← Назад к обзору

от ненависти до любви

Ледяной шелк и обещание бури

Вечер опустился на город, окутывая особняк Аддамсов густыми синими сумерками. Внутри дома царила тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов в холле. Мия стояла перед зеркалом в своей гардеробной, критически осматривая результат своих трудов.

Сегодня она решила сменить тактику. Никакой вызывающей алой помады, никакой дерзкой мини-юбки. Если Нейт хочет видеть рядом с собой идеальную жену, он её получит. Но эта идеальность будет иметь ледяной привкус.

Она выбрала платье нежно-голубого цвета — оттенка незабудок под тонким слоем инея. Ткань, тяжелый обтягивающий шелк, струилась по её маленькой фигуре, подчеркивая каждый изгиб, каждую линию. Платье было длинным, в пол, с закрытым передом и длинными рукавами, что делало образ целомудренным и элегантным. Но стоило Мии повернуться, как открывался глубокий, дерзкий вырез на спине, доходивший почти до самой талии, обнажая её бледную, фарфоровую кожу.

Она обула белые лодочки на высокой шпильке — те самые, что стоили целое состояние и делали её походку летящей, а рост — чуть менее «кукольным». Светло-русые волосы она уложила крупными голливудскими волнами, которые мягко спадали на одно плечо, открывая вид на обнаженную спину.

– Идеальная миссис Аддамс, – прошептала она своему отражению, и в её голубых глазах блеснул опасный огонек.

Затем её взгляд упал на маленькую бархатную коробочку, лежащую на туалетном столике. Днем, когда Нейт был в офисе, она наткнулась в интернете на рекламу ювелирного магазина, предлагавшего «парные украшения для тех, кто связан навсегда». Это было так слащаво и претенциозно, что Мия не удержалась и заказала их. Это была шутка, тонкий сарказм, адресованный их фиктивному союзу. Она представила лицо Нейта, когда он увидит это проявление «супружеской нежности», и невольно рассмеялась.

Ровно в семь вечера в дверь её комнаты постучали.

– Мия, машина подана, – раздался за дверью голос Нейта.

Она глубоко вздохнула, подхватила коробочку и открыла дверь.

Нейт стоял в коридоре, прислонившись к стене. Он был в темно-сером костюме-тройке, который сидел на нем так идеально, будто был его второй кожей. Увидев Мию, он замер. Его взгляд медленно, почти осязаемо прошелся по ней сверху вниз, задержавшись на подоле платья, а затем вернулся к её лицу. На мгновение его самообладание дало трещину — зрачки расширились, а пальцы, сжимавшие телефон, напряглись.

– Ты выглядишь... иначе, – произнес он, и его голос звучал чуть глубже обычного.

– Ты ведь просил соответствовать, – Мия сделала шаг вперед, окутывая его шлейфом своего парфюма. – Надеюсь, этот вариант не заставит тебя вытаскивать меня из ресторана за руку?

Нейт усмехнулся, но взгляд его оставался тяжелым.

– Этот вариант заставит меня не спускать с тебя глаз ни на секунду. Но не из-за репутации.

Мия проигнорировала его двусмысленный тон и протянула ему коробочку.

– Кстати, у меня есть для тебя кое-что. Я подумала, раз уж мы теперь «одно целое в глазах мира», нам не помешают соответствующие атрибуты.

Нейт с недоумением принял подарок и открыл его. Внутри, на черном атласе, покоились две подвески из белого золота. Они были выполнены в виде двух половинок единого геометрического узора, которые при наложении друг на друга образовывали идеальный круг. Минималистично, дорого и... вызывающе символично.

На губах Нейта медленно расцвела улыбка — настоящая, не та холодная маска, которую он носил обычно. Он поднял глаза на Мию, и в них промелькнуло уважение.

– Двигаешься по моему методу, значит? – он вынул одну из подвесок, рассматривая её на свету. – Решила поиграть в идеальную пару до конца?

– Считай это моим вкладом в наш общий имидж, – Мия старалась говорить безразлично, но близость Нейта и его неожиданная улыбка заставляли её сердце биться быстрее. – Мне показалось это забавным.

– Подвески хорошие, – констатировал он, убирая коробочку в карман пиджака. – Видно, что у тебя есть вкус не только в искусстве, но и в моде. Это тонко, Мия. Намного тоньше, чем побег в клуб.

Он подошел ближе, так что она почувствовала тепло его тела.

– Надень свою, – приказал он, протягивая ей вторую половинку круга.

– Я... я надену её позже, в машине, – запнулась Мия, смущенная его внезапным напором.

– Нет, сейчас. Повернись.

Его голос не терпел возражений. Мия, повинуясь какому-то странному импульсу, развернулась к нему спиной. Она почувствовала, как его пальцы коснулись её шеи, когда он убирал волосы в сторону. Его прикосновение было прохладным, но там, где его кожа касалась её, вспыхивал невидимый пожар.

Нейт застегнул цепочку. Его руки медленно скользнули вниз, по обнаженной коже её спины, заставляя Мию вздрогнуть и затаить дыхание. Он остановился там, где начиналась ткань платья, и на мгновение прижал ладонь к её лопатке.

– Ты удивительная женщина, Мия Аддамс, – прошептал он ей в затылок. – Жаль, что ты тратишь столько сил на то, чтобы меня ненавидеть. Ты могла бы направить эту энергию в более... интересное русло.

Мия резко обернулась, едва не столкнувшись с ним носом.

– Ненавидеть тебя — это единственное, что помогает мне не забыть, кто я такая в этом доме. Идем, Нейт. Родители не любят ждать.

Она прошла мимо него, стараясь, чтобы её походка оставалась уверенной, хотя колени предательски дрожали.

***

Ужин в доме её родителей проходил в атмосфере натянутой торжественности. Стол ломился от изысканных блюд, серебро сверкало, а разговоры вращались исключительно вокруг акций, слияний и новых рынков.

Отец Мии выглядел довольным, как кот, добравшийся до сметаны. Он то и дело поглядывал на Нейта с одобрением, словно тот был лучшим приобретением в его жизни.

– Я вижу, вы прекрасно ладите, – заметила мать Мии, переводя взгляд с дочери на зятя. – Мия, ты просто сияешь. Брак тебе к лицу.

Мия натянуто улыбнулась, чувствуя, как под столом рука Нейта накрыла её ладонь. Он сжал её пальцы, транслируя спокойствие и уверенность, которых ей так не хватало.

– Мия — прекрасная жена, – произнес Нейт, обращаясь к её родителям. – Она привносит в мою жизнь ту гармонию, которой мне не хватало в бизнесе.

– И подвески! – воскликнул отец, заметив блеск золота на шее Нейта. – Парные украшения? Как это мило. Не думал, Нейт, что ты такой романтик.

– Это была идея Мии, – Нейт бросил на неё быстрый взгляд, полный скрытого смеха. – Она умеет удивлять.

Мия чувствовала, как краска заливает её щеки. Её «шутка» обернулась против неё, став очередным доказательством их «счастливого союза». Она попыталась высвободить руку, но Нейт не позволил, переплетая свои пальцы с её.

– Папа, мы хотели обсудить детали слияния логистических узлов, – попыталась она перевести тему, но отец лишь отмахнулся.

– Оставь это мужчинам, дорогая. Твое дело — вдохновлять мужа и создавать уют. Нейт теперь позаботится о делах.

Мия почувствовала, как внутри неё снова закипает холодная ярость. Для отца она навсегда останется лишь красивым дополнением к сделке. Она посмотрела на Нейта, ожидая увидеть на его лице ту же снисходительную усмешку, но он выглядел серьезным.

– На самом деле, – вмешался Нейт, и его голос прозвучал твердо, – у Мии очень острый ум и прекрасное чутье. Я планирую привлечь её к ребрендингу нашего нового филиала. Её мнение для меня крайне важно.

В столовой повисла тишина. Отец Мии удивленно поднял брови, а мать выронила вилку. Мия сама смотрела на Нейта во все глаза. Он никогда не говорил об этом раньше.

– Это... необычно, – наконец выдавил отец. – Но если ты так считаешь, Нейт...

– Я в этом уверен, – отрезал тот.

Когда ужин подошел к концу и они вышли на прохладный ночной воздух, Мия не выдержала. Как только дверь машины закрылась, она повернулась к нему.

– Что это было? Зачем ты это сказал? Ты ведь не собираешься подпускать меня к своим делам.

Нейт расслабил узел галстука и посмотрел на неё. В свете уличных фонарей его лицо казалось мягче.

– Почему ты так думаешь? Я же сказал тебе вчера — ты самая ценная фигура. Было бы глупо использовать тебя только для того, чтобы носить платья с открытой спиной, какой бы красивой она ни была.

– Ты это сделал, чтобы уколоть моего отца? – прищурилась Мия.

– И это тоже, – честно признался он. – Мне не нравится, как он с тобой обращается. Будто ты — неодушевленный предмет. Но главная причина в том, что я видел твои наброски в кабинете. У тебя есть талант, Мия. И я не собираюсь позволять ему завянуть в этой «золотой клетке».

Мия замолчала, пораженная его словами. Впервые в жизни кто-то — и именно этот человек! — признал её ценность не как «дочери» или «жены», а как личности.

– Спасибо, – прошептала она, отворачиваясь к окну.

– Не благодари, – Нейт придвинулся ближе. – Это не благотворительность. Это инвестиция. Я жду от тебя полной отдачи.

Он потянулся к её шее и коснулся подвески, которую она всё-таки надела перед самым ужином.

– Тебе идет голубой цвет, – тихо сказал он. – Но больше всего тебе идет, когда ты перестаешь притворяться, что тебе всё равно.

Мия посмотрела на него. Между ними снова возникло то странное электричество, которое пугало её своей силой. В этот момент она поняла, что её «шутка» с подвесками больше не кажется ей смешной. Она чувствовала тяжесть золота на своей груди как нечто реальное, связывающее их гораздо прочнее, чем любой контракт.

– Ты всё еще чудовище, Нейт, – сказала она, но в её голосе уже не было прежней ненависти.

– Знаю, – он улыбнулся, и на этот раз в его глазах не было льда. – Но, по крайней мере, я твое чудовище.

Когда они подъехали к дому, Нейт не пошел сразу в свое крыло. Он проводил Мию до дверей её спальни.

– Завтра в девять жду тебя в офисе, – сказал он, останавливаясь на пороге. – Начнем работать над проектом. И надень что-нибудь... профессиональное. Но оставь подвеску. Она мне нравится.

Мия кивнула, не в силах найти слова. Нейт помедлил мгновение, словно хотел что-то добавить, но потом просто развернулся и ушел.

Она вошла в комнату и подошла к зеркалу. Браслет на руке, подвеска на шее, платье, которое он выбрал взглядом... Она была окружена его знаками внимания, его контролем, его миром. Но теперь это не казалось ей тюрьмой.

Она прикоснулась к золотому кругу на шее. Половинка. Вторая половинка была у него.

Мия улыбнулась своему отражению. Она всё еще была одинокой в душе, но теперь это одиночество было разделено на двоих. И, возможно, это было именно то, чего она ждала всю свою жизнь.

– Игра продолжается, Нейт Аддамс, – прошептала она. – Но теперь мы в одной команде.

Она легла в постель, чувствуя, как шелк простыней ласкает кожу. Сон пришел быстро, и впервые за долгое время ей не снились пустые коридоры и холодные ужины. Ей снился свет, пробивающийся сквозь лед, и карие глаза, в которых она впервые увидела не только расчет, но и надежду.