← Назад к обзору

Моё чистое солнце

Симфония контроля и хаоса

Лондон встретил Хоби привычным свинцовым небом и запахом мокрого асфальта, но внутри у него всё ещё пел Мумбаттан. Тот поцелуй на крыше, под перемигивание неоновых вывесок на хинди, оставил на губах привкус специй и чего-то пугающе правильного. Хоби привык разрушать барьеры, но Павитр Пробхакер умудрился проскользнуть сквозь его шипы, даже не поцарапавшись.

Рассвет застал Хоби на старом диване в мастерской. Он только-только провалился в беспокойный сон, когда его наручный прибор — мешанина из запчастей и украденных технологий — взорвался бодрой, почти вызывающей трелью.

– Проклятый капитализм... – прохрипел Хоби, не открывая глаз и шаря рукой по полу в поисках гаджета. – Шесть утра? Кто бы это ни был, я официально объявляю вам войну.

Он нажал на кнопку приема, и над прибором развернулась голограмма. Лицо Павитра, яркое и сияющее, ударило по глазам сильнее, чем прожектор полицейского вертолета.

– Хоби! Доброе утро! Ой, я тебя разбудил? Прости-прости-прости! – Павитр тараторил так быстро, что слова сливались в один сплошной поток радости. – Ты просто не представляешь, что случилось!

Хоби сел, потирая затекшую шею. Вид взбудораженного Павитра действовал лучше любого кофеина.

– Здорово, Чакра-парень. Судя по твоему лицу, ты либо победил гравитацию, либо нашел бесконечный источник чая.

– Почти! – Павитр восторженно всплеснул руками. – Городские власти... ну, те, кто не купился на ложь того злодея... они выделили мне квартиру! Представляешь? Настоящую, в новом районе, безопасную! Мы вчера полночи праздновали с тетей Майей и Гаятри. Это как новое начало, Хоби!

Хоби усмехнулся, чувствуя, как в груди теплеет.

– Квартира от властей? Будь осторожен, Пав. Сегодня они дают тебе ключи, а завтра попросят платить налоги и стричь газон. Это мягкая форма подавления личности.

– Ой, перестань ворчать! – Павитр шутливо надулся. – Приходи сегодня к вечеру, отметим? Тетя Майя заварит лучший чай. И... Хоби? Ты не мог бы помочь мне перевезти вещи? Их не очень много, но с твоими порталами и... ну, ты такой сильный...

– Ты хочешь использовать анархиста как грузчика? – Хоби приподнял бровь, стараясь скрыть, что уже ищет свою куртку. – Это эксплуатация труда.

– Пожалуйста? – Павитр сделал свои глаза еще больше, и Хоби понял, что проиграл.

– Буду через десять минут. Приготовь коробки, и не вздумай предлагать мне надеть светоотражающий жилет.

Полдня пролетело в сумасшедшем ритме. Мумбаттан гудел, солнце палило, а Хоби и Павитр носились между старым домом и новой многоэтажкой. Хоби, к собственному удивлению, не чувствовал раздражения. Ему нравилось, как Павитр суетился, как он бережно упаковывал свои комиксы и как смешно морщил нос, когда находил старые школьные тетради.

Новая квартира была просторной и светлой. К вечеру, когда последняя коробка была распакована, а тетя Майя, оставив им огромный термос с чаем, ушла к подругам, в комнате воцарилась уютная полутьма.

Они сидели на полу в гостиной, прислонившись к новенькому дивану. Павитр буквально светился.

– Спасибо, Хоби. Правда. Без тебя я бы до сих пор таскал эти узлы.

– Забей, – Хоби отхлебнул чаю, чувствуя, как пряный пар приятно щекочет ноздри. – Считай это моим вкладом в твое личное пространство. Хотя я всё еще считаю, что стены нужно перекрасить в черный.

Павитр тихо рассмеялся и придвинулся ближе. Его плечо коснулось плеча Хоби.

– Останься на ночь, – попросил он, понизив голос. – Тут так... непривычно тихо. Давай просто что-нибудь посмотрим?

Хоби кивнул. Он не смотрел в сторону телевизора, который Павитр включил для фона. Его взгляд был прикован к профилю парня рядом. Внутри Хоби бушевал пожар, который он скрывал неделями. Он хотел Павитра. Не просто как друга, не просто как союзника. Он хотел почувствовать его полностью, стереть эту границу «правильности», которая всегда была между ними. Мысли, которые он раньше называл «пошлым шумом системы», теперь кричали в его голове.

Хоби поставил чашку на пол. Его рука, до этого просто лежавшая на талии Павитра, медленно, почти невесомо, скользнула под край его тонкой футболки.

Павитр вздрогнул. Его дыхание сбилось, но он не отстранился. Напротив, он замер, будто боясь спугнуть этот момент.

– Хоби? – прошептал он, поворачивая голову.

Хоби не ответил словами. Он начал покрывать шею Павитра нежными, едва ощутимыми поцелуями. Сначала под челюстью, потом спускаясь ниже, к линии плеча. Его пальцы на животе Павитра начали медленно подниматься вверх, очерчивая ребра, чувствуя, как бешено колотится сердце индийского паука.

– Тише, Пав... – выдохнул Хоби ему в кожу. – Просто расслабься.

Павитр был поражен. Хоби всегда был резким, хаотичным, но сейчас его движения были пропитаны какой-то тягучей, властной нежностью. Когда рука Хоби поднялась выше, лаская грудь через тонкую ткань, Павитр почувствовал, как по позвоночнику пробежала волна жара. Он хотел что-то сказать, спросить, готов ли Хоби к этому, но поцелуи становились всё настойчивее.

Хоби наслаждался реакцией. Он чувствовал, как Павитр плавится под его руками, как исчезает его обычная болтливость. Это было пьянящее чувство контроля.

Когда Хоби, продолжая ласкать его тело, внезапно прикусил чувствительную кожу на изгибе шеи, Павитр не выдержал. Короткий, сдавленный стон вырвался из его горла и эхом отозвался в тишине квартиры.

Хоби на секунду отстранился. Его глаза, обычно скрытые за маской безразличия, сейчас горели темным огнем. Он смотрел на Павитра — раскрасневшегося, со взъерошенными волосами и затуманенным взглядом.

– Ого, – Хоби криво ухмыльнулся, хотя его собственный пульс зашкаливал. – Не знал, что ты умеешь издавать такие звуки, Чакра-парень. Кажется, твоя внутренняя гармония только что дала трещину.

– Замолчи... – пробормотал Павитр, пытаясь скрыть пылающее лицо руками, но Хоби перехватил его запястья. – Это было... слишком внезапно!

– Внезапность — лучший способ борьбы с предсказуемостью, – прошептал Хоби, вновь приникая к его губам. – Тебе ведь понравилось, признай.

Павитр хотел было возмутиться, сделать вид, что его это задело, но когда рука Хоби сжала его бедро, притягивая еще ближе, все слова разлетелись в прах.

– Да, – выдохнул Павитр в самые губы Хоби. – Очень.

Хоби довольно хмыкнул. Он больше не собирался сдерживаться. В этом новом доме, в этом новом мире, они создавали свои собственные правила, которые не под силу было отменить ни одному канону.