← Назад к обзору

Пламя и Тень, Психокинез и Манипуляция, Хаос и Гравитация.

Ледяной штиль перед бурей

Утро ворвалось в долину ослепительным золотом, рассыпаясь искрами по росе, которая еще дрожала на широких листьях папоротника. Воздух был чистым и прохладным, пропитанным ароматом хвои и едва уловимым запахом домашней выпечки, доносившимся из приоткрытого окна кухни. Но для троих наблюдателей, затаившихся в кронах старых дубов, это утро не принесло покоя.

Мефилес сидел на толстой ветке, скрестив руки на груди. Его зеленые глаза, холодные и расчетливые, были прикованы к входной двери двухэтажного особняка. Мрак устроился чуть ниже, его пальцы с острыми когтями непроизвольно впивались в кору дерева, оставляя глубокие борозды. Его черно-золотой взгляд метался от одного окна к другому в поисках золотистой макушки Руна.

Страннее всех вел себя Твей. Он, как обычно, висел вниз головой, зацепившись ногами за сук, но его поведение пугало даже его соратников. Хаотичный и вечно шумный альфа сегодня хранил гробовое молчание. Его глаза-спирали не вращались с безумной скоростью, а застыли, сфокусированные на крыльце дома. Он не хихикал, не отпускал двусмысленных шуточек и даже не пытался раскачиваться.

Мефилес и Мрак переглянулись. В их глазах читался один и тот же немой вопрос: что случилось с этим безумцем? Однако задавать его вслух они не решились. Тишина была слишком ценным ресурсом, чтобы тратить её на выяснение причин внезапной меланхолии Твея. К тому же, интуиция подсказывала Мефилесу, что сегодня их ждет нечто из ряда вон выходящее.

И интуиция его не подвела.

Со стороны лесной тропинки, ведущей к главному входу, послышались размеренные, тяжелые шаги. Это не была походка случайных прохожих или лесных обитателей. Так ходят те, кто привык властвовать, кто знает цену каждому своему движению и не сомневается в своем праве находиться здесь.

Из-за деревьев вышли двое.

Мефилес почувствовал, как внутри него шевельнулось нечто похожее на опасение, смешанное с яростным любопытством. Пришельцы были высокими, статными альфами, чья аура буквально подавляла всё живое в радиусе нескольких метров. Но пугало не это. Они выглядели... как Сильвер.

Первый, Венис, обладал той же копной белоснежных волос, что и младший брат, но его манера держаться была более жесткой, почти военной. Его глаза — пронзительно-голубые, цвета арктического льда — сканировали периметр с безразличием опытного хищника. Второй, Стил, казался еще более массивным. Его волосы были чуть короче, а взгляд ярко-красных глаз напоминал застывшую кровь.

Оба были одеты в практичную, но дорогую одежду, подчеркивающую их мощные фигуры. На поясах у них не было брелоков-кос, как у бет, но от них исходила такая мощь, что становилось ясно: им не нужно оружие, чтобы стереть врага в порошок.

– Кто это такие? – прошипел Мрак, и его голос сорвался на рычание. – Почему они идут к их дому так уверенно?

– Альфы, – Мефилес сузил глаза, чувствуя, как внутри закипает собственническая ярость. – Сильные. Очень сильные.

Твей на ветке лишь сильнее сжал губы, его спирали едва заметно дернулись, но он не проронил ни звука.

Тем временем Венис и Стил подошли к крыльцу. Они не стучали. Венис просто положил ладонь на дверную ручку, и магический замок, который Сильвер накладывал с такой тщательностью, просто рассыпался искрами, признавая хозяина.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Сильвер. Он был в домашней одежде, без своей диадемы, и в первый миг на его лице отразилось крайнее удивление, которое мгновенно сменилось чем-то, чего Мефилес никогда раньше не видел у этого холодного беты. Облегчением.

– Венис? Стил? – голос Сильвера дрогнул. – Что вы здесь делаете? Вы же должны были быть на северных границах.

– Мы закончили там раньше, – Стил шагнул вперед и, к величайшему шоку наблюдателей на дереве, просто притянул Сильвера к себе, крепко обняв. – Ты думал, мы оставим вас одних после того, как почувствовали всплеск твоей ярости три дня назад?

Венис зашел следом, закрывая за собой дверь, но прежде чем она захлопнулась, Мефилес успел увидеть, как Рун и Верли выбежали в прихожую, бросаясь к новоприбывшим с радостными возгласами.

На дереве воцарилась мертвая тишина.

– Они... они обнимают их, – Мрак выглядел так, будто его только что ударили под дых. – Рун улыбается этому красноглазому так, будто тот — центр его вселенной.

– Это не просто альфы, – Мефилес сжал ветку так, что та хрустнула. – Посмотрите на их черты лица. На цвет волос. Это их семья.

– Старшие братья, – вдруг подал голос Твей. Его голос был сухим и безжизненным. – Щит и меч. Я чувствую их связь. Они пришли защищать своих «редких» бет.

– От кого защищать? – Мрак оскалился. – От нас?

– Очевидно, – Мефилес спрыгнул с дерева, приземлившись бесшумно, как тень. – Венис и Стил... Я слышал эти имена. Это легендарные воины, которые никогда не проигрывали. Они хладнокровны и безразличны ко всему миру, кроме своей семьи. Если они здесь, значит, наше «ухаживание» только что превратилось в прогулку по минному полю.

***

Внутри дома атмосфера была совершенно иной. На кухне кипела жизнь. Венис сидел во главе стола, внимательно наблюдая за тем, как Верли разливает чай. Стил же устроился на диване, и маленький Рей уже вовсю ползал по нему, пытаясь дотянуться до блестящей пуговицы на его куртке.

– Значит, они приходят каждую ночь? – Венис произнес это ровным, лишенным эмоций тоном, но Сильвер знал, что за этим спокойствием скрывается готовность убивать.

– Не совсем, – Сильвер присел напротив брата, сложив руки на столе. – В первый раз это была битва. В соборе. Они пытались доминировать, как типичные альфы. Мы дали им отпор. Но с тех пор... они просто следят. Наблюдают из теней.

– Мефилес, Мрак и Твей, – Стил произнес имена с явным отвращением, поглаживая Рея по голове. – Тёмная сторона. Психопаты и садисты. Сильвер, почему ты не позвал нас сразу?

– Мы справлялись сами, – отрезал Рун, который как раз доставал из духовки свежий пирог. – Мы не беспомощные омеги, Стил. Ты сам учил нас, что бета должен быть острее меча.

– Быть острее меча не значит подставлять шею под топор, – Венис перевел взгляд своих ледяных голубых глаз на Руна. – Эти трое — не просто наглые альфы. Они одержимы. А одержимый альфа в сто раз опаснее голодного волка.

– Они влюблены, – тихо добавил Верли, и на его бледных щеках выступил едва заметный румянец. – Это странно, я знаю. Но в их аурах нет того яда, который был у... того человека.

При упоминании «того человека» в комнате на мгновение стало так холодно, что на окнах начал проступать иней. Венис и Стил одновременно напряглись. Для них Сильвер, Рун и Верли были не просто младшими братьями. Они были драгоценным сокровищем, которое они поклялись защищать ценой своих жизней. Особенно после того, что случилось с Сильвером в шестнадцать лет.

– Мы остаемся здесь, – твердо сказал Стил. – Пока эти трое не поймут, что доступ к этому дому закрыт навсегда.

– Или пока мы не решим, что они достойны хотя бы разговора, – добавил Венис, и в его голосе прозвучала сталь. – Сильвер, ты главный в этом доме, но мы — твой щит. Сегодня вечером, когда они придут снова, мы встретим их первыми.

Сильвер опустил глаза. Он знал, что спорить с Венисом бесполезно. Его старшие братья были воплощением решительности. Они были теми, кто научил его скрывать свою истинную силу, кто подарил ему диадему, чтобы он помнил о своем достоинстве.

– Хорошо, – наконец произнес Сильвер. – Но обещайте мне одну вещь. Никаких убийств без моего слова. Они... они не заслужили смерти. Пока что.

***

Вечер опустился на лес внезапно, принеся с собой густой туман. Трое тёмных альф снова заняли свои позиции, но на этот раз они не прятались так тщательно. Присутствие Вениса и Стила действовало на них как вызов.

Мефилес стоял у самой кромки сада, его бирюзовые полосы светились во тьме. Мрак и Твей стояли по бокам, напряженные, как натянутые струны.

Дверь дома открылась, и на крыльцо вышли двое. Венис и Стил. Они не взяли с собой младших братьев, оставив их внутри под защитой барьера.

– Довольно прятаться в кустах, – голос Вениса разнесся по лесу, заставляя птиц сорваться с веток. – Выходите. Нам нужно прояснить правила игры.

Мефилес сделал шаг вперед, выходя на свет фонарей.

– Правила меняются, когда в игру вступают новые фигуры, – холодно заметил он, глядя прямо в голубые глаза Вениса. – Вы — братья. Это объясняет их силу. И их красоту.

– Нам плевать на твои комплименты, Мефилес, – Стил шагнул с крыльца, его красные глаза полыхнули гневом. – Вы кружите вокруг этого дома, как стервятники. Но здесь нет падали. Здесь живут те, кто находится под нашей личной защитой.

Мрак оскалился, его тёмная аура начала расширяться, сталкиваясь с мощным полем Стила.

– Мы не стервятники. Мы те, кто увидел в них то, что вы, возможно, пытаетесь скрыть. Их истинную природу. Их мощь.

– Их мощь — это их дело, – Венис сложил руки на груди, его фигура казалась вылитой из стали. – Ваше дело — держаться подальше. Сильвер не доверяет альфам. И у него есть на то веские причины, о которых вы, садисты и психопаты, можете только догадываться. Одно ваше присутствие здесь — это оскорбление для него.

Твей, который до этого момента молчал, вдруг сделал шаг вперед. Его взгляд был направлен мимо Вениса, на окно второго этажа, где за занавеской виднелся силуэт Верли.

– Мы не уйдем, – тихо, но отчетливо произнес Твей. – Вы можете быть их щитом, но вы не можете запретить нам чувствовать. Верли... он другой. Он не боится меня. Он презирает меня, и это лучшее, что я когда-либо чувствовал.

Стил издал короткий, лающий смешок.

– Ты безумен, парень. Но твое безумие не дает тебе права беспокоить мою семью.

– Хватит слов, – Венис поднял руку, и воздух вокруг него начал вибрировать от колоссального давления. – Если вы считаете, что достойны находиться рядом с ними, докажите это. Не в бою против них, а в бою против нас. Если вы выстоите хотя бы десять минут против «Щита и Меча», мы позволим вам остаться в этом лесу. Если нет — вы исчезнете навсегда.

Мефилес медленно вызвал свою энергетическую проекцию. Его глаза загорелись изумрудным светом.

– Десять минут? – он усмехнулся. – Нам хватит и вечности.

Битва вспыхнула мгновенно. Это не было похоже на хаотичное столкновение в соборе. Здесь столкнулись профессионалы. Венис двигался с невероятной скоростью, его удары были точными и сокрушительными. Он не использовал магию в привычном понимании, его силой была сама физика — инерция, давление, кинетическая энергия. Мефилес едва успевал телепортироваться, уходя от атак, которые могли бы расколоть скалу.

Стил и Мрак сошлись в центре сада. Это было столкновение двух титанов. Мрак использовал свою темную силу, создавая волны разрушения, но Стил просто принимал их на себя, его тело казалось неуязвимым. Каждый его ответный удар заставлял Мрака отлетать на несколько метров, но тот возвращался снова и снова, ведомый яростным желанием доказать свою силу перед лицом Руна, который, он знал, наблюдает из окна.

Твей пытался использовать свои иллюзии и контроль над реальностью против Вениса, но тот просто игнорировал искажения, доверяя своим инстинктам.

В окне второго этажа стояли трое братьев. Сильвер сжимал подоконник так, что дерево трещало.

– Они убьют их, – прошептал Верли, глядя, как Стил в очередной раз впечатывает Мрака в землю.

– Венис и Стил не знают пощады, – Рун закусил губу. – Но посмотрите... они не сдаются. Мефилес уже весь в крови, но он продолжает атаковать.

Сильвер молчал. Его взгляд был прикован к Мефилесу. Он видел, как альфа тяжело дышит, как его бирюзовые волосы слиплись от пота и пыли. Но в его глазах не было страха. Только та самая одержимость, о которой говорил Венис. Одержимость, которая начинала пугать Сильвера своей искренностью.

Прошло ровно десять минут. Венис резко остановился, уходя от очередного энергетического луча Мефилеса. Стил отпустил воротник Мрака, которого он как раз собирался в очередной раз приложить о дерево.

– Достаточно, – скомандовал Венис.

Тёмные альфы тяжело дышали. Твей сидел на траве, вытирая кровь с разбитой губы, Мрак едва держался на ногах, а Мефилес прислонился к дереву, тяжело переводя дух.

– Вы выстояли, – признал Стил, поправляя свою куртку, на которой не было ни единой царапины. – У вас есть воля. Это редкое качество для таких отбросов, как вы.

– Мы не отбросы, – прохрипел Мрак. – Мы те, кто не отступит.

Венис посмотрел на балкон, где стоял Сильвер. Тот медленно кивнул брату.

– Хорошо, – Венис снова повернулся к противникам. – Мы разрешаем вам находиться в этом лесу. Но к дому вы не приблизитесь ближе, чем на сто метров. Если Сильвер, Рун или Верли захотят с вами поговорить — они выйдут сами. Если вы попытаетесь войти без приглашения... – Венис сделал паузу, и его голос стал похож на шелест могильной земли. – ...тогда вы узнаете, почему нас называют Мечом и Щитом. Мы не будем играть. Мы будем казнить.

Мефилес выпрямился, стирая кровь с лица. Он посмотрел на Сильвера, который всё еще стоял на балконе. В лунном свете белый бета казался недосягаемым божеством.

– Мы принимаем условия, – произнес Мефилес. – Нам не нужно входить в дом, чтобы быть рядом.

Венис и Стил развернулись и вошли в дом, закрыв дверь. Альфы остались в тумане.

– Это было больно, – Твей наконец-то хихикнул, хотя его голос дрожал. – Его удары такие твердые! Я в восторге!

– Теперь всё серьезно, – Мрак сел на землю, пытаясь восстановить силы. – Их братья — монстры.

– Нет, – Мефилес продолжал смотреть на балкон, даже когда Сильвер ушел внутрь. – Они — зеркало. Они показывают нам, какими мы должны стать, чтобы заслужить право быть рядом с ними. Мы должны стать не просто сильными. Мы должны стать достойными.

Этой ночью в лесу не было охоты. Было лишь молчаливое ожидание. Внутри дома Венис и Стил сидели на кухне с младшими братьями, обсуждая дальнейшие действия. Рей спал на руках у Стила, а Сильвер заваривал новый чай.

– Они не отступят, Венис, – тихо сказал Сильвер.

– Я знаю, – Венис посмотрел на свои руки. – И это самое тревожное. Потому что если они не отступят, то рано или поздно тебе придется сделать выбор. И я надеюсь, Сильвер, что к тому моменту ты будешь готов довериться не только нам, но и своему собственному сердцу.

Сильвер не ответил. Он смотрел на звезды за окном, чувствуя, как где-то там, в темноте, пульсируют три ауры, которые теперь стали частью его жизни, хочет он того или нет. Ледяной штиль закончился. Начиналась долгая, изнурительная осада сердец, в которой не было победителей, а были только те, кто готов идти до конца.