Монарх
Корона из пепла и молний
Его рука уже лежала на металлической ручке двери, когда мои слова хлестнули по наэлектризованному воздуху кабинета.
Алекс не ушел. Он замер, медленно опустил плечи, а затем его спина дрогнула от тихого, вибрирующего звука. Этот звук быстро перерос в открытый, раскатистый смех — такой же дерзкий, как и вся его суть. Он обернулся через плечо, лениво привалившись к дверному косяку. На его фарфоровом лице, освещенном мерцанием неоновых вывесок за разбитым окном, расплылась хищная, вызывающая ухмылка.
– Ну попробуй, Джинву, – протянул он, и в его небесно-голубых глазах снова заплясали опасные лазурные искры. – Посмотрим, получится у тебя хоть что-то, кроме красивых угроз, или трон Монарха окажется для тебя слишком шатким.
– Ты напрашиваешься на казнь, Окумура, – холодно заметил я, не двигаясь с места.
– Казни меня, если сможешь догнать молнию, – он подмигнул мне, сверкнув безупречно белыми зубами. – До рассвета, Ваше Темнейшество. Не опоздай. Мне не нравится ждать тех, кто считает себя быстрее света.
Дверь за ним захлопнулась с глухим стуком, отрезав коридор гильдии от сквозняка, ворвавшегося в мой кабинет.
Я остался стоять среди хаоса. Листы с отчетами о подземельях кружили по комнате, подхваченные холодным сеульским ветром. Стол из темного дуба, расколотый и обугленный в местах разрядов, выглядел как поле битвы. Мое тело все еще ныло — глубоко, тупо, с непривычной тяжестью в мышцах, а в воздухе стоял невыносимо сладкий и едкий аромат озона, смешанный с запахом моего собственного возбуждения и его семени.
Из теней медленно проявился Игрис. Рыцарь молча опустился на одно колено, склонив шлем с багровым плюмажем. Его безмолвное присутствие было наполнено почтительным вопросом и едва сдерживаемой тревогой: приказ на уничтожение чужака так и не поступил, а аура его господина была растрепана, словно после схватки с монархами.
– Убери здесь, – тихо скомандовал я, поправляя рубашку и застегивая уцелевшие пуговицы. – И вызови ремонтную бригаду к восьми утра. Окно должно быть на месте.
Игрис молча склонил голову ниже и растворился во мраке, забирая с собой обрывки документов и мелкий мусор.
Я подошел к разбитому окну, вглядываясь в бездну ночного мегаполиса. Ветер остужал пылающую кожу шеи, где до сих пор четко ощущался след от зубов Алекса. Ноющая боль от укуса странным образом бодрила. Я коснулся пальцами раны, ощутив липкую запекшуюся каплю крови, и мои губы дрогнули.
Он думал, что сломал меня? Думал, что его грозовая ярость способна затмить вечную тьму?
Наивный, великолепный мальчишка.
Он просто пробудил во мне зверя, которого я слишком долго держал на цепи ради иллюзии человечности.
***
Северный хребет встретил нас свинцовым небом и ледяным ветром, срывавшим снежные шапки со скалистых пиков.
Врата S-ранга пульсировали в узком ущелье, выбрасывая в воздух клубы красноватого тумана и запах серы. Пространство вокруг трещало — нестабильность разлома грозила прорывом в течение ближайших двух часов. У подножия перевала уже собрались штурмовые группы: лучшие охотники Кореи, закованные в тяжелую броню, шептались, бросая испуганные взгляды на черное жерло врат. Они знали, кто ждет их внутри. Не обычные монстры — Древние Драконы, создания, чье дыхание плавило танковую броню за считанные секунды.
Я появился из тени прямо на краю обрыва. Черное длинное пальто с высоким воротником, темные брюки, безупречная осанка. Мои серые глаза, холодные, как замерзшая сталь, лениво скользнули по строю охотников, заставив их мгновенно замолчать и склонить головы. Никто из них даже не догадывался, что происходило в моем кабинете несколько часов назад. Для них я был непоколебимым богом смерти.
Но один взгляд не опустился.
Алекс стоял в нескольких метрах от врат, опираясь спиной на массивный обломок скалы.
Он сменил официальный пиджак на легкую боевую экипировку из драконьей кожи темно-синего цвета, идеально подчеркивающую его широкие плечи и рельефный торс. Рукава были закатаны до локтей, обнажая сильные предплечья, иссеченные тонкими бледными шрамами от прошлых битв. Взлохмаченные золотистые волосы трепал горный буран, а выбритые виски делали его профиль пугающе резким.
Когда наши взгляды встретились, он не выказал ни капли того почтения, которое демонстрировали остальные. Напротив, уголок его губ дернулся вверх. Небесно-голубые глаза насмешливо скользнули по моей шее, скрытой воротником пальто.
– Не опоздал, Монарх, – произнес Алекс достаточно громко, чтобы его услышали командиры ударных групп. – Я уже начал думать, что тебе понадобится постельный режим после вчерашних... переговоров.
Охотники вокруг замерли, побледнев от ужаса. Говорить так с Сон Джинву считалось смертным приговором.
Я медленно подошел к нему, сокращая дистанцию до тех пор, пока между нами не осталось меньше шага. Разница в два сантиметра роста была почти незаметна, но я намеренно встал так, чтобы моя тень полностью накрыла его фигуру. Воздух между нами мгновенно загустел от столкновения двух чудовищных аур.
– Следи за языком, Алекс, – тихо произнес я, и в глубине моих зрачков вспыхнул тусклый синий огонь. – Врата не прощают тех, кто слишком занят самолюбованием.
– Драконы не любят молнии, Джинву, – он наклонился чуть ближе, понизив голос до полушепота, предназначенного только для меня одного. – А я очень люблю смотреть, как горят те, кто считает себя бессмертными. Держись позади, если не хочешь снова оказаться подо мной.
– Твой авангард идет первым, – отрезал я, проигнорировав выпад, хотя внутри все сжалось в тугой узел темного азарта. – Покажи мне, чего стоит твоя магия, когда против тебя не уставший человек, а первобытный огонь.
– Смотри и учись.
Алекс резко развернулся и первым шагнул в багровое марево разлома.
Внутри подземелья нас встретил ад.
Это было не просто подземелье — это было колоссальное вулканическое ущелье, затянутое пеплом и всполохами магмы. Скалы уходили вверх на сотни метров, образуя гигантский естественный колизей. И в этом колизее нас ждали хозяева.
С оглушительным, раздирающим барабанные перепонки ревом с верхних ярусов сорвались три огромные туши. Чешуя цвета запекшейся крови, размах перепончатых крыльев под сорок метров, пасти, пылающие чистым белым пламенем. Древние огнедышащие драконы S-ранга.
– В рассыпную! Держать периметр! – крикнул командир рейда, но его голос утонул в первом же ударе огненного смерча, обрушившегося на авангард.
Охотники едва успели выставить магические щиты, которые тут же начали трещать и плавиться под колоссальной температурой. Камни под ногами превращались в стекло.
– Жалкое зрелище, – раздался спокойный голос Алекса прямо посреди бушующего пламени.
Он вышел вперед. Никаких щитов. Никакой защиты.
В следующее мгновение реальность вокруг него треснула. Ослепительный, кристально-чистый голубой свет разорвал багровый полумрак подземелья. Воздух сжался с таким давлением, что у стоящих позади охотников пошла кровь из носа.
– Рев Громового Дракона! – прорычал Алекс, вскидывая обе руки к небесам.
Небосвод подземелья раскололся. Настоящая ветвистая молния толщиной с вековой дуб ударила прямо в центр вражеского строя. Грохот был настолько чудовищным, что скалы вокруг заходили ходуном, осыпаясь каменным градом. Пламя драконов было мгновенно поглощено, разорвано в клочья чистой кинетической и электрической энергией.
Один из ящеров, охваченный ветвящимися лазурными дугами, рухнул на каменное плато, судорожно дергая лапами. Чешуя, способная выдержать танковый залп, была пробита насквозь, обуглена до костей.
Алекс двигался с нечеловеческой, пугающей скоростью. Он не просто использовал магию молний — он сам был этой молнией. С коротким треском он исчез с места и материализовался прямо на загривке второго дракона, еще находившегося в воздухе. Его кулаки были объяты потрескивающими плазменными сферами.
– Вниз, тварь! – с диким, торжествующим оскалом выдохнул блондин, вбивая кулак прямо в сочленение черепа и позвоночника чудовища.
Ударная волна разошлась видимым кругом сжатого воздуха. Многотонный дракон камнем полетел вниз, с сокрушительным грохотом врезаясь в базальтовый пол пещеры. Алекс спрыгнул с его шеи за секунду до падения, приземлившись на одно колено. Его светлые волосы искрились, глаза пылали чистым небесным светом, а по фарфоровой коже рук струились остаточные разряды.
Он был прекрасен. Смертоносен, безупречен и опьянен собственной силой.
Оставшийся третий дракон — самый крупный, вожак стаи с перекрученными черными рогами — издал полный ярости визг и набрал максимальную скорость, пикируя прямо на тяжело дышащего Алекса. Маг потратил колоссальное количество маны на первый сокрушительный выпад, и на долю секунды его реакция замедлилась. Голубые искры на его руках дрогнули, собираясь в запоздалый защитный барьер.
Драконья пасть распахнулась, готовая сомкнуться на его теле.
– Власть Владыки, – негромко произнес я, сделав шаг вперед.
Невидимая гравитационная длань колоссальной мощи ударила сверху вниз, буквально впечатав гигантскую морду ящера в каменный пол за метр до Алекса. Камни брызнули во все стороны, пасть монстра с хрустом захлопнулась, ломая зубы о базальт. Дракон взвыл от неожиданности и унижения, пытаясь оторвать голову от пола, но давление моей маны держало его намертво.
Я медленно подошел ближе, ступая по дымящимся обломкам. Из моей тени плавно поднялись Кайсел и Игрис, отсекая охотников гильдии от эпицентра схватки.
Алекс поднял голову. Он тяжело дышал, по его виску стекала капля пота, смывая слой серой копоти с фарфоровой щеки. В его глазах мелькнула вспышка досады от того, что его пришлось спасать, но она тут же сменилась жадным любопытством.
– Я держал его на прицеле, Джинву, – хрипло бросил он, выпрямляясь во весь рост.
– Ты чуть не сгорел, герой, – ответил я, даже не глядя на бьющегося под моими невидимыми тисками монстра. – Ты быстр с обычными ящерицами. Но когда дело доходит до истинной силы… ты забываешь прикрывать спину.
Я сжал кулак. Кости черепа дракона хрустнули под ментальным прессом, и чудовище затихло навсегда, залив пол черной, дымящейся кровью.
– Восстань, – небрежно бросил я в пустоту.
Из туши убитого вожака с шипением поднялась гигантская теневая копия. Черные крылья, окутанные фиолетовым пламенем, глаза, горящие чистым серым холодом. Теневой дракон склонил массивную голову передо мной, признавая абсолютную власть своего нового господина.
Алекс замер, глядя на это зрелище. На его лице впервые за все время проступило нечто, похожее на благоговение, смешанное с яростным нежеланием признавать чужое величие.
– Охотникам зачистить остатки логова, – отдал я приказ через систему связи гильдии. – Никому не спускаться в нижние пещеры. Врата закроются через час.
– А мы? – Алекс сделал шаг ко мне, скрестив руки на груди. Его дыхание все еще пахло озоном, а на скуле алела свежая царапина от каменного осколка.
– А мы продолжим наш вчерашний разговор, – я резко шагнул вперед, сокращая расстояние, и схватил его за ворот боевой куртки.
Моя магия теней скользнула по его телу, подавляя попытку вспыхнуть новым разрядом. Алекс дернулся, но я использовал Власть Владыки на нас обоих, смещая пространство.
Секунда слепоты — и мы оказались в глубокой боковой пещере, скрытой за водопадом застывшей лавы. Здесь царил полумрак, тишина и густой, влажный жар. Никаких свидетелей. Только мы двое и эхо затихающего боя далеко наверху.
Я не стал медлить. Воспользовавшись моментом его дезориентации после пространственного скачка, я с силой развернул Алекса и впечатал его спиной в холодный, гладкий монолит базальтовой стены.
Глухой удар сотряс камень.
– Какого… – начал он, но я перехватил обе его руки над головой одной ладонью, прижав их к камню с такой нечеловеческой мощью, что он не смог сдвинуть их ни на миллиметр.
Мое колено жестко вклинилось между его бедер, фиксируя его таз у стены. Я навалился на него всем своим весом, чувствуя каждый сантиметр его атлетического тела. Мои черные волосы упали на лоб, а серые глаза полыхнули тусклым, голодным светом.
– Ты спрашивал, получится у меня или нет, – прошептал я прямо в его приоткрытые от изумления губы. Мой голос звучал как низкий рокот надвигающегося шторма. – Помнишь свои слова, Окумура? «Посмотрим, получится у тебя или нет».
Алекс попытался дернуться, призывая громовую ману, но электрические разряды лишь беспомощно затрещали на его предплечьях, поглощенные густой черной пеленой моей магии. Он оскалился, его небесно-голубые глаза сузились, превратившись в два пылающих сапфира.
– Думаешь, поймал меня, Монарх? – процедил он сквозь зубы, но в его голосе не было страха. Там звенело бешеное, дикое торжество загнанного в угол хищника, который только и ждал этой схватки. – Попробуй удержать.
– Я не собираюсь тебя держать, – я наклонился ближе, коснувшись губами его горячей фарфоровой шеи, прямо под челюстью, где бешено кололся его пульс. – Я собираюсь забрать свой долг.
Я укусил его — жестко, глубоко, оставляя на его бледной коже кровоточащую метку точно там же, где он оставил свой след на моем плече прошлой ночью.
Алекс сдавленно зарычал, выгибаясь в пояснице навстречу боли. Его дыхание сорвалось в прерывистый хрип, когда моя свободная рука грубо скользнула вниз, сжимая его бедро сквозь плотную драконью кожу и поднимая его ногу, заставляя его полностью раскрыться передо мной.
– Ну давай, Джинву… – прошептал он, и в его глазах вспыхнуло чистое, безумное пламя вызова. – Покажи мне, как ломаются столы под Монархами.
Я криво усмехнулся, глядя в его непокорное лицо, и тьма в пещере окончательно поглотила нас, уступая место новой буре, в которой больше не было победителей и побежденных — были только два бога, готовые разорвать друг друга на части ради абсолютной власти.