← Назад к обзору

Пленик

Голоса стертых имен

Подвал особняка Сон Джинву не имел ничего общего с сырыми бетонными коробками обычных домов. Это был высокотехнологичный тренировочный зал, укрепленный магическими печатями и пространственными барьерами, способными выдержать прямое попадание тактической ракеты или яростный всплеск магии S-ранга. Стены здесь были облицованы матовым темным камнем, который поглощал лишний свет, оставляя лишь мягкое сияние магических ламп.

Юки стоял в центре арены, тяжело дыша. На нем были только свободные серые тренировочные штаны, а его торс, покрытый тонким слоем пота, блестел в искусственном свете. Татуировка на его плече — реалистичный череп — казалась сегодня необычайно контрастной, словно выжженной на бледной коже. В руках парень сжимал тренировочную косу, чье лезвие было затуплено, но вес и баланс полностью соответствовали его настоящему оружию.

Напротив него, в расслабленных позах, стояли Джинву и Сухо. Отец и сын выглядели так, словно вышли на легкую прогулку, хотя всего секунду назад Юки атаковал их с яростью загнанного зверя.

– Ты медлишь, Юки, – произнес Джинву, его голос эхом отразился от стен. – Твой Жнец чувствует смерть, но ты боишься следовать за этим чувством до конца. Ты пытаешься контролировать то, что должно течь свободно.

– Я не боюсь, – огрызнулся Юки, перехватывая косу поудобнее. – Я просто не хочу разнести этот подвал к чертям собачьим вместе с вами.

Сухо усмехнулся, поигрывая своими кинжалами. Его фиолетовые глаза светились азартом.

– О, поверь, чтобы разнести нас, тебе понадобится нечто большее, чем просто пара красивых взмахов, – он сделал молниеносный выпад, сокращая дистанцию за доли секунды. – Давай, покажи мне ту тьму, о которой говорил отец!

Юки заблокировал удар древком косы, металл звякнул о металл. Он закружился в вихре движений, пытаясь достать Сухо, но тот был слишком быстрым, слишком текучим. Джинву же оставался на месте, наблюдая за ними своим пронзительным взглядом, который, казалось, видел не только движения тела, но и потоки маны внутри них.

– Твои магические каналы всё еще заблокированы наполовину, – заметил Джинву, делая шаг вперед. Атмосфера в зале мгновенно стала тяжелой, воздух словно превратился в свинец. – Ты сам поставил эти барьеры, Юки. Ты боишься того, кем ты являешься, когда коса забирает первую душу.

– Заткнись! – крикнул Юки, чувствуя, как внутри него начинает закипать ледяная ярость. – Ты ничего не знаешь о том, что я чувствую!

Он совершил мощный круговой удар, напитав лезвие синим пламенем. Сухо отпрыгнул назад, а Джинву просто поднял руку, останавливая лезвие ладонью, окутанной черной дымкой.

– Я знаю о смерти больше, чем кто-либо из ныне живущих, – тихо сказал Джинву. – И я вижу, что твой Жнец голоден.

Внезапно что-то изменилось. Воздух в подвале не просто похолодел — он застыл. Юки замер на месте, его глаза широко распахнулись, а зрачки сузились до точек. Коса выпала из его рук, с грохотом ударившись о каменный пол.

– Юки? – Сухо мгновенно растерял весь свой задор и сделал шаг к парню. – Эй, что с тобой? Мы только разогрелись.

Юки не ответил. Его лицо побледнело до синевы, а на лбу выступили крупные капли холодного пота. Он внезапно схватился за голову, впиваясь пальцами в густые черные волосы, и рухнул на колени.

– Г-голова... – прохрипел он, сжимаясь в комок. – Хватит... замолчите...

Джинву в одно мгновение оказался рядом, опускаясь на колено перед парнем. Он попытался коснуться его плеча, но Юки отпрянул, словно от удара током.

– Юки, посмотри на меня! – приказал Монарх Теней, вливая в свой голос силу, способную подчинять королей. – Что ты видишь?

– Их... их слишком много! – Юки закричал, и этот крик был полон такой нечеловеческой боли, что Сухо невольно вздрогнул. – Они все кричат... они все зовут! Имена... тысячи имен!

– Черт, отец, что происходит? – Сухо метался рядом, не зная, как помочь. – Его мана... она сходит с ума!

Джинву не отвечал. Его глаза светились холодным фиолетовым светом, он сканировал духовное тело Юки. То, что он увидел, заставило его сердце на мгновение замереть. Магические каналы Юки, которые были заблокированы, не просто открылись — они лопнули под напором внешней силы.

– Он подключился к источнику, – быстро произнес Джинву. – Он слышит голоса тех, чьи души он должен был проводить. Жнец без контроля — это антенна для всех неупокоенных теней мира.

Юки продолжал кричать, раскачиваясь из стороны в сторону. Его ярко-синие глаза теперь светились не магией, а чистым первобытным ужасом. Татуировка на его руке пришла в движение: череп словно открывал пасть в беззвучном вопле, а узоры на шее пульсировали черным и синим.

– Остановите это... – Юки вцепился в плечо Джинву, его ногти глубоко вонзились в кожу Монарха, но тот даже не поморщился. – Пожалуйста... они просят... они требуют... Слишком громко!

– Слушай мой голос, Юки! – Джинву обхватил лицо парня ладонями, заставляя его смотреть прямо на себя. – Только мой голос. Вся остальная тьма принадлежит мне. Я — твой Монарх. Я — тень, в которой эти голоса тонут. Отдай их мне!

– Я не могу... – слезы покатились по щекам Юки. – Их тысячи... дети, старики... они все здесь, в моей голове!

Сухо опустился с другой стороны, обнимая Юки за талию и прижимаясь своим лбом к его плечу.

– Мы здесь, Юки. Мы разделим это с тобой. Не пытайся держать это в одиночку. Ты больше не один Жнец в пустом мире. Мы — твоя стая. Слышишь? Отдай нам часть этого груза!

Магия Сухо, более горячая и импульсивная, начала вливаться в Юки, создавая своеобразный буфер. Джинву же действовал иначе: он начал расширять свою тень, поглощая пространство вокруг них. Подвал погрузился в абсолютную, непроглядную тьму, где существовали только они трое.

– Сила Жнеца — это не только коса, – шептал Джинву, и его голос теперь звучал отовсюду. – Это способность слышать тех, кого забыл мир. Но ты не должен становиться их рабом. Ты — их проводник. Ты — господин их тишины. Прими их, Юки. Не борись. Позволь им пройти сквозь тебя в мою тень.

Юки судорожно вздохнул. Его тело начало расслабляться, хотя дрожь всё еще сотрясала его. Он почувствовал, как огромная, бесконечная мощь Джинву создает вокруг него кокон, отсекая лишние голоса, оставляя лишь тихий шепот, который уже не причинял боли.

– Так... лучше? – Сухо поднял голову, заглядывая Юки в глаза.

– Они уходят... – выдохнул Юки, его руки бессильно упали на пол. – Они уходят в тень... твою тень, Джинву.

– Да, – Монарх Теней притянул парня к себе, усаживая его к себе на колени, словно ребенка. – Теперь они под моим присмотром. Твои каналы... они открылись слишком резко. Твое тело едва не разорвало от избытка информации.

Юки закрыл глаза, прислонившись головой к груди Джинву. Он чувствовал мерный ритм сердца Монарха, и этот звук был для него сейчас слаще любой музыки. Рука Сухо всё еще лежала на его бедре, согревая и даря ощущение реальности.

– Я думал, я умру, – честно признался Юки. Голос его был едва слышен. – Это было похоже на то, как если бы в мою голову вставили тысячи раскаленных игл. Каждая игла — чья-то жизнь, чья-то несправедливая смерть.

– Это цена твоей истинной силы, – Джинву гладил его по волосам, успокаивая. – Теперь ты понимаешь, почему я пытался сдерживать тебя? Ты еще не был готов к такому объему сострадания. Жнец должен быть беспристрастным, но ты... ты слишком живой для этой роли, Юки.

– Я справлюсь, – Юки открыл глаза, и в них снова блеснула та самая искорка бунтарства, которую они так любили. – Теперь, когда я знаю, что это такое... я найду способ контролировать это.

– Мы найдем, – поправил его Сухо, ухмыляясь сквозь усталость. – Но сначала — никакого алкоголя, никакого острого рамена и никаких тренировок минимум три дня. Ты истощен духовно.

– Три дня? – Юки попытался возмутиться, но сил хватило только на слабый протест. – Вы издеваетесь? Я с ума сойду от скуки.

– Ты будешь восстанавливаться под нашим личным надзором, – Джинву встал, легко поднимая Юки на руки. – И это не обсуждается. Твой Жнец заслужил отдых. А ты — тем более.

Они вышли из тренировочного зала. Тень Джинву послушно следовала за ними, унося в себе отголоски тех тысяч имен, которые едва не погубили Юки. В особняке было тихо и уютно.

Джинву отнес Юки в спальню и аккуратно уложил на кровать. Сухо тут же притащил стакан воды и какие-то восстанавливающие пилюли, которые обычно использовались для охотников высшего ранга.

– Пей, – скомандовал Сухо. – И не спорь.

Юки послушно проглотил лекарство, чувствуя, как по телу разливается приятная истома. Он смотрел на двух мужчин, которые сидели по обе стороны от него, и впервые в жизни ему не хотелось никуда бежать. Его бунт нашел свою цель, а его одиночество — свой конец.

– Знаешь, – Юки посмотрел на Джинву. – Когда они кричали... среди всех этих голосов я искал твой. И когда я его услышал, мне стало не страшно.

Джинву коснулся его руки, переплетая свои пальцы с его.

– Мой голос всегда будет там, Юки. В любой тьме, в любом мире. Тебе достаточно просто позвать.

– Я знаю, – прошептал Юки, закрывая глаза. – Теперь я это точно знаю.

Он уснул быстро, глубоким и спокойным сном без сновидений. Джинву и Сухо еще долго сидели рядом, охраняя его покой. Они знали, что сегодняшний инцидент — это только начало. Сила Юки росла, и вместе с ней росли риски. Но они также знали, что теперь они — единое целое. Жнец и его Монархи. Трое, чьи судьбы сплелись в неразрывный узел из теней, крови и странной, но бесконечно сильной любви.

– Он станет великим, отец, – тихо сказал Сухо, глядя на спящего парня.

– Он уже велик, – ответил Джинву. – Он единственный, кто смог заставить саму Смерть замолчать и слушать его сердце.

За окном занимался рассвет, окрашивая небо в нежно-синие тона, точь-в-точь как глаза Юки. Мир продолжал жить своей жизнью, не подозревая о том, что в этом доме только что родилась легенда о Жнеце, который больше не боялся голосов мертвых, потому что его крепко держали руки живых.