Мы разные, но мы связаны
Логово «Последнего Пути»
***
Учебный день после похода превратился в пытку. Воздух в классе, обычно пахнущий мелом и пылью, казался спертым и тяжёлым. Монотонный голос историка, бубнившего о причинах Столетней войны, был далёким, бессмысленным фоном, неспособным пробиться сквозь стену напряжения, выросшую между четырьмя одноклассниками.
Они разделились на два враждующих лагеря, ведущих молчаливую холодную войну. Лера и Юля сидели за своей партой, как на отдельном острове. Лера, сжав зубы, с яростной сосредоточенностью что-то чиркала в тетради, хотя было очевидно, что её мысли витают далеко от феодальных междоусобиц. Её спина была неестественно прямой, а плечи напряжены, словно она в любой момент была готова отразить нападение. Юля рядом с ней выглядела бледной и испуганной. Она то поглядывала на подругу, то бросала короткие, полные мольбы взгляды в сторону парней, но тут же отводила глаза, встречаясь с ледяным безразличием Леры.
Эрик, сидевший через два ряда от них, не мог сосредоточиться. Каждое слово учителя отскакивало от него, не оставляя и следа. Его взгляд против воли снова и снова возвращался к тёмной макушке Леры. Он видел, как напряжены её плечи, как судорожно она сжимает ручку, и чувствовал себя виноватым, злым и абсолютно беспомощным одновременно. Их вчерашняя ссора прокручивалась в его голове снова и снова. Каждое её язвительное слово, каждый его резкий ответ отзывались в нём тупой болью. Он хотел защитить её, а вместо этого построил между ними стену.
– Расслабься, Ромео, – прошептал Матвей, незаметно толкнув его локтем. – Если ты просверлишь в ней дырку взглядом, она тебе этого точно не простит.
Эрик вздрогнул и заставил себя уставиться в учебник.
– Я не…
– Да всё ты, – так же тихо перебил друг. – План в силе? После шестого урока?
Эрик кивнул, не поднимая головы. План был в силе. План, который теперь казался ему отчаянной и запоздалой попыткой исправить собственную глупость. Он должен был опередить её, подстраховать, не дать ей наделать глупостей.
Звонок с последнего урока прозвучал как стартовый пистолет. Лера тут же схватила свой рюкзак.
– Пошли, – коротко бросила она Юле, и они, не оглядываясь, вышли из класса.
Эрик и Матвей переглянулись.
– Даём им десять минут форы, – сказал Эрик, медленно собирая вещи, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Потом за ними.
Он видел, как они вышли из школы и направились к автобусной остановке. Сердце тревожно сжалось. Они действительно собирались это сделать.
***
Путь в промзону был похож на путешествие в другой, изнаночный мир города. Шумные, залитые весенним солнцем проспекты сменялись серыми, унылыми улицами. Яркие витрины магазинов уступали место глухим заборам из бетонных плит с колючей проволокой. Воздух, ещё недавно пахнувший сиренью и выхлопными газами, теперь пропитался запахом мазута, сырости и какой-то безнадёжной заброшенности.
– Лер, может, не надо? – в очередной раз спросила Юля, когда они вышли из дребезжащего автобуса на почти пустой остановке. – Это место… оно жуткое.
Они стояли на краю огромной территории, застроенной однотипными ангарами и складами с выбитыми окнами. Где-то вдали гудел поезд, и этот звук лишь подчёркивал гнетущую тишину.
– Нормальное место, – упрямо ответила Лера, хотя у самой по спине бежали мурашки. Она сильнее запахнула куртку. – Похоронное бюро в центре города, рядом с бутиками, смотрелось бы страннее, не думаешь?
Её бравада была тонкой, как лед. Она отчаянно цеплялась за свой план, потому что он давал ей иллюзию контроля. Действовать, что-то делать – это было единственным лекарством от всепоглощающего страха и беспомощности.
– И какой у нас план? – тихо спросила Юля, невольно прижимаясь к подруге.
– План простой, – Лера достала телефон и ещё раз посмотрела на адрес с визитки. – Мы заходим. Ты начинаешь разговор с кем-нибудь из персонала. Спрашиваешь про уход за могилой для… прабабушки. Узнаёшь цены, условия, тянешь время. А я… я говорю, что мне нужно в туалет, и пытаюсь осмотреться. Может, у них где-то есть журнал учёта или что-то в этом роде. Ищем любую зацепку. Главное – веди себя естественно.
– Естественно? – Юля истерически хихикнула. – Я сейчас больше похожа на человека, которому самому нужны их услуги.
– Соберись, – Лера взяла её за плечи и заглянула в глаза. – Юль, пожалуйста. Ради меня.
Во взгляде подруги Юля увидела такую отчаянную мольбу, что её собственный страх отступил на второй план. Она глубоко вздохнула и кивнула.
– Хорошо. Я попробую.
Нужное им здание оказалось самым неприметным из всех. Одноэтажное, из серого силикатного кирпича, с узкими, зарешеченными окнами. Никакой вывески, кроме маленькой, уже выцветшей таблички у двери: «Ритуал-Сервис “Последний Путь”». Рядом, у глухой стены, стоял припаркованный чёрный катафалк, блестевший на солнце, как огромный жук.
Лера решительно толкнула тяжёлую дверь. Внутри их встретил холод кондиционера и запах, от которого у Юли закружилась голова, – приторно-сладкая смесь дезинфекции, ладана и увядающих цветов. Это был небольшой, почти пустой зал с парой стульев у стены и стойкой администратора в дальнем конце. За стойкой сидел крупный, бритоголовый мужчина в чёрной рубашке. Он оторвался от разгадывания кроссворда и смерил их тяжёлым, недружелюбным взглядом.
– Чего надо, девчонки? – его голос был низким и прокуренным. – Мы не подаём.
– Здравствуйте, – пискнула Юля, делая шаг вперёд. Лера ободряюще сжала её локоть. – Мы… мы хотели бы узнать насчёт ухода за могилой. Для прабабушки.
Мужчина лениво отложил газету.
– Уход, значит. Пакет «Стандарт» – уборка, покраска оградки два раза в год. Пакет «Премиум» – то же самое плюс живые цветы на все праздники. Цены на стенде.
Он махнул рукой в сторону информационного щита, давая понять, что разговор окончен.
– А… а можно поподробнее? – не сдавалась Юля, чувствуя на себе прожигающий взгляд Леры. – Какие именно цветы? А можно ли выбрать…
Пока Юля, заикаясь, но упорно, втягивала угрюмого администратора в бессмысленный диалог о преимуществах гвоздик перед хризантемами, Лера начала действовать.
– Простите, а где у вас можно… руки помыть? – как можно более невинным тоном спросила она.
Мужчина, не отрываясь от Юли, лишь мотнул головой в сторону коридора за его спиной.
– Туда и прямо.
– Спасибо.
Сердце колотилось где-то в горле. Лера обогнула стойку и шагнула в полутёмный коридор. Здесь пахло ещё сильнее. Одна дверь вела, судя по всему, в туалет. Другая, обитая железом, была приоткрыта. Из-за неё доносился гул работающего холодильного оборудования. Лера содрогнулась, стараясь не думать, что там. А в самом конце коридора была ещё одна дверь, обычная, деревянная, из-под которой виднелась полоска света. Оттуда не доносилось ни звука. Склад. Это должен быть склад.
Она оглянулась. Юля всё ещё что-то лепетала про гранитные вазоны. Администратор слушал её с откровенной скукой. Это был её шанс. Затаив дыхание, Лера на цыпочках прокралась по коридору и осторожно, стараясь не издать ни звука, потянула на себя ручку последней двери. Та поддалась с тихим скрипом. Лера проскользнула внутрь и прикрыла за собой дверь, оставив лишь крохотную щёлочку.
***
– Они зашли, – сказал Эрик, опуская бинокль.
Они с Матвеем сидели в старой, ржавой «Волге» без колёс, брошенной в зарослях бурьяна метрах в ста от похоронного бюро. Из этого укрытия здание было видно как на ладони.
– Чёртовы камикадзе, – пробормотал Матвей, нервно теребя ремешок своего рюкзака. – Ну вот что у них в голове?
– Упрямство, – глухо ответил Эрик, не сводя глаз с двери, за которой скрылись девушки. – Особенно у одной из них. Пять минут. Если через пять минут они не выйдут, мы идём туда.
– И что мы скажем? «Здравствуйте, мы пришли за своими безрассудными подругами»? – съязвил Матвей.
– Мы не пойдём через главный вход.
Эрик снова поднял бинокль и начал осматривать здание по периметру. Его взгляд зацепился за заднюю часть строения. Там, в глухой стене, была большая раздвижная дверь, очевидно, для погрузки. И она была слегка приоткрыта.
– Вот наш вход, – сказал он, показывая Матвею. – Похоже на склад. Если они что-то ищут, то, скорее всего, там.
Пять минут тянулись вечность. Дверь оставалась закрытой.
– Всё, пошли, – сказал Эрик, и в его голосе прозвучали стальные нотки.
Они выскользнули из машины и, пригибаясь, перебежками двинулись к задней стене здания. Воздух здесь был ещё более затхлым. Подойдя к раздвижной двери, они замерли и прислушались. Изнутри не доносилось ни звука. Эрик осторожно потянул тяжёлую створку на себя. Та с протестующим скрежетом отъехала в сторону, открывая проход шириной в полметра. Они проскользнули внутрь.
***
Складское помещение было огромным и сумрачным. Высокие стеллажи уходили под самый потолок, заставленные венками из искусственных цветов, рулонами обивочной ткани и какими-то коробками. Вдоль одной стены в несколько ярусов стояли гробы – от самых дешёвых, обитых ярким ситцем, до массивных, полированных, похожих на дорогие шкафы. Пыль висела в воздухе, танцуя в редких лучах света, пробивавшихся сквозь грязные окна под потолком. Пахло пылью, деревом и клеем.
Лера, затаив дыхание, двигалась между стеллажами. Она чувствовала себя героиней фильма ужасов. Каждый шорох заставлял её вздрагивать. Она искала хоть что-то, что могло бы пролить свет на тайну её дяди. Офисный стол, сейф, папку с документами. Но здесь были только ритуальные принадлежности.
Внезапно она услышала тихий скрежет со стороны погрузочных ворот. Кто-то вошёл. Лера мгновенно нырнула за высокий штабель пустых гробов, её сердце бешено заколотилось. Она замерла, боясь даже дышать. Она услышала тихие шаги, потом приглушённый шёпот. Двое. Это точно не Юля. Значит, работники. Её поймали.
Она в панике огляделась в поисках другого укрытия. В дальнем углу склада была ещё одна дверь, ведущая, видимо, в какой-то подсобку. Это был её единственный шанс. Стараясь ступать как можно тише, она двинулась туда, прячась за стеллажами. Она уже почти добралась до спасительной двери, когда, выглянув из-за очередного ряда, она буквально налетела на кого-то, кто двигался ей навстречу с другой стороны.
Раздался глухой стук столкнувшихся тел и сдавленный женский вскрик. От неожиданности и удара Лера потеряла равновесие. Её ноги подкосились, и она, взмахнув руками, начала падать назад. Мир накренился. Она зажмурилась, ожидая болезненного удара о бетонный пол.
Но удара не последовало. Чья-то сильная рука перехватила её поперёк талии, а вторая упёрлась ей в спину, смягчая падение. Она всё-таки упала, но не одна. Тот, в кого она врезалась, рухнул вместе с ней, приняв основной удар на себя.
Она открыла глаза.
Над ней, опираясь на локти по обе стороны от её головы, навис… Эрик.
Пылинки всё так же танцевали в косых лучах света. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от её. Она видела каждую ресничку, видела, как в его серых глазах удивление сменяется тревогой, а потом чем-то ещё, чего она не могла понять. Его дыхание опалило её щеку. Его рука всё ещё крепко сжимала её талию, и сквозь тонкую ткань куртки она чувствовала тепло его ладони. Весь мир сузился до этого крохотного пространства между их лицами. Время остановилось.
Лера почувствовала, как краска заливает её щёки, поднимаясь от шеи к самым кончикам ушей. Сердце, до этого колотившееся от страха, теперь стучало по совершенно другой причине – громко, гулко, отдаваясь в висках.
– Т-ты? – выдохнула она, и её голос прозвучал жалко и неуверенно. – А-а как?
Эрик тоже был красный как рак. Он, кажется, и сам не до конца понимал, как они оказались в таком положении. Он смотрел на её лицо, на растрепавшиеся тёмные пряди, на приоткрытые от изумления губы, и все его тщательно продуманные планы и аналитические выкладки испарились из головы.
– Ну… мы просто решили проследить за вами, – наконец выдавил он, его голос тоже был хриплым. – Мы волновались.
– Кто это «мы»? – прошептала Лера, не в силах отвести от него взгляд.
– Ну, Матвей тут…
– Именно, – раздался из-за спины Эрика донельзя довольный голос. – Тут я. Наблюдаю за этой трогательной сценой. Прямо «Унесённые ветром», версия для складских помещений.
Лера посмотрела за спину Эрика. Там действительно стоял Матвей. Он прислонился к стеллажу со скрещёнными на груди руками и взирал на них с самой лукавой и издевательской улыбкой, на которую был способен.
Осознание ситуации обрушилось на Леру как ушат ледяной воды. Она лежит на полу в пыльном складе, на ней лежит Эрик, а над ними стоит и ухмыляется Матвей. Стыд и злость мгновенно вытеснили всю неловкую романтику момента.
Она с силой оттолкнула Эрика руками в грудь.
– Слезь с меня!
Эрик, не ожидавший такого напора, неловко откатился в сторону. Лера тут же вскочила на ноги, отряхивая джинсы и поправляя волосы. Она старалась не смотреть на него.
– Кхм, – она откашлялась, пытаясь вернуть себе самообладание и командный тон. Получалось плохо. – Возможно, я вчера… погорячилась немного. Мы можем работать вместе.
Она выпалила это быстро, глядя куда-то в стену. Признавать свою неправоту было мучительно, но альтернатива – продолжать эту идиотскую войну, когда они все оказались в одной лодке, причём в такой опасной, – была ещё хуже.
Эрик, который тоже поднялся на ноги и неловко отряхивался, удивлённо поднял на неё глаза. Он ожидал чего угодно – новой волны гнева, сарказма, обвинений. Но не этого. Робкая надежда вспыхнула в его груди. Он не смог сдержать улыбки.
– Да, – быстро сказал он, боясь, что она передумает. – Конечно, можем. И должны.
– Оу, Лера, – протянул Матвей, не собираясь упускать свой шанс. Его глаза весело блестели. – На тебя так подействовало падение Эрика? Может, его стоит почаще на тебя ронять? Для терапевтического эффекта.
Щёки Леры снова вспыхнули.
– Заткнись, идиот! – рявкнула она, но в её голосе уже не было вчерашней злой ярости. Скорее, обычное, привычное раздражение.
В этот момент из-за двери в коридор донёсся недовольный голос администратора:
– …говорю тебе, достала уже со своими цветочками! Пойду проверю, что там эта вторая застряла.
Все четверо замерли.
– Чёрт, это ко мне, – прошептала Лера, её лицо снова побледнело.
– Сюда! Быстро! – скомандовал Эрик шёпотом.
Он схватил её за руку – на этот раз деловито и без всякой романтики – и потащил за тот самый штабель гробов, где она пряталась до этого. Матвей и Юля, которая, оказывается, тоже проскользнула на склад в поисках подруги буквально за минуту до парней, метнулись за ними.
Они вчетвером забились в узкое пространство между стеной и деревянными ящиками. Дверь со скрипом открылась. На пороге склада появился бритоголовый амбал.
– Эй, ты где там? – громко спросил он в пустоту.
Сердце Леры ухнуло вниз. Она стояла, вжавшись в холодную стену, зажатая между Юлей и Эриком. Она чувствовала его тёплое дыхание у себя на виске и напряжение его тела. Их плечи соприкасались. Стена между ними рухнула, но обстоятельства, которые их снова сблизили, были куда страшнее любой ссоры.
Мужчина медленно пошёл вглубь склада, его тяжёлые шаги гулко отдавались в тишине. Он шёл прямо в их сторону.