← Назад к обзору

Племянник

Ледяное пламя и яд ревности

Прошло три дня с той памятной ночи в ванной и гостиной. Для Юки эти три дня стали своего рода перезагрузкой. Он вел себя так, словно между ним и дядей ничего не произошло: всё тот же дерзкий взгляд, те же наушники с грохочущим роком и привычка курить на террасе, пуская дым в сторону камер наблюдения Ассоциации. Он мастерски игнорировал тяжелые, пронзительные взгляды Сон Джинву, которые тот бросал на него при каждой встрече. Юки чувствовал себя превосходно — магические каналы работали как часы, а внутренняя тьма, усмиренная холодом Монарха, больше не пыталась разорвать его изнутри.

Но если Юки наслаждался обретенным равновесием, то Сон Джинву медленно сходил с ума. Величайший охотник человечества, повелитель теней, перед которым трепетали правители, обнаружил, что его самообладание дало трещину. Каждый раз, когда Юки проходил мимо, обдавая его запахом персикового напитка и табака, Джинву ощущал фантомный жар его кожи под своими пальцами. Вкус того отчаянного поцелуя в гостиной преследовал его в снах и во время медитаций. Он хотел снова коснуться этой фарфоровой кожи, снова почувствовать, как племянник выгибается в его руках, отдавая свою силу.

Но Юки воздвиг между ними стену. Он бойкотировал любые попытки дяди заговорить о «том случае», мастерски переводя тему на тренировки или отчеты Ассоциации. Он стал чаще пропадать на охоте в низкоранговых вратах, возвращаясь поздно и сразу уходя в свою комнату.

Субботний вечер застал Юки перед большим зеркалом в прихожей. Он тщательно поправлял свою удлиненную челку, критически осматривая отражение. На нем были узкие черные джинсы с декоративными цепями, белоснежная рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы так, чтобы была видна татуировка на шее, и кожаная куртка-косуха. В ухе блестела новая серьга в форме маленького клинка. От него пахло дорогим парфюмом с нотками сандала и кожи.

– Юки, милый, куда это ты собрался такой нарядный? – Чха Хаин вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. Она с теплой улыбкой оглядела племянника.

Юки обернулся и лучезарно улыбнулся ей. В этой улыбке не было и следа той мрачной тени, которую он обычно демонстрировал дяде.

– На свидание, тетя. Хочу немного развеяться, Сеул ночью просто потрясающий, – он подмигнул ей, надевая на палец кольцо с черепом.

– О-о-о, ну хорошо, – Хаин мягко рассмеялась, искренне радуясь, что парень наконец-то начал вести себя как обычный подросток. – Только не возвращайся слишком поздно, завтра у вас с Джинву запланирована поездка на полигон. Отдохни хорошенько.

– Постараюсь, – бросил Юки, хватая со столика ключи от байка.

В этот момент из кабинета вышел Сон Джинву. Его присутствие мгновенно изменило атмосферу в прихожей. Тень под ногами Монарха едва заметно колыхнулась, выдавая его внутреннее состояние. Он замер, глядя на Юки. Взгляд Джинву скользнул по расстегнутому вороту рубашки, по ухоженным волосам и по тому, как уверенно и соблазнительно выглядел его племянник.

– Свидание? – голос Джинву прозвучал тише обычного, но в нем слышался рокот приближающегося шторма.

– Именно, – Юки даже не посмотрел на дядю, продолжая возиться с замком куртки. – Молодость проходит, нужно успеть пожить, пока «Элизиум» или кто-нибудь еще не решил снова запереть меня в клетку.

– С кем? – Джинву сделал шаг вперед.

Юки наконец поднял на него взгляд. Его ярко-голубые глаза светились вызовом и каким-то странным, дразнящим торжеством.

– С одной очаровательной девушкой-охотником из гильдии «Белый Тигр». Мы познакомились вчера в Ассоциации. Она B-ранг, очень милая и... очень живая.

Кулаки Джинву сжались. Внутри него вспыхнула ярость, которую он не чувствовал со времен битвы с Монархами. Мысль о том, что кто-то другой будет касаться этой кожи, видеть эту улыбку и чувствовать жар тела Юки, была невыносимой. Это была не просто ревность — это было чувство собственника, чье сокровище пытались украсть.

– Тебе не стоит уходить сейчас, – сухо произнес Джинву. – У нас есть незавершенные дела по анализу данных из лаборатории.

– Дела подождут, дядя, – Юки надел кепку и поправил наушники на шее. – Ты сам говорил, что мне нужно учиться контролировать себя. Вот я и учусь... социализироваться.

Он прошел мимо Джинву, намеренно задев его плечом. На мгновение их ауры соприкоснулись, и Джинву почувствовал, как Юки обдал его волной холодного безразличия, под которым скрывалась насмешка.

– Пока, тетя! – крикнул Юки уже из дверей.

Через минуту на улице взревел мотор Ducati. Звук удаляющегося мотоцикла эхом отозвался в пустом коридоре.

Хаин, заметив состояние мужа, подошла и положила руку ему на плечо.

– Джинву? Что с тобой? Ты выглядишь так, будто готов призвать всю армию теней, чтобы остановить его.

– Он слишком беспечен, – процедил Джинву, глядя на закрытую дверь.

– Он просто шестнадцатилетний парень, который хочет погулять, – мягко возразила Хаин. – Ты слишком сильно его опекаешь. Дай ему немного свободы.

Джинву не ответил. Он развернулся и ушел обратно в кабинет, плотно закрыв дверь. Свободы? Он знал, что Юки не ищет свободы. Юки наказывал его. Наказывал за ту слабость, которую они оба проявили в ванной. Наказывал за то, что Джинву не мог признаться самому себе, кем стал для него этот мальчик.

В кабинете Джинву сел в кресло и закрыл глаза.

– Бер, – негромко позвал он.

Из тени тут же вырос силуэт муравьиного короля.

– Да, мой Повелитель! – Бер склонился в глубоком поклоне, его жвала едва заметно подрагивали от возбуждения.

– Следуй за ним. Не вмешивайся, если его жизни не будет угрожать смертельная опасность. Но я хочу знать всё. Где он, с кем он и что делает.

– Будет исполнено, мой Повелитель! – Бер исчез, оставив после себя лишь легкое колебание воздуха.

Джинву откинулся на спинку кресла. Он понимал, что поступает как одержимый, но ничего не мог с собой поделать. В его мире, где он контролировал жизнь и смерть, Юки стал единственной переменной, которую он не мог вычислить.

Тем временем Юки летел по ночному Сеулу. Ветер бил в лицо, выдувая из головы остатки напряжения. Он знал, что Джинву злится. Он чувствовал его ярость кожей, и это доставляло ему дикое, почти болезненное удовольствие. Пусть Монарх помучается. Пусть поймет, что Юки — не одна из его послушных теней, которую можно вызвать и отозвать по щелчку пальцев.

Он припарковал байк у модного неонового бара в районе Каннам. Девушка, Мин А, уже ждала его. Она действительно была симпатичной: короткая юбка, яркий макияж и энергия, которая буквально била ключом.

– Привет! – Она помахала ему рукой. – Ты приехал! Я думала, такой крутой парень на таком байке просто пошутил.

– Я никогда не шучу насчет свиданий, – Юки улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, снимая шлем и встряхивая волосами.

Они зашли внутрь. Громкая музыка, вспышки света и толпа людей — это было именно то, что Юки было нужно. Он заказал себе коктейль, Мин А — сок, и они устроились за дальним столиком. Она болтала без умолку о рейдах, о новых шмотках и о том, как сложно быть охотником B-ранга в мире, где правят гиганты.

Юки слушал её вполсилы. Его чувства, обостренные рангом S, фиксировали каждое движение в баре. И он знал, что где-то в тенях под потолком за ним наблюдает Бер. Дядя не удержался. Это заставило Юки внутренне усмехнуться.

– Ты такой загадочный, – Мин А придвинулась ближе, её рука легла на его предплечье, прямо поверх татуировки черепа. – Твои тату... они настоящие? Выглядят так... опасно.

– Всё во мне опасно, Мин А, – Юки посмотрел ей прямо в глаза, и девушка на мгновение затаила дыхание. – Но сегодня я просто хочу отдохнуть.

Он наклонился к ней, сокращая расстояние. Мин А закрыла глаза, ожидая поцелуя. Юки чувствовал её тепло, её сбивчивое дыхание, но внутри него было пусто. Это не было тем всепоглощающим пожаром, который он ощущал рядом с Джинву. Это была лишь имитация жизни.

Внезапно музыка в баре словно стала тише, а воздух — холоднее. Юки почувствовал, как мана в помещении на мгновение замерла. Это не был Бер. Это было что-то другое.

– Мин А, оставайся здесь, – резко сказал Юки, отстраняясь.

– Что? Почему? – Она удивленно открыла глаза.

Юки не ответил. Он встал, его взгляд сканировал толпу. У выхода он заметил двоих мужчин в длинных серых плащах. Они не были охотниками Ассоциации. От них пахло стерильностью, химикатами и той самой извращенной маной, которую он никогда не забудет.

«Элизиум».

Они нашли его даже здесь. Юки почувствовал, как внутри него начинает закипать ярость. Они посмели прервать его вечер. Они посмели явиться в его город.

Он медленно двинулся к выходу, проталкиваясь сквозь танцующих людей. Мужчины в плащах заметили его и начали отступать к черному входу. Юки последовал за ними.

На узкой, темной улице за баром было пусто. Только гул кондиционеров и запах мусора.

– Объект Зеро, – произнес один из мужчин, снимая капюшон. Его лицо было бледным, почти прозрачным, а глаза светились неестественным желтым светом. – Ты заставил нас долго тебя искать. Возвращение в Корею было твоей последней ошибкой.

– Ошибкой было то, что я оставил кого-то из вас в живых в Штатах, – Юки снял куртку, оставаясь в одной рубашке. Его татуировки начали пульсировать черным светом. – Но сегодня я это исправлю.

– Ты думаешь, ты здесь один? – Мужчина оскалился. – Мы знаем, кто твой дядя. Но даже Теневой Монарх не сможет защитить тебя от того, что мы создали.

Из теней по бокам переулка начали выходить существа. Это не были монстры из врат. Это были люди, изломанные, перекроенные, чьи тела были сплавлены с доспехами из магических кристаллов. Химеры.

Юки почувствовал, как его мана взрывается. Он больше не сдерживался. Голубой свет его глаз стал настолько ярким, что осветил весь переулок.

– Бер, – негромко произнес Юки. – Не вмешивайся. Это мои долги.

Из тени раздался тихий, свистящий смешок муравьиного короля, но он остался на месте.

Битва была короткой и кровавой. Юки двигался как молния. Ему не нужно было оружие — его руки, окутанные голубым и черным пламенем, пробивали магическую броню химер, как бумагу. Он вырывал кристаллы из их тел, игнорируя крики боли. В каждом его движении была накопленная за годы мучений ярость.

Когда последняя химера упала, Юки стоял посреди переулка, тяжело дыша. Его рубашка была разорвана, на щеке виднелась глубокая царапина, а руки были в крови — чужой и своей.

Мужчина в сером плаще, единственный оставшийся в живых, пятился к стене, его лицо исказилось от ужаса.

– Ты... ты не человек... Ты монстр...

– Я — то, что вы создали, – Юки подошел к нему вплотную. Его голос был холодным, как лед в подземельях. – Передай своему руководству. Я иду за ними. И на этот раз я не буду сжигать лаборатории. Я буду сжигать их души.

Он поднял руку, готовясь нанести последний удар, но внезапно почувствовал за спиной мощное, подавляющее присутствие. Воздух в переулке стал настолько тяжелым, что выживший оперативник «Элизиума» просто рухнул на колени, не в силах дышать.

Сон Джинву вышел из тени. Его лицо было маской абсолютной ярости. Он посмотрел на растерзанного Юки, на кровь на его руках и на разрушения вокруг.

– Я же говорил, что тебе не стоит уходить, – произнес Джинву.

Юки обернулся, его глаза всё еще светились магическим огнем.

– Я справился сам, дядя. Мне не нужна была твоя помощь.

Джинву проигнорировал его слова. Он подошел к оперативнику «Элизиума», взял его за горло и поднял в воздух, как тряпичную куклу.

– Вы тронули его, – голос Монарха заставил стены зданий вибрировать. – Вы посмели пустить ему кровь.

Тень Джинву внезапно расширилась, поглощая весь переулок. Из неё начали подниматься сотни воинов-теней, их глаза горели фиолетовым светом.

– Мой Господин! Позвольте мне разорвать его! – Бер выскочил из тени, его жвала щелкали в миллиметре от лица пленника.

– Нет, – отрезал Джинву. – Его заберет Игрис. Мне нужна информация. А потом... потом он будет молить о смерти.

Он отшвырнул мужчину в сторону, где его тут же подхватили тени. Затем Джинву повернулся к Юки. Его взгляд смягчился, но в нем всё еще горело опасное пламя.

– Ты ранен, – он подошел к племяннику и коснулся царапины на его щеке.

Юки дернулся, пытаясь отстраниться, но Джинву крепко обхватил его за талию, притягивая к себе.

– Перестань, – прошептал Монарх. – Игра в свидания закончена. Ты идешь домой.

– Я не закончил вечер! – Юки попытался возмутиться, но его силы были на исходе после магического выброса. Его голова невольно опустилась на плечо дяди. – Там... там осталась Мин А...

– Бер позаботится о том, чтобы она благополучно добралась домой и забыла о твоем существовании, – Джинву поднял Юки на руки, словно тот ничего не весил. – Больше никаких свиданий. Больше никаких побегов. Ты под моим присмотром, пока эта организация не будет уничтожена до последнего человека.

Юки хотел что-то возразить, но тепло тела Джинву и его знакомый, успокаивающий холод маны подействовали на него усыпляюще. Он почувствовал, как они проваливаются в тень — быстрый переход домой.

Когда они оказались в гостиной дома Сон, Джинву не выпустил его из рук. Он усадил Юки на диван и начал аккуратно снимать с него остатки рубашки.

– Дядя, я сам... – пробормотал Юки, но его голос звучал слабо.

– Молчи, – Джинву достал аптечку и сел рядом.

Он обрабатывал раны Юки с пугающей нежностью. Его пальцы скользили по татуировкам, по напряженным мышцам живота, и на этот раз Юки не сопротивлялся. Он смотрел на сосредоточенное лицо дяди и понимал, что его план «наказать» Монарха провалился. Он лишь сильнее привязал их друг к другу.

– Почему ты так злишься? – тихо спросил Юки, когда Джинву закончил обрабатывать царапину на его груди. – Из-за «Элизиума»? Или из-за того, что я был с другой?

Джинву замер. Он медленно поднял взгляд, и Юки увидел в его глазах такую бездну обладания, что у него перехватило дыхание.

– И то, и другое, – честно ответил Монарх. – Но больше всего — из-за того, что ты пытаешься убежать от того, что между нами есть. Ты можешь ходить на сотни свиданий, Юки. Ты можешь спать с кем угодно. Но твоя мана всегда будет звать мою. Твои тени всегда будут частью моей армии. Ты принадлежишь мне по праву силы и по праву крови.

Юки сглотнул. Он чувствовал, как его собственная мана радостно отзывается на эти слова, подтверждая их правоту.

– Я не вещь, Джинву, – прошептал он.

– Нет, – Джинву наклонился и коснулся лбом его лба. – Ты — единственное, что делает меня человеком в этом мире теней. И я не позволю тебе уйти.

В эту ночь Юки не ушел в свою комнату. Он заснул на диване, укрытый тяжелым плащом Монарха, а Сон Джинву сидел рядом, охраняя его сон. В тенях вокруг них Бер и Игрис готовили план тотального уничтожения «Элизиума».

Война официально началась. Но в сердце этой войны, в тихой гостиной, два монстра нашли свое хрупкое перемирие. Юки знал, что завтра он снова будет дерзить и пытаться вырваться, но теперь он также знал: куда бы он ни пошел, тень Монарха всегда будет следовать за ним. И, честно говоря, он больше не хотел, чтобы было иначе.