← Назад к обзору

Не такой как все

Шепот в тени величия

Прошла неделя, но воспоминания о той ночи в квартире Ли Вона все еще жгли кожу Алекса ярче, чем любые магические ожоги. Следы на его теле почти сошли, оставив лишь едва заметные желтоватые тени, но в памяти всё было свежо: то, как Ли Вон выгибался под его руками, как судорожно впивался пальцами в его плечи и как стонал его имя, срываясь на хрип. Каждый раз, когда Алекс закрывал глаза, он видел это лицо — обычно спокойное и сдержанное, а в те моменты — абсолютно потерянное и принадлежащее только ему.

Алекс стоял перед зеркалом в ванной, чувствуя, как по телу пробегает знакомая волна жара. Воспоминания возбуждали его, заставляя кровь быстрее бежать по жилам.

– Черт, – выругался он сквозь зубы, чувствуя, как техно-карго начинают давить в паху.

Он включил ледяную воду. Душ был единственным способом прийти в себя перед тем, как снова нацепить маску безразличия. Тяжелые струи воды били по широким плечам, стекали по рельефному прессу и татуировке ассасина на предплечье. Алекс стоял под холодной водой долго, пытаясь вытравить из головы образ Ли Вона, но это было бесполезно. Ли Вон был его единственной реальностью в этом мире фальшивых рангов.

Через час, обернувшись полотенцем, Алекс вышел в спальню, вытирая мокрые волосы вторым полотенцем. Он замер на пороге. В кресле у окна, освещенный холодным утренним светом, сидел его отец. Сон Джинву смотрел в окно, но его чувства, несомненно, были сосредоточены на сыне.

– Что случилось, старик? – Алекс даже не вздрогнул. Дерзость была его броней. – Двери в этом доме уже не принято использовать?

Джинву медленно повернулся. Его взгляд, глубокий и проницательный, скользнул по фигуре сына. Алекс стоял в одном полотенце, и на его фарфоровой коже, несмотря на прошедшее время, всё еще были видны бледные отметины — следы страсти, которые не спутаешь с боевыми ранами. Джинву задержал на них взгляд чуть дольше, чем следовало, но его лицо осталось непроницаемым камнем.

– Нужно, чтобы сегодня ты присутствовал в Ассоциации охотников, – ровным голосом произнес Монарх. – Будет официальный прием в честь открытия нового филиала. Вся семья должна быть там.

Алекс фыркнул, направляясь к шкафу. Он начал одеваться, намеренно игнорируя присутствие отца.

– Снова роль «идеального семейства»? – он натянул черную футболку, скрывая плечи. – Тебе не кажется, что я порчу общую композицию на фото? Ранг Е рядом с национальным героем — это плохой пиар.

– Алекс, – в голосе Джинву послышалась усталость. – Просто будь там. Ради Хэ Ин. Она хочет, чтобы мы хотя бы раз в месяц собирались вместе.

– Хорошо, – бросил Алекс, натягивая брюки. – Я оденусь и спущусь. А теперь проваливай, я не люблю, когда за мной подглядывают.

Джинву промолчал. Он встал и направился к выходу, но у самой двери остановился.

– У каждого есть секреты, Алекс. Но помни: чем больше тайна, тем тяжелее её хранить в одиночку.

Когда дверь закрылась, Алекс с силой ударил кулаком по стене. Он знал, что отец заметил следы. Он знал, что старик чувствует всё. Но признать это — значило сдаться.

***

Два часа спустя здание Ассоциации охотников сияло огнями и пахло дорогим парфюмом вперемешку с озоновым шлейфом маны. Сон Джинву шел сквозь толпу, и люди расступались перед ним, как воды Красного моря. Он привычно улыбался, пожимал руки влиятельным охотникам и чиновникам, но его мысли были далеко.

Он краем глаза наблюдал за Алексом. Его сын был в строгом черном костюме, который идеально сидел на его высокой, атлетичной фигуре. С выбритыми висками и холодным взглядом небесно-голубых глаз Алекс выглядел как принц, изгнанный из своего королевства. Он стоял у колонны, в стороне от всех, скрестив руки на груди.

Хэ Ин смеялась, обсуждая что-то с подругами, женами других высокоранговых охотников. Сухо, их гордость, был окружен сверстниками — молодыми дарованиями рангов А и В, которые ловили каждое его слово.

И только Алекс был один. Джинву вдруг пронзило острое осознание: у его сына в этом мире нет друзей. Ни одного человека, с которым он мог бы просто посмеяться здесь, в этом зале. Алекс стоял как тень, отчужденный и опасный в своем одиночестве.

Джинву отвлекся на разговор с председателем Ассоциации, когда почувствовал резкий всплеск агрессии в дальнем углу зала. Это не была магия. Это было нечто более острое — жажда крови.

Он обернулся и застыл.

Алекс больше не был один. Возле него, скорчившись на полу, стонали трое охотников. Судя по их значкам — ранг С. Они держались за шеи и грудь, их лица были бледными, а дыхание — прерывистым. Они не могли призвать магию. Джинву видел это: их каналы маны были перебиты точными, хирургическими ударами.

Алекс стоял над ними, и в этот момент он не был похож на подростка. Это был холодный, расчетливый хищник. Его взгляд был направлен чуть в сторону, туда, где у фуршетного стола стоял невысокий мужчина в очках и строгом сером костюме.

Ли Вон. Джинву узнал его — известный адвокат, работающий с делами низкоранговых охотников. Но почему Алекс смотрит на него так, будто готов сжечь весь мир ради этого человека?

Джинву двинулся к ним, но остановился в тени декоративного растения, услышав тихий, вибрирующий от ярости голос сына.

– Ли Вон, эти выродки... они тронули тебя? – Алекс шагнул к адвокату, игнорируя стонущих под ногами людей.

– Нет, Ал, всё хорошо, правда, – Ли Вон попытался улыбнуться, но его рука заметно дрожала, когда он поправлял очки.

– У тебя щека красная, – прорычал Алекс, и его голос сорвался на пугающий шепот. – Они ударили тебя? Отвечай!

– Алекс, пожалуйста, не надо создавать проблем, – Ли Вон схватил парня за локоть, пытаясь удержать. – Это просто пьяные герои, они решили, что адвокату «мусора» не место на их празднике. Ничего страшного.

– Ничего страшного? – Алекс перехватил руку Ли Вона, прижимая её к своей груди. В его глазах вспыхнул такой огонь, что даже Джинву стало не по себе. – Ли Вон, я убью любого за тебя. Любого, кто посмеет хотя бы взглянуть на тебя косо. Даже если это будет мой отец, я не позволю тебя обидеть. Я люблю тебя, слышишь? Ты — единственное, что в моей жизни не является ложью.

Джинву почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Шок от услышанного был настолько сильным, что его собственная тень на мгновение вышла из-под контроля, всколыхнувшись по полу темным пятном. Его сын... и этот мужчина. Любовь. Не просто бунт, а глубокое, запретное чувство, которое Алекс прятал от всех.

– Алекс, давай просто уйдем, – умоляюще произнес Ли Вон. – Ты в порыве гнева можешь наломать дров, а здесь камеры, здесь твоя семья...

– Плевать на них всех! – выкрикнул Алекс, и на него начали оборачиваться люди.

В этот момент к ним подошли двое мужчин. Охотники ранга S, известные своей заносчивостью и жестокостью. Именно они, судя по их глумливым ухмылкам, были зачинщиками.

– О, смотрите, наш «ранг Е» нашел себе подружку, – захохотал один из них, крупный мужчина с татуировкой пламени на шее. – Слышь, адвокатишка, ты хоть знаешь, что спишь с пустышкой? От него даже искры маны не дождешься.

Второй охотник, помоложе, оскалился.

– Мы просто объяснили этому юристу его место. А ты, пацан, лучше иди к папочке, пока мы не решили проверить, насколько крепкие у тебя кости без магии.

Гнев, который Джинву сдерживал годами, закипел в его жилах. Он видел, как Алекс напрягся, как его пальцы сложились в специфический жест ассасина, готового нанести смертельный удар в сонную артерию. Алекс не собирался блокировать их ману. Он собирался их убить.

Джинву вышел из тени.

Воздух в зале мгновенно стал тяжелым, как свинец. Огни люстр замерцали и начали гаснуть один за другим. Присутствующие охотники почувствовали, как их инстинкты самосохранения кричат об опасности. Это было давление Бога Смерти.

– Кто, – тихий голос Джинву прозвучал в абсолютной тишине, – позволил вам открывать рот в присутствии моей семьи?

Двое рангов S побледнели. Тот, что смеялся первым, попытался что-то сказать, но его челюсть словно заклинило.

Джинву подошел вплотную к ним. Он был ниже их ростом, но в этот момент он казался великаном, подпирающим небо.

– Вы ударили человека, который находится под защитой моего сына, – Джинву бросил мимолетный взгляд на Алекса, который замер, не выпуская руки Ли Вона. – А значит — под моей защитой.

– Господин Сон, мы не знали... мы просто шутили... – пролепетал второй, падая на колени под тяжестью ауры Монарха.

– Шутки кончились, – Джинву посмотрел на них глазами, полными фиолетового пламени. – Убирайтесь отсюда. И если я еще раз услышу, что вы приблизились к этому человеку или к моему сыну... я лично позабочусь о том, чтобы ваши тени служили мне вечно. В самых темных уголках моего королевства.

Охотники, не помня себя от ужаса, бросились к выходу, буквально расталкивая толпу.

Джинву медленно повернулся к сыну. Давление исчезло, но напряжение осталось. Алекс смотрел на него с вызовом, всё еще крепко сжимая руку Ли Вона. Его щеки горели, а в глазах стояли слезы ярости и облегчения.

– Теперь ты знаешь, – бросил Алекс, не дожидаясь вопросов. – Это Ли Вон. И он — мой. Можешь отречься от меня, можешь выгнать, мне плевать.

Джинву долго смотрел на них двоих. На напуганного, но решительного адвоката и на своего сына, который впервые за шестнадцать лет не прятался в тени, а стоял на свету, защищая то, что ему дорого.

– Я не собираюсь от тебя отрекаться, Алекс, – тихо сказал Джинву. – И я не собираюсь запрещать тебе быть счастливым.

Он подошел ближе и, к удивлению Алекса, положил руку ему на плечо.

– Но в следующий раз, когда решишь убить ранга S голыми руками... сначала убедись, что я стою за твоей спиной. Чтобы мне не пришлось подчищать за тобой трупы.

Алекс ошеломленно моргнул. Его дерзость на мгновение испарилась, уступив место детскому удивлению.

– Ты... ты не против? – прошептал он.

– Я против того, что ты скрывал это от меня, – Джинву перевел взгляд на Ли Вона и слегка кивнул ему. – Господин Ли, я слышал о вашей работе. Вы смелый человек. Чтобы любить моего сына, нужно иметь сердце льва. Или быть безумцем.

– Скорее, и то, и другое, господин Сон, – Ли Вон нашел в себе силы поклониться, хотя его всё еще пошатывало.

Джинву развернулся к залу, где сотни глаз наблюдали за этой сценой.

– Вечер продолжается! – объявил он громовым голосом. – А те, кто не умеет вести себя в гостях у Ассоциации, завтра получат уведомление о пересмотре их лицензий.

Он снова посмотрел на Алекса.

– Иди с ним. Прогуляйтесь. Хэ Ин я всё объясню сам. Но завтра... завтра мы сядем и поговорим как взрослые люди. Без тайн.

Алекс кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он быстро потянул Ли Вона к выходу, прочь из этого душного зала.

Когда они вышли на свежий ночной воздух, Алекс прижал Ли Вона к стене здания Ассоциации и зарылся лицом в его шею, вдыхая родной запах.

– Я же говорил, что убью за тебя, – прошептал он.

– А твой отец сказал, что поможет спрятать тела, – нервно усмехнулся Ли Вон, обнимая парня в ответ. – Алекс, ты понимаешь, что произошло? Он принял нас.

– Он просто боится, что я уйду насовсем, – Алекс поднял голову, и его глаза сияли в свете уличных фонарей. – Но мне всё равно, почему он это сделал. Главное, что теперь мне не нужно прятаться.

Он поцеловал Ли Вона — долго, глубоко, прямо под камерами наблюдения Ассоциации, прямо под носом у всего мира охотников. На левом предплечье Алекса татуировка ассасина, казалось, пульсировала в такт его сердцу.

Он был сыном Сон Джинву. Он был рангом Е. Он был любовником простого человека. И в эту ночь он наконец-то почувствовал, что его ранг не имеет значения. Потому что истинная сила была не в мане, а в смелости быть собой в мире, который требовал от него быть кем-то другим.

А в окне верхнего этажа Сон Джинву провожал взглядом уходящую пару.

– Ты был прав, Берилл, – негромко произнес он в пустоту. – Он растет не таким, как мы ожидали. Он растет свободным. А это — самая опасная сила из всех существующих.