Не такой как все
Порочный круг и теневой контроль
Прошел ровно месяц с того дня, когда Алекс перевернул мир с ног на голову. Ассоциация Охотников, некогда казавшаяся незыблемой скалой, рассыпалась в прах под весом его финансовых махинаций и неопровержимых доказательств их преступлений. Магия в мире продолжала убывать, точно вода в треснувшем кувшине, и паника среди «пробужденных» росла с каждым днем. Но на фоне этого глобального хаоса корпорация «Мортэ» стояла нерушимым бастионом, а мой младший сын стал самым обсуждаемым человеком на планете.
Но была одна проблема. И эта проблема была сугубо семейной.
Я сидел в своем кабинете, глядя на экран телефона. Три часа дня. Я пытался дозвониться до Алекса с самого утра. Сухо уже несколько раз заглядывал ко мне, молчаливо разделяя мое беспокойство, а Хэ Ин и вовсе не находила себе места, то и дело принимаясь поливать цветы, которые и так уже тонули в воде.
Алекс не появлялся дома три дня. Для обычного семнадцатилетнего парня это могло быть нормой, но не для Алекса. После того как он раскрыл свои карты, он стал целью номер один для остатков радикальных охотников и тех, кто потерял всё из-за его реформ. Хотя я знал, что он может постоять за себя, родительский инстинкт, усиленный чувствами Монарха, не давал мне покоя.
– Всё еще не отвечает? – Сухо прислонился к дверному косяку. Его серые глаза, так похожие на мои, были полны хмурой сосредоточенности.
– Нет, – я снова нажал кнопку вызова. – Аппарат вне зоны доступа или просто игнорирует.
– Может, послать Бера? – предложил сын. – Он найдет его за пять минут.
– Алекс просил не шпионить за ним, – вздохнул я. – Он сказал, что если я снова подошлю к нему теней без его согласия, он взломает систему безопасности нашего дома и заставит её проигрывать детские песенки круглосуточно. И, зная его, он это сделает.
Я набрал номер в десятый раз. Гудки тянулись бесконечно долго, раздражая слух своим механическим однообразием. Наконец, на другом конце провода щелкнуло.
– Да... – прохрипел голос Алекса. Он звучал так, будто он только что пробежал марафон или... я даже не хотел об этом думать.
– Алекс! Ты где? Почему дома не появляешься и трубку не берешь? – я постарался, чтобы мой голос звучал строго, хотя внутри всё клокотало от облегчения.
– Старик, ты серьезно?.. – послышался тяжелый, прерывистый вздох, переходящий в тихий стон. – Я тебе... я бы тебе перезвонил, но, черт возьми, ты такой противный... Я сейчас занят. Ты пипец не вовремя позвонил.
Его голос был хриплым, сбивчивым, и я почувствовал, как во мне закипает гнев пополам с недоумением. Что он там делает? В каком клубе он опять завис, если ведет себя так странно?
– Алекс... – начал я, намереваясь прочитать ему лекцию о дисциплине и безопасности, но не успел.
– Черт, Ли Вон, не сжимай меня так сильно! – внезапно выкрикнул Алекс, и я услышал отчетливый шорох ткани и какой-то глухой удар. – Ты мне член оторвать хочешь? Заткнись и двигайся уже!
Связь оборвалась.
В кабинете повисла такая тишина, что было слышно, как пылинки танцуют в свете солнца. Сухо, который стоял достаточно близко, чтобы слышать каждое слово, медленно открыл рот. Его лицо сначала побледнело, а потом залилось густой краской.
– Он... он только что сказал... – Сухо запнулся, не в силах закончить фразу.
Я медленно положил телефон на стол. Мои пальцы непроизвольно сжали край столешницы, и дерево жалобно хрустнуло. Теневой Монарх, повелитель смерти, стоявший перед лицом правителей и драконов, впервые в жизни почувствовал себя абсолютно беспомощным и дезориентированным.
– Он с адвокатом, – констатировал я, глядя в пустоту.
– Папа, мне кажется, нам нужно пойти туда и... и... – Сухо замахал руками. – И просто вытащить его оттуда! Ему семнадцать! Ли Вону двадцать три! Это же... это же незаконно! Или аморально! Или и то, и другое!
– Сухо, – я поднял руку, призывая его к спокойствию, хотя сам чувствовал, как тени под моими ногами начинают неистово извиваться, отражая мое состояние. – Алекс — директор корпорации. Он живет по своим правилам. Но...
Я вспомнил лицо Ли Вона. Красивый парень, серые глаза, вечно безупречный вид. И этот парень сейчас... с моим сыном?
– Я иду за ним, – я встал.
– Я с тобой! – Сухо рванул к выходу.
– Нет, ты останешься здесь и проследишь, чтобы твоя мать не узнала подробности этого звонка, – отрезал я. – Если Хэ Ин услышит то, что слышал я, она разнесет половину Сеула своим мечом, пытаясь «спасти достоинство» сына.
Я закрыл глаза, настраиваясь на метку, которую я всё-таки оставил на Алексе — крошечный след моей маны, который он не мог обнаружить, как бы ни старался. След вел не в офис «Мортэ» и не в элитный пентхаус. Он вел в старый, промышленный район на окраине города.
Через мгновение я шагнул в тень и вышел из нее в темном коридоре какого-то заброшенного склада. Но внутри всё было иначе. Стены были укреплены высокотехнологичными панелями, повсюду мигали датчики, а воздух был пропитан запахом дорогого табака, пота и чего-то остро-химического.
Я двигался бесшумно, как сама смерть. Мои чувства обострились до предела. Я слышал приглушенные голоса за тяжелой стальной дверью в конце коридора.
– Еще немного... Стой, не так резко! – голос Ли Вона. Он звучал напряженно, почти на грани срыва.
– Ой, замолчи, адвокат. Ты сам просил об этом, теперь терпи, – это был Алекс. Его голос был полон того самого хищного превосходства, которое я видел в клубе.
Я набрал полную грудь воздуха и, не заботясь о деликатности, просто вынес дверь с петель одним коротким ударом маны.
– Алекс, немедленно прекрати это! – выкрикнул я, врываясь в комнату.
Картина, представшая моим глазам, заставила меня замереть.
Комната была заставлена сложными тренажерами и медицинскими капсулами. В центре стоял Алекс, по пояс обнаженный, весь покрытый потом. Его татуировка на плече казалась живой в свете флуоресцентных ламп. Но он не был в постели.
Он стоял, упершись ногами в пол, и удерживал на своих плечах тяжеленную стальную платформу, на которой сидел Ли Вон. Адвокат, тоже взмыленный и растрепанный, изо всех сил сжимал бедрами шею и плечи Алекса, пытаясь удержаться, пока тот выполнял какие-то невероятные силовые упражнения. В руках у Ли Вона был планшет, по которому он, судя по всему, отслеживал показатели датчиков, закрепленных на теле моего сына.
– Папа? – Алекс медленно, с хрустом в суставах, опустил платформу на упоры. – Ты что, дверь выломал? Ты в курсе, сколько стоит эта бронированная панель?
Ли Вон быстро спрыгнул с его плеч, поправляя очки и пытаясь придать себе деловой вид, что было сложно, учитывая его промокшую насквозь рубашку.
– Господин Сон Джинву... – он поклонился, тяжело дыша. – Мы не ожидали вашего визита.
Я перевел взгляд с одного на другого. Тени в комнате медленно успокоились.
– Что... что вы здесь делаете? – спросил я, чувствуя, как краска стыда медленно подступает к моей шее.
Алекс взял полотенце и вытер лицо, бросив на меня уничтожающий взгляд своих ярко-голубых глаз.
– Тренируемся, старик. Я же говорил — магия исчезает. Я тестирую новый экзоскелетный прототип, который интегрируется с мышечной памятью. Но чтобы откалибровать датчики, мне нужен живой противовес и кто-то, кто будет вводить данные в реальном времени. Ли Вон — единственный, кому я доверяю эту нудную работу.
– А тот разговор по телефону? – я нахмурился. – Про «не сжимай меня так сильно» и «оторвать член»?
Ли Вон густо покраснел и отвел глаза. Алекс же просто расхохотался, запрокинув голову.
– А, это... – он вытер слезу из уголка глаза. – Ли Вон испугался, когда платформа качнулась, и вцепился в меня ногами так, что пережал бедренную артерию и... ну, скажем так, некоторые важные узлы. Я думал, он мне таз раздробит. У адвоката, оказывается, очень сильные ноги, когда он в панике.
Я закрыл лицо рукой. Бог мой, я — Теневой Монарх, и я только что заподозрил своего сына в... в чем-то совершенно ином.
– Ты мог просто объяснить, когда я позвонил, – проворчал я.
– Я был занят тем, что пытался не уронить триста килограммов стали на голову своего юрисконсульта, – Алекс подошел к столу и взял пачку сигарет. – Ты пипец не вовремя позвонил, папа. У меня был пик нагрузки.
– Ты три дня не был дома, Алекс. Мать волнуется.
– Я занят делом, – он стал серьезным, зажигая сигарету. – Ассоциация пытается вывести остатки своих активов через подставные фирмы в Макао. Ли Вон работает по двадцать часов в сутки, чтобы заблокировать их счета, а я в перерывах пытаюсь довести до ума это оборудование. Если мы не успеем внедрить технологию «Мортэ» до того, как мана упадет ниже критической отметки, в стране начнется голод и мародерство. Охотники, потерявшие силу, — это опасные, злые люди с боевым опытом.
Он подошел к Ли Вону и по-хозяйски положил руку ему на плечо.
– И мне нужен мой адвокат в тонусе. Поэтому я заставляю его тренироваться вместе со мной.
Ли Вон слабо улыбнулся.
– Это больше похоже на пытки, господин Алекс.
– Заткнись и двигайся, я же сказал, – Алекс подтолкнул его к терминалу. – Нам нужно закончить калибровку левого привода.
Я стоял и смотрел на них. Мой сын, который еще месяц назад казался мне избалованным бездельником, сейчас выглядел как человек, несущий на своих плечах судьбу нации. И он делал это без единой капли магии.
– Папа, раз уж ты здесь и всё равно сломал мне дверь, – Алекс обернулся ко мне, прищурившись. – Помоги. Мне нужно проверить реакцию системы на сверхвысокие скорости. Твои тени могут имитировать атаку S-ранга без использования магического давления? Чистая кинетика.
Я посмотрел на него, потом на Ли Вона, который выглядел так, будто готов упасть в обморок от усталости, но всё равно продолжал работать.
– Могут, – ответил я.
– Отлично. Ли Вон, фиксируй показатели. Папа, выпускай своих парней. Только не Игриса, он слишком предсказуем. Давай кого-нибудь из быстрых.
Я вызвал нескольких теневых пехотинцев, приказав им атаковать Алекса только физически. То, что я увидел в следующие полчаса, поразило меня больше, чем его бой в клубе.
Алекс двигался в такт с какими-то механическими щелчками, доносившимися от закрепленных на его теле пластин. Его удары были точными, сухими и невероятно мощными. Он не просто сражался — он вычислял траектории. Каждый его шаг был частью сложного алгоритма.
Когда тренировка закончилась, Алекс тяжело опустился на скамью. Ли Вон тут же поднес ему воду.
– Неплохо, – признал я, подходя ближе. – Твоя скорость выросла на пятнадцать процентов по сравнению с тем, что я видел месяц назад.
– Этого мало, – Алекс жадно пил воду. – Если мана исчезнет завтра, S-ранги всё еще будут сильнее обычного человека за счет остаточной плотности мышц. Мне нужно превзойти их технологически.
Он посмотрел на меня, и в его голубых глазах я увидел ту же решимость, которая когда-то вела меня через бесконечные этажи Системы.
– Папа, я знаю, что ты думаешь. Что я слишком рискую. Что я связался с Ли Воном... по другим причинам.
– Я ничего не думаю, Алекс, – соврал я, стараясь не смотреть на адвоката.
– Думаешь, – Алекс усмехнулся. – Но Ли Вон — мой единственный союзник, который видит мир так же, как я. Он не боится будущего без богов. И если мне нужно проводить с ним по двадцать часов в сутки, чтобы спасти эту дыру под названием Сеул, я буду это делать. А насчет того, что ты слышал в трубке...
Он встал и подошел ко мне вплотную. Он был выше меня, и мне приходилось слегка поднимать голову, чтобы смотреть ему в глаза.
– Ты должен начать доверять мне. Не как Теневой Монарх своему подданному, а как отец сыну. Я не сломаюсь. И я не опозорю фамилию Сон. Даже если я теперь Окумура.
Я молча положил руку ему на плечо. Мышцы под моей ладонью были твердыми, как сталь.
– Хорошо. Но домой вернись. Хэ Ин приготовила твой любимый суп с морепродуктами. И если ты не придешь, она придет сюда сама. С мечом.
Алекс вздрогнул. Кажется, даже «Архитектор нового мира» боялся гнева Ча Хэ Ин.
– Ладно. Ли Вон, собирайся. Поедешь со мной. Моя мать тебя накормит, а то ты выглядишь так, будто тебя неделю в подвале держали.
– Но, господин Алекс, у нас еще отчеты... – попытался возразить адвокат.
– Это приказ директора, – отрезал Алекс, натягивая рубашку. – И не забудь планшет. Допишешь в машине.
Мы вышли из склада. Ночной воздух был прохладным. Алекс сел за руль своего матового монстра, Ли Вон устроился на пассажирском сиденье, мгновенно открыв ноутбук.
– Папа, – позвал Алекс, когда я уже собирался шагнуть в тень. – Спасибо за тренировку. Твои тени... они всё еще быстрее моих датчиков. Есть к чему стремиться.
Он нажал на газ, и машина сорвалась с места, скрываясь в темноте.
Я вернулся домой через тень и обнаружил Сухо, который нервно мерил шагами гостиную.
– Ну что? – прошептал он, подбегая ко мне. – Ты их застукал? Ты убил адвоката?
– Они тренировались, Сухо, – устало ответил я, проходя к дивану. – Физические упражнения. Калибровка оборудования.
Сухо замер, моргая.
– И... и всё? А те крики в трубку?
– Ли Вон просто слишком сильно сжал его ногами во время приседаний с отягощением, – я потер переносицу. – И больше никогда, слышишь, никогда не проси меня пересказывать подробности телефонных разговоров твоего брата.
В этот момент дверь открылась, и в дом вошли Алекс и Ли Вон.
– Мы дома! – крикнул Алекс. – Мам, я привел гостя, он умирает от голода!
Хэ Ин выбежала из кухни, сияя от радости.
– Алекс! Наконец-то! И господин Чон, как я рада вас видеть! Проходите, всё уже на столе.
Я смотрел, как мой младший сын, этот хищник и стратег, непринужденно обнимает мать и подмигивает брату, который всё еще пребывал в культурном шоке. Ли Вон, смущенно кланяясь, прошел в столовую, прижимая к себе планшет как спасательный круг.
Мир вокруг нас рушился. Магия угасала, старые герои теряли силу, а газеты предрекали конец света. Но здесь, в этом доме, под запахи домашней еды и звуки семейных споров, я чувствовал странную уверенность.
Потому что у этого мира был Архитектор. И этот Архитектор только что попросил добавки супа, одновременно объясняя адвокату, как правильно оформить иск против бывшего вице-президента Ассоциации.
Я сел за стол рядом с Хэ Ин и посмотрел на своих сыновей. Один — моя тень, мое прошлое и моя мощь. Другой — мой свет, мое будущее и моя гордость.
– Джинву, ты чего такой хмурый? – спросила Хэ Ин, подкладывая мне мяса. – Всё же хорошо.
– Да, – я улыбнулся, глядя на Алекса, который в этот момент что-то горячо доказывал Ли Вону, размахивая палочками для еды. – Всё просто замечательно.
Я понял одну важную вещь. Мое время как абсолютного защитника этого мира подходило к концу. Но мне не было страшно. Потому что мой сын создал систему, в которой даже Теневому Монарху найдется место — не как богу, а как отцу, который может просто сидеть за столом со своей семьей, пока его дети строят новый, удивительный мир.
Алекс вдруг замолчал и посмотрел на меня. Его небесно-голубые глаза на мгновение вспыхнули тем самым холодным, расчетливым светом, который я видел на складе. Он едва заметно кивнул мне, словно подтверждая мои мысли.
– Кстати, папа, – сказал он, отправляя в рот кусок кимчи. – Завтра утром я жду тебя в офисе. У нас совещание по вопросам безопасности новых энергетических узлов. И не опаздывай. В моем мире время — это единственный ресурс, который нельзя восстановить магией.
– Я буду, – ответил я, и Сухо рядом со мной согласно кивнул.
Мы больше не были просто Охотниками. Мы были частью чего-то большего. Мы были семьей Сон в мире, который только что начал учиться жить заново. И во главе этого мира стоял парень с татуировкой на плече и сигаретой в зубах, который знал об этом мире гораздо больше, чем все боги и монархи вместе взятые.