← Назад к обзору

Наследие Сергеева

Альянс под сенью вишни и стали

В комнате Алекса пахло озоном, стерильностью и едва уловимым ароматом персиков. Приборы, следящие за его состоянием, негромко пищали, создавая ритмичный фон, под который Ли Вон и Сон Сухо сидели по разные стороны кровати. Напряжение между ними никуда не исчезло, оно просто трансформировалось из открытой враждебности в густую, тяжелую тишину.

Ли Вон аккуратно поправлял одеяло на плече Алекса, его пальцы едва касались ткани, словно он боялся разрушить покой юноши. Сухо же сидел, сцепив руки в замок, и не сводил взгляда с бледного лица блондина, чьи взъерошенные волосы на фоне белых подушек казались почти бесцветными.

– Ты ведь понимаешь, что это не закончится? – не выдержал Сухо, его голос звучал глухо. – Даже когда он встанет, он снова полезет в пекло. Он так устроен.

Ли Вон поднял на него глаза. В них больше не было смущения, только усталость и острая, как скальпель, решимость.

– Я знаю Алекса с десяти лет, – ответил адвокат. – Я видел, как он рос, как оттачивал свой ум. Он никогда не был обычным ребенком. Но то, что произошло сегодня... это за гранью. Он использовал нас как часть своей шахматной партии.

– И мы оба проиграли, – горько усмехнулся Сухо. – Потому что позволили ему это сделать.

Дверь в палату тихо приоткрылась. В комнату вошла Ча Хэ Ин. Супруга Теневого Монарха двигалась бесшумно, как и подобает охотнику S-ранга. Ее взгляд, мягкий, но проницательный, скользнул по израненному Алексу, а затем остановился на двух молодых людях.

– Мой муж и Цезарь сейчас превращают город в пепел, разыскивая остатки «Пустого круга», – произнесла она, подходя ближе. – Мужчины... они всегда думают, что месть — это лучшее лекарство.

Она остановилась у изножья кровати, сложив руки на груди. Ли Вон и Сухо инстинктивно выпрямились под ее взглядом.

– Мама, он чуть не погиб, – Сухо опустил голову. – Если бы не его мана...

– Я знаю, Сухо, – прервала его Хэ Ин. – Но я вижу не только раны на его теле. Я вижу то, что происходит между вами тремя. И это беспокоит меня не меньше, чем засада наемников.

Ли Вон почувствовал, как щеки снова предательски розовеют. Он попытался что-то сказать, но Хэ Ин мягким жестом остановила его.

– Вы ведете себя как два хищника, делящих территорию, – продолжала она. – Но посмотрите на Алекса. Разве он похож на территорию? Он — вихрь. Он — лед, который невозможно удержать в ладонях, не обморозив пальцы.

– Мы просто... – начал Ли Вон, но замялся.

– Вы любите его, – просто констатировала Ча Хэ Ин. – Один — преданно и долго, другой — вспыхнув, как порох. Но ваша вражда делает его уязвимым. Пока вы соревнуетесь, кто из вас лучше его защитит или кто больше ему нравится, он вынужден защищать себя сам. И сегодня он сделал это ценой собственной крови.

Сухо вскинул голову, в его глазах отразилось понимание, смешанное с болью.

– Вы хотите сказать, что наше соперничество подтолкнуло его к этому безумному плану?

– Он хотел доказать, что он сильнее ваших чувств, – кивнула Хэ Ин. – Он хотел показать, что он — игрок, а не приз. И пока вы будете тянуть его в разные стороны, он будет продолжать вырываться, даже если это причинит ему боль.

Она подошла к окну, глядя на то, как первые лучи рассвета золотят снег в саду.

– У меня есть совет для вас обоих. Если вы действительно дорожите им, перестаньте воевать друг с другом. В этом мире слишком много настоящих врагов, чтобы создавать их внутри дома. Алекс — уникальный человек. Ему не нужны два надзирателя. Ему нужны те, кто будет стоять по обе стороны от него, не пытаясь толкнуть другого в спину.

Ли Вон посмотрел на Сухо. Тот выглядел так, словно его ударили под дых. В словах матери Сухо была та простая и страшная истина, которую они оба пытались игнорировать.

– Быть вместе с ним... – пробормотал Ли Вон. – Вы предлагаете нам мир?

– Я предлагаю вам союз, – поправила его Хэ Ин, оборачиваясь. – Станьте для него опорой, которую невозможно разрушить. Если он будет знать, что за его спиной не два грызущихся пса, а два верных друга, готовых действовать сообща, ему не придется рисковать собой, чтобы «проверить» ситуацию.

Сухо медленно поднялся со своего места. Он подошел к Ли Вону и протянул руку.

– Она права. Мы ведем себя как идиоты. Алекс — гений, но он всё еще человек. И ему всего пятнадцать.

Ли Вон посмотрел на протянутую ладонь наследника Монарха. В его голове пронеслись сотни юридических формулировок, стратегий и планов, но ни одна из них не была так эффективна, как этот простой жест. Он вложил свою руку в руку Сухо.

– Союз, – твердо произнес адвокат. – Ради него.

В этот момент на кровати раздался прерывистый вздох. Алекс зашевелился, его брови нахмурились, а губы разомкнулись в беззвучном стоне.

– Пить... – прошептал он, едва слышно.

Оба парня мгновенно оказались рядом. Сухо ловко подхватил стакан с водой, а Ли Вон осторожно приподнял голову Алекса, помогая ему сделать глоток. Они действовали синхронно, без слов распределяя обязанности, словно тренировались в этом годами.

Алекс открыл глаза. Голубой цвет радужки стал ярче, взгляд — осознаннее. Он посмотрел на Ли Вона, затем на Сухо, и его взгляд задержался на их руках, которые всё еще работали в тандеме.

– Вы что... – Алекс закашлялся, но на его губах появилась слабая, ироничная улыбка. – Вы что, решили заключить пакт о ненападении, пока я спал?

– Мы решили, что ты слишком дорого нам обходишься, когда остаешься один, – ответил Сухо, ставя стакан на место.

– И я уже подготовил в уме дополнительное соглашение к твоему кодексу безопасности, – добавил Ли Вон, поправляя подушку. – Теперь мы с господином Соном будем координировать твой график вместе.

Алекс прищурился, в его глазах блеснул привычный азарт. Несмотря на бинты и слабость, он выглядел чертовски красиво — фарфоровая кожа, яркие глаза и эта его манера смотреть на мир свысока, даже лежа на больничной койке.

– Вместе, значит? – он перевел взгляд на Ча Хэ Ин, которая стояла чуть поодаль, едва заметно улыбаясь. – Кажется, я пропустил самое интересное. Мама Сухо, вы обладаете пугающим талантом убеждения.

– Я просто напомнила им, что персики вкуснее, когда их не приходится отбирать друг у друга, – ответила она, направляясь к выходу. – Отдыхай, Алекс. Твой отец скоро вернется. И поверь, его будет успокоить гораздо сложнее, чем этих двоих.

Когда дверь за ней закрылась, в комнате воцарилась иная атмосфера. Она больше не была колючей.

– Алекс, – Сухо сел на край кровати, – я серьезно. Больше никаких игр в наживку. Если я еще раз увижу тебя в таком состоянии, я... я запру тебя в теневом измерении своего отца, и мне плевать, что ты об этом подумаешь.

– А я подам иск против всего мира за нарушение твоего права на безопасность, – добавил Ли Вон, и в его голосе слышалась сталь. – И поверь, я выиграю этот процесс.

Алекс посмотрел на них — на темноволосого адвоката, чьи щеки всё еще хранили розоватый оттенок, и на наследника Монарха, чья сила вибрировала в воздухе. Он чувствовал их тепло, их искренность. И, честно говоря, это было гораздо приятнее, чем его одинокие игры в «шаг впереди».

– Ну ладно, – Алекс вытянул здоровую руку и коснулся пальцев Ли Вона, а затем и Сухо. – Раз уж вы такие настойчивые... Я согласен на ваш союз. Но при одном условии.

– Каком? – хором спросили они.

– Музыку выбираю я, – Алекс хитро улыбнулся. – И Сухо... ты всё еще должен мне танец.

Сухо рассмеялся, и этот звук окончательно развеял остатки мрака в комнате.

– Договорились, ледяной принц. Как только встанешь на ноги.

Алекс прикрыл глаза, чувствуя, как усталость снова накатывает волной. Но теперь это была приятная усталость. Он знал, что снаружи Цезарь и Джинву вершат правосудие, а здесь, в его комнате, зародилось нечто новое — странный, хрупкий, но невероятно сильный альянс.

– Ли Вон... – пробормотал Алекс, засыпая.

– Я здесь.

– Персик... спрячь под подушку. А то дед съест.

Ли Вон улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается тепло. Он посмотрел на Сухо, и тот кивнул ему в ответ. Битва за внимание Алекса не закончилась, она просто перешла в новую фазу — фазу, где они были на одной стороне. И в этой новой игре они собирались победить вместе.

Алекс Сергеев спал, и на его лице, впервые за долгое время, не было маски стратега. Была лишь легкая, спокойная улыбка человека, который знал: теперь он действительно в безопасности. Не потому, что он на шаг впереди, а потому, что за его спиной стоят те, кто не даст ему упасть.

Утро полностью вступило в свои права. За окном шумела Москва, в коридорах особняка слышались тяжелые шаги Цезаря, а в маленькой палате два вчерашних врага охраняли сон того, кто сумел объединить лед и пламя.

– Знаешь, Ли Вон, – тихо сказал Сухо, глядя в окно. – А ведь он всё равно нас переиграл.

– О чем ты?

– Он заставил нас помириться. Это и был его настоящий план с самого начала.

Ли Вон посмотрел на спящего Алекса и тихо хмыкнул.

– На шаг впереди. Как и всегда.

Они замолчали, слушая ровное дыхание парня. Впереди было много трудностей — заживление ран, гнев Цезаря, политические интриги и тренировки. Но сейчас это не имело значения. Главное было здесь — в этом безмолвном согласии, в аромате персиков и в ярко-голубых глазах, которые обязательно откроются снова, чтобы осветить их мир.

Мир, в котором Алекс Сергеев больше не был один.