← Назад к обзору

Наследие

Шепот несбывшейся тени

– Система... – мой голос прозвучал глухо в пустоте личного пространства, созданного моей волей. – Ты слышишь меня?

Перед глазами привычно замерцало полупрозрачное окно. Оно вибрировало, словно настраиваясь на частоту моих мыслей. Я сидел на троне в своем теневом замке, окруженный бесконечными рядами застывших солдат. Бериу и Игрит стояли поодаль, чувствуя тяжесть моего настроения, но не смея нарушить тишину.

– Ответь мне, – я сжал подлокотник трона так, что камень жалобно хрустнул. – У тебя есть доступ к расчетным моделям вероятностей. Ты — архитектура, созданная для того, чтобы предвидеть и анализировать. Скажи мне... что было бы, если бы Юми тогда пришла ко мне? Если бы она выбрала не Цезаря, а меня?

Окно Системы на мгновение подернулось помехами.

[Внимание. Запрос требует анализа альтернативных временных линий. Запуск симуляции на основе психофизических профилей субъектов...]

[Анализ завершен. Визуализация доступна. Желаете ли вы увидеть "Шепот несбывшегося"?]

– Да, – выдохнул я, закрывая глаза.

Мир вокруг меня качнулся. Теневой замок растворился, и я почувствовал запах стерильной чистоты и дорогих духов. Это была моя квартира в Сеуле — та самая, где я жил с Ча Хэ Ин. Но обстановка была иной. На стене висели фотографии, на которых я улыбался по-настоящему. На них была Юми.

– Джин Ву, ты снова витаешь в облаках? – раздался её голос. Тот самый, мелодичный и чуть хрипловатый от болезни, которую она так тщательно скрывала.

Я обернулся. Она стояла в дверях кухни, придерживая рукой уже заметно округлившийся живот. Её черные волосы были собраны в небрежный пучок, а в глазах светилось то самое небесно-голубое пламя. Но в этой реальности она не выглядела умирающей. Она выглядела... защищенной.

– Я просто задумался о завтрашнем рейде, – "я" из видения подошел к ней и осторожно обнял, положив руку на её живот.

– Тебе не нужно идти, – прошептала она, прижимаясь к моему плечу. – Ассоциация справится. Теневой Монарх заслужил право на отпуск перед рождением близнецов.

Картинка дернулась и сменилась.

Я видел себя в кабинете председателя Ассоциации. Напротив сидела Ча Хэ Ин. Она выглядела так же безупречно, как и всегда, но её взгляд был полон ледяного профессионализма. В этой реальности она не была моей женой. Она была моим заместителем, эффективным инструментом власти.

– Сон-ним, – её голос был лишен личных эмоций. – Расходы на содержание вашей семьи и обеспечение безопасности Окумуры-сан превышают бюджет. Нам нужно больше рекламных контрактов. Мировая пресса требует интервью с будущей матерью наследников Монарха.

– Нет, – отрезал я-видение. – Юми не будет участвовать в этом цирке. Её здоровье — приоритет.

– Но имидж... – начала она.

– Имидж меня не волнует, Хэ Ин. Свободна.

Видение снова поплыло, становясь более мрачным. Магия дегенерации клеток Юми никуда не исчезла. Она была частью её природы охотника SSS-ранга.

Я увидел больничную палату, скрытую глубоко под землей, в самом охраняемом бункере Ассоциации. Юми лежала на кровати, опутанная трубками и датчиками. Её кожа была почти прозрачной. Она родила. Алекс и Милана лежали в специальных капсулах рядом, их мана уже тогда начала конфликтовать с окружающим миром.

– Джин Ву... – её голос был едва слышен. – Ты обещал...

Я стоял над ней, и мои тени заполняли всю палату. Я пытался влить в неё свою жизненную силу, пытался приказать смерти отступить. Но Система выдавала ошибку за ошибкой.

– Я спасу тебя, – рычал я-видение. – Я найду способ.

– Слишком поздно, – она улыбнулась, и в этой улыбке была такая боль, что я в реальности содрогнулся. – Ты пытаешься удержать меня как один из своих трофеев. Ты запер меня здесь, чтобы спасти, но я... я задыхаюсь, Джин Ву. В этом стерильном мире, в этой твоей "заботе"... я чувствую себя лишь тенью.

Картинка сменилась в последний раз.

Прошло десять лет. Я стоял на трибуне, представляя миру своих детей. Алекс и Милана были одеты в строгие костюмы с эмблемами Ассоциации. Они были сильны, невероятно сильны, но их глаза... в них не было того огня, который я видел у детей Цезаря. Они были дисциплинированы. Они были "продуктом".

Ча Хэ Ин стояла рядом со мной, как верный советник. Она не была матерью, но она была архитектором их жизней. Она научила их, как правильно стоять перед камерами, как подавлять свои эмоции, как быть идеальными наследниками Теневого Монарха.

Юми была мертва. Она умерла в том бункере, так и не увидев неба в последние месяцы своей жизни, потому что я слишком боялся её потерять.

[Симуляция завершена. Вероятность данного исхода: 84%.]

Я открыл глаза. Теневой замок вернулся. Тишина снова навалилась на плечи, но теперь она не была такой горькой.

– Она знала... – прошептал я, глядя на свои руки. – Она знала, что я не смогу дать ей свободу. Я бы превратил её жизнь в золотую клетку, пытаясь спасти её от неизбежного. Я бы окружил детей заботой, которая на самом деле была бы контролем.

Я вспомнил Цезаря. Его огромную фигуру, его пренебрежение к правилам, его готовность сжечь мир ради того, чтобы его дети могли просто смеяться. Он не пытался их "строить". Он просто был их отцом.

– Система, – позвал я снова. – Цезарь... он был лучшим вариантом для неё?

[Субъект Александр Сергеев обладает психотипом "Защитник-Разрушитель". В условиях смертельной болезни Юми Окумуры его подход обеспечил максимальный уровень психологического комфорта для матери и наиболее аутентичное развитие способностей детей. Вероятность того, что дети достигли бы нынешнего уровня силы под вашим руководством без потери эмоциональной стабильности: 12%.]

Я встал с трона и медленно пошел к выходу из зала. Бериу и Игрит бесшумно последовали за мной.

– Она пришла к нему, потому что он не побоялся бы дать ей умереть на её собственных условиях, – сказал я сам себе. – А я... я бы превратил её смерть в бесконечную агонию в попытках сохранить её для себя.

Я вышел на балкон замка, глядя на бескрайнее море теней. Где-то там, в реальном мире, сейчас наступало утро. На Урале, вероятно, шел снег. Алекс, Милана и Цезарь, возможно, собирались на охоту или просто завтракали, споря о чем-то пустяковом.

– Она выбрала жизнь для них, – я почувствовал, как тяжесть в груди наконец начинает отпускать. – Не величие, не безопасность в бункере, а настоящую, грубую, опасную жизнь.

Я вспомнил лицо Ча Хэ Ин в тот момент, когда я объявил о разводе. Её шок, её непонимание. Она действительно верила, что создала для меня рай. Но этот рай был построен на лжи и подавлении всего живого.

– Мой Повелитель, – Бериу склонил голову. – Вы кажетесь... иным.

– Я просто наконец-то увидел правду, Бериу, – я посмотрел на восходящее солнце, которое медленно пробивалось сквозь магическую дымку. – Мы часто думаем, что наша сила дает нам право владеть жизнями других. Но Юми... она преподала мне последний урок. Самая великая сила — это вовремя отпустить.

Я достал телефон. Тот самый снимок, который прислал Цезарь. Алекс с рыбой, Милана с дерзким взглядом. Они не были моими тенями. Они были её светом.

– Пусть живут, – прошептал я. – Пусть горят так ярко, как только могут.

Я набрал сообщение Цезарю. Короткое, без лишних слов.

"Береги их, Александр. И... спасибо, что не стал таким, как я".

Ответ пришел почти мгновенно, словно тот сидел и ждал.

"Я и не собирался, Сон. Приезжай летом. Сухо нужно увидеть, что такое настоящий лес, а тебе — что такое настоящая водка. Будем ждать".

Я улыбнулся. Впервые за долгое время это была не холодная ухмылка Монарха, а улыбка человека, который наконец-то обрел мир с самим собой.

– Игрит, – позвал я рыцаря.

– Да, мой господин?

– Подготовь мои личные дела. Мы уходим в тень на некоторое время. Мне нужно побыть просто отцом для Сухо. Нам обоим нужно научиться дышать заново.

Я ушел с балкона, и тени за моей спиной послушно свернулись, освобождая пространство для света. Юми была права. Она всегда была права. И теперь, зная, что могло бы быть, я был искренне рад тому, что есть.

Жизнь — это не симуляция вероятностей. Это выбор, сделанный сердцем. И её сердце выбрало правильно.

– Система, – сказал я, прежде чем окончательно выйти из магического пространства. – Удали этот анализ. Мне больше не нужны альтернативы. У меня есть реальность. И я собираюсь сделать её достойной её памяти.

Окно Системы мигнуло и погасло.

[Запрос выполнен. Файл "Шепот несбывшегося" удален.]

Я шагнул в портал, ведущий домой. Туда, где меня ждал сын. Туда, где начиналась моя новая, настоящая история. Без лжи, без имиджа, без тени Юми, которая больше не была призраком сожаления, а стала путеводной звездой.

– Мы скоро увидимся, Цезарь, – произнес я, исчезая в фиолетовых искрах. – И приготовь самую крепкую водку. Кажется, мне действительно есть что обсудить с человеком, который оказался мудрее бога.