← Назад к обзору

Наследие Сергеева

Клинок в тени и кровь на фарфоре

Утреннее солнце едва коснулось шпилей особняка, когда Алекс уже был на ногах. В доме царила непривычная тишина, нарушаемая лишь далеким гулом кофемашины на кухне. Парень натянул черные штаны, зашнуровал кроссовки и набросил на плечи легкую светлую куртку с высоким воротом. Ему нужно было уйти. Не навсегда, просто на несколько часов. Давление, которое оказывали на него Ли Вон и Сухо, стало почти физически ощутимым. Один смотрел на него как на хрупкую драгоценность, которую нужно запереть в сейфе, другой — как на редкое подземелье, которое во что бы то ни стало нужно покорить.

Алекс не был ни тем, ни другим. В его жилах текла кровь Сергеевых — древнего рода, чья сила была легендарной еще до появления первых врат. Русская кровь, буйная и непокорная, требовала простора, а не душных залов и бесконечных споров о политике охотников.

Он проскользнул мимо спящей охраны, используя навыки, которым его обучил дед. В свои пятнадцать лет Алекс обладал не только атлетичным телом и ростом в сто девяносто пять сантиметров, но и острым умом, позволявшим просчитывать слепые зоны камер наблюдения.

Город встретил его прохладой и запахом ранней весны. Алекс шел по пустынным улицам, вставив в уши наушники. Тяжелый бит хип-хопа резонировал с его шагами. Он чувствовал себя свободным. Никаких адвокатов, никаких наследников монархов, только он и просыпающийся мегаполис. Он зашел в небольшую круглосуточную лавку, купил пакет сочных персиков и направился в сторону старого парка, где когда-то тренировался с отцом.

Однако чувство свободы длилось недолго. Как человек, привыкший быть на шаг впереди своих врагов, Алекс почувствовал слежку почти сразу. Это не были тени Сон Джинву — те двигались иначе, почти бесшумно. Это было нечто более осязаемое, холодное и злобное.

– Неужели решили, что я легкая добыча? – прошептал он себе под нос, не сбавляя шага.

Он свернул в узкий переулок, намеренно заводя преследователей в тупик. Его пресс напрягся, мышцы были готовы к рывку. Татуировка на левой руке, скрытая под рукавом, словно начала пульсировать, откликаясь на внутреннюю ману.

В это же время в главном зале особняка Сергеевых обстановка была накалена до предела. Цезарь, Сон Джинву и Ли Вон сидели за массивным столом, окруженные голографическими картами и отчетами. Сухо стоял у окна, то и дело поглядывая на часы.

– Он ушел, – внезапно произнес Ли Вон, его голос дрогнул. Он только что проверил комнату Алекса и нашел ее пустой. – Его нет в доме уже два часа.

Цезарь нахмурился, его густые брови сошлись на переносице.

– Опять сбежал проветриться. Весь в деда, тот тоже не выносил долгих собраний. Не волнуйся, Ли Вон, Алекс не из тех, кто попадает в неприятности. Он сам — ходячая неприятность для любого, кто встанет у него на пути.

– Мой Сухо тоже чувствует беспокойство, – Сон Джинву поднял глаза на сына. – Что-то не так?

– Мана в городе... она странная, – Сухо резко обернулся. – Слишком много скрытых источников. И один из них движется за Алексом.

Ли Вон побледнел, его глаза расширились.

– У него есть враги среди тех, кто недоволен усилением вашей семьи, Цезарь. Радикальные группы охотников, которые считают, что Сергеевы забирают слишком много власти.

– Если с ним что-то случится... – голос Ли Вона сорвался, его щеки, обычно розовеющие от смущения, теперь стали мертвенно-белыми.

В этот момент здание содрогнулось. Гулкий удар, а затем звон разбитого стекла заставили всех вскочить со своих мест. Прямо в центральную стену залы, пробив укрепленную кладку, влетело тело.

Это был Алекс.

Удар был такой силы, что по стене поползли трещины. Раздался отчетливый, тошнотворный хруст костей. Парень, чья светлая одежда теперь была залита грязью и багровыми пятнами, медленно сполз на пол, оставляя за собой широкий кровавый след.

– Алекс! – крик Ли Вона разорвал тишину. Адвокат бросился к парню, забыв о всякой осторожности.

Цезарь застыл на мгновение, его лицо превратилось в маску ярости, которую мир не видел уже много лет. Сон Джинву мгновенно призвал свои тени, и зал заполнился черным туманом, из которого начали проступать силуэты воинов.

Алекс лежал на боку, его густые блондинистые волосы слиплись от крови, закрывая лицо. Он был без сознания. Но самым страшным было не это. Из его левого бока, прямо под ребрами, торчал длинный, зазубренный нож с черным лезвием. Оружие светилось зловещим фиолетовым светом — яд или магическое проклятие.

Ли Вон упал на колени рядом с парнем, его руки дрожали так сильно, что он не решался коснуться его.

– Нет, нет, нет... Алекс, посмотри на меня! – Ли Вон приподнял голову юноши, его пальцы окрасились в красный. Фарфоровая кожа Алекса теперь была серой, а его длинные ресницы даже не вздрагивали.

Сухо оказался рядом через секунду. Его глаза светились синим пламенем, он едва сдерживал мощь, готовую вырваться наружу.

– Нож... он блокирует регенерацию, – прошипел Сухо, его голос был полон боли и гнева. – Кто это сделал?

– Тот, кто думал, что я не замечу второго убийцу, – внезапно раздался слабый, хриплый голос.

Алекс приоткрыл один глаз. Его ярко-голубая радужка была затуманена болью, но в ней всё еще горел огонь того самого умного и дерзкого парня. Он попытался пошевелиться, но тут же зашелся в кашле, выплевывая кровь на белую футболку.

– Не двигайся, дурак! – Цезарь опустился рядом с сыном, его огромная ладонь осторожно легла на плечо Алекса. – Ли Вон, зови лучших целителей гильдии. Сейчас же!

– Я уже... я уже отправил сигнал, – Ли Вон прижал ладонь к ране Алекса, стараясь остановить кровотечение. Его слезы капали на лицо парня. – Пожалуйста, Алекс, держись. Ты ведь всегда на шаг впереди...

Алекс выдавил из себя подобие своей сдержанной улыбки, хотя его губы были плотно сжаты от муки.

– В этот раз... их было слишком много, – прошептал он, глядя на Сухо. – Нож... это был подарок для твоего отца. Я просто... перехватил его.

Сон Джинву подошел ближе. Его присутствие подавляло всё живое в комнате, тени за его спиной ревели от жажды крови. Он посмотрел на нож в теле юноши и узнал клеймо — это были наемники из "Пустого круга", организации, специализирующейся на убийстве монархов и их наследников.

– Он спас нас от засады, – тихо произнес Джинву. – Он выманил их на себя и принял удар, который предназначался для дипломатической встречи.

Сухо сжал кулаки так, что кости захрустели.

– Я найду их. Я выжгу их всех до единого.

Алекс снова закрыл глаза, его дыхание стало поверхностным и рваным.

– Ли Вон... – едва слышно позвал он.

– Я здесь, я рядом, – адвокат наклонился к самому его лицу, его щеки были мокрыми.

– Конфеты... в кармане... не раздави... – Алекс окончательно потерял сознание, его голова безвольно откинулась на руки Ли Вона.

В зале воцарился хаос. Целители ворвались внутрь, разворачивая магическое поле. Цезарь стоял над сыном, и от его маны дрожали стены особняка. Это был уже не просто отец — это был разъяренный лев, у которого ранили единственного львенка.

– Ли Вон, отойди, дай им работать, – Цезарь взял адвоката за плечо, оттаскивая его от тела сына.

– Нет! Я не оставлю его! – Ли Вон вскрикнул, его обычно мягкий характер исчез, сменившись отчаянием. – Это я должен был быть с ним! Я должен был его защитить!

Сухо положил руку на плечо Ли Вона, и в этом жесте впервые не было соперничества. Только общая боль.

– Мы оба виноваты, – глухо сказал Сухо. – Мы так увлеклись борьбой за его внимание, что забыли, в каком опасном мире он живет.

Сон Джинву тем временем вышел в центр зала. Его взгляд был направлен в пустоту, но тени вокруг него начали стремительно расползаться по городу.

– Они еще здесь, – произнес Теневой Монарх, и от его голоса по коже присутствующих пополз мороз. – Они думают, что выполнили заказ. Они не знают, что разбудили двух монстров сразу.

Цезарь посмотрел на Джинву, и два величайших воина современности обменялись коротким кивком.

– Оставь мне главаря, – рыкнул Цезарь. – Я хочу лично показать ему, что бывает с теми, кто трогает Сергеевых.

– Все остальные — мои, – ответил Джинву.

Пока целители боролись за жизнь Алекса, пытаясь извлечь проклятый нож, Ли Вон и Сухо сидели на полу в нескольких метрах, не сводя глаз с бледного лица парня. Алекс выглядел как сломанная фарфоровая кукла — такой же красивый, такой же изящный, но теперь пугающе неподвижный.

– Знаешь, – Сухо заговорил первым, нарушая тишину, – он ведь вчера сказал, что я запутаюсь в ногах, если попробую танцевать хип-хоп.

Ли Вон шмыгнул носом, вытирая лицо рукавом дорогого пиджака.

– А мне он сказал, что я слишком много работаю.

– Он должен проснуться, – Сухо посмотрел на свои ладони. – Он просто обязан проснуться, чтобы поиздеваться над нами еще раз. Чтобы съесть свои персики и послушать эту дурацкую музыку.

Ли Вон посмотрел на окровавленную стену, затем на Алекса. В его глазах, помимо боли, зажглось нечто новое — холодная, расчетливая решимость.

– Он проснется, – твердо сказал адвокат. – А пока он спит, я позабочусь о том, чтобы от "Пустого круга" не осталось даже юридического упоминания в истории. Я уничтожу их финансово, политически и физически.

В этот момент один из целителей облегченно выдохнул. Черный нож с тихим звоном упал в специальный контейнер.

– Яд нейтрализован. Раны затягиваются, но... удар об стену был слишком сильным. У него множественные переломы и внутреннее кровотечение. Его спасло только то, что его мана начала защищать органы в момент удара.

Цезарь подошел к сыну и осторожно взял его за руку.

– Мой мальчик. Ты всегда был слишком мудрым для своих лет. Всегда на шаг впереди... Даже в этом.

Алекс не слышал этих слов. Он был глубоко в темноте, где не было ни боли, ни ответственности, ни навязчивого внимания. Но даже там, в своем подсознании, он продолжал просчитывать ходы. Если он выживет — а он собирался выжить, — мир охотников изменится навсегда. Ведь никто не смеет нападать на наследника Сергеевых и оставаться безнаказанным.

Прошло несколько часов. Операция закончилась, и Алекса перенесли в его комнату, превращенную в современную реанимационную палату. Ли Вон сидел у его кровати, не выпуская его ладонь из своей. Сухо стоял в дверях, сжимая в руках тот самый пакет с персиками, который Алекс выронил в переулке. Фрукты были помяты, но Сухо не мог их выбросить.

Внезапно пальцы Алекса дрогнули. Ли Вон мгновенно подался вперед.

– Алекс? Ты слышишь меня?

Веки парня затрепетали, и он медленно открыл глаза. Ярко-голубой цвет вернулся, хотя взгляд еще был затуманен лекарствами. Он обвел комнату взглядом, остановился на Ли Воне, затем на Сухо.

– Живы... – едва слышно прошептал он.

– Благодаря тебе, мелкий засранец, – Цезарь вошел в комнату, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Ты хоть понимаешь, что ты устроил? У Ли Вона чуть инфаркт не случился, а Сухо едва не разнес половину города.

Алекс попытался улыбнуться, но лишь поморщился.

– Значит... план сработал.

– План? – Ли Вон нахмурился. – О чем ты?

– Я знал... про засаду, – Алекс говорил медленно, делая паузы. – Еще вчера... когда проверял отчеты. Я должен был... вытащить их на свет. Чтобы вы могли... уничтожить их одним ударом.

В комнате повисла тишина. Ли Вон, Сухо и даже Цезарь смотрели на него с ужасом и восхищением.

– Ты использовал себя как наживку? – голос Сухо дрожал от гнева. – Ты понимаешь, что ты мог погибнуть?!

– Я просчитал... траекторию, – Алекс прикрыл глаза. – Хруст костей... был лишним. Не учел... плотность стены. Но в остальном... я был на шаг впереди.

Ли Вон закрыл лицо руками, плечи его содрогались.

– Ты невозможен, Алекс Сергеев. Ты просто невозможен.

Алекс почувствовал, как чья-то теплая рука коснулась его лба. Это был Сон Джинву.

– Твоя мудрость пугает, юноша, – тихо сказал Монарх. – Но твоя храбрость заслуживает уважения. Отдыхай. Твои враги больше не побеспокоят этот мир.

Когда старшие вышли, оставив Алекса с его «стражами», парень снова открыл глаза и посмотрел на Ли Вона и Сухо.

– Эй... – позвал он.

Оба парня мгновенно склонились над ним.

– Конфеты... – Алекс указал глазами на тумбочку. – Ли Вон... разверни одну. У меня... во рту вкус железа.

Адвокат, всхлипнув, быстро выполнил просьбу. Когда сладость коснулась языка Алекса, он довольно вздохнул.

– Вот теперь... я буду жить. Сухо... не стой там. Персики... помой. Будем праздновать... мое триумфальное возвращение с того света.

Сухо рассмеялся сквозь слезы, и в этот момент напряжение последних часов окончательно спало. Алекс Сергеев, даже израненный и слабый, продолжал управлять всеми вокруг. Он был сердцем этой странной, многонациональной семьи, и теперь каждый из них знал: за это сердце они готовы сражаться до последнего вздоха.

Алекс засыпал, чувствуя тепло рук Ли Вона и присутствие Сухо. Он знал, что завтра начнется новая игра. Но сегодня... сегодня он просто хотел насладиться вкусом шоколада и покоем, который он купил такой дорогой ценой. Он снова всех переиграл. Как и всегда.