← Назад к обзору

Ник и ллойд страсть

Мёд, простуда и божественные танцы с бубном

Пространство между мирами, казалось, решило превратить пребывание ниндзя и их врагов в бесконечный киномарафон. Едва Кай успел поправить свою прическу, а Гармадон — вернуть себе хоть каплю достоинства после предыдущего «шоу», как знакомая вспышка света вновь ослепила всех присутствующих. Мягкие диваны гостеприимно (или издевательски) приняли тела зрителей, а гигантский черный экран запульсировал знакомыми буквами: «Загрузка... пожалуйста, подождите».

– Опять? – Кай обреченно откинулся на спинку, глядя в потолок, затянутый туманом. – Знаете, если я сейчас увижу Ллойда в очередном розовом наряде, я просто выколю себе глаза собственными мечами. Моя психика не резиновая!

– Не ной, Кай, – отозвалась Ния, хотя сама нервно теребила край своего кимоно. – По крайней мере, мы знаем, что он жив. И... э-э... очень активен.

– Активен? – Гармадон издал звук, средний между рычанием и всхлипом. – Он превратил обитель моего отца в притон для пьяных танцев и косплея! Если я встречу этого Ника, я вырву ему рога и заставлю их съесть без соли!

– Тише, брат, – Мастер Ву коснулся плеча Гармадона своим посохом. – Посмотри на экран. Кажется, на этот раз всё будет... спокойнее?

Экран прояснился. Вместо ярких огней и громкой музыки зрители увидели серое, затянутое тучами небо. Тяжелые капли дождя мерно барабанили по черепице крыш монастыря Первого Мастера Кружитцу. Пейзаж выглядел меланхолично и даже уютно, если бы не фигура в центре двора.

Ллойд стоял под проливным дождем, задрав голову к небу. Его золотые крылья были плотно прижаты к спине, а промокшие волосы облепили лицо. Он выглядел потерянным, словно пытался смыть с себя все те бурные события последних дней.

– Ллойд, иди в дом! – раздался с экрана голос Ника. – Ты промок до ниток!

– Еще минуту, Ник! – отозвался Ллойд, и его голос прозвучал странно хрипло. – Мне нужно... апчхи!

Зеленый ниндзя содрогнулся от мощного чиха, и из его ноздрей вылетела маленькая золотая искра, которая тут же погасла в луже.

– О нет, – прошептала Мисако в зале, прижимая руки к груди. – Он заболеет. У него с детства был слабый иммунитет к магическим простудам.

– Слабый иммунитет? – Харуми презрительно фыркнула, хотя её взгляд не отрывался от экрана. – Он наполовину Они. Он должен переваривать яд на завтрак, а не чихать от капли воды.

– Это не просто вода, принцесса, – подал голос Морро. – Это дождь в мире Первого Мастера. Каждая капля весит как пуд и несет в себе энергию созидания. Под таким дождем даже драконы подхватывают насморк.

Смена кадра. Теперь действие перенеслось внутрь монастыря. Ллойд лежал на огромной кровати, утопая в горе подушек и одеял. Его нос был ярко-красным, глаза слезились, а из-под одеяла периодически доносился жалобный стон.

Рядом суетился Ник. Страж, обычно такой властный и хищный, сейчас выглядел совершенно растерянным. Он держал в руках огромную книгу рецептов и пытался одновременно помешивать что-то в котле, который стоял прямо в спальне на переносной плитке.

– Так, – бормотал Ник, сверяясь с книгой. – «Для исцеления золотого дракона возьмите корень мандрагоры, три пера феникса и...» Ллойд, где ты спрятал перья феникса?!

– Ник... – прохрипел Ллойд, высовывая нос из-под одеяла. – Голова... она кружится. И мне кажется, что подушки со мной разговаривают.

– Это бред, – констатировал Ник, прикладывая ладонь ко лбу ниндзя. – Боги, ты горячий как кузница Кая!

В зале Кай невольно выпрямился:

– Эй! Моя кузница — эталон температуры! Но Ллойд реально выглядит плохо. Посмотрите на его рожки, они даже побледнели.

В комнату вошел Первый Мастер Кружитцу. На нем был надет огромный фартук с надписью «Лучший Дедушка во Вселенной», а на голове красовалась ледяная грелка.

– Ник, отойди от котла! – скомандовал старик. – Ты туда уже насыпал порох вместо корицы! Ты хочешь его вылечить или взорвать к чертям собачьим?

– Я просто пытаюсь помочь! – огрызнулся Ник, но послушно отошел. – Он тает у меня на глазах, Мастер!

– Спокойно, – Первый Мастер подошел к внуку и положил руку ему на лоб. – Ллойд, мальчик мой, ты меня слышишь?

– Дедушка... – Ллойд приоткрыл один глаз. – Почему у тебя на голове живой пингвин?

Первый Мастер Кружитцу вздохнул и поправил ледяную грелку.

– Это не пингвин, это лед. Так, Ник, неси мед. Настоящий, из ульев Небесных Пчел. И никакой магии Они! От твоей магии у него только температура растет.

Ник метнулся за медом, едва не сбив по дороге вазу. Зрители в зале прыснули со смеху.

– Вы видели? – Джей ткнул пальцем в экран. – Великий и ужасный страж чуть не пропахал носом пол! Ллойд его окончательно приручил.

– Это не приручение, Джей, – тихо сказала Ния. – Это любовь. Когда тот, кого ты любишь, болеет, ты теряешь голову. Даже если ты древний страж.

На экране Ник вернулся с банкой золотистого меда. Первый Мастер начал колдовать над чашкой чая, бормоча заклинания, которые больше походили на ворчание старого деда.

– Пей, Ллойд. Это поставит тебя на ноги.

Ллойд сделал глоток, поморщился, но послушно выпил всё. Через минуту его дыхание стало ровнее, но взгляд оставался туманным.

– Ник... – прошептал Ллойд. – Сегодня какое число?

Ник замер. Он посмотрел на календарь, висящий на стене, где красным кружком была обведена сегодняшняя дата.

– Сегодня четырнадцатое, Ллойд. А что?

Ллойд нахмурился, пытаясь сосредоточиться, но болезнь была сильнее.

– Четырнадцатое... Должно быть что-то важное... Но я не помню. Кажется, я должен был помыть драконов?

В зале для зрителей повисла тишина.

– О нет, – выдохнула Сора. – Он забыл про годовщину!

– Годовщину чего? – не понял Лорд Рас, поправляя маску.

– Годовщину того дня, когда они начали встречаться! – воскликнул Арин. – Это же катастрофа! Ник этого не переживет!

На экране Ник заметно поник. Его плечи опустились, а в глазах на мгновение промелькнула такая глубокая печаль, что даже Гармадон в зале перестал ворчать.

– Ничего страшного, Ллойд, – мягко сказал Ник, поправляя одеяло. – Спи. Тебе нужно отдыхать.

Первый Мастер Кружитцу посмотрел на Ника, затем на спящего внука, и его лицо выразило крайнюю степень божественного сочувствия.

– Ник, он не специально, – тихо произнес старик. – Магическая простуда стирает краткосрочную память.

– Я знаю, Мастер, – Ник отвернулся, скрывая лицо. – Просто... я готовил сюрприз. Я думал, мы проведем этот день иначе.

– Сделай сюрприз всё равно, – Первый Мастер положил руку на плечо стража. – Напомни ему. Иногда чувства сильнее, чем память.

Смена кадра. Прошло несколько часов. Ллойд проснулся от странного аромата. В комнате было темно, только сотни маленьких парящих свечей освещали пространство. Весь пол был усыпан лепестками белой сакуры, а у кровати стоял столик, заставленный сладостями.

– Что... что это? – Ллойд приподнялся на локтях, чувствуя себя уже гораздо лучше.

Из тени вышел Ник. Он переоделся в парадное кимоно, его рога были украшены тонкими золотыми нитями. В руках он держал небольшую коробочку.

– С годовщиной, мой маленький дракон, – тихо произнес Ник.

Ллойд замер. Его глаза расширились, а лицо выразило такой ужас, что зрители в зале невольно рассмеялись.

– О боги... Ник! – Ллойд схватился за голову. – Сегодня же наш день! Тот самый день, когда ты признался мне в любви в том дурацком баре! А я... я забыл! Я лежал здесь и просил тебя помыть драконов!

– Всё в порядке, – Ник присел на край кровати, беря руку Ллойда в свою. – Ты болел. Я не сержусь. Главное, что ты пришел в себя.

– Нет, это не в порядке! – Ллойд попытался вскочить, но запутался в одеялах и едва не свалился с кровати. – Я должен был что-то подарить! Я... я ничего не подготовил!

– Ты уже подарил мне самое главное, – Ник притянул его к себе, не давая упасть. – Ты позволил мне быть рядом.

В этот момент дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Первый Мастер Кружитцу. Он держал в руках поднос с двумя бокалами того самого золотистого эликсира.

– Я не хотел мешать, – прошептал старик, густо краснея. – Но я подумал, что для закрепления лечебного эффекта... и для праздника... вам это пригодится.

Старик быстро поставил поднос на стол и так же стремительно исчез, бормоча под нос:

– Ох уж эта молодежь... Сплошные чувства... Никакой медитации... Мои глаза этого не вынесут!

Ллойд и Ник переглянулись и дружно рассмеялись. Ллойд взял бокал, пригубил эликсир и почувствовал, как остатки болезни окончательно покидают его тело.

– Ник, я... я правда очень тебя люблю, – серьезно сказал Ллойд, глядя стражу прямо в глаза. – Даже если я буду старым, ворчливым и забуду собственное имя, я всё равно буду знать, что ты — мой баланс.

Ник не ответил словами. Он просто притянул Ллойда к себе и поцеловал его — долго, нежно, со всей той одержимостью и нежностью, о которой шептались в зале.

– У-у-у-у! – завыл Джей на диване. – Ну посмотрите на них! Это же просто сахарный диабет в чистом виде!

– Это прекрасно, – тихо сказала Мисако, вытирая слезы. – Мой сын счастлив. Это всё, о чем я просила.

– Счастлив? – Гармадон скрестил все четыре руки на груди, но его взгляд был уже не таким злым. – Ладно. Если этот рогатый тип будет и дальше так за ним ухаживать... может, я и не буду его убивать. Сразу.

– Посмотрите на экран! – крикнул Кай.

На экране Ллойд и Ник сидели в обнимку на кровати, поедая сладости.

– Слушай, Ник, – пробормотал Ллойд с набитым ртом. – А что в той коробочке?

Ник улыбнулся и открыл её. Внутри лежал кулон в форме двух переплетенных существ — Они и Дракона, выполненный из черного оникса и чистого золота.

– Это символ нашего союза, – пояснил Ник, надевая кулон на шею Ллойда. – Чтобы ты никогда не забывал, кто ты есть. И кто всегда будет за твоей спиной.

Ллойд коснулся кулона, и тот вспыхнул мягким светом, резонируя с его собственной силой.

– Спасибо, Ник. Это... это лучший подарок.

Внезапно в коридоре послышался грохот и крик Первого Мастера:

– Ник! Ллойд! Если вы сейчас же не перестанете светиться от счастья, у меня в саду зацветут камни! Имейте совесть, я пытаюсь спать!

Ллойд хихикнул и уткнулся носом в плечо Ника.

– Кажется, дедушка опять смущается.

– Пусть привыкает, – шепнул Ник, прижимая ниндзя ближе. – У нас впереди еще вечность таких годовщин.

Экран начал медленно гаснуть, оставляя зрителей в уютном полумраке.

– Ну что, – Кай поднялся с дивана, потягиваясь. – Это было... мило. Даже слишком мило для моего черствого сердца.

– Мы возвращаемся? – спросила Ния, глядя на Мастера Ву.

– Думаю, да, – старик улыбнулся. – Урок окончен. Мы увидели то, что должны были. Ллойд не просто нашел силу. Он нашел то, ради чего стоит эту силу беречь.

Вспышка света начала поглощать зал. Ниндзя, мастера и злодеи начали растворяться в воздухе.

– Хей, Гармадон! – крикнул напоследок Морро. – Признай, твой зять — отличный парень!

– Заткнись, призрак! – взревел Гармадон, но его голос уже тонул в сиянии.

Через мгновение зал опустел. Остались только пустые диваны и черный экран, на котором на секунду появилась надпись: «Любовь — это самый мощный артефакт. Даже сильнее Золотого Оружия. Берегите её».

А в далеком монастыре, под защитой древних гор, двое влюбленных продолжали праздновать свой день, не зная, что за ними наблюдал весь мир. Но им было всё равно. Ведь в их мире существовали только они, дождь за окном и вкус горького меда на губах.

Конец загрузки.