← Назад к обзору

Пепел после полуночи

Шёпот изнанки и золото гоблинов

– Ты можешь перестать так на меня смотреть? – Драко резко затормозил перед входом в узкий, зловонный проход, который даже по меркам Лютного переулка выглядел подозрительно. – Твой взгляд прожигает в моей спине дыру похлеще любого проклятия.

– Я смотрю не на тебя, а за тобой, Малфой, – отрезала я, поправляя капюшон дорожной мантии. – Если ты забыл, за нами охотятся профессиональные убийцы, а моя рука пульсирует так, будто в неё зашили живой уголь.

Левая ладонь под бинтами горела. Я чувствовала, как магия «Инобытия» ворочается внутри, притягиваемая осколком, который Драко прятал во внутреннем кармане. Это была странная, противоестественная связь: я ощущала артефакт физически, как магнит, который тянет меня к Малфою. И это раздражало больше, чем сама рана.

– Мы на месте, – он проигнорировал мою колкость и указал на покосившуюся дверь, над которой висела вывеска с изображением одноглазой вороны. – Помни: здесь не Министерство. Твои значки и принципы тут стоят меньше, чем сушёный хвост крысы. Говорить буду я.

– Исключено, – я шагнула вперёд, обходя его. – Мира Вейн не станет разговаривать с тем, кого считает «бывшим» Пожирателем, если у него нет веских аргументов. А у меня есть кое-что получше золота.

Я толкнула дверь. Внутри пахло старой медью, пылью и чем-то кислым. Помещение было завалено грудами хлама: от треснувших магических шаров до чучел существ, которых я не могла опознать. За прилавком, освещённым единственной тусклой свечой, сидела женщина. Её лицо, испещрённое морщинами, напоминало пергамент, а глаза светились неестественным жёлтым светом.

– Малфой, – проскрипела она, даже не подняв головы. – Твой отец задолжал мне за партию аконита ещё до того, как его заперли. Ты пришёл отдать долги?

– У меня есть предложение получше, Мира, – Драко облокотился на прилавок с тем видом небрежного превосходства, который всегда выводил меня из себя. – Нам нужна информация о зеркалах Розье.

Ведьма замерла. Жёлтые глаза медленно переместились на меня, задерживаясь на моей забинтованной руке.

– Гриффиндорская заучка в Лютном? – она хрипло рассмеялась. – Времена и впрямь изменились. Зеркала — это опасная тропа, девочка. Те, кто по ней ходят, редко возвращаются с целой душой.

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как осколок в кармане Драко отозвался резким уколом боли в моей ладони. Нужно было действовать быстро, пока нас не выследили.

– Синий феникс спит в полночь, – произнесла я чётко, глядя ей прямо в глаза.

Мира мгновенно подобралась. Смех исчез, сменившись напряжённым вниманием. Она медленно выпрямилась, и я увидела, как её пальцы судорожно сжали край прилавка.

– Только под серебряной луной, – выдохнула она ответную фразу.

Малфой недоумённо вскинул бровь, переводя взгляд с меня на ведьму.

– Отрадно видеть, что Орден Феникса всё ещё помнит старые шифры, – пробормотал он язвительно, но в его голосе послышалось уважение.

– Это не просто шифр, Малфой, – Мира жестом пригласила нас вглубь лавки, за тяжёлую занавеску. – Это гарантия того, что я не превращу вас в слизней прямо сейчас. Раз вы знаете этот пароль, значит, дело действительно дрянное.

Она усадила нас за крошечный стол, заваленный картами.

– Зеркало «Инобытия» было разбито на пять частей, – начала она без предисловий. – Одно у вас, я чувствую его голод. Оно уже начало пить твою кровь, Грейнджер?

– Оно пытается, – я невольно прижала руку к груди. – Где остальные?

– Те, кто напал на вас в поместье Розье, — это «Тени». Они служат кому-то, кто хочет собрать зеркало, чтобы стереть грань между мирами. Второй осколок... – она замялась, словно боясь произнести это вслух, – он ближе, чем вы думаете. Но достать его будет сложнее, чем выжить в Азкабане.

– Не томи, Мира, – бросил Драко, нервно постукивая пальцами по столу. – У нас мало времени.

– Гринготтс, – коротко бросила она. – Сейф номер 317. Он принадлежал одной из ветвей семейства Лестрейндж. После войны его опечатали, но магическая защита там такая, что гоблины сами боятся туда заходить.

Я почувствовала, как внутри всё похолодело. Гринготтс. Снова. Воспоминания о полете на драконе и рушащемся своде банка вспыхнули в голове яркими вспышками.

– Сейф 317... – прошептала я. – Но как мы туда попадём? Министерство контролирует все изъятые хранилища.

– Министерство — это дырявое корыто, – Мира подалась вперёд. – В сейфе 317 хранится не только осколок. Там лежит то, что может его стабилизировать. Если не заберёте его в ближайшие сутки, «Инобытие» окончательно укоренится в твоём теле, Грейнджер. Ты станешь дверью, которую невозможно закрыть.

– Прелестно, – Малфой резко встал. – Значит, ограбление банка. Опять. Ты ведь в этом специалист, не так ли?

– Это не смешно, Малфой! – я тоже поднялась, чувствуя, как гнев пересиливает боль. – У нас нет оборотного зелья, нет плана, и за нами охотятся убийцы!

– План у нас есть, – он шагнул ко мне, и я снова ощутила этот странный резонанс между нами. – Мы используем твой статус «героини войны» и моё знание гоблинских протоколов. В отличие от твоего прошлого налёта, в этот раз мы зайдём через парадную дверь.

– Ты сумасшедший, если думаешь, что...

Договорить я не успела. Воздух в лавке внезапно стал ледяным. Свеча на прилавке вспыхнула фиолетовым пламенем и погасла. Мира Вейн вскрикнула, отшатнувшись к стене.

– Они здесь, – прошипела она.

Снаружи раздался странный звук — не хлопок аппарации, а сухой треск, словно кто-то ломал кости. Окно лавки разлетелось вдребезги, и внутрь хлынул густой, серый туман.

– Конфринго! – выкрикнул Драко, посылая заклинание в дверной проём.

Вспышка осветила фигуру в сером плаще. Тень — иначе это существо нельзя было назвать — легко уклонилась от удара. У него не было лица, лишь пустота под капюшоном, из которой исходил нечеловеческий холод.

– Уходи через задний ход! – крикнул мне Малфой, выставляя мощный щит. – Я их задержу!

– Я не оставлю тебя здесь одного! – я вскинула палочку, игнорируя вспышку боли в левой руке. – Экспеллиармус!

Моё заклинание прошило туман, но тень просто поглотила его. Второго нападавшего я заметила слишком поздно — он материализовался прямо за спиной Миры.

– Берегись! – я рванулась к ней, но пол под ногами внезапно стал зыбким, превращаясь в чёрную жижу.

– Грейнджер, назад! – Драко схватил меня за мантию, дергая на себя.

В этот момент осколок в его кармане засиял так ярко, что на мгновение ослепил всех. Твари в серых плащах издали пронзительный, ультразвуковой визг.

– Они чувствуют его! – я перекричала шум схватки. – Им нужен осколок!

– Пусть попробуют взять! – в голосе Малфоя не было страха, только холодная ярость.

Он взмахнул палочкой, и вокруг нас выросло кольцо из чистого белого пламени. На мгновение тени отступили, но я видела, как из пролома в стене сочатся новые фигуры. Их было слишком много.

– Мира, беги! – крикнула я ведьме, но та уже исчезла в потайном люке за стеллажами.

– Нам тоже пора, – Малфой прижал меня к себе, его рука крепко обхватила мою талию. – Держись крепче, если не хочешь оставить половину себя этим тварям.

– Куда мы?.. – начала я, но мир вокруг уже начал вращаться.

Последнее, что я увидела перед тем, как пространство сжалось, — это костлявая рука Тени, потянувшаяся к моему лицу, и пустые, бездонные глазницы, в которых отражалась моя собственная смерть.

Мы провалились в темноту, но даже в этом хаосе я чувствовала, как осколок зеркала продолжает свой беззвучный, сводящий с ума шёпот.

«Вернись... вернись в сейф 317...»