь ловить плохих дядей.
Эмилия закрыла глаза, сглатывая комок в горле. Она, офицер полиции, должна была вернуться в участок, подать рапорт и забыть этот дом как странный сон. Но как можно уйти от сердца, которое теперь билось в унисон с этим маленьким человечком и его суровым отцом?
Вечер опустился на город, окрашивая небо в густой фиолетовый цвет. Уложив Мили спать и прочитав ей очередную сказку о храбрых рыцарях, Эмилия направилась к кабинету Эдуарда. В руках она сжимала папку — финальный отчет по «Синдикату Семи». Благодаря её наводкам и силовым ресурсам Тейлора, преступная группа была разгромлена за три дня. Это была её победа, её билет обратно в «нормальную» жизнь.
Она остановилась у массивных дубовых дверей, помедлив секунду, прежде чем постучать.
– Войдите, – раздался низкий, чуть усталый голос.
Эдуард сидел за столом, подсвеченный лишь лампой с зеленым абажуром. Он снял пиджак, расстегнул верхние пуговицы рубашки и закатал рукава, обнажая сильные предплечья. Увидев её, он отложил ручку и откинулся на спинку кресла.
– Мили спит? – спросил он, и в его глазах промелькнула искра, которую он больше не пытался скрывать.
– Да, уснула на середине сказки, – Эмилия подошла к столу и положила папку на полированную поверхность. – Это отчет, Эдуард. Дело закрыто. «Синдикат» больше не существует, все счета заморожены, а те, кто выжил, дают показания. Моя работа здесь... закончена.
Эдуард медленно поднялся. Он не смотрел на папку. Его взгляд был прикован к её лицу, к губам, которые слегка подрагивали.
– Закончена? – он обошел стол, сокращая расстояние между ними. – Ты действительно думаешь, Эмилия, что после всего, что произошло, ты можешь просто положить бумагу на стол и уйти?
– Я коп, Эдуард, – она попыталась сделать шаг назад, но уперлась спиной в холодную стену рядом со стеллажами. – У нас разные миры. Закон, порядок...
– К черту закон, – прошептал он, оказываясь вплотную к ней.
Он уперся руками в стену по обе стороны от её головы, заключая её в ловушку из своего тепла и запаха дорогого парфюма. Эмилия видела каждую черточку его лица, каждую морщинку гнева и нежности.
– Ты спасла мою дочь, – его голос вибрировал у самого её уха. – Ты едва не погибла в моем доме. Ты заставила меня чувствовать то, что я похоронил вместе с женой семь лет назад. Ты думаешь, я позволю тебе уйти к какому-то адвокату или в твой пыльный участок?
– Эдуард... – она выдохнула его имя, чувствуя, как слабеют колени.
– Посмотри на меня, Эмилия, – приказал он.
Она подняла глаза, и в ту же секунду его губы накрыли её в требовательном, отчаянном поцелуе. Это не было похоже на сказку. Это была буря, столкновение двух стихий. В этом поцелуе была вся горечь его прошлого и вся надежда на их общее будущее. Эмилия ответила, запуская пальцы в его густые волосы, окончательно сдаваясь на милость победителя. Она поняла, что её «закон» теперь здесь, в этих руках.
***
Месяц спустя.
Гостиная в доме родителей Эмилии была небольшой, уютной и пахла домашним печеньем. Мистер и миссис Нотт сидели на диване, натянутые как струны. Напротив них, в кресле, сидел Эдуард Тейлор. Он был в безупречном костюме, спокоен и вежлив, но сама его аура власти заставляла воздух в комнате сгущаться.
– Значит, вы... бизнесмен? – осторожно спросил отец Эмилии, поправляя очки.
– В некотором роде, сэр, – Эдуард слегка улыбнулся, и эта улыбка была на удивление искренней. – У меня инвестиционный фонд и логистическая компания. Но прежде всего, я человек, который обязан вашей дочери жизнью своей семьи.
Эмилия, сидевшая рядом с Эдуардом, накрыла его ладонь своей. Она видела, как её мать переводит взгляд с их сцепленных рук на маленькую Мили, которая в это время увлеченно рассматривала семейные альбомы Ноттов.
– Она такая милая девочка, – тихо сказала миссис Нотт, обращаясь к Мили. – Похожа на папу.
– Она похожа на свою мать, – мягко поправил Эдуард, и в его голосе не было боли, только светлая грусть. – Но характер у неё от меня. И она очень привязана к Эмилии.
Когда Мили подбежала к матери Эмилии и доверчиво протянула ей игрушечного медведя, лед окончательно растаял. Увидев, как их дочь светится от счастья рядом с этим серьезным мужчиной, родители Эмилии поняли: неважно, кто он и откуда у него такие деньги. Важно то, что он смотрит на их девочку как на самое драгоценное сокровище в мире.
***
Еще через месяц.
Церковь была украшена белыми лилиями. Это была закрытая церемония — только самые близкие, включая Вильяма Джэна, который выглядел непривычно торжественно в смокинге, и нескольких коллег Эмилии, которые предпочли не задавать лишних вопросов.
Когда двери распахнулись, и Эмилия пошла к алтарю, Эдуард почувствовал, что у него перехватило дыхание. Она была в простом, но элегантном кружевном платье, а в её руках был букет из полевых цветов — именно таких, какие они собирали с Мили в саду.
– Согласны ли вы, Эдуард Тейлор, взять в жены Эмилию Нотт? – голос священника звучал торжественно.
– Согласен, – ответил он, не отрывая взгляда от её сияющих глаз.
Когда пришло время обмениваться кольцами, к ним подошла Мили. Она несла маленькую бархатную подушечку, и её лицо светилось такой гордостью, будто она сама только что завоевала целое королевство.
– Теперь ты официально моя мама? – шепотом спросила она, когда кольца были надеты.
Эмилия опустилась на колени перед девочкой, игнорируя пышный подол платья. Она взяла маленькое личико Мили в свои ладони и поцеловала её в лоб.
– Я всегда была ею в своем сердце, Мили, – прошептала она. – А теперь об этом узнает весь мир.
Эдуард протянул руку, помогая своей жене подняться, и привлек обеих своих девочек к себе. В этот момент, под сводами старой церкви, он окончательно понял: его долг крови выплачен полностью. Тьма отступила, проиграв свету, который принесла в его дом восемнадцатилетняя девушка с полицейским жетоном и сердцем, способным вместить в себя всю его боль и превратить её в любовь.
– Миссис Тейлор, – нежно произнес Эдуард, склоняясь к её губам.
– Мистер Тейлор, – ответила она с улыбкой. – Кажется, я всё-таки нашла способ посадить вас под замок.
– И я с радостью принимаю этот пожизненный срок, – рассмеялся он, прежде чем поцеловать свою жену под радостный возглас Мили и аплодисменты гостей.
История, начавшаяся с угроз и паяльников, закончилась там, где начинается настоящая жизнь — в кругу семьи, где больше не было места страху, а только бесконечная преданность друг другу. Эмилия Тейлор больше не была просто копом. Она была мамой, женой и душой дома, который наконец-то стал крепостью не от врагов, а для любви.