← Назад к обзору

Одержимось

Шепот лавы и крик тишины

Дом Юки в Лавовой бухте был высечен прямо в базальтовой скале, нависающей над бурлящим океаном. Это было место дикой, первозданной красоты, где жар недр встречался с прохладой соленых брызг. Внутри всегда стоял легкий запах серы и сухих трав, а пол был устлан мягкими шкурами, согревающими босые ноги. Здесь не было ни золоченых залов Народа Огня, ни парящих башен Храмов Воздуха. Только камень, металл и тишина, прерываемая лишь рокотом прибоя.

Прошло три недели с тех пор, как они покинули Южный Храм. Юки делал всё, чтобы вернуть Аанга к жизни. Он готовил ему пряный чай из горных кореньев, водил к тайным термальным источникам и часами сидел рядом, пока Аватар медитировал, пытаясь обуздать хаос внутри себя. Юки сменил свои парадные доспехи на простую одежду из мягкого хлопка цвета глубокого изумруда, но даже в простом наряде он выглядел величественно. Его черные волосы теперь чаще были распущены, рассыпаясь по плечам, а в небесно-голубых глазах затаилась бесконечная нежность, смешанная с тревогой.

Аанг же напоминал натянутую струну, которая вот-вот лопнет. Он почти не ел, его лицо осунулось, а взгляд стал блуждающим. Иногда он замирал посреди комнаты, вслушиваясь в пустоту, и тогда воздух вокруг него начинал вибрировать, заставляя посуду на полках дрожать.

Вечер выдался тяжелым. Гроза над океаном резонировала с внутренним состоянием Аватара. Молнии расчерчивали небо, и с каждым раскатом грома татуировки Аанга вспыхивали нездоровым белым светом.

– Тебе нужно лечь, Аанг, – Юки подошел к нему со спины, осторожно коснувшись его плеча. – Ты не спал двое суток. Твое тело на пределе.

Аанг резко обернулся. Его глаза светились, но в них не было мудрости Равы — только слепая, клокочущая ярость и боль, которую он больше не мог сдерживать.

– На пределе? – его голос сорвался на крик, перекрывая шум шторма. – Весь мир на пределе, Юки! Я чувствую каждое предательство, каждую ложь, которая совершается в этот момент! Катара сейчас смеется в объятиях Зуко, а я должен... что я должен? Пить твой чай и делать вид, что я в порядке?

– Я не прошу тебя делать вид, – спокойно ответил Юки, хотя внутри него всё сжалось от предчувствия бури. – Я прошу тебя позволить себе быть человеком, а не божеством.

– Я не человек! – Аанг взмахнул рукой, и мощный порыв ветра отбросил массивный дубовый стол к стене, разбив его в щепки. – Я — Аватар! Я должен был покарать их! Я должен был стереть эту ложь с лица земли! Но я сижу здесь, в этой дыре, потому что ты... потому что я...

Он задохнулся от собственных слов, его грудь тяжело вздымалась. Свет татуировок стал невыносимо ярким, освещая комнату резким, мертвенным сиянием. Воздух в спальне закрутился в яростный смерч, срывая занавески и разбрасывая вещи.

– Ты ненавидишь их больше, чем любишь меня? – тихо спросил Юки.

Этот вопрос ударил Аанга сильнее, чем любая магия. Он замер, его губы задрожали, а в глазах на мгновение проступили слезы, которые тут же испарились от исходящего от него жара.

– Я... я не знаю, что я чувствую, Юки. Во мне столько тьмы, что я боюсь сгореть в ней. И сжечь тебя.

Юки сделал шаг вперед, входя в самый центр его личного шторма. Ветер хлестал его по лицу, развевая черные волосы, но маг земли стоял незыблемо, словно скала, на которой был построен этот дом. Он схватил Аанга за предплечья, силой притягивая к себе.

– Тогда отдай её мне, – прошептал Юки, глядя прямо в сияющие бездны вместо глаз. – Отдай мне свою тьму. Выплесни её. Не держи в себе, иначе она разорвет тебя на части.

Аанг попытался вырваться, его магия воздуха толкнула Юки в грудь, но тот лишь крепче сжал пальцы, используя магию металла в своих наручах, чтобы утяжелить собственный вес, врастая в пол.

– Хватит бороться со мной, Аанг! – крикнул Юки. – Я здесь! Я настоящий! Не Зуко, не Катара, не прошлые жизни. Только я!

Одним резким движением Юки толкнул Аанга на кровать, нависая сверху и прижимая его руки к подушкам. Аватар хрипло зарычал, его тело выгнулось дугой, энергия искала выход, грозя обрушить своды дома. Юки не дал ему опомниться. Он накрыл губы Аанга своими в жестком, требовательном поцелуе.

Это не было нежное проявление любви. Это было столкновение двух стихий. Поцелуй со вкусом соли, пепла и отчаяния. Юки вкладывал в него всю свою силу, всю свою заземленность, пытаясь вытянуть Аанга из пучины безумия.

На мгновение Аанг застыл, словно пораженный молнией. А затем плотина рухнула.

С диким, животным стоном Аанг ответил на поцелуй, и это было похоже на взрыв. Он больше не сдерживался. Вся та ярость, всё унижение, вся боль от предательства, которую он копил эти недели, хлынула наружу, превращаясь в чистую, первобытную страсть.

Аанг сорвал с себя остатки самообладания вместе с одеждой Юки. Тонкая изумрудная ткань затрещала и разлетелась под его пальцами, усиленными магией воздуха. Юки почувствовал холод металла своих сережек, когда Аанг резко дернул его голову на себя, впиваясь в шею, оставляя метки, которые завтра станут багровыми синяками.

– Ты этого хотел? – прохрипел Аанг, его голос был неузнаваем. – Ты хотел увидеть, что скрывается под маской монаха?

– Да, – выдохнул Юки, обхватывая лицо Аанга ладонями. – Покажи мне всё. Не бойся. Я выдержу.

Аанг перехватил инициативу с пугающей скоростью. Он закинул ноги Юки себе на талию, прижимая его к себе так плотно, что казалось, их кости сейчас срастутся. Юки вскрикнул, когда почувствовал, как энергия Аватара — горячая, покалывающая, как электричество — начала перетекать в него. Это было больно и упоительно одновременно.

В этой близости не было места для романтики. Это была битва за выживание души. Аанг использовал Юки как громоотвод, выплескивая в него всё то, что не мог высказать словами. Каждое его движение было резким, властным, почти грубым, но Юки лишь сильнее впивался ногтями в его спину, принимая этот дар боли и страсти.

Стены дома содрогались. Лава внизу, в расщелинах, поднялась выше, откликаясь на зов своего господина и его любовника. Воздух в комнате раскалился до предела, пот градом катился по фарфоровой коже Юки, смешиваясь с потом Аанга.

– Юки... Юки... – Аанг повторял его имя как заклинание, как единственный якорь, удерживающий его в реальности.

В момент наивысшего напряжения, когда свет татуировок Аватара вспыхнул в последний раз и погас, Юки почувствовал, как по его телу прошла мощная судорога. Это было похоже на то, как если бы земля под ними действительно разверзлась. Аанг содрогнулся всем телом, утыкаясь лицом в изгиб плеча Юки, и замер, тяжело и хрипло дыша.

Тишина, наступившая после, была оглушительной. Шторм за окном внезапно стих, оставив лишь мерный шум дождя.

Они лежали в сплетении тел на измятых простынях, среди обрывков одежды и разбитых надежд. Аанг не поднимал головы, его пальцы всё еще судорожно сжимали бедра Юки, но хватка постепенно ослабевала.

Юки осторожно приподнялся на локтях, глядя на разметавшиеся по подушке волосы Аанга. Он чувствовал себя опустошенным, его тело ныло, а кожа горела, но в душе наконец-то воцарился покой. Он посмотрел на свои руки — они слегка дрожали.

– Ты здесь? – шепотом спросил Юки, проводя ладонью по татуировке на спине Аватара.

Аанг медленно поднял голову. Его глаза были влажными, зрачки наконец-то вернулись в нормальное состояние, и в них больше не было того пугающего белого сияния. Только бесконечная, смертельная усталость.

– Прости меня... – голос Аанга был едва слышен. – Я сорвался. Я причинил тебе боль.

Юки мягко улыбнулся, несмотря на ссадины на губах. Он притянул Аанга к себе, укладывая его голову на свою грудь.

– Ты не причинил мне боли, которую я бы не смог вынести, – он перебирал светлые пряди волос Аватара, успокаивая его. – Ты просто выплеснул яд. Теперь рана чиста. Теперь она может начать заживать.

Аанг закрыл глаза, вслушиваясь в ровное сердцебиение Юки. Впервые за долгое время голоса в его голове замолчали. Киоши, Року, Курук — все они отступили перед реальностью этого момента, перед теплом человеческого тела и силой любви, которая оказалась крепче любой магической брони.

– Я думал, что потеряю себя, – пробормотал Аанг, засыпая. – Но ты... ты всегда находишь меня в темноте.

– Это моя работа, – тихо ответил Юки, глядя в окно, где сквозь тучи начала проглядывать бледная луна. – Я маг земли, Аанг. Моя задача — держать то, что пытается рухнуть.

Он лежал в темноте, обнимая спящего Аватара, и знал, что это была лишь первая битва. Впереди их ждал долгий путь исцеления, поиски нового баланса и, возможно, неизбежная встреча с теми, кто нанес эту рану. Но сегодня, в этом доме над лавовой бухтой, они победили.

Юки закрыл глаза, погружаясь в сон без сновидений. Он знал, что завтра Аанг проснется другим человеком. Возможно, менее доверчивым, возможно, более суровым, но живым. И пока Юки был рядом, ни один дух прошлого, ни один Хозяин Огня и ни одна магия воды не смогут забрать у него этого израненного, но всё еще светлого мальчика, который держал в своих руках судьбу мира.

Лава внизу тихо ворчала, уходя обратно в недра, и над бухтой воцарился хрупкий, выстраданный мир.