← Назад к обзору

Не такой как все

Тень в подвале Ассоциации

Я стоял у панорамного окна своей резиденции, наблюдая, как первые лучи солнца несмело пробиваются сквозь серую дымку Сеула. Город просыпался, наполняясь гулом машин и энергией миллионов жизней, но здесь, на верхнем этаже, царила абсолютная тишина. Теневые солдаты, скрытые в моей тени, замерли, чувствуя мое состояние. Бесконечный покой Монарха.

Тихий шорох у входной двери заставил меня едва заметно улыбнуться. Я не оборачивался, но по вибрациям маны и характерному ритму шагов знал: это он.

Алекс вернулся.

Его присутствие всегда ощущалось как странный провал в пространстве — отсутствие магической силы, которое парадоксальным образом давило сильнее, чем аура охотника S-ранга. Он вошел в гостиную, и я почувствовал запах ночного города, озона и… легкий, почти неуловимый аромат ледяной маны, смешанный с табаком.

– Ты поздно, – произнес я, не оборачиваясь. Мой голос звучал ровно, без тени упрека.

– Скорее рано, отец, – отозвался Алекс. Его голос был хриплым, в нем слышалась усталость, смешанная с каким-то странным, лихорадочным удовлетворением.

Я наконец повернулся. Сын выглядел так, будто провел ночь в эпицентре шторма, но при этом на его губах играла та самая полуулыбка, которую он унаследовал от меня, но сделал гораздо более дерзкой. Его черная футболка была слегка помята, волосы взъерошены сильнее обычного, а белая лента на бедре с надписью «XT SKIRT» зацепилась за одно из металлических колец на брюках.

Я внимательно изучил его. Жив. Здоров. И, судя по тому, как расслаблены были его плечи, он был по-своему счастлив. Я никогда не вмешивался в его личную жизнь. Мои дети — не мои тени, они не обязаны подчиняться каждому моему приказу или отчету. Если Алекс нашел что-то или кого-то, что заставляет его чувствовать себя живым в этом мире вечной тьмы, я не стану преградой.

– Сухо уже тренируется, – заметил я, кивнув в сторону тренировочного зала. – Он искал тебя пару часов назад.

– Сухо — маньяк, – Алекс небрежно махнул рукой и подошел к столу, наливая себе стакан ледяной воды. – Ему нужно научиться расслабляться, иначе он выгорит раньше, чем получит лицензию.

Он сделал несколько жадных глотков. Я видел, как двигается его кадык, как поблескивают серьги-гвоздики в ушах. Мой старший сын. Человек, который не видит света, но знает о тьме больше, чем любой из моих маршалов.

– Пап? – вдруг позвал он, и тон его голоса мгновенно изменился. Исчезла напускная небрежность, осталась лишь холодная сосредоточенность.

– Да, сын.

Алекс поставил стакан на стол и «посмотрел» на меня через свою черную ленту. Я знал, что в этот момент он не просто слушает, он сканирует пространство вокруг меня.

– В Ассоциации есть одно место… – он замялся, подбирая слова. – Вчера, когда мы уходили, я почувствовал это. А сегодня ночью, когда я… задержался там, я решил проверить свои догадки.

Я чуть сузил глаза.

– И что ты нашел?

– В подвале Ассоциации, на третьем подземном уровне под архивами, есть зона, которую не отмечают на картах, – Алекс сделал шаг ко мне, его пальцы привычно коснулись темных бусин на шее. – Когда я приближаюсь к этой точке, мои чувства… они притупляются. Словно я вхожу в густой туман, который поглощает все звуки, все вибрации маны. Мои «глаза» просто перестают работать. Там стоит барьер, отец. И это не обычная магическая защита охотников. Это что-то гораздо более мощное. И старое.

Я нахмурился. Ассоциация охотников Кореи была под моим негласным надзором уже много лет. Председатель был моим доверенным лицом. Если там появилось нечто, способное ослепить чувства Алекса, это было серьезно. Его восприятие было отточено до предела; он чувствовал движение тени в другом конце здания. Если что-то блокировало его — это было аномалией.

– Ты уверен, что это не технические помехи? – спросил я, хотя уже знал ответ.

– Техника не пахнет пустотой, – отрезал Алекс. – Там пахнет так же, как в тех мертвых мирах, о которых ты иногда рассказывал. Холодом и тишиной, в которой нет жизни. Даже мана Чон Хо… – он осекся на мгновение, но продолжил, – даже самая сильная мана там затухает, как свеча на ветру.

Я отметил, как он произнес имя молодого охотника S-ранга. Значит, мои догадки о том, где он провел ночь, подтвердились. Но сейчас меня волновало другое.

– Подвал Ассоциации, – повторил я. – Глава Ассоциации никогда не упоминал о секретных уровнях такого типа.

– Потому что, возможно, они сами не знают, что там находится, – Алекс подошел к окну, повторяя мою недавнюю позу. – Барьер встроен в фундамент. Он древний. Такое ощущение, что здание построили поверх чего-то, что уже было там. И это «что-то» начало просыпаться.

Я почувствовал, как в моей тени шевельнулся Бери. Мои верные солдаты всегда остро реагировали на любую угрозу моей семье.

– Ты пытался войти внутрь? – мой голос стал тише, приобретая тот металлический оттенок, который заставлял королей падать на колени.

– Я не идиот, отец, – Алекс усмехнулся, но в этой усмешке не было радости. – Без своих чувств я там как обычный слепой. Я бы не прошел и десяти шагов. Но то, что я почувствовал у самой границы… оно звало меня. Не по имени, нет. Оно резонировало с чем-то внутри.

Я подошел к сыну и положил руку ему на плечо. Несмотря на его рост в сто девяносто сантиметров и дерзкий вид, сейчас он казался мне тем маленьким мальчиком, который когда-то впервые надел повязку на глаза, чтобы не видеть ужасов, которые иногда прорывались из моего мира теней.

– Ты правильно сделал, что рассказал мне, – произнес я. – Я проверю это место. Если там действительно находится что-то из «тех» миров, тебе и Сухо лучше держаться подальше.

– Ты же знаешь, что это невозможно, – Алекс повернул голову ко мне. – Если это касается Ассоциации, это касается и нас. И Чон Хо… он тоже что-то чувствует. Он не понимает, что это, но его лед начинает трескаться, когда мы проходим мимо того лифта.

Я вздохнул. Мои дети всегда были слишком любопытными и слишком сильными для своего блага.

– Иди отдыхай, Алекс. Ты выглядишь так, будто не спал вечность.

– Я посплю, – согласился он, отстраняясь. – Но пообещай мне одну вещь.

– Какую?

– Если ты пойдешь туда… возьми меня с собой. Мои притупленные чувства — это тоже информация. Если я пойму, как именно работает этот барьер, мы сможем найти брешь.

Я долго смотрел на него. На его татуировку на руке, на уверенную стойку, на черную ленту. Он был моим сыном. Моей гордостью. И моим самым большим страхом, потому что я не мог защитить его от всего.

– Посмотрим, – ответил я уклончиво. – А теперь — спать.

Алекс кивнул и вышел из комнаты, оставив после себя аромат персика, табака и тревоги.

Я снова повернулся к окну. Сеул уже полностью проснулся. Солнце заливало город светом, но я видел тени. Они сгущались под фундаментом здания Ассоциации, там, где мой сын почувствовал дыхание бездны.

– Игрис, – позвал я негромко.

Из тени за моей спиной бесшумно поднялся рыцарь в алых доспехах. Его присутствие было привычным и успокаивающим.

– Мой повелитель, – Игрис склонил голову.

– Проследи за Чон Хо. Не приближайся, просто наблюдай. Если он начнет проявлять интерес к подвалам Ассоциации больше обычного — доложи мне. И… присмотри за Алексом. Он затеял опасную игру.

– Будет исполнено, – рыцарь растворился в воздухе.

Я остался один. Внутри меня росло холодное предчувствие. Ассоциация, Чон Хо, таинственный барьер и мой сын, который начинает видеть то, что скрыто даже от моего взора. Мир, который я когда-то спас, снова начинал меняться. И на этот раз эпицентром перемен был не я, а те, кого я любил больше жизни.

Я закрыл глаза, позволяя своей мане растекаться по городу, проникая сквозь бетон и сталь, опускаясь всё глубже и глубже, к темным коридорам подвала Ассоциации. Там, внизу, действительно была тишина. Но это была не тишина покоя. Это была тишина затаившегося хищника, который ждал своего часа.

– Что бы ты ни скрывало, – прошептал я в пустоту, – ты не тронешь мою семью.

Тень в углу комнаты на мгновение расширилась, словно подтверждая мои слова. Я был Теневым Монархом. И если бездна решила заговорить с моим сыном, ей придется сначала ответить мне.

Через час я уже стоял в тренировочном зале, наблюдая за Сухо. Младший сын был воплощением мощи — его движения были резкими, удары — сокрушительными. Фиолетовые искры маны вспыхивали при каждом его выпаде. Он был моей копией, моей силой в чистом виде.

– Отец! – Сухо остановился, тяжело дыша. Пот градом катился по его лицу, черные волосы прилипли ко лбу. – Ты видел? Я увеличил скорость выхода теней на ноль целых три десятых секунды!

– Хорошая работа, Сухо, – я подошел к нему и протянул полотенце. – Но не забывай о контроле. Сила без вектора — это просто взрыв.

– Я знаю, знаю… – Сухо вытер лицо. – Алекс вернулся? Я чувствовал его запах в коридоре.

– Вернулся. Он спит.

– Опять гулял всю ночь, – проворчал младший, но в его глазах светилась привязанность. – Он думает, что я не замечаю, как он светится после этих своих «прогулок». Кстати, ты слышал о том парне из Ассоциации? Чон Хо. Он вчера чуть не подрался с кем-то из совета, потому что те назвали Алекса «балластом».

Я невольно улыбнулся. Чон Хо защищает честь Алекса? Это становилось всё интереснее.

– Чон Хо — талантливый охотник, – заметил я. – Но ему еще многое предстоит узнать о том, кто такой на самом деле твой брат.

– Алекс не балласт, – Сухо сжал кулаки, и его глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым. – Он умнее их всех вместе взятых. Если бы он мог видеть…

– Он видит больше, чем ты думаешь, Сухо, – прервал я его. – И сегодня он увидел то, что может изменить всё. Продолжай тренировку. Но будь начеку. Скоро нам может понадобиться вся твоя скорость.

Сухо серьезно кивнул и снова вернулся в центр зала. А я вышел, направляясь к лифту. У меня была встреча с председателем Ассоциации. И я собирался выяснить, что именно они прячут в своем подвале.

Пока лифт спускался, я думал об Алексе. О его силе, которая не измерялась рангами. О его способности чувствовать суть вещей. Он был моим старшим сыном, моим наследником не силы, но мудрости. И если он сказал, что барьер в подвале — это угроза, значит, так оно и было.

Двери лифта открылись в главном холле. Охотники, сновавшие туда-сюда, мгновенно затихали, когда я проходил мимо. Моя аура была подобна ледяному ветру, выметающему всё лишнее. Я шел к кабинету председателя, но мой разум был далеко внизу, на третьем подземном уровне.

Там, где тишина поглощала звуки. Там, где мой сын потерял свои чувства. Там, где начиналась новая глава нашей истории.

Я вошел в кабинет председателя без стука. Пожилой мужчина вздрогнул, увидев меня, и тут же поднялся, выражая почтение.

– Сон Джинву-ним? Какая неожиданность. Что-то случилось?

Я сел в кресло напротив него и посмотрел ему прямо в глаза. Мои глаза цвета грозовой тучи сейчас казались почти черными.

– Расскажите мне о третьем подземном уровне, – произнес я.

Председатель побледнел. Его руки, лежавшие на столе, заметно дрогнули.

– О… о чем вы говорите? Там только архивы и технические помещения…

– Не лгите мне, – мой голос прозвучал как удар хлыста. – Мой сын был там. Он почувствовал барьер. Тот самый, который не пропускает ману и гасит чувства. Что вы там прячете?

Председатель тяжело опустился обратно в кресло. Он понял, что отпираться бесполезно.

– Мы не прячем, Сон Джинву-ним. Мы охраняем. Точнее, мы пытаемся не дать этому выйти наружу. Это было там еще до того, как Ассоциация построила это здание. Мы называем это «Нулевой Точкой».

– Нулевая Точка? – я подался вперед.

– Это разлом, который не ведет в подземелье. Он никуда не ведет. Это просто… дыра в пространстве. И в последнее время она начала расширяться. Мы приглашали лучших магов S-ранга, чтобы укрепить барьер, но…

– Но они не справляются, – закончил я за него. – Потому что это не магический разлом.

– Мы не знаем, что это, – прошептал председатель. – Но ваш сын… Алекс. Он единственный, кто смог подойти к нему так близко и не потерять рассудок. Все остальные, кто пытался войти в зону барьера, возвращались либо в коме, либо полностью лишенными памяти.

Я почувствовал, как внутри меня закипает ярость, смешанная с тревогой. Мой сын подвергал себя такой опасности, и я узнал об этом только сейчас.

– Почему вы не обратились ко мне? – я поднялся, и само пространство вокруг меня начало вибрировать.

– Мы боялись, – честно ответил старик. – Мы боялись, что ваше вмешательство может спровоцировать разлом. Он реагирует на сильную ману. Чем сильнее охотник, тем агрессивнее становится барьер. Именно поэтому Алекс…

– Именно поэтому Алекс смог подойти, – я понял всё. Его отсутствие маны было его щитом. Но этот щит был очень хрупким.

Я вышел из кабинета, не прощаясь. Мне нужно было вернуться домой. Мне нужно было поговорить с Алексом еще раз. Но прежде всего, мне нужно было подготовиться.

Если в центре Сеула открывается нечто, реагирующее на ману и призывающее моего сына, значит, война, которую я считал законченной, только начиналась. И на этот раз на передовой будет не Теневой Монарх.

На передовой будет Сон Алекс — парень с черной лентой на глазах, который видит то, что боятся видеть боги.

Я шел по коридору, и тень за моей спиной растягивалась, поглощая свет ламп. Я чувствовал, как мои солдаты готовятся к бою. Но в глубине души я молился лишь об одном: чтобы мой сын оказался сильнее той бездны, которая начала его звать.

Потому что если Алекс упадет, я не просто уничтожу этот мир. Я сотру саму реальность, чтобы найти его.

Вернувшись домой, я застал Алекса на кухне. Он сидел на столе, болтая ногами, и ел персик. Его движения были ленивыми, но я видел, как напряжены его пальцы.

– Ты поговорил с председателем? – спросил он, не оборачиваясь.

– Поговорил.

– И?

Я подошел к нему и забрал косточку от персика из его руки.

– Ты пойдешь со мной, Алекс. Но не как наблюдатель. Ты пойдешь как мой проводник.

Алекс медленно улыбнулся. Его полуулыбка на этот раз была лишена дерзости. В ней была только решимость.

– Я знал, что ты это скажешь, пап.

– Но запомни, – я взял его за подбородок, заставляя «посмотреть» на меня. – Если я скажу «назад», ты уходишь не раздумывая. Ты понял?

– Понял, – серьезно ответил он.

Мы стояли друг против друга — Теневой Монарх и его слепой сын. Два существа, рожденных из тьмы и для тьмы. И где-то там, под фундаментом города, Нулевая Точка ждала нашего прихода.

– Сухо останется здесь, – добавил я. – Он слишком… импульсивен для этого места.

– Он обидится, – хмыкнул Алекс.

– Переживет. Нам нужно идти, пока барьер не начал пульсировать снова.

Алекс спрыгнул со стола, поправил свою черную ленту и проверил, на месте ли его серьги-гвоздики. Он был готов.

– Знаешь, отец, – сказал он, уже стоя в дверях. – Чон Хо вчера сказал мне одну вещь.

– Какую?

– Он сказал, что боится темноты. Но когда я рядом, темнота кажется ему домом.

Я посмотрел на сына.

– Это потому, что ты и есть дом для тех, кто потерялся во тьме, Алекс. Идем. Пора показать этой бездне, кто здесь настоящий хозяин.

Мы вышли из квартиры, и тени послушно последовали за нами, скрывая наш путь. Впереди был подвал Ассоциации, Нулевая Точка и тайна, которую нам предстояло раскрыть вместе. Сын и отец. Тень и её отражение.

И пусть весь мир подождет, пока мы разбираемся со своей бездной.