← Назад к обзору

Новая жизнь

Пламя жизни и колыбель теней

– План зачистки прост, – Юки стоял перед входом во врата ранга А в Кванджу, небрежно опираясь на эфес своего клинка. – Я иду первым и выжигаю авангард. Джинву, твои тени подчищают фланги. Хэ Ин, ты на подстраховке у целителей. Вопросы?

Юки говорил сухо, его голос больше не дрожал от обиды или ярости. Прошла неделя с их тяжелого разговора в переулке, и теперь он казался воплощением абсолютного спокойствия. Черная кожаная броня сидела на нем как вторая кожа, а короткие волосы были растрепаны ветром. Он выглядел как карающий ангел, прекрасный и смертоносный.

– Вопросов нет, – отозвался Сон Джинву.

Он стоял чуть позади, в тени массивных ворот, и его взгляд был прикован к затылку Юки. Джинву чувствовал, что за этим напускным безразличием скрывается что-то новое. Мана Юки больше не искрила хаотично — она текла ровно, тяжело, словно застывающая лава.

Зачистка прошла пугающе эффективно. Юки двигался сквозь ряды монстров, как воплощение стихии. Черное пламя послушно ложилось под его ноги, превращаясь в смертоносные хлысты и крылья. Он не просил помощи, не оглядывался на товарищей. Он танцевал среди смерти, и каждый его удар был выверен до миллиметра.

Спустя два часа всё было кончено. Босс подземелья, огромный каменный голем, рассыпался в прах под натиском пламени Юки и клинков Джинву.

– Хорошая работа, – бросил Юки, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. – Джинву, отчет в Ассоциацию напишешь сам. У меня дела.

Он развернулся и пошел к выходу, даже не дождавшись ответа. Джинву проводил его долгим взглядом, чувствуя, как внутри ворочается глухое беспокойство.

– Он стал другим, – тихо произнесла Ча Хэ Ин, подходя к Сону. – Слишком... холодным. Словно он принял какое-то решение, которое нас не касается.

– Я знаю, – коротко ответил Джинву. – И мне это не нравится.

Юки тем временем уже сидел в своем автомобиле. Он быстро привел себя в порядок, сменив броню на дорогой шелковый костюм угольно-черного цвета. Его ждала встреча, которая должна была определить его будущее.

Через сорок минут он уже входил в VIP-кабинет закрытого ресторана. За столом сидела молодая женщина — та самая брюнетка с карими глазами, Анемия. Она выглядела бледной и напуганной.

– Юки... – она начала подниматься, но он жестом велел ей сесть.

– Давай без лишних прелюдий, Анемия, – Юки сел напротив и сложил руки в замок. – Ты беременна. Я знаю это, ты знаешь это. И мы оба знаем, что это не входило в мои планы. Но раз уж так вышло, я не собираюсь играть в семью.

Девушка вздрогнула, её глаза наполнились слезами.

– Ты хочешь, чтобы я... избавилась от него?

– Напротив, – Юки подался вперед, и его синие глаза сверкнули холодным огнем. – Я хочу, чтобы ты родила этого ребенка. Нам нужно договориться. Я оплачу все твои расходы: лучшие клиники, охрана, питание, любые прихоти. После рождения ты подписываешь документы об отказе от прав и передаешь мальчика мне. Взамен я дам тебе столько денег, что тебе и твоим внукам хватит до конца дней. Ты сможешь уехать в любую точку мира и забыть о моем существовании.

Анемия застыла. Она долго смотрела на него, пытаясь найти в лице этого идеального, пугающего мужчины хоть каплю тепла. Но там была лишь сталь.

– Ты просто... купишь своего сына? – прошептала она.

– Я обеспечу ему будущее, которое не сможет дать никто другой, – отрезал Юки. – И я защищу его. Соглашайся, Анемия. Это твой единственный шанс выйти из этой истории победительницей.

Она думала долго. Минуты тянулись как часы. Наконец, она медленно кивнула.

– Хорошо. Я согласна.

Юки кивнул в ответ, и в глубине его души что-то щелкнуло. Система внутри него удовлетворенно мигнула.

Прошло девять месяцев. Девять месяцев, за которые Юки практически перестал появляться на глазах у Джинву и Хэ Ин. Он брал только одиночные рейды, занимался бизнесом и строительством нового особняка, который больше напоминал крепость. Джинву сходил с ума от неизвестности, но Юки выстроил вокруг себя такую стену из юридических барьеров и охраны S-ранга, что даже Повелитель Теней не решался идти на прямой конфликт без веской причины.

И вот этот день настал.

Юки стоял в стерильном коридоре частного роддома. Он слышал крик, доносившийся из-за дверей палаты. Его сердце, которое он считал давно выжженным черным пламенем, билось так сильно, что, казалось, ребра не выдержат.

Дверь открылась, и медсестра вышла к нему, бережно неся сверток.

– Поздравляю, господин Окумура. Мальчик. Здоровье идеальное, показатели маны... – она запнулась, глядя на приборы. – Они аномально высоки для новорожденного.

Юки медленно, почти благоговейно протянул руки и взял сверток. Из одеяла на него смотрел младенец. Черные, как ночь, волосы и пронзительные, ярко-синие глаза. Копия Юки. Копия того идеала, которым он стал.

– Алекс, – прошептал Юки. – Окумура Д. Алекс.

В этот момент в конце коридора послышались тяжелые шаги. Юки не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Джинву нашел его.

Сон Джинву остановился в нескольких метрах. Он выглядел измотанным, его аура была темной и тяжелой. Он смотрел на Юки, на сверток в его руках, и в его глазах отражался целый спектр эмоций: от шока до осознания.

– Так вот что ты скрывал, – голос Джинву был хриплым. – Ты решил создать свою собственную жизнь, Юки? Без меня? Без всех нас?

Юки медленно повернулся к нему. Он прижал ребенка к груди, и его мана вспыхнула защитным куполом, отгораживая их от всего мира.

– Это мой сын, Джинву, – холодно произнес Юки. – Моя кровь. Мое продолжение. И он не имеет к тебе никакого отношения.

Джинву сделал шаг вперед, его тени заволновались.

– Ты не можешь просто так отгородиться, – Джинву смотрел на маленькое личико ребенка. – Он... он пахнет тобой. И немного Юми. Ты создал его, чтобы заполнить пустоту?

– Я создал его, чтобы у него был кто-то, кто никогда его не предаст, – Юки подошел ближе, глядя Джинву прямо в глаза. – Я дам ему всё то, чего не было у меня. Я буду его отцом, его учителем и его защитой. И если ты или Ассоциация попробуете использовать его как инструмент — я сожгу этот мир дотла. Это не угроза, Джинву. Это факт.

Джинву молчал. Он видел, как Юки смотрит на ребенка. В этом взгляде было то, чего Джинву так долго искал — настоящая, неприкрытая любовь. Но теперь эта любовь не принадлежала ему. Она принадлежала этому крошечному существу.

– Ты ведь знаешь, что я не причиню ему вреда, – тихо сказал Джинву. – И я не позволю это сделать другим.

– Я сам справлюсь, – Юки развернулся, собираясь уходить.

– Подожди, – Джинву протянул руку, но не коснулся его. – Позволь мне... позволь мне хотя бы иногда видеть его. Я не прошу прощения за прошлое. Но этот ребенок... он не должен расти в ненависти.

Юки остановился. Он посмотрел на спящего Алекса, который забавно сморщил носик во сне. Что-то в его душе, какой-то последний осколок льда, начал таять.

– Посмотрим, Джинву, – бросил Юки через плечо. – Время покажет, достоин ли ты его внимания.

Он ушел, оставив Джинву в пустом коридоре.

Спустя несколько часов Анемия подписала все документы. Она получила свой чек на астрономическую сумму, вытерла слезы и уехала в аэропорт, навсегда исчезая из жизни Окумуры. Она сделала свой выбор, выбрав деньги вместо ответственности за ребенка, рожденного от человека-пламени.

Юки сидел в детской своего нового дома. Алекс спал в колыбели, сделанной из редчайших пород дерева и укрепленной магическими рунами. Юки смотрел на него и пока не до конца понимал, что делать. Он, человек, который привык разрушать и доминировать, теперь должен был созидать.

– Знаешь, малыш... – прошептал Юки, касаясь крошечной ручки сына. – Мир — это очень жестокое место. Особенно для таких, как мы. Но я обещаю тебе: никто и никогда не заставит тебя чувствовать себя лишним. Никто не посмотрит сквозь тебя.

Он почувствовал, как к нему приближается знакомая аура. Не такая тяжелая, как у Джинву, но настойчивая. Ча Хэ Ин.

Она вошла в комнату тихо, без приглашения. Её взгляд сразу упал на колыбель.

– Он прекрасен, – прошептала она, подходя ближе. – Юки... почему ты не сказал?

– А зачем? – Юки не оборачивался. – Чтобы вы начали спорить, чье влияние на него будет сильнее? Или чтобы вы жалели ту девушку, которая продала его мне?

Хэ Ин покачала головой. Она подошла к Юки и положила руку ему на плечо. На этот раз он не сбросил её руку.

– Мы не враги тебе, Юки. Просто мы... мы всё еще учимся понимать тебя нового. И этого ребенка мы примем.

Юки вздохнул, закрывая глаза. Он чувствовал тепло её ладони и слышал ровное дыхание сына. Впервые за долгое время он почувствовал, что хаос внутри него утихает.

– Джинву был здесь, – сказал он.

– Я знаю. Он ждет внизу. Он боится зайти без твоего разрешения.

Юки усмехнулся. Великий Повелитель Теней боится зайти в комнату. Какая ирония.

– Пусть заходит, – наконец произнес Юки. – Но если он разбудит Алекса своей маной — я выкину его из окна.

Хэ Ин улыбнулась и вышла. Через минуту в дверях появился Джинву. Он вошел осторожно, почти бесшумно. Он встал рядом с Юки, и они оба замерли над колыбелью.

– Он будет сильнее нас обоих, – тихо произнес Джинву.

– Он будет счастливее нас обоих, – поправил его Юки. – Это важнее.

В ту ночь в особняке Окумуры Юки впервые за долгое время не горело черное пламя ненависти. Там теплился тихий свет новой жизни. Юки сидел в кресле, глядя на Джинву и Хэ Ин, которые о чем-то тихо спорили в углу комнаты, стараясь не шуметь.

Он стал мужчиной. Он стал отцом. Он стал силой, с которой считался весь мир. И хотя его путь к этому был вымощен пеплом и болью, сейчас, глядя на своего сына, Юки понимал: всё это было не зря.

Система в его сознании выдала последнее сообщение за этот длинный день:

[Внимание! Миссия 'Перерождение' переходит в фазу 'Наследие'. Статус пользователя: Глава Рода. Уровень счастья: Стабильно растет.]

Юки закрыл глаза и впервые за много лет уснул спокойным сном, зная, что его прошлое окончательно сгорело, а будущее только что сделало свой первый вдох. Алекс Окумура стал тем якорем, который удержал его от превращения в монстра, и тем мостом, который всё же соединил его с теми, кто когда-то был ему дорог.

Пламя перемен наконец-то превратилось в домашний очаг. Но горе тому, кто посмеет посягнуть на этот покой — ведь теперь Юки было что терять, а значит, его ярость не будет знать границ. И рядом с ним теперь всегда будут тени, готовые защитить это хрупкое счастье любой ценой.