← Назад к обзору

Наследие винчестера

Наследие в полный рост

– Сэмми, ты опять завис? – Голос Дина, хриплый и насмешливый, вырвал меня из пучины раздумий.

Я вздрогнул и перевел взгляд на брата. Дин стоял у кухонного стола, вытирая руки полотенцем. На нем был дурацкий фартук с надписью «Поцелуй повара», который он купил на какой-то распродаже чисто ради шутки, но теперь носил его почти каждое утро. На столе возвышалась стопка блинов, а рядом стоял огромный шоколадный торт, который Дин украшал с таким усердием, будто это был алтарь древнего божества.

– Просто задумался, – ответил я, закрывая ноутбук. – Два года, Дин. Прошло целых два года.

– И сегодня этому сорванцу пятнадцать, – Дин усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень той самой отцовской тревоги, которая теперь не покидала его ни на минуту. – Пятнадцать лет. В этом возрасте я уже вовсю гонял на Импале и чистил обрез с закрытыми глазами. А он... он другой, Сэм.

Я кивнул, глядя в сторону коридора, ведущего к жилым комнатам бункера. Алекс изменился. За эти два года он вытянулся, раздался в плечах, и теперь в его чертах лица всё отчетливее проступала фамильная порода Винчестеров. Бледная кожа стала чуть грубее от постоянных тренировок на свежем воздухе, а взгляд голубых глаз обрел ту самую глубину, которая появляется только у людей, видевших изнанку мира.

Но вместе с тем он оставался Алексом. Подростком, который мог часами спорить с Кастиэлем о смысле человеческого бытия, а потом полночи взламывать серверы какой-нибудь коррумпированной корпорации просто потому, что «они плохо защищены».

– О чем задумался, старик? – Дин подошел ближе и хлопнул меня по плечу. – У тебя лицо такое, будто ты решаешь, как спасти мир в тридцать шестой раз.

– Да так... – Я замялся, не зная, стоит ли признаваться. – Знаешь, глядя на Алекса, я поймал себя на мысли... о детях.

Дин замер. Его рука так и осталась на моем плече.

– О детях? Сэмми, ты серьезно? В нашем-то зоопарке?

– Нет, я не говорю о завтрашнем дне, – я вздохнул, глядя на пар, поднимающийся от кофе. – Просто... раньше я думал, что наша кровь — это проклятие. Что мы последние в роду, и на нас всё должно закончиться. Чтобы больше никто не страдал так, как мы. Но Алекс... он доказал, что наследие может быть другим. Он не просто солдат. Он — надежда. И я подумал: может, и для меня когда-нибудь найдется место для чего-то нормального?

Дин долго молчал. Он убрал руку и оперся о стол, глядя на торт.

– Знаешь, – тихо произнес он, – когда я узнал об Алексе, я хотел сбежать. Я думал, что испорчу ему жизнь одним своим присутствием. А теперь я не представляю, как мы жили без этого мелкого хакера. Так что если ты когда-нибудь решишься... я буду самым крутым дядей в истории. Буду учить твоего мелкого стрелять из арбалета и слушать правильный рок.

– Кто бы сомневался, – я улыбнулся, чувствуя, как тяжесть на сердце немного отступает.

В этот момент в библиотеке послышались шаги. Легкие, быстрые, почти бесшумные — Кастиэль хорошо научил Алекса технике скрытного передвижения.

– Пахнет так, будто здесь взорвалась кондитерская фабрика, – раздался звонкий голос именинника.

Алекс вошел в кухню. На нем была черная футболка с каким-то непонятным логотипом и потертые джинсы. Он выглядел заспанным, но довольным. Его черные волосы были всклокочены, а на щеке остался след от подушки.

– С днем рождения, пацан! – Дин мгновенно переключился в режим «праздничного безумия» и, подскочив к сыну, взял его в охапку, взъерошив волосы еще сильнее.

– Пап, ну хватит! Мне пятнадцать, а не пять! – Алекс смеялся, пытаясь вырваться из медвежьих объятий отца.

– Для меня ты всегда будешь тем мелким, который взломал британцев с помощью микроволновки, – заявил Дин, отпуская его. – Садись, ешь. Сегодня у нас день без тренировок и без латыни.

– Правда? – Алекс недоверчиво посмотрел на меня.

– Правда, Алекс, – подтвердил я, вставая, чтобы пожать ему руку. – С днем рождения. Мы приготовили тебе подарок, но сначала завтрак.

За столом было шумно. Мы ели блины, Дин травил байки о наших старых делах, намеренно приукрашивая детали, а Алекс слушал, подлавливая отца на логических нестыковках. Это была та самая нормальность, о которой я мечтал долгие годы. Семья. Настоящая, живая, несмотря на все шрамы.

После завтрака мы переместились в гараж. Алекс знал, что если Дин ведет его в святая святых, значит, подарок будет серьезным.

– Закрой глаза, – скомандовал Дин.

Алекс послушно зажмурился. Я видел, как у него подергиваются веки от нетерпения.

Дин подошел к дальнему углу гаража, где под брезентом стояло нечто, над чем он работал последние несколько месяцев по ночам, когда думал, что все спят. Он сдернул ткань с резким шорохом.

– Открывай.

Алекс открыл глаза и замер. Перед ним стоял классический мотоцикл «Triumph», полностью восстановленный и перекрашенный в матовый черный цвет. На бензобаке виднелась едва заметная гравировка — антидемонический символ, вписанный в стилизованное изображение крыльев.

– Ого... – прошептал Алекс. Он подошел к машине, боясь прикоснуться к ней. – Это... это мне?

– Импалу я тебе не отдам, даже не надейся, – Дин довольно ухмыльнулся, скрестив руки на груди. – Но охотнику нужен свой транспорт. Я перебрал движок, усилил раму и добавил пару... скажем так, магических модификаций. Кас помог наложить знаки защиты на покрышки, так что проколы тебе не страшны, даже если будешь удирать от адских псов.

Алекс провел рукой по кожаному сиденью. Его пальцы дрожали.

– Спасибо, пап. Это... это самый крутой подарок в моей жизни.

– Но есть условие, – я вмешался, стараясь звучать строго, хотя внутри всё пело от радости за племянника. – Никаких поездок без шлема. И никакой охоты в одиночку, пока тебе не исполнится восемнадцать.

– Сэм, не будь занудой, – отмахнулся Дин. – Парень в пятнадцать лет запечатал брешь в Пустоту. Думаю, он справится с поездкой до ближайшего города.

– Я буду осторожен, честно, – Алекс посмотрел на нас, и в его взгляде была такая искренняя благодарность, что у меня перехватило дыхание.

Внезапно воздух в гараже похолодел. Мы все мгновенно напряглись, рука Дина привычно легла на пояс, где обычно висел пистолет. Но это был знакомый холод.

Из тени у верстака вышел Кастиэль. Он выглядел как обычно — помятый тренч, серьезное лицо, но в руках он держал небольшую коробку, перевязанную грубой бечевкой.

– Я опоздал? – спросил ангел, переводя взгляд с мотоцикла на нас.

– В самый раз, Кас, – улыбнулся Алекс. – Смотри, что папа мне подарил!

Кастиэль подошел к мотоциклу и внимательно осмотрел его.

– Хорошая работа, Дин. Знаки нанесены верно. Хотя я бы добавил еще енохианскую вязь на выхлопную трубу для улучшения аэродинамики.

– Кас, не начинай, – фыркнул Дин. – Давай уже свой подарок.

Ангел повернулся к Алексу и протянул ему коробку.

– Я долго думал, что может пригодиться человеку, который стоит на стыке двух миров. Твоя сила растет, Алекс. И тебе нужно не только оружие, но и знание.

Алекс развязал бечевку и открыл коробку. Внутри лежал старый, потертый дневник в кожаном переплете. Но это не был дневник Джона. Обложка была украшена тисненым символом Просвещенных, а страницы казались сделанными из тончайшего пергамента.

– Это записи одного из первых Просвещенных, – тихо произнес Кас. – Он занимался изучением «чистой энергии» души. Там есть главы о том, как контролировать искру, которую ты носишь в себе. Я нашел его в одном из заброшенных хранилищ на Небесах.

Алекс бережно взял книгу.

– Спасибо, Кас. Это... это именно то, что мне нужно.

– Ну вот, теперь у нас есть байкер-библиотекарь, – Дин приобнял сына за плечи. – Сэмми, ты только посмотри на него. Весь в нас. Мозги от тебя, тяга к технике от меня, а эта тяга к древним книжкам... ну, это явно общее проклятие.

Мы стояли в гараже — два брата, ангел и мальчик, ставший нашим смыслом жизни. В этот момент я понял, что Дин прав. Наше наследие — это не только кровь и смерть. Это умение стоять друг за друга, когда весь мир идет ко дну.

– Знаете, – вдруг сказал Алекс, глядя на нас. – Я тут подумал... раз уж сегодня мой день, может, мы съездим в тот городок в тридцати милях отсюда? Там, говорят, открыли новую бургерную с игровыми автоматами.

– Бургеры? Автоматы? – Дин просиял. – Пацан, ты читаешь мои мысли! Сэмми, заводи Импалу. Кас, ты с нами?

– Если там есть еда, которую Дин называет «холестериновым раем», я, пожалуй, воздержусь от дегустации, но составлю компанию, – ответил ангел.

– Отлично! – Алекс уже вскакивал на свой новый мотоцикл. – Пап, наперегонки до ворот?

– Эй! – крикнул Дин, бросаясь к Импале. – Только попробуй обойти старушку, и я заберу ключи!

Я смотрел, как они суетятся, как смеются, и чувствовал, что эта картина навсегда врезается в мою память. Мой племянник, мой названный сын, рос в мире, который мы пытались сделать хоть немного безопаснее. И, возможно, когда-нибудь он сам станет отцом, и эта цепочка никогда не прервется.

– Сэм, ты идешь? – крикнул Алекс, уже надевая шлем.

– Иду! – отозвался я, закрывая ноутбук, который всё это время лежал на капоте машины.

Мы выехали из бункера шумной кавалькадой. Впереди летел Алекс на своем черном «Триумфе», за ним с ревом следовала Импала, а Кастиэль, как всегда, просто оказался на заднем сиденье в последний момент.

Солнце заливало дорогу золотистым светом. Ветер бил в лицо, унося прочь тревоги и страхи. В этот день мы не были охотниками. Мы не были мишенями для демонов или инструментами в руках ангелов. Мы были просто семьей, празднующей пятнадцатилетие своего наследника.

Глядя на спину Алекса, на то, как уверенно он держит руль, я снова подумал о детях. О том, что жизнь продолжается, несмотря ни на что. И что у каждого Винчестера, даже самого потерянного, есть шанс на свой собственный «холестериновый рай» и на сына, который будет лучше, чем он сам.

– С днем рождения, Алекс, – прошептал я, глядя, как он прибавляет скорость, уходя в точку на горизонте. – Постарайся прожить эту жизнь так, чтобы нам не пришлось тебя спасать. Хотя, кого я обманываю? Мы всегда будем рядом.

Наследие Винчестеров было в надежных руках. И эти руки теперь не только сжимали рукоять ножа, но и уверенно вели байк навстречу новому дню.