Небесные драконы
Зеркала и тени
Когда пространственный разлом окончательно схлопнулся, оставив после себя лишь легкое дрожание воздуха и запах озона, в нашем доме воцарилась тишина. Но это была не та мертвая тишина, что царила в стерильном особняке моих «гостей». Это была тишина перед бурей, которую обычно поднимали мои дети, стоило им осознать, что опасность миновала.
Я стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на то место, где только что исчезли другой я, его жена и их единственный сын. В голове всё еще крутились слова той Хэ Ин о статусе, силе и правильности.
– Странные они, – подала голос Юми, поправляя растрепавшиеся волосы. Она всё еще тяжело дышала после боя с Богами, но в её глазах уже плясали привычные озорные искорки. – «Моя жена — обычный человек», «Ваш сын — пустышка»... Джин, они вообще в зеркало смотрятся? Или только в свои рейтинговые таблицы?
Я подошел к ней и притянул к себе, вдыхая родной запах — смесь лаванды и той неуловимой мощи небесного дракона, которая всегда кружила мне голову.
– Они живут в мире, где каждый шаг оценивается обществом, Юм, – тихо ответил я, целуя её в макушку. – Для них сила — это инструмент, а не часть души.
– А мне их жалко, – вдруг вставил Алекс. Он уже успел накинуть толстовку, но его движения всё еще сохраняли ту хищную грацию, которую он унаследовал от матери. – Вы видели их лица? У них же жизни нет. Всё по расписанию, всё по протоколу. Спорим, у них даже секс по расписанию, и то только тогда, когда нужно было зачать Сухо?
Я почувствовал, как мои брови поползли вверх, а Юми прыснула в кулак. Алекс, как всегда, не выбирал выражений, когда дело касалось несправедливости или глупости.
– Алекс! – я не выдержал и отвесил сыну легкий подзатыльник. – Следи за языком. При детях же.
Младшие, Миюн и Ай, с любопытством переводили взгляд с меня на брата, явно пытаясь понять, о каком таком расписании идет речь.
– Чего «Алекс»-то, пап? – Первенец потер затылок, ухмыляясь. – Разве я не прав? У тебя шесть детей, а у того типа — один. Причем такой же замороженный, как и его мамаша. Тот Джинву смотрел на маму так, будто увидел привидение из своих самых смелых снов, которые он сам себе запретил видеть.
Я вздохнул, понимая, что спорить с ним бесполезно. В чем-то Алекс был чертовски прав. Тот Монарх, которого я увидел, был оболочкой. Могущественной, несокрушимой, но пустой. Он выбрал путь, который казался логичным, безопасным для мира. Он выбрал Ча Хэ Ин, потому что она была его отражением в мире охотников.
А я... я выбрал хаос. Я выбрал женщину, которая могла сжечь мир, если бы ей стало скучно, и которая научила меня, что Теневой Монарх — это не только армия мертвецов, но и ответственность за живых.
– Ладно, философ, – я потрепал Алекса по взъерошенным волосам. – Иди помоги Сухо и Миджун прибраться во дворе. После вашего «драконьего танца» там камня на камне не осталось.
– Уже иду, «Ваше Величество», – Алекс шутливо поклонился и направился к выходу, на ходу подмигивая сестрам.
Юми подошла к окну, наблюдая за тем, как наши дети собираются вместе. Сухо и Миджун уже вовсю обсуждали технику боя Алекса, Мина что-то записывала в свой блокнот, а младшие просто бегали вокруг, радуясь, что всё закончилось.
– Знаешь, Джин, – Юми повернулась ко мне, её лицо стало серьезным. – Та Хэ Ин... она ведь искренне верила, что я — слабое звено. Она смотрела на меня с такой жалостью, пока я не начала ломать кости этим «Богам». Это ведь страшно — жить и не видеть ничего дальше своего носа.
– Она продукт своего мира, – я подошел сзади и обнял её за талию, положив подбородок ей на плечо. – В их реальности нет места Небесным Драконам. Там всё подчинено Системе. Даже чувства.
– Я видела, как их Сухо смотрел на нашего Алекса, – прошептала Юми. – В его глазах была такая жажда... Он словно увидел дверь, о существовании которой даже не подозревал. Мне кажется, твой двойник сегодня не уснет. Он будет думать о том, что потерял.
Я промолчал. Я и сам знал это. Взгляд того Джинву преследовал меня. В нем не было ненависти, только глубокая, экзистенциальная тоска. Он увидел версию себя, которая не побоялась быть счастливой вопреки всем правилам.
– Пап! Мам! – в комнату влетели Миюн и Ай. – А Алекс сказал, что мы тоже скоро будем летать, как драконы! Это правда?
Юми рассмеялась, подхватывая Ай на руки.
– Конечно, правда. Только сначала нужно доесть суп и выучить уроки. Драконы, которые не знают математику, быстро врезаются в горы.
Дети зашумели, увлекая Юми на кухню. Я остался в гостиной один, глядя на свои руки. На миг мне показалось, что я вижу на них тени тех огромных копий, что материализовались в небе по воле моей жены и сына.
Мой мир был шумным. Мой мир был сложным. У меня было шесть детей, каждый из которых был потенциальной угрозой для мирового баланса, и жена, чья сила могла соперничать с моей. Но, черт возьми, я бы не променял ни одну секунду этого «беспорядка» на ту стерильную чистоту, что я увидел в глазах своего двойника.
– Эй, Монарх! – крикнула Юми из кухни. – Хватит там стоять с героическим видом. Иди ужинать, а то Алекс сейчас всё съест, у него после драки аппетит как у стаи орков!
Я улыбнулся. Серые глаза, похожие на грозовое небо, потеплели.
– Иду, любовь моя, – ответил я, делая шаг навстречу своей шумной, ненормальной и абсолютно идеальной жизни.
В конце концов, статус — это лишь слово. А семья — это то, ради чего стоит переписывать законы вселенной снова и снова. И если для этого нужно было иметь шесть детей и жену-дракона, которая советует другим Монархам покупать вибраторы — что ж, я был самым счастливым правителем теней во всех возможных мирах.