← Назад к обзору

Новй аватар

Танец камней и дым воспоминаний

Юки сидел за массивным дубовым столом, чувствуя себя так, словно он попал в эпицентр небольшого, но очень шумного землетрясения. Перед ним стояла тарелка с дымящимся рисом, но аппетит пропал, вытесненный чистым, незамутненным шоком. Напротив него две самые могущественные женщины ушедшей эпохи вели себя так, будто им снова было по четырнадцать лет и они не поделили последнюю порцию жареных кальмаров в Ба-Синг-Се.

– Я тебе говорю, Тоф, твоя техника «железного кулака» — это просто грубое размахивание кусками руды! – Юми с грохотом опустила свою трубку на стол, и из нее вылетело облачко сизого дыма, принявшее форму сердитого зубра. – В магии земли важна текучесть! Если ты не чувствуешь, как камень дышит, ты просто строитель, а не мастер!

– Текучесть? – Тоф фыркнула так громко, что Болин, сидевший рядом, едва не подавился чаем. – Юми, дорогуша, ты перекурила своих горных трав. Земля — это твердость! Это когда ты бьешь так, что у противника зубы в пятки уходят. Твоя магия всегда была слишком... «воздушной». Аанг плохо на тебя влиял, ты начала путать скалы с облаками!

– Ах так? – Глаза Юми опасно сузились, и Юки заметил, как чай в ее чашке пошел мелкой рябью. – По крайней мере, я не пытаюсь превратить каждое здание в Республиканском городе в свою личную скульптуру из помятого металла!

Юки перевел взгляд с бабушки на Тоф, затем на Тензина, который сидел, закрыв лицо руками и тихо раскачиваясь из стороны в сторону. Корра и Асами обменивались понимающими улыбками — они-то знали, что такое тяжелый характер легенд. Мако же просто замер с поднятой палочкой для еды, не зная, стоит ли ему вмешиваться или лучше притвориться частью интерьера.

– Дедушка... – Юки зажмурился и обратился внутрь себя, к тому самому тихому уголку сознания, где обитал дух Аанга. – Они всегда такими были? Скажи мне, что это просто временное помутнение из-за старости.

В его голове раздался мягкий, слегка вибрирующий смех. Образ Аанга возник перед внутренним взором Юки — дед сидел в позе лотоса, подпирая щеку рукой.

– О, Юки, – прошептал Аанг. – Ты даже не представляешь. Это еще мирная беседа. Однажды они поспорили о том, чья техника создания земляных убежищ лучше, и к утру Храм Воздуха превратился в лабиринт из сталагмитов и стальных листов. Мне пришлось три часа уговаривать их выйти на завтрак. Они — как два кремня. Когда сталкиваются, всегда летят искры. Но именно поэтому они и были лучшими подругами.

Юки открыл глаза и снова посмотрел на реальность. Тоф уже стояла на скамье, размахивая руками.

– Я создала целую академию! Мои ученики держат порядок в этом городе! А ты что делала все эти годы, Юми? Пряталась в горах и учила внука пускать дымчатых зайчиков?

Юми медленно выдохнула струю дыма прямо в лицо Тоф. Та даже не поморщилась, только втянула носом воздух.

– Я учила его равновесию, – ледяным тоном произнесла Юми. – Тому, чего тебе всегда не хватало. Ты — лавина, Тоф. А Аватару нужно быть рекой, которая может обточить любой камень.

– Рекой? Ха! Аанг был рекой, и посмотри, к чему это привело — он вечно сомневался, прежде чем дать кому-то по шее! – Тоф спрыгнула со скамьи, и пол под ее ногами глухо отозвался. – Юки! Пацан, иди сюда!

Юки вздрогнул. Все взгляды за столом обратились к нему.

– Я? – Он указал пальцем на свою грудь.

– Нет, вон тот одноногий пират за дверью! Конечно, ты! – Тоф «посмотрела» на него своими незрячими глазами. – Скажи мне, чему тебя учила эта старая кочерга? Она учила тебя подчинять землю своей воле или просить у нее разрешения на каждый чих?

Юки сглотнул, чувствуя, как под столом его колена коснулась рука Мако — жест поддержки, который придал ему немного уверенности. Он поднялся, выпрямив спину. Его татуировки на руках едва заметно запульсировали белым светом.

– Бабушка учила меня... слушать, – твердо сказал Юки. – Она говорила, что магия земли начинается не в мышцах, а в подошвах ног. Что нужно почувствовать вибрацию мира, прежде чем менять его.

Тоф замерла на секунду, а затем на ее лице расплылась хищная ухмылка.

– Слышала, Юми? Он сказал «вибрацию». Твой внук соображает в «чувстве ног» больше, чем ты думала.

– Я сама его этому учила, слепая ты бандитка! – Юми тоже поднялась, и на этот раз ее голос прозвучал с той самой властностью, которая заставляла даже Тензина вытягиваться в струнку. – И я не позволю тебе сбить его с пути. Ему нужно осваивать воздух, а не только долбить камни.

– Воздух — это для тех, у кого нет веса! – Тоф ударила кулаком по ладони. – Юки, завтра на рассвете мы идем на нижние уровни города. Там есть старые заброшенные шахты. Я покажу тебе, что такое настоящая магия металла. Без всяких этих ваших «духовных штучек».

– Мама, Тоф, – подал голос Тензин, пытаясь внести хоть каплю здравомыслия. – Юки только что принял Раву. Его тело еще перестраивается. Ему нужны покой и медитация под моим руководством. Мы должны восстановить связь с предыдущими воплощениями...

– Ой, замолчи, Тензин! – хором прикрикнули на него обе старухи.

Тензин мгновенно сдулся и сел обратно, что-то бормоча про «неуважение к наставникам воздуха».

Юки посмотрел на Корру. Бывший Аватар подмигнула ему, одними губами произнеся: «Удачи, она тебе понадобится».

– Хорошо, – сказал Юки, чувствуя, как внутри него просыпается азарт, унаследованный от деда. – Я пойду с Тоф. Но, бабушка, я не забуду твои уроки. Я попробую соединить всё.

Юми посмотрела на внука, и в ее ярко-синих глазах на мгновение промелькнула гордость, смешанная с легкой грустью. Она знала, что этот момент настанет — момент, когда Юки перестанет быть только ее учеником и станет принадлежать всему миру.

– Иди, – она снова села и взяла трубку. – Но если ты вернешься весь в мазуте и с погнутыми костями, я лично заставлю Тоф выпрямлять тебя вручную.

– Договорились! – Тоф громко расхохоталась и хлопнула Юки по спине так, что у того искры из глаз посыпались. – Пошли, малявка. Покажем этому городу, что старая гвардия еще на что-то годна.

Когда шумная компания начала расходиться, Юки задержался в дверях. Мако подошел к нему, нахмурившись.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – спросил он, понизив голос. – Тоф Бейфонг... она не знает слова «осторожность». Если она решит, что ты готов к металлу, она не остановится, пока ты не начнешь гнуть сталь зубами.

Юки посмотрел на свои руки — фарфоровая кожа, тонкие пальцы, которые, казалось, были созданы для игры на флейте, а не для борьбы с металлом. Но внутри него билось сердце Аватара.

– Мако, я чувствую, что это правильно, – тихо ответил он. – Рава внутри меня... она жаждет действий. Она восстанавливает связи через движение. Когда я сражался с Тоф на площадке, я впервые почувствовал голос Аватара Киоши. Она была в восторге от стиля Тоф.

Мако вздохнул, потирая затылок.

– Ладно. Но я пойду с вами. Кто-то же должен будет вытаскивать тебя из-под завалов, если вы решите обрушить шахту.

Юки улыбнулся, и на этот раз его глаза светились не магией, а искренней теплотой.

– Буду рад твоей компании, Мако.

Ночь в Храме Воздуха была тихой, но Юки долго не мог уснуть. Он вышел на балкон, глядя на далекие огни Республиканского города. Где-то там, внизу, кипела жизнь, полная опасностей и вызовов.

– Дедушка, – прошептал он в ночную прохладу. – Ты тоже так боялся?

– Каждый день, – раздался ответ в его сознании. – Но страх — это просто ветер. Он может сбить тебя с ног, а может наполнить твои паруса. Главное — не пытайся быть мной. Будь тем, кто ты есть.

Юки закрыл глаза. Он чувствовал землю под ногами — твердую, надежную, пропитанную мудростью Юми и силой Тоф. И он чувствовал воздух вокруг — легкий, изменчивый, несущий в себе память об Аанге.

На следующее утро, когда первые лучи солнца едва коснулись пиков гор, Юки уже стоял у ворот. Тоф ждала его, нетерпеливо постукивая по плитке металлической пяткой своих ботинок.

– Готов, малявка? – спросила она, не оборачиваясь.

– Готов, Тоф.

– Тогда вперед. Сегодня мы будем учить тебя чувствовать то, что скрыто внутри камня. Металл — это просто очищенная земля. Если ты поймешь это, мир станет для тебя пластилином.

Они начали спуск. Мако шел чуть позади, внимательно следя за каждым движением Юки. Юми наблюдала за ними с балкона, выпуская последнее кольцо дыма перед тем, как уйти на утреннюю медитацию.

– Он справится, Аанг, – прошептала она, глядя на удаляющиеся фигуры. – Наш мальчик справится.

Шахты встретили их сыростью и запахом ржавчины. Это были старые выработки еще времен первых колоний. Здесь стены были укреплены массивными стальными балками, которые в темноте казались скелетами огромных чудовищ.

– Слушай, – Тоф остановилась и приложила ладонь к холодной стене. – Не ушами слушай, а костями. Чувствуешь?

Юки закрыл глаза и сосредоточился. Сначала он чувствовал только холод камня. Но затем, глубже, он ощутил едва уловимую вибрацию. Это не был монолит. Внутри камня были вкрапления — жесткие, неподатливые, вибрирующие на другой частоте.

– Это железо? – прошептал он.

– Это частицы земли, запертые в металле, – пояснила Тоф. – Люди думают, что металл — это что-то другое. Но это ложь. Тот, кто очищал его, не смог убрать всё. Найди эти частицы. Соединись с ними.

Юки протянул руку к стальной балке. Он попытался толкнуть ее магией земли, но сталь не поддалась. Она была слишком плотной.

– Не толкай! – рявкнула Тоф. – Ты не стену ломаешь. Ты должен стать частью этой балки. Найди в ней пустоты. Найди в ней то, что родственно тебе.

Юки глубоко вздохнул. Он вспомнил уроки Юми о текучести. «Будь как дым, который проникает в мельчайшие щели». Он представил, что его воля — это не таран, а тонкие нити воздуха, просачивающиеся сквозь кристаллическую решетку металла.

И вдруг... он почувствовал это. Словно тысячи крошечных искр вспыхнули в его сознании. Сталь перестала быть монолитом. Она стала сетью из точек силы.

Юки резко сжал кулаки. Послышался скрежет, и массивная балка прогнулась, подчиняясь его воле.

– Получилось! – воскликнул Мако, не удержавшись.

– Тише ты, огненный парень, – буркнула Тоф, но на ее лице была видна редкая для нее одобрительная усмешка. – Неплохо, Юки. Очень неплохо для первого раза. Ты не стал бороться с металлом, ты его уговорил. Юми всё-таки вложила в тебя эту свою «мягкость».

Юки тяжело дышал, его лоб покрылся испариной, но глаза сияли. Он почувствовал, как внутри него что-то щелкнуло. Связь с прошлым стала еще крепче. Он ощутил мимолетное присутствие Киоши — она словно кивнула ему, одобряя его силу.

– Теперь попробуй вытянуть его, – скомандовала Тоф. – Сделай из него что-то острое. Аватар должен уметь не только гнуть, но и созидать.

Тренировка продолжалась часами. Юки учился чувствовать разные сплавы, понимать, как ведут себя медь и бронза, как сталь сопротивляется холоду и жару. К полудню он был истощен, но в его руках теперь был небольшой идеально ровный металлический шар, который он заставил вращаться в воздухе с помощью магии ветра.

– Сочетание стихий, – пробормотал Мако, подходя к нему и протягивая флягу с водой. – Ты только что сделал то, о чем в книгах пишут как о невозможном. Магия металла и магия воздуха одновременно.

– Это... это просто кажется логичным, – ответил Юки, жадно пья воду. – Если металл — это очищенная земля, то воздух — это то, что дает ему пространство для движения.

Тоф сидела на камне, ковыряя в зубах щепкой.

– Знаешь, пацан, – сказала она вдруг серьезно. – Твой дед всегда говорил, что мир должен быть единым. Что границы между народами — это чепуха. Смотря на тебя, я начинаю думать, что он был прав. Ты сам — ходячее доказательство того, что всё связано.

Юки посмотрел на шар в своей руке. Он чувствовал, как внутри него Рава поет — тихая, торжествующая мелодия. Он больше не боялся быть Аватаром. Он понимал, что его путь не будет повторением пути Аанга или Корры.

– Мы возвращаемся? – спросил Мако, глядя на выход из шахты, где уже начинались сумерки.

– Да, – Тоф поднялась, отряхивая штаны. – На сегодня хватит. Завтра я научу тебя, как делать из металла доспехи. А то ты слишком бледный, Юки. Тебе нужно немного брони, чтобы защитить свою фарфоровую шкурку.

Они вышли на поверхность. Воздух Республиканского города был наполнен шумом машин и голосами людей. Юки вдохнул его полной грудью, чувствуя себя частью этого огромного механизма.

Когда они подошли к Храму, Юми уже ждала их на причале. Она видела их издалека и, конечно, сразу заметила изменения в осанке внука.

– Живой? – спросила она, когда они подошли ближе.

– Живой, бабушка, – улыбнулся Юки. – И я кое-что понял.

– И что же? – Она приподняла бровь, выпуская колечко дыма.

– Что земля и воздух — это не разные вещи. Это просто разные способы чувствовать мир. И что ты и Тоф... вы на самом деле говорите об одном и том же. Просто на разных языках.

Тоф и Юми переглянулись. На мгновение между ними повисла тишина, а затем Тоф громко расхохоталась.

– Слышала, Юми? Твой внук только что назвал нас одинаковыми! Какая дерзость!

– Дерзость, – согласилась Юми, но в ее глазах светилась нежность. – Но, кажется, он прав. Аанг бы гордился им.

– Он и гордится, – тихо сказал Юки, чувствуя тепло в своей душе.

Вечер в Храме прошел спокойно. Тензин, увидев, что Юки цел и даже освоил основы магии металла, наконец успокоился и начал планировать уроки истории. Корра и Асами пригласили всех на ужин в город на следующей неделе. Мако всё время держался рядом с Юки, и их плечи часто соприкасались, когда они сидели за столом.

Юки лежал в своей постели, глядя на луну. Голоса в его голове больше не были шумом. Они были его семьей. И среди них он ясно слышал голос Юми, голос Тоф и, конечно, спокойный, радостный голос деда.

– Завтра будет новый день, Юки, – прошептал Аанг.

– Да, дедушка. И я к нему готов.

Новый Аватар закрыл глаза, и в его сне стальные балки превращались в облака, а земля пела голосами ветра. Цикл продолжался, и на этот раз он был крепче, чем когда-либо прежде.