← Назад к обзору

Приёмный сын

Снег и пепел: Возвращение судьи

– Папирус, только не делай резких движений, – Санс лениво прислонился к дверному косяку, наблюдая за тем, как его высокий брат застыл посреди кухни с тарелкой спагетти в руках.

Папирус медленно повернул череп в сторону дивана, где сидел Юки. Его глазницы расширились, а тарелка опасно накренилась. В следующую секунду по дому разнесся оглушительный крик, полный восторга и боли одновременно.

– САНС! ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СКАЗАЛ МНЕ, ЧТО У НАС В ГОСТЯХ САМЫЙ КРАСИВЫЙ СКЕЛЕТ-ЧЕЛОВЕК В ИСТОРИИ?! – Папирус буквально подлетел к Юки, отбросив спагетти (которые чудесным образом приземлились ровно на стол). – ПОСМОТРИ НА ЭТИ КОСТИ! КАКАЯ ВЕЛИКОЛЕПНАЯ СТРУКТУРА! КАКАЯ... КАКАЯ РОДСТВЕННАЯ АУРА!

Юки не успел и глазом моргнуть, как оказался в железных объятиях высокого скелета в красном шарфе. Папирус ревел от счастья, его костяные слезы катились по щекам, мгновенно испаряясь.

– Дядя Папирус... – выдохнул Юки, чувствуя, как его ребра жалобно скрипят. – Я тоже... рад тебя видеть.

– ОН НАЗВАЛ МЕНЯ ДЯДЕЙ! САНС, ТЫ СЛЫШАЛ? МОЯ ПОПУЛЯРНОСТЬ ВЗЛЕТЕЛА ДО НЕБЕС! – Папирус отстранился, держа Юки за плечи и внимательно осматривая его. – ТЫ ВЫГЛЯДИШЬ НЕМНОГО БЛЕДНЫМ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА, НО ДЛЯ МОНСТРА ТЫ ПРОСТО СИЯЕШЬ! ТЕБЕ НУЖНО СРОЧНО ПОЕСТЬ МОИХ СПЕЦИАЛЬНЫХ СПАГЕТТИ, ЧТОБЫ УКРЕПИТЬ ТВОИ МАГИЧЕСКИЕ СУСТАВЫ!

Следующие несколько дней превратились для Юки в самый интенсивный курс обучения в его жизни. Пока Папирус пытался накормить его всеми возможными блюдами из макарон, Санс взялся за его тренировки всерьез.

Они уходили далеко вглубь леса, туда, где пространство было нестабильным.

– Слушай, малый, – Санс стоял напротив сына, его левый глаз мерцал мягким синим светом. – Твой «синий режим» хорош, но ты используешь его как молот. А это — скальпель. Ты не просто меняешь гравитацию, ты меняешь вектор намерения ДУШИ. Попробуй почувствовать не вес врага, а его инерцию.

Юки закрыл глаза. Он сосредоточился на пульсации внутри груди. В этом мире его сила не встречала сопротивления Системы, она текла свободно. Он представил, как его магия обволакивает пространство.

– Вот так... – прошептал Юки.

Внезапно его облик начал мерцать. Фарфоровая кожа стала прозрачной, сквозь неё проступил призрачный свет. Секунда — и перед Сансом стоял не подросток, а высокий, изящный скелет, чьи кости были черными, как обсидиан, и покрыты светящимися голубыми рунами. Его одежда — черная толстовка и шорты — казалась сотканной из теней.

– Ого, – Санс присвистнул. – Вторая форма. Ты выглядишь чертовски круто, Юки. Весь в отца. Только... ну, ты выше. Обидно, знаешь ли.

Юки посмотрел на свои костяные руки. В этой форме он не чувствовал усталости. Карма больше не «зудела», она стала послушным инструментом. Он взмахнул рукой, и за его спиной материализовались двенадцать Гастер-бластеров. Они были огромными, с четырьмя глазами и острыми рогами, а их рык заставил содрогнуться весь Сноудин.

– Теперь я чувствую... всё, – голос Юки в этой форме звучал как шелест страниц старой книги, в которой записаны все грехи мира. – Я вижу нити, папа. Каждая атака, каждое движение... это просто математика ДУШИ.

– Именно, – кивнул Санс. – Но помни: чем больше силы ты используешь, тем меньше в тебе остается тебя самого. Всегда оставляй место для глупой шутки, малый. Это то, что держит нас на плаву.

Неделя в подземелье пролетела как один миг. Юки научился телепортироваться с такой точностью, что мог оказаться за спиной Санса раньше, чем тот успевал моргнуть. Он освоил «синие кости», которые теперь не просто наносили урон, а могли полностью обездвижить противника, зациклив его движение в пространстве.

Но пришло время прощаться. Юки чувствовал, как мир Джинву зовет его обратно. Там, в Сеуле, прошла неделя, и ярость Теневого Монарха начала дестабилизировать реальность.

– Пора, – тихо сказал Санс, когда они снова вышли на ту самую поляну, где встретились.

Юки, уже вернувшийся в человеческий облик, крепко обнял отца. Он вдыхал запах старой куртки и магии, стараясь запомнить этот момент навсегда.

– Береги себя, папа. Я буду приходить... я найду способ.

– Конечно, найдешь, – Санс похлопал его по спине. – Только не забывай приносить кетчуп. Здесь с этим дефицит.

Внезапно воздух вокруг них похолодел. Тени в лесу удлинились, и из-за деревьев начала сочиться красноватая дымка. Санс мгновенно напрягся, задвигая Юки себе за спину.

– Черт, – прошипел скелет. – Чарли. Она всё-таки выследила всплеск мании.

– Кто это? – спросил Юки, чувствуя, как его ДУША окрашивается в тревожный красный цвет.

– Наше старое проклятие, – Санс быстро начал чертить в воздухе круг портала. – Слушай меня внимательно, Юки. Беги. Прямо сейчас. Она ищет нас обоих, но ты — её главная цель. Если она доберется до тебя, она уничтожит оба мира.

– Я не оставлю тебя! – воскликнул Юки, призывая кости.

– Это не просьба, малый! – Санс обернулся, и его глазницы вспыхнули неистовым пламенем. – Ищи нас, когда будешь готов. Передай Джинву, что время плоских шуток закончилось. Береги себя.

– Папа!

– Удачи, малый. Увидимся в следующем цикле.

Санс с силой толкнул Юки в открывшийся портал. Последнее, что увидел юноша — как его отец встает в боевую стойку против надвигающейся красной тени, а за его спиной раскрываются сотни бластеров.

– Прости, Юми, – услышал он тихий шепот Санса, прежде чем портал захлопнулся.

Юки провалился в пустоту. На этот раз это не было мягкое падение в снег. Его швыряло между измерениями, мана Системы впивалась в него тысячами игл, пытаясь распознать «чужеродный элемент».

– А-а-а-а! – закричал Юки, когда реальность Сеула наконец прорвалась.

Он появился в небе над городом, на высоте нескольких километров. Холодный воздух бил в лицо, мешая дышать. Гравитация, которой он так ловко управлял в Сноудине, здесь казалась хаотичной и враждебной. Он падал камнем вниз, прямо на крыши небоскребов.

Внизу, на одной из крыш, Сон Джинву вскинул голову. Он почувствовал это мгновенно — всплеск родной магии, такой знакомый и одновременно изменившийся.

– Юки! – выкрикнул Монарх.

Пространство вокруг Джинву исказилось. Используя «Обмен тенями», он мгновенно переместился в точку прямо под падающим сыном. Черная дымка окутала его тело, когда он прыгнул вверх, разрывая звуковой барьер.

Джинву поймал Юки в воздухе, крепко прижимая его к груди. Его мощные руки обхватили подростка, гася инерцию падения. Они медленно опустились на крышу здания, окутанные вихрем теневой энергии.

Джинву не выпускал сына. Он прижал его голову к своему плечу, и Юки почувствовал, как бешено колотится сердце сильнейшего человека на планете.

– Ты напугал меня, сын, – голос Джинву дрожал, что было почти невозможно для существа его уровня. – Ты хоть представляешь, что я чуть не стер этот город с лица земли, пытаясь найти тебя?

Юки уткнулся лицом в куртку Джинву. Запах виски и старой кожи показался ему самым родным на свете.

– Прости, отец... – прошептал Юки. – Я был... я был дома.

Джинву отстранился, внимательно вглядываясь в лицо Юки. Он сразу заметил перемену. Взгляд мальчика стал глубже, в нем больше не было того затравленного страха перед собственной силой. И эта татуировка на руке... теперь она не просто светилась, она пульсировала в такт самой реальности.

– Ты встретил его? – спросил Джинву тише.

– Да. Санса. И дядю Папируса.

Джинву облегченно вздохнул и снова обнял сына.

– Я рад, что ты вернулся. Но больше никогда... слышишь? Никогда не уходи так, не предупредив.

– Мне пришлось, – Юки поднял глаза, и в них на секунду вспыхнуло то самое сине-желтое пламя, которое Джинву видел у скелета много лет назад. – Папа Санс сказал, что время плоских шуток закончилось. За нами идет Чарли.

Джинву нахмурился. Он не знал, кто это, но если само упоминание этого имени заставило Санса отправить сына обратно, значит, угроза была за пределами понимания этого мира.

– Пусть идет, – холодно произнес Теневой Монарх, и за его спиной из теней начали подниматься Игрис, Бер и тысячи других солдат. – Теперь ты не один. И я больше не позволю никому забрать тебя из этой семьи.

Юки кивнул. Он посмотрел на свои руки, чувствуя, как внутри него переплетаются две великие силы — мощь теней и справедливость костей.

– Пойдем домой, отец, – сказал Юки. – Я хочу приготовить ужин. Кажется, я задолжал Хэ Ин и Сухо нормальный разговор.

Джинву улыбнулся — впервые за неделю по-настоящему.

– Идем. Но учти, Сухо тренировался как проклятый, пока тебя не было. Он хочет реванша.

Юки усмехнулся той самой ленивой, опасной усмешкой, которую он перенял у Санса.

– Что ж... тогда у него будет очень плоское время.

Они шагнули в тень, исчезая с крыши. Город продолжал жить своей жизнью, не подозревая, что сегодня в мир вернулся не просто пропавший мальчик, а судья, в чьих руках теперь находились весы обоих миров. И где-то в пустоте, за пределами измерений, Санс стоял среди обломков своего леса, вытирая костяную пыль с куртки.

– Жги, малый, – прошептал он, глядя в пустоту. – Покажи им, что значит настоящая карма.