← Назад к обзору

Отец

Танцующий с тенью

– Папа, если ты сейчас не выйдешь, я клянусь, я использую «Власть Монарха», чтобы просто вытащить тебя в центр зала! – Джинву смеялся, но в его глазах плясали озорные искорки, которые не предвещали отцу ничего хорошего.

Зал элитного ресторана в центре Сеула был залит мягким светом хрустальных люстр. Свадьба была в самом разгаре. Гостей было не так много — только самые близкие друзья, высокопоставленные Охотники, знавшие семью Сон, и несколько представителей ассоциации. Мин Соль в своем ослепительном платье, расшитом жемчугом, сидела за главным столом, сияя ярче любого артефакта S-ранга. Она с интересом наблюдала за назревающей потасовкой между женихом и его отцом.

– Джинву, имей совесть, – Алекс попытался вжаться в спинку своего стула, поправляя воротник белоснежной рубашки. – Я воин, я игрок, я могу зачистить подземелье в одиночку, но я не танцор. У меня две левые ноги, когда дело касается паркета!

– Папа, не скромничай! – Джиа, выглядевшая в своем нежно-голубом платье как настоящая принцесса, внезапно возникла за спиной отца и бесцеремонно толкнула его в плечо. – Я видела, как ты двигаешься на тренировках. Это почти танец, только с мордобоем. Давай, тамада уже трижды назвал твое имя!

Тамада — харизматичный мужчина с микрофоном — действительно зазывал «самого крутого отца в истории охотников» на танцпол. Гости начали аплодировать и подбадривать Алекса свистом.

– Ну же, пап, а то я обижусь, – Джиа сложила руки на груди и сделала губки бантиком, применив свое самое секретное оружие против отца. – Неужели ты хочешь, чтобы на свадьбе твоего единственного сына единственным воспоминанием о тебе было то, как ты прятался за вазой с цветами?

Алекс обреченно вздохнул, глядя на своих детей. Он понимал, что проиграл эту битву. Двадцать лет он строил из себя сурового защитника, но перед этими двумя он всегда оставался безоружным.

– Ладно, ладно, – он поднялся, и его огромный рост в 195 сантиметров заставил тамаду на секунду запнуться. – Но учтите, если я проломлю пол, ремонт оплачиваешь ты, Джинву. У тебя теперь своя Гильдия, ты богатый.

– Договорились! – Джинву довольно хлопнул в ладоши.

Алекс вышел в центр круга под громкие овации. Он чувствовал себя крайне неловко. Его черные взлохмаченные волосы были уложены чуть аккуратнее, чем обычно, но выбритые виски и пирсинг под нижней губой всё равно выдавали в нем бунтаря, который случайно забрел на светский раут. Он снял приталенный черный пиджак, бросив его на свободный стул, и начал медленно закатывать рукава рубашки, обнажая мощные предплечья, покрытые едва заметными шрамами от старых сражений.

– Боже, я просто опозорюсь на весь Сеул, – пробормотал он себе под нос, чувствуя, как на него направлены десятки пар глаз.

– Пап, ты супер! Давай! – закричала Джиа, размахивая руками.

Внезапно музыка сменилась. Вместо привычного кей-попа или классического вальса из динамиков ударили резкие, ритмичные звуки барабанов и пронзительный, зовущий голос зурны. Это была лезгинка — танец, который жил в его крови, в той самой половине, о которой он так долго молчал.

Алекс замер на мгновение. Его небесно-голубые глаза расширились. Ритм ударил в самую душу, пробуждая воспоминания о чем-то далеком, почти забытом. О тех редких моментах из детства, когда мир еще не был разрушен, и музыка могла заставить сердце биться чаще не от страха, а от восторга.

– Ого, – прошептал Джинву, подавшись вперед. – Это что-то новенькое.

Алекс расправил плечи. Вся его неловкость исчезла в один миг. Он выпрямился, и в его осанке появилось нечто орлиное, гордое. Он сделал первый шаг — четкий, резкий, вбивая каблук кед в пол. Затем второй.

Его руки взметнулись в стороны, словно крылья. Он начал двигаться по кругу, и это не было похоже на обычный танец. Это была демонстрация силы, грации и абсолютного контроля над телом. Он двигался на носках, легко и стремительно, несмотря на свои габариты.

– Ничего себе... – выдохнул кто-то из гостей.

Алекс вошел в кураж. Он забыл о системе, о монстрах, о том, что он — «отец Монарха». В этот момент он был просто человеком, который праздновал жизнь. Его движения становились всё быстрее. Он кружился, выбрасывая руки вперед, его лицо озарила дерзкая, хищная улыбка, которую дети видели только в самые жаркие моменты битв.

– Давай, папа! Жги! – Джиа вскочила с места, хлопая в такт музыке.

Гости тоже подхватили ритм. Зал наполнился мерными хлопками, которые сливались с грохотом барабанов. Алекс сделал резкий выпад, припадая на одно колено и тут же пружинисто вскакивая обратно. Его движения были отточены до автоматизма — магия системы или нет, но его тело помнило этот танец на генетическом уровне.

Джинву смотрел на отца, и в его глазах читалось бесконечное восхищение. Он никогда не видел его таким — настолько свободным от груза ответственности, который Алекс нес на себе все эти годы. В этом танце была вся его натура: непокорность, мощь и скрытая нежность к своей семье.

Музыка достигла своего пика. Алекс закружился в бешеном вихре, его белая рубашка казалась всполохом света в центре зала. Финальный удар барабана — и он замер, резко раскинув руки, тяжело дыша, с сияющими глазами и каплями пота на лбу.

На секунду в зале воцарилась абсолютная тишина. А затем он взорвался.

Крики, аплодисменты, топот ног — казалось, здание ресторана действительно не выдержит такого напора энергии. Охотники S-ранга свистели и кричали слова одобрения, а Джиа подбежала к отцу и буквально повисла у него на шее.

– Папа! Это было невероятно! Ты где так научился? – она сияла от счастья.

– В прошлой жизни, малышка, – Алекс усмехнулся, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Он всё еще чувствовал, как внутри него вибрирует этот дикий ритм. – Видимо, старую собаку еще можно научить новым фокусам. Или напомнить старые.

Джинву подошел к ним, ведя за руку Мин Соль. Невеста выглядела потрясенной.

– Господин Сон, я и не знала, что вы скрываете такой талант, – сказала она, искренне улыбаясь. – Это было... величественно.

– Спасибо, Мин Соль, – Алекс слегка поклонился ей. – Но, боюсь, это мой первый и последний выход на бис. Мои колени завтра напомнят мне, что мне уже не двадцать лет, несмотря на все ухищрения системы.

– Ой, да ладно тебе! – Джинву хлопнул отца по плечу. – Ты выглядишь бодрее всех нас вместе взятых. Знаешь, я даже на секунду почувствовал давление твоей маны. Она резонировала с танцем.

– Это была не мана, – Алекс подмигнул сыну. – Это был чистый адреналин.

Тамада, придя в себя, снова заговорил в микрофон, объявляя следующий этап праздника, но внимание гостей всё еще было приковано к Алексу. Он стал настоящим королем этого вечера, окончательно разрушив образ холодного и недосягаемого «отца легенды».

Позже, когда шум немного утих и гости вернулись к еде и разговорам, Алекс вышел на открытую террасу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Ночной Сеул раскинулся перед ним, переливаясь неоном. Он облокотился на перила, глядя на звезды, которые в этом мире казались чуть ярче, чем в его старой реальности.

– Красиво танцуешь, Игрок.

Алекс не вздрогнул. Он узнал этот голос. Перед ним всплыло знакомое синее окошко системы, но на этот раз текст был золотистым.

[Скрытое условие выполнено: «Истинное самовыражение».] [Ваш статус «Хранитель» дополнен титулом «Душа Народа».] [Бонус: Повышение ментальной стабильности членов вашей семьи на 15%.]

– Ты даже здесь не можешь оставить меня в покое? – негромко спросил Алекс, усмехаясь. – Дай хоть на свадьбе сына отдохнуть от уведомлений.

[Система лишь фиксирует факты, Игрок. Ты изменил эту временную линию больше, чем думаешь. Сон Джинву счастлив. Сон Джиа в безопасности. Твоя миссия выполняется успешно.]

– Моя миссия — быть их отцом, – ответил Алекс, глядя на свое отражение в стекле двери. – И если для этого нужно станцевать лезгинку перед половиной Охотников страны, я это сделаю.

В дверях показался Джинву. Он подошел к отцу и встал рядом, глядя в ту же сторону.

– О чем думаешь? – спросил сын.

– О том, как быстро летит время, – честно ответил Алекс. – Кажется, еще вчера я кормил тебя кашей на той крошечной кухне и боялся, что у нас закончатся деньги на подгузники для Джии. А сегодня ты женишься на Монархе Жизни, и ты сам — один из сильнейших существ на планете.

Джинву молчал некоторое время, а затем тихо произнес:

– Пап, я знаю, что тебе было тяжело. Знаю, что ты многим пожертвовал, чтобы мы не чувствовали себя сиротами при живом отце, как это часто бывает у Охотников. Спасибо, что ты... остался. Что не ушел в тени, когда стало трудно.

Алекс повернулся к сыну и крепко обнял его.

– Я бы никогда вас не оставил, Джинву. Вы — единственное, что имеет значение в любом из миров. Помни об этом, когда у тебя появятся свои дети. Система может дать тебе уровни и навыки, но она никогда не даст тебе того тепла, которое дает семья.

– Я буду помнить, – пообещал Джинву.

Они постояли так еще несколько минут — два самых могущественных человека в мире, которые в этот момент были просто отцом и сыном. А из зала доносился смех Джии и звуки новой песни. Праздник продолжался.

Когда они вернулись внутрь, Алекс первым делом направился к столу, где сидела Джиа.

– Ну что, маленькая заговорщица, довольна? – он шутливо пригрозил ей пальцем.

– Более чем! – она сияла. – Видео с твоим танцем уже взорвало внутренний форум Охотников. Тебя теперь называют «Горным Орлом Сеула».

– О нет... – Алекс закрыл лицо рукой. – Только не это. Я же просил не снимать.

– Поздно, папа! Ты теперь звезда! – Джиа обняла его за талию. – Но не переживай, я буду твоим личным менеджером. За процент от добычи из подземелий.

– Весь в меня, – вздохнул Алекс, но в его глазах светилась безграничная нежность.

Вечер катился к своему завершению. Сон Алекс сидел во главе стола, глядя на своих детей, на их друзей, на этот мир, который он помог спасти и изменить. Он знал, что впереди еще много испытаний. Он знал, что Монархи еще не сказали своего последнего слова, и что Система продолжит свою игру. Но сегодня... сегодня он был просто счастлив.

Он коснулся пирсинга под губой и улыбнулся. Его путь от двадцатилетнего парня, сбитого грузовиком, до отца легендарного героя был полон боли и страха, но каждый шаг стоил этого момента.

– Ну что же, – прошептал он, поднимая бокал с шампанским. – За новый рассвет. И за то, чтобы мы всегда находили повод для танца.

Джинву и Мин Соль подняли свои бокалы в ответ. Свет ламп отражался в их глазах, обещая долгое и светлое будущее. И где-то в глубине программного кода Системы золотистые буквы сложились в одну короткую фразу:

[Игра продолжается. Но правила теперь пишете вы.]