← Назад к обзору

Новая жизнь

Осколки идеального зеркала

– Система, ты издеваешься надо мной? – Сон Джинву сидел на краю кровати, сжимая виски ладонями.

Перед глазами привычно мерцало синее окно, но сегодня его содержимое вызывало лишь глухое раздражение. За последний месяц он превратился в тень самого себя. Величайший охотник человечества, человек, перед которым трепетали правители государств, теперь каждое утро начинал с проверки статуса «цели».

[Внимание! Игрок проявляет избыточную фиксацию. Текущий психологический фон: Одержимость. Рекомендация: Отвлекитесь на зачистку врат ранга S.]

– Заткнись, – выдохнул он, поднимаясь.

Юки. Это имя стало его персональным проклятием. За прошедшие недели Джинву перепробовал всё. Он следовал советам Системы, проявлял ту самую «человеческую слабость», был предупредителен, галантен и молчалив. Он видел, как Юки постепенно оттаивает. Тот перестал огрызаться при каждой встрече, начал принимать приглашения на совместные рейды и даже пару раз позволил Джинву подвезти его до дома без едких комментариев.

Казалось, лед тронулся. Джинву начал верить, что за этой новой, ослепительной броней сексуальности и силы он наконец-то нащупал ту самую нить, что связывала его с Юми.

Но потом Юки исчез.

Просто перестал выходить на связь. Его телефон был вне зоны доступа, дома никто не открывал, а в Ассоциации лишь разводили руками — Окумура взял бессрочный отпуск. Ча Хэ Ин извелась не меньше самого Джинву. Она постоянно крутилась рядом, пытаясь выведать хоть что-то, её аура искрила от беспокойства и ревности, которую она уже даже не пыталась скрывать. Джинву видел, как она изменилась: в её глазах больше не было того спокойного восхищения им самим. Теперь там горела лихорадочная жажда обладания Юки.

Семь дней тишины. Семь дней, за которые Джинву едва не разнес тренировочный зал гильдии.

Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо Сеула в кроваво-рыжие тона, Джинву вышел в обычный круглосуточный маркет за продуктами. Ему нужно было просто выйти из четырех стен, вдохнуть обычный воздух, не пропитанный маной и ожиданием.

Он шел по узкой улочке, надвинув кепку на глаза, когда его чувства охотника внезапно взвыли. Знакомый запах. Лесной пожар, озон и... что-то еще. Что-то чужое, сладковатое и приторное.

Юки стоял у кирпичной стены в тени переулка, прижимая телефон к уху. На нем была свободная черная рубашка с глубоким вырезом, который сейчас казался неприлично расхлябанным.

Джинву замер, скрыв свою ауру. Он не хотел шпионить, но ноги сами остановились. Сердце пропустило удар, когда он разглядел детали.

На бледной шее Юки, прямо над воротником, красовались отчетливые багровые засосы. Кожа была искусана, а когда Юки повернулся, рубашка натянулась, и Джинву увидел через тонкую ткань длинные, еще свежие красные полосы от ногтей, тянущиеся по всей спине.

Внутри Повелителя Теней что-то с хрустом сломалось. Ярость, холодная и черная, как сама бездна, затопила разум. Кто? Кто посмел прикасаться к нему так? Кто оставил эти метки на теле, которое Джинву боялся лишний раз коснуться даже взглядом?

– Да, друг мой, всё в порядке, – голос Юки прозвучал непривычно лениво, с той самой хрипотцой, которая обычно появлялась после долгой ночи. – Просто проследи за ней. Да, я переспал с ней пару раз, и всё. Она мне никто, просто развлечение на одну ночь.

Юки затянулся сигаретой, выпустив облако дыма. Его лицо в сумерках казалось божественно красивым и пугающе циничным.

– У неё была такая жажда, понимаешь? – Юки усмехнулся, потирая шею там, где виднелся самый яркий след. – Стоило немного надавить, и она потекла. Но мне это уже надоело. Просто узнай, если она залетела, дай мне знать. А там я решу, что делать. Либо деньги, либо... ну, ты сам знаешь. Я не собираюсь обременять себя обязательствами из-за случайной интрижки.

Джинву чувствовал, как его тени в панике сжимаются у его ног. Бер издал приглушенный клекот, Игрит обнажил меч в подпространстве. Воздух вокруг Джинву начал вибрировать от колоссального напряжения.

Юки нажал отбой и, насвистывая какой-то мотив, вышел из тени. Он выглядел довольным. Расслабленным. Сытым.

– Юки, – голос Джинву разрезал тишину переулка, как удар кнута.

Окумура вздрогнул, резко обернулся и на мгновение в его глазах промелькнуло что-то похожее на панику, но он тут же взял себя в руки. Он расплылся в своей обычной хищной улыбке, поправляя рубашку.

– О, Повелитель Теней. Какими судьбами в таких трущобах? Опять Система подсказала, где я мусор выбрасываю?

Джинву не двигался. Он смотрел на его шею, на эти яркие пятна, которые кричали о чужой страсти.

– Где ты был неделю? – Джинву сделал шаг вперед. Его голос был тихим, но от него веяло такой угрозой, что случайная кошка, пробегавшая мимо, в ужасе взлетела на забор.

– Отдыхал, Джинву, – Юки картинно потянулся, демонстрируя идеальный профиль. – Знаешь, иногда S-рангу нужно сбросить напряжение. Не всё же монстров кромсать. Есть вещи куда более приятные.

– С кем ты был? – Джинву подошел еще ближе. Между ними осталось меньше метра.

Юки прищурился. В его взгляде вспыхнуло то самое черное пламя, которое он теперь контролировал в совершенстве.

– Тебя это не касается. Я свободный человек. Или ты решил, что раз ты Национальный охотник, то имеешь право на мой график посещения чужих постелей?

– Я слышал твой разговор, – Джинву схватил его за плечо. Пальцы сжались так сильно, что ткань рубашки затрещала. – «Развлечение на ночь»? «Залетела»? Это то, ради чего ты уничтожил Юми? Чтобы стать обычным подонком, который использует женщин и выбрасывает их как мусор?

Юки резко сбросил его руку. Его лицо исказилось от ярости.

– Не смей читать мне мораль! – выкрикнул он. – Юми была святой, и что ей это дало? Ты её не замечал! Ты топтал её чувства своим равнодушием! Теперь я — это я. И если я хочу трахаться направо и налево, если я хочу, чтобы женщины ползали передо мной на коленях, я буду это делать! Потому что я могу!

– Ты превращаешься в чудовище, – Джинву смотрел на него с болью, которую невозможно было скрыть. – Ты мстишь всему миру за то, что я тебя обидел. Но страдают другие.

– Другие получают то, что хотят, – Юки подошел вплотную, ткнув пальцем в грудь Джинву. – Та девчонка была счастлива. Она кричала моё имя так, как Юми никогда не смела. А ты... ты просто завидуешь, Джинву. Тебе бесит, что я больше не принадлежу тебе. Ни душой, ни телом. Особенном телом, да?

Юки провел ладонью по своей шее, намеренно акцентируя внимание на засосах.

– Тебе ведь хочется узнать, каково это — касаться меня, когда я не пытаюсь тебя убить? Хочется узнать, пахну ли я всё еще Юми, когда с меня стекает пот после секса?

Джинву не выдержал. Он схватил Юки за воротник и впечатал его в кирпичную стену. Удар был такой силы, что по кладке пошли трещины.

– Замолчи, – прорычал он. – Хватит.

Юки не сопротивлялся. Он лишь смотрел на Джинву с вызовом, его дыхание было прерывистым.

– Почему ты так злишься, Сон Джинву? – прошептал он, и его губы оказались в сантиметре от губ охотника. – Потому что это не ты оставил эти следы? Потому что ты боишься признаться себе, что хочешь меня так же сильно, как Хэ Ин? Что тебе плевать, парень я или девушка, лишь бы я снова смотрел на тебя с тем обожанием?

– Я хочу спасти тебя от самого себя, – выдохнул Джинву, чувствуя, как его воля тает под этим невозможным, порочным обаянием.

– Спасалка не выросла, – Юки вдруг резко оттолкнул его и выпрямился. Его взгляд снова стал холодным и расчетливым. – Послушай меня внимательно. Я не вернусь к тому, что было. Я не буду твоей верной собачкой. Я буду брать от этой жизни всё. И если тебе это не нравится — отвернись.

Юки поправил рубашку и достал новую сигарету.

– Завтра рейд в Кванджу. Если хочешь прикрыть мою спину — приходи. Но не надейся, что я буду исповедоваться тебе в своих грехах. У меня впереди еще много ночей и много женщин, которые хотят узнать, на что способно черное пламя в постели.

Он развернулся и пошел прочь, не оглядываясь. Его походка была уверенной, бедра плавно покачивались, а аура сияла торжеством.

Джинву остался стоять в переулке. Его кулаки были разбиты в кровь о стену, но он этого не чувствовал. В его голове набатом звучали слова Юки.

[Внимание! Уровень эмоциональной нестабильности Игрока: Критический. Предложение Системы: Принудительное подавление эмоций для сохранения боеспособности.]

– Нет, – прошептал Джинву, глядя в темное небо. – Не подавляй.

Он чувствовал, как внутри него зарождается что-то новое. Это не было любовью к Юми. Это не было дружбой к Юки. Это была темная, собственническая страсть, достойная правителя мертвых.

– Ты хочешь играть в плохого парня, Юки? – Джинву медленно выпрямился, и тени вокруг него взметнулись к самому небу, закрывая звезды. – Хорошо. Мы поиграем. Но ты забыл одну вещь. Тени всегда следуют за светом. И куда бы ты ни пошел, в чью бы постель ты ни лег, я буду там.

Он вспомнил лицо Юки в момент их близости у стены. Тот вызов, ту жажду, которую он прочитал в его глазах. Юки не просто развлекался. Он бежал. Бежал от самого себя, от своих чувств, которые всё еще жили где-то глубоко под слоем цинизма.

– Ты можешь спать с кем угодно, – Джинву развернулся в сторону своего дома. – Но принадлежать ты будешь мне. Я заставлю тебя вспомнить, что такое преданность. И на этот раз я не допущу, чтобы ты сгорел.

В ту ночь Джинву не спал. Он сидел в медитации, настраивая свою ману на частоту Юки. Он чувствовал его — где-то там, в другом конце города, Юки снова был не один. Джинву ощущал всплески его энергии, слышал его смех в эфире маны. Это причиняло невыносимую боль, но эта боль была топливом.

А Юки в это время стоял на балконе пентхауса очередной «случайной знакомой». Он смотрел на город, и в его руке дрожал бокал с виски.

– Почему это не помогает? – прошептал он, касаясь укуса на плече. – Почему я чувствую себя еще более пустым, чем когда была Юми?

Система в его сознании ответила коротким, холодным уведомлением:

[Ошибка. Попытка замещения эмоционального дефицита физическим стимулом неэффективна. Рекомендуется: Контакт с источником основной привязанности — Сон Джинву.]

– Пошла ты, Система, – Юки швырнул бокал вниз, в темноту улиц. – Я справлюсь сам. Я заставлю его страдать так же, как страдала она.

Он не знал, что Джинву уже принял вызов. И что следующий рейд станет не просто зачисткой монстров, а полем битвы за его собственную душу.

Утром Сеул встретил охотников мелким дождем. Юки стоял у входа в Ассоциацию, одетый в кожаный костюм, подчеркивающий каждый изгиб его нового тела. Он выглядел как рок-звезда, и толпа репортеров не давала ему прохода.

Вдалеке показался черный внедорожник Джинву.

Юки облизнул губы, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения.

– Ну что, Повелитель, – прошептал он. – Посмотрим, на что ты готов ради того, чтобы остановить моё падение.

Джинву вышел из машины, и толпа мгновенно расступилась. Он не смотрел на камеры. Он смотрел только на Юки. И в этом взгляде было столько обещания и скрытой власти, что Юки впервые за всё время почувствовал настоящий, подлинный страх.

Страх того, что Джинву действительно может его спасти. И страх того, что ему это понравится.

– Начинаем, – коротко бросил Джинву, проходя мимо Юки.

Он не коснулся его. Он не заговорил. Но Юки почувствовал, как невидимые нити теней опутали его запястья, связывая их судьбы крепче, чем любые клятвы.

Игра перешла на новый уровень. И теперь в ней не было правил. Только пламя, тени и двое людей, пытающихся найти друг друга в лабиринте собственных ошибок.