← Назад к обзору

My baby

Точка невозврата и тишина после бури

– Ты опять за своё, Вик? – Адель раздраженно отбросила в сторону спортивную сумку, и та с глухим стуком приземлилась на пыльный пол танцевального зала. – Твои пацаны вчера караулили Серого у подъезда. Это что, твой способ «поддерживать мир»?

Вика, сидевшая на подоконнике и привычно крутившая в пальцах незажженную сигарету, даже не шелохнулась. Её черная кепка была надвинута на самые глаза, скрывая усталость. Прошло два месяца с той памятной ночи у гаражей, и их отношения с Адель превратились в странный, искрящийся коктейль из страсти и бесконечных разборок между их окружением.

– Серый сам напросился, – глухо ответила Вика, наконец подняв взгляд на девушку. – Он пытался толкнуть дурь на нашей точке. Ты же знаешь, я этого не прощаю. Ни своим, ни чужим.

– Он мой друг, Вика! – Адель подошла вплотную, её кудряшки вздрагивали от негодования. – Мы договорились, что наши компании не пересекаются. Но твои вечно ищут повод.

– А твои вечно его дают, – Вика спрыгнула с подоконника и мягко коснулась плеча Адель. – Послушай, я стараюсь. Ира старается. Но мы не можем держать на поводке два десятка злых псов, которым скучно жить.

Адель тяжело вздохнула и прислонилась лбом к плечу Вики. В этом жесте было столько изнеможения, что Вика невольно прижала её к себе крепче. За эти два месяца они стали друг для по друга всем, но их миры продолжали сталкиваться, высекая искры, которые грозили превратиться в настоящий пожар.

В это же время на другом конце района, в маленькой кофейне, Ира сидела напротив Кати. На столе стояли две нетронутые чашки латте. Ира выглядела непривычно хмурой, её светлые волосы были взъерошены, а на костяшках пальцев виднелись свежие ссадины.

– Опять? – тихо спросила Катя, указывая взглядом на её руки. – Ира, ты же обещала.

– Кать, я не могла просто стоять и смотреть, – Ира отвела глаза, рассматривая рисунок на столешнице. – Они окружили пацана из нашей смены. Если бы я не вписалась, его бы в больницу увезли.

– И теперь они придут мстить, – Катя покачала головой, и её татуировка над бровью на мгновение исказилась от горестной гримасы. – Это никогда не кончится, да? Мы с тобой вместе, Вика с Адель вместе, но наши друзья готовы перегрызть друг другу глотки.

– Да плевать мне на них, – Ира резко подалась вперед и накрыла ладонь Кати своей. – Главное, что у нас всё нормально. Я тебя в обиду не дам, ты же знаешь.

– Дело не во мне, Ира, – Катя грустно улыбнулась, и в её глазах промелькнула сталь, которую Ира раньше не замечала. – Дело в том, что вы все играете в войнушку, а страдают те, кто просто хочет жить. Мне это надоело. Правда.

Ира хотела что-то ответить, но её телефон разразился резкой трелью. Она взглянула на экран, и её лицо мгновенно окаменело.

– Началось, – коротко бросила она. – На «Пустыре». Все наши и все их.

– Я иду с тобой, – Катя встала, не дожидаясь приглашения.

– Нет, там будет мясо, – Ира попыталась преградить ей путь. – Сиди здесь, я серьезно.

– Я больше не буду сидеть и ждать, пока вы друг друга перебьете, – отрезала Катя таким тоном, что «Дерево» внутри Иры невольно подчинилось.

«Пустырь» — заброшенная стройплощадка на окраине района — встретил их воем сирен вдалеке и гулом десятков голосов. Здесь было гораздо больше людей, чем в прошлый раз. Человек тридцать с каждой стороны выстроились друг против друга, вооруженные арматурой, битами и просто яростью.

В центре стояли Вика и Адель. Они выглядели как два полководца, которые уже не могут остановить своих солдат.

– Вика, забери своих! – кричала Адель, её голос срывался. – Серый притащил парней с соседнего района, они отбитые, они не будут слушать!

– Я не могу уйти, пока они не опустят биты! – Вика стояла непоколебимо, хотя её ладонь привычно лежала на рукоятке складного ножа в кармане — чисто для самообороны. – Если мы сейчас повернемся спиной, нас добьют.

– Слышь, королева! – выкрикнул Серый из-за спины Адель. – Твоя подружка слишком много о себе возомнила. Сегодня мы решим, чей это район раз и навсегда!

– Заткнись, Серый! – Адель обернулась к нему, но парень лишь оттолкнул её.

– Хватит базарить! – Макс из компании Вики сделал шаг вперед, замахиваясь обрезком трубы. – Валите отсюда, пока живы!

Воздух буквально вибрировал от ненависти. Кто-то кинул бутылку, она с дребезгом разбилась о бетон, и это стало сигналом. Толпа пришла в движение. Вика рванулась к Адель, чтобы закрыть её собой, Ира, только что прибежавшая на место, влетела в самую гущу, раскидывая противников.

Крики, глухие удары, стоны — хаос поглотил «Пустырь» за считанные секунды.

– Остановитесь! – Этот крик не был громким, но в нем было столько отчаяния и силы, что ближайшие к эпицентру бойцы невольно притормозили.

Катя стояла на невысоком бетонном блоке. Её обычно мягкое лицо сейчас казалось высеченным из камня. Она смотрела на это побоище с таким презрением и болью, что даже самые заведенные парни почувствовали себя неуютно.

– Посмотрите на себя! – Катя спрыгнула вниз и пошла прямо в центр драки, не обращая внимания на занесенные над ней руки. – Макс, у тебя дома мать больная, ты ей нужен живой! Серый, ты завтра хотел идти на просмотр в клуб, с какими ногами ты туда пойдешь?

– Катя, уйди отсюда! – крикнула Ира, пробиваясь к ней. – Это опасно!

– Опасно? – Катя обернулась к Ире, и та осеклась. – Опасно — это когда человек, которого я люблю, превращается в зверя каждые выходные! Опасно — это когда Вика и Адель не могут просто сходить в кино, потому что их «свита» решила помериться силой!

Она подошла к Серому и вырвала у него из рук кусок арматуры. Парень был настолько ошарашен её смелостью, что даже не сопротивлялся.

– Вам всем по двадцать лет! – продолжала Катя, её голос дрожал, но не от страха, а от ярости. – Вы живете в грязи и деретесь за право в этой грязи оставаться! Вам не надоело? Вика, Ира, вы лидеры или вы просто пастухи у этого стада?

Вика медленно опустила руки. Она посмотрела на Адель, которая стояла рядом, тяжело дыша, с порванным рукавом куртки. Потом на Иру, чье лицо было залито чужой кровью. И наконец — на Катю. Маленький «котенок» сейчас выглядел сильнее их всех вместе взятых.

– Она права, – тихо сказала Вика, и её голос разнесся по притихшему пустырю. – Нам это не нужно.

– Да кто она такая, чтобы нам указывать?! – выкрикнул кто-то из толпы Серого.

– Она та, у кого хватило смелости сказать правду, – отрезала Адель, подходя к Кате и вставая рядом. – Если кто-то хочет продолжать — делайте это без нас. Но знайте: любой, кто сегодня поднимет руку, больше не в моей компании.

– И не в моей, – добавила Ира, подходя к Кате с другой стороны и осторожно беря её за руку. – Кать, прости.

Парни переглядывались. Пыл драки угас так же быстро, как и вспыхнул. Без поддержки своих лидеров они чувствовали себя просто кучкой растерянных юнцов. Серый сплюнул, бросил взгляд на Адель, полный обиды, но промолчал. Постепенно люди начали расходиться. Кто-то подбирал брошенные биты, кто-то помогал подняться раненым.

Когда на пустыре остались только четверо, наступила странная, звенящая тишина.

– Ты как? – Ира тихо спросила Катю, пытаясь заглянуть ей в глаза.

– Я устала, Ир, – Катя прислонилась к её плечу, и все силы, кажется, покинули её в один миг. – Я просто хочу домой. Чтобы не было этого запаха железа и сигарет.

– Мы уходим, – Вика подошла к ним, приобнимая Адель за талию. – Совсем уходим. С этого района, из этих разборок.

– Куда? – спросила Адель, поднимая на неё глаза.

– У меня есть квартира в центре, осталась от бабушки, – Вика поправила кепку. – Я думала её сдавать, но... кажется, пришло время начать что-то нормальное. Ира, ты со мной?

Ира посмотрела на Катю. Та едва заметно кивнула, и на её губах впервые за вечер появилась слабая улыбка.

– С тобой, Вик. Куда ж я без тебя.

– Вот и отлично, – Вика достала сигарету, посмотрела на неё и, неожиданно для всех, сломала пополам, выбросив в мусорный бак. – Начнем с малого.

Они шли по ночному городу — четыре девушки, которые только что закончили войну, длившуюся годами. Вика и Адель шли впереди, переплетя пальцы. Адель что-то тихо рассказывала о новом танцевальном проекте, а Вика слушала её с той редкой улыбкой, которую видела только кудрявая девчонка с пирсингом.

Ира и Катя отстали на несколько шагов. Ира бережно придерживала Катю за плечи, словно боясь, что та исчезнет.

– Ты сегодня была крутой, – прошептала Ира. – Я даже испугалась.

– Я сама испугалась, – призналась Катя. – Но я поняла, что если промолчу сейчас, то потеряю тебя в одной из таких драк. А я не хочу тебя терять.

Ира остановилась и, не обращая внимания на редких прохожих, крепко прижала Катю к себе.

– Больше никаких драк, котенок. Обещаю. Теперь я буду «деревом» только для того, чтобы ты могла на него опереться.

Город дышал огнями, шумел машинами, но для них четверых этот шум стал фоном для новой мелодии. Конфликт был исчерпан не силой, а чем-то гораздо более важным — пониманием того, что люди важнее территорий, а любовь стоит того, чтобы ради неё измениться.

Они уходили в сторону света, оставляя за спиной темные гаражи, разбитый бетон пустыря и жизнь, в которой больше не было места ненависти. Вика чувствовала на своей руке тепло ладони Адель и знала: это только начало. Конец одной главы стал заголовком для новой, где вместо дымного неона был чистый рассвет, а вместо искр на асфальте — тепло родных глаз.