← Назад к обзору

на грани бури

Пламя, способное расколоть небеса

Айси никогда не видела Блум такой. За многие годы их противостояния она привыкла к праведному гневу феи, к её пафосным речам о дружбе и свете, к её решимости защитить Магикс. Но то, что происходило сейчас в заброшенном храме на окраине измерений, не имело ничего общего с «добрым» гневом Хранительницы Драконьего Огня.

Это была первобытная ярость.

Причиной стали Трикс. Дарси и Сторми, решив, что их старшая сестра окончательно потеряла рассудок из-за своей одержимости Блум, решили «помочь» ей самым ведьминским способом — устранить объект привязанности. Они заманили Блум в ловушку, используя иллюзию раненой Стеллы, и теперь пытались подавить её совместным заклинанием Тьмы и Шторма.

Но они просчитались. Они не учли, что Блум тоже была на пределе.

– Хватит! – Крик Блум не был похож на человеческий голос. Это был рев дракона, от которого по стенам древнего храма поползли трещины.

Айси замерла в тени колонны, не в силах вмешаться. Её парализовало странное, почти экстатическое чувство. Она смотрела, как вокруг Блум закручивается вихрь не золотого, а багрово-черного пламени. Одежда феи тлела, её глаза превратились в два озера расплавленной лавы, а от нежного облика не осталось и следа.

– Вы думали, что можете играть со мной? – Блум сделала шаг вперед, и камни под её ногами превратились в магму. – Вы думали, что я буду вечно терпеть ваши интриги и нападения на тех, кто мне дорог?

– Блум, успокойся! – взвизгнула Сторми, пытаясь вызвать молнию, но та просто растворилась в жаре, исходящем от феи. – Ты же «хорошая»! Ты не можешь...

– Я могу всё, – прошипела Блум.

Она вскинула руки, и два столба огня ударили в сестер Айси. Это не было обычное магическое пламя, которое можно отразить щитом. Это была концентрированная воля Дракона. Дарси и Сторми отбросило к стене с такой силой, что они мгновенно потеряли сознание, окутанные дымящимися цепями энергии.

Блум тяжело дышала. Она медленно повернулась к колонне, за которой скрывалась Айси. Её взгляд был безумным, диким, лишенным всякого милосердия.

– Выходи, Айси, – её голос вибрировал от сдерживаемой мощи. – Я знаю, что ты здесь. Ты тоже пришла посмотреть, как твои сестры закончат начатое? Или ты сама хочешь нанести последний удар?

Айси медленно вышла на свет. Её ледяное сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот разобьет грудную клетку. Она смотрела на Блум — на эту разъяренную, опасную, почти демоническую сущность — и чувствовала, как внутри неё разливается небывалое восхищение.

Это было оно. То самое пламя, которое Айси искала всю жизнь. Не мягкое тепло солнца, а разрушительная мощь звезды.

– Ты прекрасна, – выдохнула Айси, не в силах сдержать улыбку.

Блум замерла. Огонь вокруг неё на мгновение дрогнул.

– Что ты сказала? – фея сделала шаг навстречу, её кулаки всё ещё были объяты пламенем. – Ты издеваешься надо мной? Я готова уничтожить здесь всё, а ты говоришь, что я прекрасна?

– Да, – Айси подошла почти вплотную, не обращая внимания на жар, который обжигал её лицо. – Наконец-то ты перестала притворяться святой. Наконец-то я вижу тебя настоящую. Ту, чья сила равна моей. Ту, кто не боится своей тьмы.

Блум схватила Айси за воротник плаща, притягивая к себе. Ведьма почувствовала запах паленой ткани и невыносимый жар, исходящий от кожи феи. Блум была в ярости, она была готова убивать, и этот факт приводил Айси в полный восторг.

– Ты думаешь, это игра? – Блум затрясла её, и искры из её глаз посыпались на лицо ведьмы. – Я ненавижу то, что ты делаешь со мной! Я ненавижу этот холод, который ты поселила в моей душе! Я ненавижу то, что я не могу перестать думать о тебе, даже когда Скай целует меня!

– Так не думай, – прошептала Айси, глядя прямо в пылающие зрачки. – Просто почувствуй.

– Я чувствую только боль! – выкрикнула Блум, и её пламя вспыхнуло с новой силой, заполняя весь зал ослепительным светом. – Ты разрушила всё, во что я верила. Ты сделала меня такой же, как ты. Одинокой, злой, одержимой!

– Ты никогда не была такой, как они, – Айси кивнула в сторону своих поверженных сестер. – И ты никогда не была такой, как твои подружки-феи. Ты — моя, Блум. Только я знаю, каково это — обладать силой, которая способна сжечь мир. Только я могу выдержать твой жар, не превратившись в пепел.

Блум замахнулась, её рука, окутанная огнем, замерла в сантиметре от лица Айси. Ведьма даже не моргнула. Она видела, как по щеке Блум скатилась слеза, мгновенно испарившись.

– Почему ты не защищаешься? – голос Блум сорвался на шепот. – Ударь меня. Заморозь меня. Сделай хоть что-нибудь!

– Нет, – Айси осторожно накрыла кулак Блум своей ладонью. Холод столкнулся с жаром, создавая густое облако пара. – Я больше не хочу с тобой сражаться. Я хочу, чтобы ты поняла одну простую вещь.

– Какую? – Блум смотрела на их соприкасающиеся руки, и её ярость начала медленно угасать, сменяясь опустошением.

– Ты — единственное, что имеет значение в этой жалкой реальности, – Айси прижала ладонь Блум к своей щеке, игнорируя боль от ожога. – Пусть Магикс сгорит, пусть мои сестры захлебнутся своей завистью, мне плевать. Я люблю тебя, Блум. Люблю так, как ведьмы любить не должны. Люблю твой огонь, твою ярость и даже твою глупую доброту.

Блум застыла. Огонь вокруг неё окончательно потух, оставив их в полумраке разрушенного храма. Она смотрела на Айси так, словно та только что произнесла заклинание, меняющее законы физики.

– Ты... ты не можешь, – пролепетала Блум, её голос дрожал. – Мы враги. Лед и пламя...

– К черту правила, – Айси сократила последние сантиметры между ними. – Ты сама сказала у озера: дружба — это слишком просто. Это больше, чем вражда, больше, чем любовь. Это судьба.

Блум закрыла глаза, и новая порция слез потекла по её лицу. Она уткнулась лбом в плечо Айси, и её тело сотрясали рыдания. Вся та ярость, всё то напряжение последних недель выходило из неё вместе с этим плачем.

– Я так устала, Айси, – прошептала она в изнеможении. – Я так устала притворяться, что всё в порядке. Я так устала бороться с тем, что я чувствую к тебе.

Айси обняла её, крепко прижимая к себе. Она чувствовала, как тепло Блум проникает сквозь её ледяную кожу, согревая саму душу. Это было странное, новое ощущение — ощущение полноты. Словно две части разорванного мира наконец-то сошлись в одной точке.

– Тебе больше не нужно бороться, – тихо сказала ведьма, перебирая рыжие волосы феи. – Теперь мы вдвоем против всех. Если хочешь, мы сожжем этот мир. Если хочешь — построим новый.

Блум подняла голову и посмотрела на Айси. В её голубых глазах больше не было лавы, но там осталось нечто гораздо более опасное — абсолютная преданность. Она протянула руку и коснулась губ Айси.

– Я тоже, – выдохнула она.

– Что «тоже»? – Айси прищурилась, хотя уже знала ответ.

– Я тоже люблю тебя, – Блум произнесла это уверенно, и в этот момент где-то глубоко в фундаменте храма что-то отозвалось гулким эхом. – Я люблю твой холод, Айси. Он — единственное, что может успокоить мой пожар.

Айси не стала больше ждать. Она накрыла губы Блум своими в требовательном, жадном поцелуе. Это было столкновение двух стихий. Холод льда и жар драконьего пламени слились в один невозможный коктейль. Это было больно, это было неправильно, это было великолепно.

Блум ответила на поцелуй с той же страстью, с какой она только что крушила храм. Её руки блуждали по спине ведьмы, сминая плащ, а Айси вплетала пальцы в её волосы, боясь отпустить ни на секунду. В этом поцелуе было всё: годы ненависти, месяцы тайного наблюдения, страх, отчаяние и, наконец, признание.

Когда они наконец отстранились друг от друга, оба тяжело дышали. Воздух вокруг них искрился от избытка магии.

– Знаешь, что теперь будет? – спросила Блум, глядя на своих спящих сестер и на руины вокруг.

– Будет война, – просто ответила Айси, поправляя воротник Блум. – Твои подруги не простят тебе этого. Мои сестры... ну, с ними я разберусь.

– Пусть будет война, – Блум решительно взяла Айси за руку. – Мне всё равно. Пока ты рядом, я не боюсь сгореть.

Айси улыбнулась своей самой искренней улыбкой. Она посмотрела на фею — свою фею — и поняла, что больше никогда не позволит никому встать между ними. Этот огонь был только её. Этот свет принадлежал только её тьме.

– Идем, – сказала Айси, взмывая в воздух вместе с Блум. – У нас впереди целая вечность, чтобы объяснить этому миру, как сильно он ошибался насчет льда и пламени.

Они летели над ночным лесом, две яркие точки в бесконечной темноте. Рыжий след и серебристый шлейф переплетались, создавая новый узор в небесах. И в эту ночь Магикс еще не знал, что его судьба изменилась навсегда. Ведь когда Лед и Пламя перестают бороться и начинают любить, рождается сила, перед которой бессильны даже древние боги.

Айси чувствовала руку Блум в своей и знала: она наконец-то дома. В самом сердце пожара, который она когда-то хотела потушить, а теперь мечтала раздувать вечно.