← Назад к обзору

Отец

Разлом между мирами

Сон Джин Ву, Монарх Теней этого холодного, застывшего мира, стоял посреди гостиной, не в силах пошевелиться. Тишина, воцарившаяся после исчезновения незваных гостей, давила на барабанные перепонки сильнее, чем мана босса S-ранга. Синие искры, оставшиеся от пространственного перехода, еще медленно таяли в воздухе, словно призрачные светлячки.

– Джин Ву... – Голос матери, Пак Кхен, был надтреснут, как старый фарфор. – Это был он. Это действительно был Алекс.

Джин Ву не ответил. Он смотрел на то место, где мгновение назад стоял человек, назвавшийся его отцом. Тот мужчина был воплощением жизни — дерзкий, яркий, с вызывающим пирсингом и глазами, в которых плескалось небо, а не бездна. И другой Джин Ву, стоявший рядом с ним... Он был живым. Не просто биологически — он светился изнутри тем самым счастьем, которое для нынешнего Монарха Теней стало лишь словом из словаря.

Слова отца — «холодная стерва», «фальшивая идеальность», «ты просто тень самого себя» — эхом отдавались в его черепе. Пелена, которую он годами принимал за «долг» и «необходимость», внезапно начала рваться.

Он медленно перевел взгляд на Ча Хэ Ин. Она всё еще стояла в боевой стойке, её лицо было бледным, а губы плотно сжаты. В её глазах он не увидел ни сочувствия к его потрясению, ни боли от оскорблений незнакомца — только оскорбленную гордость и страх перед нарушенным порядком.

– Ты слышала его, – произнес Джин Ву, и его голос, обычно низкий и властный, сейчас дрожал от едва сдерживаемой ярости. – Он сказал, что я несчастен. И он прав.

– Джин Ву, это был какой-то самозванец или призрак из разлома, – холодно ответила Хэ Ин, убирая меч. – Не позволяй его словам влиять на...

– Замолчи! – Его мана вырвалась наружу, заставляя мебель в комнате задрожать, а тени на стенах превратиться в когтистые лапы. – Он был более моим отцом, чем тот призрак, которого я помню. И тот парень рядом с ним... это был я. Я, который выбрал любовь, а не статус.

Он посмотрел на свои руки, окутанные черным туманом. В этой реальности он победил всех. Он стал богом. Но цена... цена была в том, что он превратился в ледяную статую, окруженную такими же холодными людьми.

– Уходи, – бросил он Хэ Ин, не глядя на неё. – Забирай Сухо и уходи к родителям. Мне нужно... мне нужно понять, как я позволил своей жизни превратиться в этот склеп.

***

Тем временем в «нашем» мире, за тысячи миль от багровых небес и замерших сердец, Сон Алекс сидел в своем кабинете. После возвращения из параллельной реальности он чувствовал странный зуд. Визит к «самому себе», пусть и в другом воплощении, оставил горький привкус. Жизнь коротка, даже если ты Игрок с бесконечной регенерацией.

На столе лежал его телефон. Визитка адвоката Чон Ли Вона была зажата между пальцами.

– Система, – негромко позвал он. – Если я сейчас совершу глупость, ты меня остановишь?

[Игрок волен выбирать свой путь. Но статистика подсказывает, что «глупость» в данном контексте ведет к повышению уровня эндорфинов на 200%.]

– Издеваешься, – хмыкнул Алекс.

Он набрал номер. Ответ последовал через два гудка, будто Ли Вон сидел и гипнотизировал телефон.

– Да? – Голос адвоката был напряженным, но в нем слышалось отчетливое облегчение.

– Это Алекс. Приходи в мой офис через полчаса. Юридический вопрос... крайне личного характера.

Когда через тридцать минут дверь кабинета распахнулась, Ли Вон выглядел так, будто пробежал марафон. Его галстук был слегка ослаблен, а волосы, обычно идеально уложенные, немного растрепались.

– Вы... вы позвонили, – выдохнул он, закрывая за собой дверь. – Я думал, вы решили подать жалобу на нападение.

Алекс поднялся из-за стола. На нем была простая черная футболка, подчеркивающая рельефные мышцы, и те самые зауженные брюки. Он медленно обошел стол, сокращая дистанцию.

– Я решил, что переговоры — лучший путь, адвокат, – в его голосе проскользнули рычащие нотки. – Но ты ведь знаешь, что я не люблю скучные контракты.

Ли Вон замер, глядя снизу вверх на этого высокого, пугающе красивого мужчину. Взгляд голубых глаз обжигал. Адвокат сделал шаг вперед, и его обычная профессиональная сдержанность рухнула, как карточный домик.

– Значит, никаких контрактов? – прошептал Ли Вон.

Он резко подался вперед, хватая Алекса за ворот футболки и с силой потянув на себя. Это было дерзко, почти безумно, но Алекс лишь довольно оскалился. Ли Вон впился в его губы поцелуем — жадным, неловким, но полным такого отчаяния и страсти, что у Алекса на мгновение помутилось в голове.

Руки адвоката, тонкие и сильные, скользнули под футболку, касаясь горячей кожи. Тело Алекса было идеальным — твердым, как камень, покрытым шрамами от битв, которые Ли Вон никогда не увидит.

– Ох... – Ли Вон оторвался от его губ на секунду, тяжело дыша.

Его ладони спускались ниже, к ремню черных брюк. Пальцы адвоката действовали уверенно, несмотря на легкую дрожь. С характерным щелчком пряжка расстегнулась. Ли Вон опустился на колени, его поцелуи теперь обжигали живот Алекса, спускаясь всё ниже.

– Ты вообще представляешь, во что ввязываешься? – голос Алекса стал хриплым, он запустил пальцы в волосы Ли Вона, слегка оттягивая их назад.

Ли Вон поднял на него взгляд — серые глаза за стеклами очков блестели от возбуждения и вызова.

– Я адвокат, Алекс. Я знаю всё о рисках, – он коснулся губами головки, заставив Алекса шумно выдохнуть и вцепиться в край стола. – Ох... ты такой большой.

Он на мгновение замер, оценивая масштаб своего «риска».

– Ты вообще в меня поместишься? – прошептал Ли Вон, и в его голосе смешались страх и восторг.

Алекс наклонился к нему, хватая за подбородок и заставляя смотреть прямо в свои небесно-голубые глаза, в которых сейчас бушевал шторм маны и желания.

– Я сделаю так, чтобы ты не захотел, чтобы я выходил, – пообещал он.

***

Пока в кабинете Алекса рушились последние барьеры приличия, Джин Ву стоял на крыше своего дома, глядя на ночной Сеул. Возле него материализовался Берилл, его верная тень.

– Мой Повелитель? Вы кажетесь... иным.

– Я просто понял одну вещь, Берилл.

Джин Ву посмотрел на свои ладони. Раньше они казались ему только орудием убийства. Но сегодня он вспомнил, как отец готовил завтрак, как он смеялся, как он обнимал маму в той, другой жизни.

– Сила не должна быть тюрьмой, – сказал Джин Ву. – Завтра я отправлюсь на поиски.

– Кого, Повелитель?

– Оранжереи. И девушки, чьи глаза цвета фиалок. Отец сказал, что она ждет меня. И я не намерен заставлять её ждать слишком долго.

Он вызвал интерфейс своей Системы.

[Желаете обновить приоритеты развития?]

– Да, – твердо ответил Джин Ву. – Добавь в список целей: «Обретение человечности».

[Принято. Путь Наследника скорректирован.]

Где-то в глубине города, в маленькой квартире, Мин Соль проснулась от странного чувства. Ей казалось, что тьма, которая всегда пугала её в новостях об Охотниках, вдруг стала теплой. Она подошла к окну и посмотрела на луну.

– Скоро, – прошептала она, сама не зная, к кому обращается.

Нити судьбы, перепутанные и разорванные в сотнях других миров, в этой реальности наконец сплетались в идеальный узор. Благодаря одному двадцатилетнему парню с черными волосами и душой, которая отказалась умирать под колесами грузовика.

Алекс, прижимая к себе вымотанного и счастливого Ли Вона на диване в своем кабинете, смотрел в потолок. Он знал, что впереди еще много битв, Врат и опасностей. Но прямо сейчас, слушая ровное дыхание человека рядом и чувствуя присутствие своих детей в этом мире, он понимал: он выиграл эту игру.

– Эй, Система, – мысленно позвал он.

[Да, Игрок?]

– Спасибо за этот шанс.

[Пожалуйста, Алекс. Не забудь завтра забрать Джи А из школы. И купи молоко.]

Алекс рассмеялся, закрывая глаза. Быть отцом Монарха и любовником адвоката было чертовски утомительно, но он не променял бы это ни на какой уровень в мире.