← Назад к обзору

Предательство

Ритм лазурной бездны

Я сидел в своем кабинете в штаб-квартире гильдии «Аджин», подпирая голову рукой, и задумчиво смотрел в панорамное окно. Сеул за стеклом жил своей суетливой жизнью, но мои мысли были далеко отсюда. В тени за моим креслом послышался едва уловимый шорох — это Берилл, мой верный рыцарь, деликатно кашлянул, привлекая внимание.

– Мой лорд, – проскрежетал он, и в его голосе я уловил нотки искреннего замешательства. – Я потерял след госпожи Юми и молодого господина Юки. Они… они использовали пространственный разрыв такой мощности, что мои сенсоры на мгновение ослепли.

Я вздохнул и потер переносицу.

– Не беспокойся, Берилл. Если Юми решила, что им с Юки нужно «проветриться», то даже Иггрис не сможет их выследить. Она — Небесный Дракон, и ее магия пространства иногда превосходит мои собственные навыки.

В дверь постучали, и в кабинет вошел Ю Джин Хо. Мой верный заместитель и старый друг выглядел так, будто только что пробежал марафон, пытаясь уклониться от разгневанного босса. Он плюхнулся в кресло напротив и вытер пот со лба.

– Хён, я всё понимаю, но твоя жена — это что-то с чем-то, – выдохнул он, нервно усмехаясь. – Она зашла в отдел логистики, забрала все запасы элитного мана-вина, прихватила Юки и сказала, что они летят «лечить разбитые сердца». Когда я спросил куда, она ответила, что туда, где небо встречается с океаном, а потом просто… исчезла. Вместе с Юки.

Я невольно улыбнулся. Юми всегда была стихией. Если она видела, что ее первенец всё еще носит в себе остатки той горечи после предательства Ли Вона и подлости Ха Юн, она не стала бы ждать, пока он «перерастет» это. Она бы просто взяла его за руку и утащила в другой конец света.

– С твоей женой точно не соскучишься, – Джин Хо покачал головой, глядя на меня с сочувствием. – Ты хоть знаешь, где они?

– Сейчас узнаю, – я достал телефон.

Я набрал номер Юми, не особо надеясь на ответ. К моему удивлению, гудки пошли сразу.

– Да-а-а? – Голос жены прозвучал необычайно весело и немного… растянуто. На заднем плане я услышал шум прибоя и какой-то странный ритмичный звук, похожий на барабаны.

– Юми, ты где? – спросил я, стараясь звучать строго, хотя внутри меня боролись тревога и смех. – Джин Хо говорит, вы опустошили винный погреб гильдии.

– Ой, Джин Ву-у-у! – Юми хихикнула, и я ясно представил, как она сейчас закидывает голову назад, подставляя лицо солнцу. – Мы на девичнике! Ой, нет, на сыно-материннике! Юки такой милый, когда выпьет бокал эльфийского нектара. Он сейчас пытается научить крабов танцевать брейк-данс. Или это крабы учат его? Неважно! Тут так красиво!

– Юми, – я вздохнул, – пришли мне локацию. Я должен знать, в какой части планеты мне придется восстанавливать экосистему, если вы решите устроить там спарринг.

– Сейчас-сейчас, ревнивый мой монарх! Лови картинку!

Телефон звякнул, оповещая о пришедшем сообщении. Я открыл снимок и замер. Джин Хо вытянул шею, пытаясь заглянуть в экран.

На фотографии, сделанной, судя по всему, с высоты птичьего полета (Юми явно парила в воздухе, когда нажимала на спуск), открывался вид на неописуемой красоты лагуну. Это был настоящий тропический рай. Вертикальные серые скалы, изрезанные временем и покрытые изумрудной зеленью, кольцом окружали бирюзовую воду. В самом центре лагуны стояла одинокая скала, густо поросшая пальмами, словно корона, брошенная в океан. Вода была настолько прозрачной, что даже на снимке просматривались коралловые рифы, похожие на диковинные цветы под толщей лазури.

Внизу, на тонкой полоске ослепительно белого песка, виднелись две крошечные фигурки. Одна из них, повыше, явно принадлежала Юки — он стоял у самой кромки воды, и его татуированная рука ярко выделялась на фоне светлого берега.

– Это Филиппины? Или Таиланд? – Джин Хо присвистнул. – Выглядит как место, которого нет на картах.

– Это Эль-Нидо, – опознал я местность, благодаря своим знаниям о географии мира, которые я обновил после того, как стал Монархом. – Но этот конкретный залив… он скрыт магическим барьером. Похоже, Юми вспомнила свои старые драконьи тропы.

Я снова приложил телефон к уху.

– Юми, вы там одни?

– Почти! – Она снова засмеялась. – Тут только мы, океан и пара очень вежливых духов леса. Юки наконец-то расслабился, Джин Ву. Ты бы видел его. Он перестал сжимать кулаки каждые пять минут. Мы просто пьем вино, едим кокосы и говорим о всяких глупостях. Например, о том, что тебе тоже не помешал бы розовый свитер, но уже с уточками.

Я почувствовал, как напряжение, копившееся во мне последние недели, начинает уходить. Юми знала, что делала. Юки нужно было вырваться из Сеула, из атмосферы гильдии, где каждый кирпич напоминал ему о статусе сына Монарха. Там, среди этих скал и пальм, он был просто сыном своей матери.

– Ладно, – я смягчился. – Отдыхайте. Но если через двадцать четыре часа вы не вернетесь, я пришлю за вами Кайзела.

– Ой, Кайзел застрянет в этих протоках, он слишком большой! – Юми прислала мне воздушный поцелуй через трубку. – Всё, Джин Ву, Юки зовет меня смотреть на закат. Люблю тебя!

Связь оборвалась. Я положил телефон на стол и посмотрел на Джин Хо. Тот улыбался во весь рот.

– Знаешь, хён, я тебе завидую. У тебя не просто семья, у тебя целый стихийный бедствие в розовых очках.

– Это точно, – я откинулся на спинку кресла. – Но именно это «бедствие» держит меня на земле. Берилл!

Рыцарь мгновенно возник из тени.

– Да, мой лорд?

– Отмени все встречи на завтра. И проследи, чтобы Сухо и Миджун не разнесли дом, пока нас нет.

– Вы собираетесь к ним? – Джин Хо поднял брови.

– Нет, – я улыбнулся, глядя на фото лагуны. – Я дам им это время. Юки это нужно. Но я прослежу, чтобы к их возвращению дома было всё, что они любят. И… Джин Хо, закажи еще того эльфийского вина. Кажется, у нас намечается долгий семейный вечер, когда они вернутся.

Я снова посмотрел на снимок. Лазурная вода, пальмы и тени, длинные и мягкие, ложащиеся на песок. Там, на другом конце света, мой сын наконец-то обретал покой, который у него пытались отнять. И я знал, что под присмотром Небесного Дракона он вернется другим — более сильным, более мудрым и, наконец, исцеленным.

– Хён, – позвал Джин Хо, уже стоя в дверях. – А ты правда наденешь свитер с уточками?

Я посмотрел на него своим самым тяжелым взглядом Монарха, от которого у обычных людей подгибались колени.

– Уходи, Джин Хо. Пока я не заставил тебя надеть костюм пингвина.

Друг со смехом скрылся за дверью. Я остался один в тишине кабинета, но на душе было светло. Я снова открыл фото и увеличил его, рассматривая силуэт Юки. Его плечи были расслаблены, голова слегка наклонена — та самая поза, которую я так любил. Он был жив, он был в безопасности, и он был любим.

А всё остальное… всё остальное подождет. Мир может постоять в сторонке, пока семья Сон учится просто быть счастливой.

***

На пляже в Эль-Нидо Юки сидел на теплом песке, чувствуя, как соленый бриз ласкает его кожу. Мама сидела рядом, болтая ногами в воде и прихлебывая вино прямо из бутылки — в этом вся она, никакой чопорности, только чистая радость жизни.

– Знаешь, мам, – Юки нарушил тишину, глядя на то, как солнце медленно погружается в открытое море за лагуной. – Я долго думал, что должен быть как отец. Непоколебимым. Холодным. Идеальным.

Юми повернулась к нему, ее небесно-голубые глаза светились мягким светом в сумерках.

– Твой отец не холодный, Юки. Он просто несет в себе слишком много теней. Но внутри него — самое жаркое солнце, которое я когда-либо встречала.

– Я знаю, – Юки улыбнулся, и на его щеке появилась ямочка. – Но здесь, с тобой… я понял, что мне не нужно быть тенью. Я могу быть небом. Или этим океаном.

– Ты — мой сын, – Юми прислонилась головой к его плечу. – Ты можешь быть кем угодно. Хоть крабом-брейкдансером, если захочешь.

Юки рассмеялся, и этот смех, чистый и звонкий, отразился от высоких скал, заполняя лагуну жизнью.

– Крабы были не так уж плохи, – признал он. – Но, кажется, я всё-таки предпочитаю людей. Хотя бы некоторых из них.

– Это прогресс! – Юми подняла бутылку, словно произнося тост. – За людей, за драконов и за то, что твой отец сейчас наверняка ворчит в своем кабинете, но уже заказывает нам пиццу на завтра.

Юки посмотрел на свои руки. Татуировки в свете заката казались золотыми, сплетаясь с отблесками воды. Он чувствовал, как яд предательства окончательно покидает его сердце, сменяясь спокойной силой. Он был готов вернуться. Он был готов встретить Сухо, Миджун и маленькую Ай. Он был готов снова стать старшим братом, опорой и защитником.

– Пойдем искупаемся? – предложил он, вскакивая на ноги. – Последний раз перед отлетом.

– Кто последний до скалы — тот Бер в чепчике! – крикнула Юми, уже срываясь с места и превращаясь в стремительную тень, скользящую над водой.

– Эй, это нечестно! У тебя крылья! – Юки бросился следом, его мощные ноги отталкивались от песка, вздымая фонтаны брызг.

В этот вечер лагуна Эль-Нидо видела то, что редко видят люди — танец двух великих существ, которые на время забыли о своем величии, чтобы просто насладиться моментом. И где-то далеко, в холодном Сеуле, Теневой Монарх почувствовал этот всплеск радости и впервые за долгое время по-настоящему расслабился, зная, что его мир наконец-то пришел в равновесие.

Завтра будут новые рейды, новые политические интриги и новые враги. Но сегодня… сегодня была только лазурная вода, шепот пальм и двое людей, которые нашли путь друг к другу через шторма и предательства.

Юки вынырнул на поверхность, откидывая мокрые волосы назад. Он посмотрел на звезды, которые начали проступать на темнеющем небе. Они были такими же яркими, как глаза его матери.

– Спасибо, мама, – прошептал он в пустоту, зная, что она услышит.

– Всегда пожалуйста, сынок, – донесся ветер с берега.

И в этом простом диалоге было больше силы, чем во всех армиях теней и легионах драконов вместе взятых. Семья Сон возвращалась домой. И мир еще не знал, что теперь они стали еще крепче, чем прежде.

Я закрыл планшет и встал из-за стола. Пора было идти домой. Там меня ждали Сухо и Миджун, которые наверняка уже успели устроить соревнование по поеданию кимчи на скорость. А завтра… завтра я сам встречу своих путешественников в аэропорту. И, может быть, только может быть, я действительно надену тот свитер с уточками. Просто чтобы увидеть, как Юки снова рассмеется.

Ведь ради этого смеха я готов был бы уничтожить и перестроить эту вселенную бесконечное количество раз.