← Назад к обзору

Не такой как все

Шепот синего пламени

Прошло три дня с того момента, как реальность в моей голове окончательно дала трещину. Три дня, в течение которых я почти не спал, пересматривая отчеты, записи с камер видеонаблюдения и старые файлы Ассоциации. «Сумрак». Охотник, который появлялся там, где пасовали целые рейдовые группы. Тот, кто двигался быстрее мысли и оставлял после себя лишь выжженную синюю пустоту. Мой сын. Мой «проблемный» Алекс, которого я считал потерянным для мира магии, всё это время был сильнее большинства S-ранговых охотников планеты.

Я шел по широким коридорам Ассоциации охотников, и каждый мой шаг отдавался гулким эхом. Рядом семенил Чон Ли Вон. Адвокат выглядел помятым — видимо, эти три дня он тоже провел не в лучших раздумьях. Его обычно аккуратная прическа была слегка растрепана, а в глазах читалась смесь тревоги и любопытства.

– Господин Сон, вы уверены, что он придет сегодня? – тихо спросил Ли Вон, поправляя воротник своей светлой футболки. – После того, что произошло на озере... Алекс не из тех, кто легко прощает слежку.

– Он придет, – коротко бросил я. – Ему нужно легализоваться. Теперь, когда я знаю правду, он не сможет долго скрываться под маской Сумрака. Ему нужны ресурсы, доступ к закрытым зонам и официальный статус.

Я чувствовал его ауру еще до того, как мы свернули за угол к главному холлу регистрации. Она была острой, как бритва, и холодной, как лед на дне океана. Но в ней не было тьмы, которую я привык ощущать у монстров. Это была чистая, необузданная сила, которая жаждала свободы.

Когда мы вышли на балкон второго этажа, откуда открывался вид на стойки регистрации, я замер. Ли Вон остановился рядом, затаив дыхание.

Внизу, прислонившись к мраморной колонне, стоял Алекс. На нем было объемное черное худи, капюшон которого скрывал лицо, широкие штаны и кроссовки. На голове — черная кепка, а глаза прятались за темными очками, но я всё равно видел их лихорадочное синее свечение сквозь линзы. Он казался огромным — при росте в сто девяносто сантиметров он возвышался над толпой стажеров и клерков.

Рядом с ним стоял Кацуки — молодой, вспыльчивый стажер Ассоциации, которого за его характер и взрывную магию прозвали «Бакуго». Обычно он орал на всех подряд, но сейчас ситуация выглядела иначе.

Алекс наклонился к нему почти вплотную. Его лицо было в нескольких сантиметрах от лица Кацуки, и я видел, как напряглись плечи моего сына под плотной тканью худи.

– Раз я теперь независимый охотник и официально числюсь как Е-ранг по вашим дурацким тестам, какие у меня привилегии? – голос Алекса был низким, в нем слышалась опасная усмешка.

– Ты... ты придурок! – Кацуки буквально закипал. Его лицо пошло красными пятнами, а в ладонях начали проскакивать мелкие искры. – Ты не можешь просто так ворваться и требовать права S-ранга, имея карточку новичка! Отойди от меня, взрывная бемби!

– Взрывная бемби? – Алекс рассмеялся, и этот звук заставил нескольких проходящих мимо охотников вздрогнуть. Он наклонился еще ниже, так что их носы почти соприкоснулись. – Хватит меня так называть.

– А ты заставь меня! – выкрикнул Кацуки, но при этом он заметно покраснел — то ли от злости, то ли от того, насколько бесцеремонно Алекс вторгся в его личное пространство.

– Ты милый, когда злишься, – прошептал Алекс, и я почувствовал, как его тень на полу едва заметно шевельнулась, потянувшись к тени Кацуки. – Это забавляет. Знаешь, ты сейчас очень похож на шпица. Такого маленького, пушистого и очень шумного.

– Шпица?! – взревел Кацуки, замахиваясь, но Алекс перехватил его руку с такой легкостью, будто это была рука ребенка.

Я сжал перила балкона. Металл под моими пальцами жалобно скрипнул.

– Господин Сон, – шепотом произнес Ли Вон, – мне кажется, нам стоит вмешаться, пока они не разнесли холл.

Я не ответил. Я смотрел на своего сына и видел в нем то, чего никогда не замечал раньше. В нем не было страха перед авторитетами. В нем не было желания соответствовать чьим-то ожиданиям. Он был абсолютно, пугающе свободен. Даже Сухо, мой идеальный наследник, всегда оглядывался на меня, ища одобрения. Алекс же смотрел на мир как на добычу или как на скучную декорацию.

– Алекс, – негромко позвал я.

Мой голос не был громким, но он обладал свойством подавлять все остальные звуки в помещении. В холле мгновенно воцарилась тишина. Охотники, стажеры и персонал замерли, оборачиваясь к балкону.

Алекс медленно отпустил руку Кацуки. Тот, тяжело дыша и всё еще пылая лицом, отступил на шаг, поправляя одежду. Мой сын не спеша поднял голову. Сквозь темные очки я почувствовал его прямой, вызывающий взгляд.

– О, явился, – бросил он, не снимая капюшона. – Великий Монарх снизошел до простых смертных?

Я спустился по лестнице, Ли Вон следовал за мной, стараясь казаться незаметным. Каждое мое движение сопровождалось почтительным расступанием толпы. Когда я оказался в трех метрах от Алекса, я остановился.

– Ты пришел регистрироваться как Е-ранг? – спросил я, глядя на карточку в руках Кацуки. – Зачем тебе этот фарс, Алекс? Мы оба знаем, на что ты способен.

– Фарс? – Алекс усмехнулся и наконец снял очки, вешая их на ворот худи. Его синие глаза сияли ярче, чем когда-либо. – Это не фарс, отец. Это правила твоей любимой Ассоциации. Магический измеритель показал Е-ранг, потому что я так захотел. Мои тени умеют не только убивать, они умеют скрывать. Тебе ли не знать.

– Господин Сон, – подал голос Кацуки, стараясь вернуть себе официальный тон, хотя его голос всё еще подрагивал. – Этот... этот человек утверждает, что он хочет работать в одиночку. Но по закону охотники низших рангов обязаны входить в состав групп.

– Я не низший ранг, – Алекс перевел взгляд на стажера, и тот невольно сжался. – Я — Сумрак. И если ты еще раз назовешь меня «новичком», я скормлю твою магию своим щупальцам.

– Алекс, хватит, – я сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. – Ты привлекаешь слишком много внимания. Пойдем в мой кабинет. Нам нужно обсудить условия твоей работы.

– Условия? – Алекс выпрямился, и теперь мы стояли лицом к лицу. Два гиганта, две тени, одна из которых была старой и мудрой, а вторая — молодой и яростной. – Условия буду ставить я. Я не пойду в твой кабинет, папа. Там слишком пахнет твоим «совершенством» и успехами Сухо. Если хочешь говорить — говори здесь. Или не говори вовсе.

Я почувствовал, как Ли Вон рядом со мной нервно сглотнул. Никто и никогда не разговаривал со мной в таком тоне. Но я не чувствовал гнева. Внутри меня росло странное чувство, похожее на гордость, смешанную с глубокой горечью.

– Хорошо, – кивнул я. – Ты хочешь независимости? Ты её получишь. Я подпишу разрешение на твои одиночные рейды. Но при одном условии.

Алекс прищурился.

– У тебя всегда есть условия. Валяй.

– Ли Вон будет твоим официальным представителем и наблюдателем, – я указал на адвоката. – Он будет оформлять твои отчеты и следить за тем, чтобы ты не превратил город в руины. Это компромисс. Либо так, либо я аннулирую твою лицензию прямо сейчас.

Алекс посмотрел на Ли Вона. Адвокат попытался дружелюбно улыбнуться, но вышло скорее жалобно. Затем мой сын снова посмотрел на меня.

– Наблюдатель, значит? – он снова перевел взгляд на Кацуки, который всё еще стоял рядом, не зная, куда деться. – А взрывная бемби тоже будет в комплекте? Мне нравится, как он злится.

– Я тебе не аксессуар! – взвился Кацуки, но Алекс лишь лениво отмахнулся от него.

– Ладно, – Алекс внезапно посерьезнел. – Ли Вон может приходить. Он хотя бы не пытается читать мне нотации о «семейном долге». Но запомни, отец: если ты попытаешься через него контролировать мои шаги, я исчезну так, что даже твои лучшие тени меня не найдут.

Он развернулся и пошел к выходу, не дожидаясь ответа. Его походка была уверенной, расслабленной, в каждом движении чувствовалась скрытая мощь.

– Алекс! – крикнул я ему в спину.

Он остановился у самых дверей, но не обернулся.

– В это воскресенье... – я замялся, чувствуя себя непривычно неловко. – В это воскресенье у нас семейный ужин. Сухо возвращается из рейда в Чеджу. Приходи. Просто поужинаем.

Тишина в холле стала почти осязаемой. Все ждали ответа. Алекс стоял неподвижно несколько секунд, а затем слегка повернул голову.

– У Сухо теперь есть новый меч, который ты ему подарил, верно? – спросил он, и в его голосе проскользнула едва заметная тень обиды. – А у меня есть только мои тени и эта черная куртка. Не думаю, что я впишусь в ваш интерьер, папа.

Двери Ассоциации разъехались, выпуская его наружу, в шум города.

Я остался стоять в центре холла. Ли Вон подошел ко мне, осторожно коснувшись моего локтя.

– Господин Сон, вы в порядке?

– Он сильнее, чем я думал, Ли Вон, – произнес я, глядя на закрывшиеся двери. – И он гораздо более одинок, чем я мог себе представить.

– Я присмотрю за ним, – пообещал адвокат. – Он сложный, но в нем есть свет. Хоть он и называет себя Сумраком.

Я кивнул. В моей голове всё еще звучали его слова о «взрывной бемби» и шпице. В этом мальчишке было столько жизни, столько бунтарства, что оно пугало и восхищало одновременно. Он не был моей копией. Он был чем-то совершенно новым.

– Кацуки, – позвал я стажера.

Тот мгновенно вытянулся по струнке.

– Да, господин Сон!

– С этого дня ты прикреплен к группе сопровождения Чон Ли Вона. Будешь помогать ему в делах, связанных с охотником Алексом.

– Что?! – Кацуки выглядел так, будто его только что ударили молнией. – Но он же... он же ненормальный! Он издевается надо мной!

– Именно поэтому ты и подходишь, – я едва заметно улыбнулся. – Ты единственный, кто не боится на него орать.

Я развернулся и пошел к лифтам. Мне нужно было многое обдумать. Мой сын официально стал охотником. Мир еще не знал, что под маской Е-рангового новичка скрывается чудовищная сила, способная перевернуть баланс сил. Но я знал. И я знал, что битва за сердце Алекса будет гораздо сложнее, чем любая битва с монархами.

«Воскресенье», – подумал я. – «Я должен сделать так, чтобы он пришел. Даже если мне придется отправить за ним Игриса и Берита».

Но в глубине души я понимал: Алекс придет только тогда, когда сам этого захочет. И это была самая тяжелая правда, которую мне, Теневому Монарху, пришлось принять. Мои тени подчинялись мне во всём. Мой сын не подчинялся никому. И, возможно, именно это делало его по-настоящему моим.

– Ли Вон, – позвал я, уже заходя в лифт.

– Да, господин Сон?

– Узнай, какие цветы любила его мать. И... найди адрес того кондитерского магазина, о котором он когда-то упоминал в детстве. Нам нужно подготовиться к воскресенью.

Лифт закрылся, унося меня вверх, в мой кабинет из стекла и стали, в то время как внизу, на улицах Сеула, мой сын Алекс начинал свою собственную охоту, не зная, что за его спиной теперь стоит не только тень Монарха, но и робкая надежда на то, что семья — это не только кровь и ранги, но и готовность услышать шепот в самом сердце бури.

***

Алекс шел по улице, низко надвинув кепку. Он чувствовал взгляды прохожих, но ему было плевать. В кармане худи он сжимал новенькую карточку охотника Е-ранга. Она казалась ему тяжелой, словно была сделана из свинца.

– Шпиц... – пробормотал он, вспоминая лицо Кацуки. – Надо же было такому придурку встретиться.

Он усмехнулся. Синее пламя в его глазах на мгновение вспыхнуло ярче. Он знал, что отец следил за ним. Знал, что Ли Вон будет таскаться за ним хвостом. Но впервые за долгое время он не чувствовал себя загнанным зверем. У него была цель. И эта цель была гораздо больше, чем просто закрытие разломов.

Он собирался доказать этому городу, этой Ассоциации и своему «идеальному» отцу, что тень может сиять ярче любого солнца. И если для этого придется стать Сумраком, который поглотит весь Сеул — что ж, так тому и быть.

– Ну что, парни? – прошептал он, обращаясь к своим теням, которые невидимыми змеями скользили по стенам зданий вслед за ним. – Пора показать им, как охотятся настоящие монстры.

В ответ из подворотни донесся тихий, едва слышный шелест, похожий на смех. Охота началась. И на этот раз правила устанавливал не Теневой Монарх. Их устанавливал его сын.