← Назад к обзору

приемный сын

Пламя и лазурь: За гранью человеческого

– Завтрак определенно испорчен, – прошептал Сон Джинву, его голос был густым и низким, как рокот приближающейся грозы.

Он небрежно взмахнул рукой, и сковородка, на которой уже начал дымиться омлет, окуталась фиолетовой дымкой теней. Магия Монарха мягко подхватила её и перенесла в раковину, подальше от огня, прежде чем тот успел перерасти в пожар. Джинву не оборачивался, его внимание было полностью сосредоточено на юноше, который сидел перед ним на кухонном столе.

Юки выглядел чертовски красиво в этом хаосе чувств и магии. Его фарфоровая кожа раскраснелась, на щеках горел лихорадочный румянец, а небесно-голубые глаза были затуманены пеленой желания и шока от собственной покорности. Растрепанные черные волосы разметались, а припухшие от недавних поцелуев губы были приоткрыты, выпуская рваное, горячее дыхание.

Джинву сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Юки, и его руки, сильные и уверенные, легли на края футболки юноши. Одним плавным движением он стянул её через голову, обнажая изящные плечи и татуировку на лопатке, которая сейчас пульсировала ярким белым светом, реагируя на близость Монарха. Следом полетели шорты. Юки остался полностью обнаженным под пристальным, обжигающим взглядом своего приемного отца.

Джинву не медлил. Он быстро избавился от собственной одежды, являя миру свое совершенное тело, покрытое шрамами от сотен битв, которые он прошел, чтобы стать тем, кем является. Его аура Теневого Монарха больше не сдерживалась — она ревела, заполняя кухню, заставляя тени по углам извиваться в экстазе.

– Ты — произведение искусства, Юки, – Джинву прикоснулся губами к его колену, а затем начал медленно подниматься выше, оставляя дорожку из жгучих поцелуев на внутренней стороне бедра.

Юки вскрикнул, его спина выгнулась дугой, а пальцы инстинктивно впились в плечи Джинву, ища опору в этом внезапно поплывшем мире. Гравитация в комнате окончательно сошла с ума: мелкие капли воды из раковины зависли в воздухе, переливаясь синим светом, а костяные атаки Юки, которые он обычно контролировал с такой легкостью, теперь хаотично проступали сквозь поверхность стола короткими белыми пиками.

– Ах... Джинву... – голос Юки сорвался на хриплый стон, когда он почувствовал горячее дыхание мужчины в самом сокровенном месте.

Монарх действовал решительно. Он взял его в рот, одновременно используя пальцы другой руки, чтобы начать растягивать узкое, неподатливое кольцо мышц, подготавливая юношу к себе. Юки закинул голову назад, его горло напряглось, а из глаз брызнули непроизвольные слезы удовольствия и сенсорной перегрузки.

– Джинву, я сейчас... ах! – Юки громко простонал, его тело содрогнулось в мощном оргазме. Лазурная вспышка магии озарила кухню, когда он кончил, и капли его семени окропили грудь Монарха и поверхность стола.

Джинву поднял голову, слизывая каплю с губы, и его глаза горели фиолетовым пламенем первобытного голода. Он не дал Юки времени прийти в себя. Разведя его бедра еще шире, он приставил свой напряженный член к его входу.

– Смотри на меня, Юки, – приказал Джинву.

Юноша с трудом сфокусировал взгляд на лице мужчины. В этот момент Джинву медленно, сантиметр за сантиметром, начал входить в него.

– А-а-ах! – Юки закричал, вцепляясь ногтями в мускулистые плечи Джинву, оставляя на них красные борозды.

Ощущение полноты было ошеломляющим. Казалось, сама Тень заполняет его изнутри, вытесняя всё остальное.

– Ты такой узкий... – Джинву замер на мгновение, давая телу Юки привыкнуть к своему размеру, его собственный голос дрожал от напряжения. – Ты идеально для меня подходишь. С тобой я могу не сдерживаться.

Он начал двигаться — сначала медленно, пробуя почву, а затем всё быстрее и жестче. Каждый толчок выбивал из Юки рваные стоны. Синий свет ДУШИ юноши теперь полностью смешался с фиолетовой маной Джинву, создавая вокруг них причудливое сияние индиго.

– Еще... пожалуйста, еще... – умолял Юки, окончательно теряя рассудок от боли, переходящей в запредельное наслаждение.

– Твоя ДУША... она поет под моими руками, – Джинву наклонился, впиваясь в его губы глубоким, властным поцелуем, заглушая его крики. – Ты — моя истинная Тень, мой Судья.

Движения Джинву стали неистовыми. Он вбивал Юки в поверхность стола, не заботясь о том, что дерево под ними начинает трещать. В этот момент они не были людьми, не были охотниками. Они были двумя стихиями, слившимися в одну. Юки чувствовал, как Карма внутри него пульсирует в такт движениям Джинву, разъедая последние капли его сомнений.

Гастер-бластеры, призванные непроизвольно, парили под потолком, их челюсти были раскрыты, но вместо лазеров из них исходило мягкое, вибрирующее гудение, резонирующее с удовольствием их хозяина.

– Я никогда... не отпущу тебя... – прорычал Джинву, ускоряя темп до предела.

Юки чувствовал, как внутри него собирается новая волна наслаждения, еще более мощная, чем первая. Весь мир сузился до этого стола, до запаха Джинву и до этого невыносимого, прекрасного чувства принадлежности.

– Джинву! – Юки выкрикнул его имя, когда оргазм снова накрыл его, ослепляя и лишая сил.

Монарх последовал за ним через мгновение. С низким, гортанным рыком он излился глубоко внутрь Юки, заполняя его своим теплом и своей сущностью. В этот миг магический выброс был такой силы, что во всем особняке лопнули лампочки, и дом погрузился в полумрак, освещаемый лишь угасающим сиянием их тел.

Джинву упал на Юки, придавливая его своим весом к столу, тяжело дыша ему в шею. Юки обхватил его руками, чувствуя, как его сердце постепенно замедляет свой бешеный бег.

– Теперь ты понимаешь? – тихо спросил Джинву спустя вечность, не разрывая их близости.

Юки лишь кивнул, уткнувшись носом в его плечо. У него не было слов. Всё, что он знал раньше о себе, об отце, о мире — всё это рассыпалось в прах, как кости под ударом Монарха.

– Ты — мой, Юки, – повторил Джинву, и на этот раз в его голосе была не только власть, но и бесконечная, пугающая нежность. – И никакие боги, никакие миры не изменят этого.

Юки закрыл глаза, чувствуя, как Карма внутри него окончательно успокаивается, принимая новую форму. Он больше не был просто сиротой из подземелья или приемным сыном великого героя. Он был частью Теневого Монарха. И, честно говоря, это было самое лучшее время в его жизни.