Поттер Ограничитель Элизабет Мэйбли
Печать разорванных небес
Воздух над Лондоном пах серой, протухшей кровью и могильным холодом.
Древние барьеры, веками скрывавшие Министерство магии и Косой переулок от глаз обычных людей, лопнули. Не с глухим хлопком, а с оглушительным, похожим на стон умирающего колосса треском. На мостовые Уайтхолла осела серебристая пыль истлевших чар невидимости, и магловский мир впервые за три столетия увидел, что скрывалось под его ногами.
Но смотреть было почти некому: центр британской столицы опустел за считанные дни. Военные кордоны королевской армии, переподчиненные чрезвычайному комитету обороны «Шевалье», оцепили город тяжелой бронетехникой и мобильными излучателями помех, изолировав остров от континентальной Европы.
В Атриуме Министерства магии царило форменное безумие.
Фонтан Магического Братства был разбит в щепки. Золотые статуи кентавра, гоблина и волшебника валялись в лужах черной, маслянистой жижи, сочившейся из разбитого плиточного пола. По некогда величественному залу медленно ступало существо, в котором лишь безумец мог признать четырнадцатилетнего Годрика Поттера.
Его фигура вытянулась почти до двух с половиной метров. Руки удлинились, пальцы срослись в узловатые серповидные когти, а спина горбилась под тяжестью вздувшихся позвонков, прорывавших клочья шелковой школьной мантии. Но ужаснее всего было лицо: черты Годрика словно потекли, как воск под паяльной лампой, обнажив плоский змеиный череп с алыми щелями глаз. Шрам на лбу превратился в зияющую дыру, из которой толчками бил багрово-черный свет разорванной души Волан-де-Морта.
Вокруг чудовища на коленях застыли десятки Пожирателей смерти. Люциус Малфой, Беллатриса Лестрейндж и уцелевшие чистокровные фанатики исступленно целовали подол его изодранной мантии, захлебываясь слезами восторга и безумия.
– Повелитель... наш истинный лорд... – хрипела Беллатриса, прижимаясь лбом к залитой слизью плитке. – Вы вернулись в теле сильнейшего! Британия пала к вашим ногам!
– *Британия?..* – голос твари вибрировал на частотах, от которых в ушах стоял металлический звон. Это был голос Волан-де-Морта, промодулированный истеричным детским визгом умирающего сознания Годрика. – *Жалкий... мокрый кус-с-сок земли... Мне мало этой норы! Я чувс-с-ствую силу... Там, за проливом... Сила, которая пос-с-смела осквернить мою кровь!*
В дальнем конце Атриума, за обломками телефонных будок для посетителей, прятались те, кто еще недавно мнил себя хозяевами магической судьбы.
Джеймс Поттер сидел на корточках, прижимая к груди правую руку. Пальцы главы Аврората были черными, сухими, словно обугленные сучья — результат неудавшейся попытки наложить связывающие чары на собственного сына. Рядом с ним, забившись в угол, беззвучно плакала Лили. Ее рыжие волосы свисали грязными сосульками, а взгляд зеленых глаз, столь похожих на глаза ее изгнанного первенца, был полон слепого, немого отчаяния.
– Джеймс... сделай что-нибудь... – шептала она потрескавшимися губами. – Это же наш мальчик... Это наш Годрик...
– Нет там больше мальчика, Лили, – глухо, со страшной пустотой ответил Сириус Блэк.
Бывший мародер сжимал в руке серебряный кинжал — его палочка треснула еще вчера во время прорыва Пожирателей в замок.
– Наш мальчик сейчас командует армиями в Нормандии. А перед нами — монстр, которого мы сами вскормили своей гордыней.
– Замолчите! Все замолчите! – прошипел Северус Снейп, припадая на здоровое колено за соседней мраморной колонной.
Его искалеченная рука в драконьей перчатке безвольно покоилась на перевязи, а черные глаза с ужасом следили за фигурой монстра.
– Если он почувствует нас...
Договорить зельевар не успел.
Свод Атриума содрогнулся. Это не было землетрясением или попаданием мощного заклинания. Звук, раздавшийся с многокилометровой высоты, походил на скрежет гигантского алмазного резца по хрустальному куполу планеты.
Темный Лорд в теле Годрика внезапно замер. Его змеиная голова резко дернулась вверх. Алые зрачки сузились до толщины волоса.
– *Что... это?..* – прошипело существо, и в его потустороннем голосе впервые прорезалась нотка первобытной растерянности. – *Кто пос-с-смел?..*
В следующее мгновение зачарованный потолок Атриума, проецировавший вечное звездное небо, просто перестал существовать.
Пятьсот метров каменной толщи, разделявшие подземный комплекс Министерства и поверхность земли, испарились. Без взрыва. Без пламени. Огромный цилиндр материи диаметром в триста метров исчез, словно вырезанный гигантской ложкой, открывая вид на полуденное небо Лондона.
И небо это было мертво.
Оно треснуло на сотни осколков. Пространственный разлом двенадцатого класса — предвестник Одиннадцатого столкновения — раскрылся прямо над Британскими островами.
Аномальная концентрация некротической и разорванной родовой магии, бушевавшая здесь последние недели, сработала как идеальный маяк для внепространственной бездны.
Из черных, сочащихся багровым светом разломов в атмосферу планеты падали они.
Не десятки — сотни. Исполинские сегментированные сколопендры из полированного биометалла, титаны класса «Крушитель», многоглазые монолиты и парящие в идеальном геометрическом строю десятки Пандор-Нова.
Воздух над Лондоном мгновенно застыл.
*Х-Р-Р-Р-А-А-А-К!*
Поле Замораживания стратегической армады Нова накрыло город.
Джеймс Поттер попытался вдохнуть, но его легкие обожгло холодом в двести градусов ниже нуля. Его тело сковало судорогой — волшебная палочка выпала из онемевших пальцев и с хрустальным звоном раскололась о ледяной пол. Пожиратели смерти на открытой площадке закричали, но звуки их голосов застывали в воздухе, превращаясь в неподвижные звуковые волны.
Беллатриса Лестрейндж попыталась вскинуть палочку:
– *АВАДА КЕДАВ...*
Зеленый луч смерти сорвался с древка... и замер в двух футах от ее руки. Пространство перед ней обратилось в плотный стекловидный монолит.
Сверху, плавно рассекая замерзший воздух, спикировала Пандора-Нова. Черная хитиновая броня, фосфорные стигмы на бледном безглазом лице и чудовищный трехметровый тесак из пульсирующей плазмы.
Один взмах.
Заклинание Смерти рассыпалось зелеными искрами, а Беллатрису вместе с четырьмя Пожирателями просто смело в пыль кинетической волной чудовищного удара.
Волан-де-Морт в теле Годрика взвыл. Черное пламя вырвалось из его разорванной груди, пытаясь расплавить барьер чужаков:
– *Я — ВЕЛИКИЙ ТЕМНЫЙ ЛОРД! Я ПОБЕДИЛ С-С-СМЕРТЬ! СКЛОНИТЕС-С-СЬ ПЕРЕДО МНОЙ!*
Ближайший Титан-Нова высотой с Биг-Бен даже не повернул к нему свои сенсорные пластины. Исполин просто шагнул вперед. Ударное гравитационное поле монстра впечатало тело одержимого Годрика в гранитный пол, сломав ему обе ноги и вмяв грудную клетку внутрь. Величайший темный маг столетия корчился под подошвой космического чудовища, словно навозный жук, не в силах даже поднять руку.
– Мерлин... всемилостивый Мерлин... – шептала Лили, прижимаясь к замерзающему Джеймсу.
Перед лицом истинного ужаса все их войны, пророчества, чистокровные амбиции и директорские интриги оказались детской возней в песочнице. Смерть пришла не в черной мантии с косой. Она пришла из бездны холодного космоса на крыльях из света и стали.
И в этот миг замерзшие облака над Лондоном вспыхнули изумрудом.
***
– Зафиксирован множественный прорыв над нулевым меридианом! – голос старшего аналитика на мостике авианосца «Архангел» перекрывал гул сирен. – Плотность поля Замораживания превысила предел шкалы Рихтера для пространственных деформаций! Британский анклав полностью парализован!
Тяжелый крейсер шел на предельной скорости в пятидесяти милях к югу от Дувра. Вокруг исполинского флагмана строем клина двигались восемь эсминцев сопровождения Европейского флота «Шевалье», разрезая свинцовые волны пролива Ла-Манш.
В носовом катапультном ангаре царило ледяное, сконцентрированное молчание.
Гарри стоял на платформе первичного ускорения. Парадный мундир сменился штурмовым композитным экзоскелетом черного матового цвета. На предплечьях тускло переливались пластины из сплава рунического серебра и вольт-карбида, а на запястьях горели два синхронизированных браслета тринадцатого поколения. Его лицо было спокойным, почти отрешенным, но шрам-молния на лбу уже пульсировал ярким, нестерпимым серебристым светом, освещая темные пряди волос.
Рядом с ним завершала калибровку снаряжения Элизабет.
Ее тяжелая броня «Валькирия-X» тихо гудела, принимая энергию от бортового реактора. Восемь гнезд Стигм на ее спине горели ровным ультрамариновым сиянием. Трехметровая плазменная рапира покоилась в магнитном захвате на бедре, а вокруг плеч девушки плавно кружили двенадцать световых дисков-спутников.
– Они ударили по источнику магической гнили, – тихо произнес Гарри, не поворачивая головы. – Искажение, которое породил Годрик вместе с куском Реддла... оно сорвало пространственную пломбу.
– Это было предсказуемо, – отозвалась Элизабет, защелкивая шейный фиксатор шлема. Ее лазурные глаза за прозрачным бронестеклом визора горели холодной жаждой битвы. – Слабые всегда привлекают хищников. Но этот остров находится в зоне ответственности дома Мейбли. Ни одна тварь не смеет хозяйничать на заднем дворе Европы.
К платформе быстрым шагом подошли Сателайза и Казуя.
Бриджит была в полном боевом облачении, за ее спиной покачивалось сдвоенное вольт-лезвие косы, а Казуя держал руки на готовых консолях своего стабилизатора. Следом за ними заняли позиции Арнетт Макмиллан с обнаженными серповидными клинками и невозмутимая Клео Бранд.
– Тринадцатый взвод к десантированию готов! – четко доложила Сателайза, отдавая воинское приветствие.
– Задача второго эшелона — зачистить побережье Кента и отрезать пути отхода мелким особям к жилым кварталам континента, – скомандовал Гарри, повернувшись к строю. – В центр прорыва не соваться. Там работает Монолит шестнадцатого ранга и высшие гуманоиды. Мы с Элизабет берем ядро на себя.
– Слушаюсь! – рявкнули курсанты.
С потолка ангара опустился тяжелый голос адмирала Корнелии Мейбли:
– Капитан Мейбли. Верховный инспектор Поттер. Катапульты заряжены. Спутниковое наведение зафиксировало падение барьеров Лондона. Вы входите в зону абсолютного Замораживания. Да пребудет с вами сталь.
Гарри протянул руку. Элизабет вложила свою бронированную перчатку в его ладонь. Их пальцы переплелись.
В ту же секунду нейронная сеть их общего Таинства вспыхнула на запредельных ста процентах мощности.
– Пора закрыть долги прошлого, Гарри, – прошептала она через мыслесвязь.
– У меня нет долгов перед ними, – ответил он. – Но у меня есть обязательства перед моим миром.
– **Катапульта номер один и два — СТАРТ!**
*Б-Р-Р-А-А-А-Х!*
Магнитные рельсы швырнули их в серое небо со скоростью пяти чисел Маха.
***
Над тем, что осталось от Министерства магии, висела мертвая тишина абсолютного вакуума.
Волан-де-Морт в изувеченном теле Годрика не мог даже закричать. Давление поля Замораживания ломало его кости одну за другой. Черный туман, окутывавший разорванный шрам на его лбу, медленно рассеивался, растворяясь в космическом холоде. Титан-Нова поднял свою исполинскую лапу из черного биометалла, собираясь окончательно расплющить остатки незадачливого «повелителя тьмы».
Джеймс Поттер закрыл глаза, обнимая рыдающую Лили.
«Вот и все, – пронеслась в угасающем сознании мужчины последняя горькая мысль. – Мы предали старшего сына ради фальшивого героя... И теперь умрем под копытами безымянных чудовищ».
Но удара не последовало.
Вместо этого небесный свод разорвал рев, превосходящий грохот тысячи громов.
Воздух над воронкой Атриума озарился ядовито-изумрудным сиянием такой силы, что даже сквозь закрытые веки Джеймс увидел ослепительный свет. Ледяное поле Замораживания, давившее на их тела, внезапно... остановилось.
– **AEGIS OF THE VOID: SANCTUARY!**
Голос упал с небес, подобно метеору.
Тяжелый сапог в черной композитной броне врезался в макушку опускающейся лапы Титана-Нова.
*К-Р-А-А-Ш!*
Многотонная биометаллическая конечность чудовища, способная выдержать прямой ядерный удар, разлетелась на тысячи дымящихся осколков. Гарри Поттер опустился на каменные плиты разрушенного Атриума, даже не согнув колен.
Вокруг него мгновенно раскрылся колоссальный рунический круг. Древнекельтские письмена, сплетенные с серебряными формулами дома Блэк и высшей пространственной геометрией Ограничителей, вспыхнули изумрудным огнем.
– **Разрыв поля!** – Гарри выбросил вперед раскрытую правую ладонь.
Изумрудная ударная волна смела Замораживание пришельцев на сотни метров вокруг. Воздух со свистом хлынул обратно в легкие задыхающихся людей. Давление нормализовалось.
Джеймс Поттер судорожно закашлялся, жадно глотая вонючий лондонский воздух, и распахнул глаза.
Перед ним стоял его первенец.
Широкоплечий, закованный в матовую черную броню, с гербом рода Мейбли на левом наплечнике и серебряным медальоном на груди. Шрам на его лбу сиял яростным белым пламенем, а в изумрудных глазах плескалась холодная, несокрушимая мощь существа, перешагнувшего пределы человеческих возможностей.
А прямо над ним, зависнув в воздухе на восьми ослепительных лазурных крыльях, парила богиня войны.
– **Stigma Awakening: One Hundred Percent!** – разнесся хрустальный, леденящий душу голос Элизабет Мейбли.
Ее плазменная рапира удлинилась до пяти метров. Двенадцать световых спутников закружились вокруг нее с такой скоростью, что слились в сплошной сверкающий нимб.
– В прах, мерзость! – приказала она.
– **Accel Turn: Infinite Mirage!**
Небо над разрушенным Лондоном превратилось в сияющую паутину из лазурного света.
Шесть Пандор-Нова, ринувшихся на перехват, были разрублены на молекулы за треть секунды. Рапира Элизабет не просто резала их броню — благодаря абсолютному анти-замораживанию Гарри, ее клинок проникал сквозь субатомные слои биометалла, взрывая ядра тварей изнутри.
Обезноженный Титан-Нова попытался взреветь, аккумулируя в грудной пластине луч антиматерии.
– Заткнись, – холодно бросил Гарри, даже не поворачивая головы к монстру.
Он сжал кулак левой руки.
– **Gravity Well: Collapse.**
Пространство вокруг стометрового исполина схлопнулось. Гравитационная аномалия плотностью в миллион атмосфер раздавила титаническое чудовище в компактный металлический шар размером с легковой автомобиль, который с глухим стуком упал в воронку Атриума.
– Мерлин... боги... – простонал Сириус Блэк, оседая на пол и глядя на крестника с нечеловеческим ужасом. – Что он такое?..
Гарри медленно повернулся.
Его взгляд скользнул по раздавленным Пожирателям смерти, задержался на изувеченной фигуре Снейпа, прижимающего к груди изуродованную руку, и опустился на челюсть Джеймса и заплаканное лицо Лили.
В его глазах не было ни триумфа, ни злорадства, ни застарелой детской обиды.
Там была абсолютная, звенящая пустота. Так смотрят на дорожную пыль под подошвами армейских ботинок.
– Г-Гарри... – задыхаясь, прошептала Лили, протягивая к нему дрожащие, перепачканные сажей руки. – Сынок... ты пришел... Ты спас нас... Спаси Годрика! Умоляю тебя, спаси своего брата!
Гарри перевел взгляд на существо, корчащееся у его ног.
Волан-де-Морт в теле младшего Поттера судорожно пытался отползти, волоча сломанные ноги. Его змеиные глаза были полны первобытного, животного страха. Он, гордившийся своим бессмертием и темным величием, только что увидел, как существо перед ним раздавило космического колосса одним движением мизинца.
– *Ты...* – прохрипел Реддл, с трудом ворочая распухшим языком. – *Ты не можешь... убить меня... Я бесс-с-смертен... Мои крес-с-стражи...*
Гарри сделал один шаг вперед. Носок его бронированного ботинка опустился прямо на искаженное лицо существа, прижав его щеку к холодным каменным плитам.
– Твое бессмертие — это сказка для перепуганных детей, Реддл, – произнес Гарри, и его голос разнесся по разрушенному залу ровным, гулким эхом. – Ты разбил свою душу на осколки, спрятал их в старых железках и возомнил себя богом. Но ты даже не понимаешь, как устроена вселенная. Ты — всего лишь вирус. Паразит, застрявший в теле слабака.
– Гарри, не надо! – взмолился Джеймс, подползая ближе на коленях. – Это же Годрик! Твоя плоть и кровь! Мы виноваты перед тобой, мы признаем это! Мы отдадим тебе титул лорда Поттера, мы отдадим тебе мэнор, все сейфы в Гринготтсе! Только пощади брата!
Гарри даже не посмотрел на отца.
– Я отказался от вашей крови на скалах Сагами, мистер Поттер. Ваш род мертв. А ваш «Избранный»... умер в ту самую секунду, когда впустил эту гниль в свое сердце ради дешевой славы.
Гарри поднял правую руку, пальцы раскрылись. На его ладони закружилась ослепительная серебряная спираль чистого распада.
– **Purge.**
Серебряный луч ударил прямо в шрам на лбу Годрика.
Существо забилось в агонии. Нечеловеческий, сводящий с ума вопль сотряс подземелье. Черный дым с шипением повалил из глаз, ушей и рта мальчика. Лицо Волан-де-Морта проступило в этом дыму, искаженное предсмертным ужасом, закружилось в вихре рунического огня... и с сухим треском лопнуло, рассыпавшись безвредными серыми хлопьями.
Тело Годрика обмякло. Змеиные черты растаяли, вернув юноше его прежнее, пухлое детское лицо, но его глаза оставались пустыми, остекленевшими. Магическое ядро мальчика выгорело дотла. Он больше не был волшебником. Он не был Избранным. Он остался беспомощным калекой, лишенным разума и памяти.
Лили взвыла раненой волчицей, бросаясь к телу младшего сына и прижимая его к груди.
С неба, плавно рассекая воздух на мерцающих крыльях, опустилась Элизабет. Ее рапира исчезла, броня перешла в дежурный режим, но лицо оставалось царственным и холодным. Она встала вплотную к Гарри, естественным собственническим движением положив руку ему на плечо.
Ее лазурные глаза окинули раздавленную чистокровную элиту Британии с неприкрытым омерзением:
– Мы закончили здесь, Гарри. Основная масса Нова отступает в сторону Северного моря. Сателайза и Арнетт уже перехватили их арьергард у побережья.
– Да, – Гарри опустил ногу, разворачиваясь спиной к лежащим на полу волшебникам. – Здесь больше не на что смотреть.
– Гарри! – в отчаянии выкрикнул Джеймс Поттер, поднимаясь на дрожащие ноги. Слезы текли по его грязным щекам, смывая копоть. – Ты... ты просто уйдешь?! Бросишь нас здесь, среди этих руин?! Кто защитит нас, если чудовища вернутся?!
Гарри остановился у края пролома. Ветер с поверхности трепал пряди его черных волос. Он не повернул головы, но каждое его слово падало на сознание отца раскаленным свинцом:
– Вы двенадцать лет учились жить без меня, мистер Поттер. Учитесь дальше. Стройте свои замки из песка. Выбирайте новых идолов. Если выживете.
– Стой! – Джеймс сделал шаг вперед, но путь ему мгновенно преградила световая вспышка: одна из летающих платформ-спутников Элизабет зависла в дюйме от его носа, предупреждающе гудя плазменным жаром.
– Сделай еще шаг, червь, – ледяным тоном произнесла Мейбли, заглядывая Джеймсу прямо в глаза, – и я прикажу выжечь этот кратер до коренной породы. Вы предали его. Вы бросили величайшего воина этого мира гнить в одиночестве. Радуйтесь, что он позволил вам дышать.
Она повернулась к Гарри, и в ее взгляде вспыхнула безграничная, теплая нежность:
– Идем домой, мой король. «Архангел» ждет.
Гарри обнял ее за талию, прижимая к себе.
– **Flight Module: Activate.**
Гравитационные компенсаторы их брони взвыли на высокой ноте.
Два воина, сплетенные в едином порыве, взмыли вертикально вверх, прорезая толщу земли и поднимаясь в чистое, омытое солнцем небо над поверженным Лондоном. Изумрудный и лазурный шлейфы их синхронизации протянулись через серые облака, уходя далеко на юг — туда, где стоял непоколебимый бастион цивилизации, где их ждали новые рубежи обороны и истинная семья.
А внизу, среди смрада, крови и битого камня, сидели на коленях последние обломки ушедшей эпохи.
Джеймс Поттер смотрел в пустое небо, сжимая в руках обугленные остатки своей палочки. Рядом с ним Лили баюкала бездыханное, полоумное тело Годрика. Снейп молча уставился в пол, осознавая, что вся его жизнь, полная мести и интриг, обратилась в бессмысленный прах.
Их золотой мальчик выжил.
Но мир, в котором они были господами, умер навсегда. Ибо на небесах зажглось новое солнце — солнце из холодной стали, абсолютной воли и нерушимой верности тех, кто не предает.