← Назад к обзору

Предательство монарха

Симфония костей и песка

Солнце Египта не просто грело — оно испытывало на прочность. Здесь, в Долине Царей, воздух казался густым, как сироп, и при каждом вдохе легкие наполнялись мелкой, вездесущей пылью, которая помнила еще первых фараонов. Я, Чон Ли Вон, привык к этой жаре, но сегодня она ощущалась иначе. Возможно, виной тому был человек, стоящий в нескольких шагах от меня на краю глубокого раскопа.

Окумура Юки.

Даже спустя три месяца нашего знакомства я не мог привыкнуть к тому, как он вписывается в этот ландшафт. Высокий, почти двухметровый, он возвышался над рабочими, словно изваяние из древних легенд. Его фарфоровая кожа, вопреки всем законам природы, не обгорала под нещадными лучами, а лишь приобретала какой-то матовый, почти светящийся оттенок. Всклокоченные черные волосы, выбритые виски и этот взгляд небесно-голубых глаз, который, казалось, видел не камни и песок, а саму суть вещей.

– Ли Вон, ты снова смотришь на меня так, будто пытаешься датировать мой возраст по радиоуглеродному анализу, – раздался его низкий, бархатистый голос.

Я вздрогнул, понимая, что слишком долго рассматривал изгиб его татуировки, выглядывающей из-под воротника льняной рубашки.

– Прости, Юки. Я просто... задумался о структуре фундамента, – соврал я, чувствуя, как краснеют кончики ушей.

– Фундамент подождет, – Юки спрыгнул вниз, в траншею, приземлившись с грацией кошки. – Ты слышишь это?

Я прислушался. Ветер свистел между скалами, рабочие перекрикивались на арабском, где-то вдалеке гудел генератор.

– Слышу только обычный шум раскопок, – признался я, спускаясь следом за ним по шаткой лестнице.

– Нет, – Юки приложил ладонь к массивной каменной плите, которую мы расчищали последние два дня. – Земля гудит. Она предвкушает. Там, за этим камнем, не просто гробница. Там тишина, которая ждала нас слишком долго.

Его пальцы, длинные и изящные, медленно скользнули по барельефу. Я заметил, как странные линии на его руках — те самые, что напоминали кости — на мгновение едва заметно пульсировали. Я знал, что Юки непрост. Весь мир знал его как бывшего мужа Теневого Монарха, как жертву громкого скандала, но я видел в нем нечто иное. В нем жила сила, которая не имела ничего общего с тенями Джинву. Она была холоднее, древнее и... честнее.

– Мы готовы вскрывать центральный блок, – сказал я, стараясь придать голосу профессиональную твердость. – Если мои расчеты верны, за этой плитой находится камера жреца Хор-Аха. Но будь осторожен, Юки. Легенды говорят, что он был мастером некромантии, основанной на ритуалах костей.

Юки обернулся ко мне, и в его глазах промелькнула искра, которую я раньше не видел. Это была не ирония и не доброта. Это было узнавание.

– Кости, значит? – он усмехнулся, и эта улыбка заставила мое сердце пропустить удар. – Тогда нам точно по пути.

Рабочие начали устанавливать лебедки. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Я чувствовал, как по спине стекает капля пота, и дело было не в жаре. Юки стоял рядом, его аура внезапно расширилась, заполняя собой всё пространство раскопа. Она не давила, как ауры охотников S-ранга, которых мне доводилось встречать. Она окутывала, словно холодный туман, принося странное чувство защищенности.

– Тяните! – скомандовал я.

Камень заскрежетал. Звук был такой, будто сама история сопротивлялась нашему вторжению. Плита медленно поддалась, открывая зев черного коридора, откуда пахнуло сухим холодом и тысячелетней пылью.

– Фонари! – крикнул я, но Юки уже сделал шаг вперед, в темноту.

– Не нужно, Ли Вон. Я вижу дорогу.

Я поспешил за ним, включив свой мощный светодиодный прожектор. Луч света выхватил из темноты стены, покрытые иероглифами. Но это были не обычные надписи. Рисунки изображали скелеты, сплетающиеся в сложные узоры, и огромные черепа, извергающие пламя.

– Это... невероятно, – прошептал я, останавливаясь перед одним из барельефов. – Посмотри, Юки. Они поклонялись не смерти как концу, а костяку как вечной опоре сущего.

Юки молчал. Он стоял посреди коридора, и его татуировка на спине начала светиться сквозь ткань рубашки. Голубоватое сияние становилось всё ярче.

– Ли Вон, – тихо произнес он, не оборачиваясь. – Тебе лучше отойти назад, к выходу.

– О чем ты? Мы должны задокументировать...

– Сейчас начнется то, что не предназначено для учебников истории, – прервал он меня.

В глубине коридора что-то шевельнулось. Из темноты начали отделяться тени, но это были не тени Монарха. Это были древние стражи — скелеты, закованные в остатки бронзовых доспехов. Их глазницы горели тусклым желтым светом. Они двигались синхронно, скрежеща суставами, преграждая нам путь к главной камере.

Я застыл, чувствуя, как ноги наливаются свинцом. Я был археологом, а не охотником. У меня не было оружия, кроме кисточки и блокнота.

– Юки, уходим! Нужно вызвать группу зачистки из Ассоциации! – крикнул я, хватая его за локоть.

Но Юки не шелохнулся. Он мягко высвободил руку и посмотрел на меня через плечо. Его глаза... они больше не были голубыми. В них горели красные точки, а от них вверх тянулись тонкие алые линии.

– Группа зачистки здесь не поможет, Ли Вон. Они не поймут этот язык. А я — пойму.

Он сделал шаг навстречу стражам. Его тело начало меняться прямо у меня на глазах. Одежда не рвалась, она словно впитывалась в новый образ. Через секунду передо мной стоял высокий скелет в длинном черном пальто с высоким воротником. Его кости сияли чистотой и мощью.

Я должен был испугаться. Я должен был бежать, крича от ужаса. Но вместо этого я завороженно смотрел, как за его спиной из пустоты материализовались два огромных костяных черепа.

– На колени, – голос Юки теперь звучал как скрежет тектонических плит.

Стражи-скелеты замерли. Они, казалось, колебались, но затем один из них вскинул ржавое копье и бросился в атаку.

Юки даже не шевельнулся. Левый бластер за его спиной открыл пасть, и коридор озарился ярко-голубым светом. Поток чистой энергии стер атакующего стража в порошок мгновенно. Остальные скелеты тут же рухнули на кости, склоняя головы перед тем, чья сила была им родственной и бесконечно превосходящей.

Юки снова стал человеком так быстро, что я на мгновение усомнился в реальности увиденного. Он стоял в той же позе, только рубашка на спине немного дымилась.

– Ты... – я обрел дар речи, подходя к нему. Мои руки дрожали. – Ты — это и есть та сила, о которой молчали легенды?

Юки обернулся. Его глаза снова стали небесно-голубыми, но в них еще таяли остатки красного пламени.

– Теперь ты знаешь мою истину, Ли Вон. Ты всё еще хочешь продолжать эти раскопки со мной? Или мне стереть твою память и отправить тебя обратно в Сеул?

Я посмотрел на него. На этого невероятного, пугающего и прекрасного человека. Я вспомнил наш вчерашний ужин, его смех и то, как он бережно убирал прядь волос с моего лица.

– Стереть память? – я усмехнулся, чувствуя, как страх сменяется восторгом. – Ты шутишь? Я только что увидел величайшее открытие в истории человечества. И я не про гробницу, Юки. Я про тебя.

Я подошел к нему вплотную и, повинуясь порыву, коснулся его щеки. Она была теплой и живой.

– Я не боюсь тебя, – сказал я твердо. – Твоя сила... она не злая. Она просто... окончательная. Как истина, которую я ищу.

Юки накрыл мою ладонь своей. На его правой руке голубая метка на ладони едва заметно мерцала.

– Ты удивительный человек, Ли Вон. Джинву бы уже вызвал свою армию, чтобы «подавить угрозу». А ты... ты просто стоишь и смотришь на меня так, будто я — редкий артефакт.

– Ты гораздо ценнее любого артефакта, – я улыбнулся. – Идем. Нам нужно посмотреть, что охраняли эти ребята.

Мы прошли в центральную камеру. Там, на постаменте из черного обсидиана, лежал не золотой саркофаг, а простая книга, переплетенная в кожу и костяные пластины. Юки подошел к ней и коснулся обложки.

– Это гримуар Хор-Аха, – прошептал я, заглядывая ему через плечо. – Здесь описаны техники управления скелетной структурой маны.

Юки открыл книгу. Страницы зашелестели, и магические знаки начали перетекать прямо на его кожу, вплетаясь в существующую татуировку. Он закрыл глаза, впитывая знания.

– Ли Вон, – произнес он через минуту. – Это место... оно было создано для меня. Не для жреца. Он был лишь хранителем.

– Что ты имеешь в виду?

– Моя сущность... она не от этого мира, как и система Джинву. Но если его сила пришла из тени, то моя — из самого основания бытия. Из костей мира. И теперь, благодаря тебе, я нашел недостающие фрагменты.

Он повернулся ко мне, и в его взгляде было столько нежности, что у меня перехватило дыхание.

– Ты привел меня сюда. Ты помог мне обрести целостность.

– Я просто делал свою работу, – смутился я.

– Нет, – Юки сократил расстояние между нами до минимума. – Ты сделал гораздо больше. Ты увидел во мне не монстра и не мужа Монарха. Ты увидел Юки. И за это я готов отдать тебе всё, что найду в этих песках.

– Мне не нужны сокровища, Юки, – я посмотрел ему прямо в глаза. – Мне достаточно того, что ты здесь. Рядом со мной.

Он медленно наклонился, и я почувствовал его дыхание на своих губах. Это был момент, когда время в гробнице действительно остановилось. Его поцелуй был со вкусом песка, соли и бесконечной мощи, но в нем было столько тепла, что я окончательно понял: я никогда не смогу вернуться к обычной жизни.

– Мы закончим здесь, – прошептал Юки, отстранившись. – Мы отдадим миру артефакты, но знания останутся у нас. И потом... мы отправимся дальше. В мире еще много мест, где кости ждут своего хозяина.

– Мы? – переспросил я, чувствуя, как сердце наполняется радостью.

– Мы, – подтвердил он. – Если, конечно, ты не против составить компанию скелету в черном пальто.

– Я только за, – я рассмеялся, обнимая его.

Мы вышли из гробницы под ослепительное солнце Египта. Рабочие смотрели на нас с опаской, чувствуя перемену в ауре Юки, но нам было всё равно.

Вечером, сидя на террасе и глядя на звезды, я записывал в дневнике: «Сегодня мы открыли дверь в прошлое, но нашли будущее. И это будущее пахнет табаком и сияет небесно-голубым светом».

Юки сидел рядом, помешивая что-то в казанке — он снова решил приготовить ужин сам. Его татуировка на спине теперь была дополнена новыми, изящными линиями, которые казались живыми.

– Ли Вон, – позвал он.

– Да?

– Как думаешь, в Санкт-Петербурге зимой очень холодно для костей?

Я улыбнулся, глядя на него.

– С тобой мне будет тепло даже на Северном полюсе, Юки.

Он подмигнул мне, и в его глазах на мгновение снова вспыхнул красный огонек. Но теперь он не пугал меня. Это был свет маяка в мире, который стал слишком сложным и лживым. И я знал, что пока я рядом с ним, никакие тени прошлого не смогут нас догнать.

Сон Джинву остался где-то там, в другой жизни, в мире интриг и Ассоциаций. А здесь, среди вечных песков, начался наш путь. Путь Окумуры Юки и Чона Ли Вона. Путь силы, которая не боится смерти, потому что она сама и есть её самая прекрасная форма.

– Ужин готов, – объявил Юки, ставя на стол тарелки. – И поверь, это будет лучшее, что ты пробовал в этой жизни.

Я не сомневался. Ведь всё, к чему прикасался этот парень с фарфоровой кожей, становилось шедевром. И я был счастлив быть частью этого шедевра.