← Назад к обзору

Приёмный сын

Призрачный судья и пепел воспоминаний

Утро в особняке семьи Сон началось не с привычного запаха кофе или шума телевизора, а с тяжелой, почти осязаемой тишины. Воздух в коридорах казался наэлектризованным. Казалось, сами стены дома затаили дыхание, ожидая чего-то неизбежного.

Сон Джинву стоял в дверях кухни, наблюдая за тем, как Ча Хэ Ин молча накрывает на стол. Она двигалась механически, и её пальцы едва заметно дрожали, когда она ставила тарелку перед Юки. Юноша, казалось, чувствовал это напряжение острее всех. Его небесно-голубые глаза были опущены, а растрепанные черные волосы закрывали лицо, скрывая усталость после вчерашнего возвращения.

– Юки, – негромко произнес Джинву, и все в комнате вздрогнули. – Нам пора. Тренировочный зал готов.

Юки поднял голову. На мгновение в его взгляде промелькнула тень того самого синего пламени, которое он привез с собой из Сноудина. Он коротко кивнул и встал из-за стола, так и не притронувшись к завтраку.

– Я готов, отец.

Тренировочный зал Сон Джинву находился глубоко под землей. Это было пространство, защищенное десятками мощнейших барьеров, которые Монарх воздвиг лично. Стены из укрепленного маной сплава могли выдержать прямой удар охотника S-ранга, но сегодня Джинву добавил еще один слой защиты — купол из чистой теневой энергии. Он знал, что то, что собирается показать Юки, может просто разорвать обычную реальность.

Они спустились в центр зала. Хэ Ин и Сухо остались на наблюдательной платформе за сверхпрочным стеклом. Сухо прильнул к экранам мониторов, его глаза горели любопытством и страхом. Он всё еще не мог до конца осознать, что его тихий, любящий готовить брат — существо из иного мира.

– Юки, – Джинву остановился в десяти метрах от сына. – Вчера на крыше я видел лишь тень твоей истинной мощи. Система фиксирует твои показатели как «неизмеримые», когда ты входишь в резонанс. Мне нужно знать предел. Покажи мне всё.

Юки замялся, потирая татуировку на лопатке, которая уже начала зудеть от избытка магии.

– Пап, ты уверен? – голос юноши прозвучал глухо. – Санс говорил, что эта форма... она не предназначена для этого мира. Она слишком «тяжелая» для здешней гравитации. Я могу повредить барьеры.

Джинву слегка улыбнулся, и в его глазах вспыхнуло фиолетовое пламя.

– Не беспокойся о барьерах. Беспокойся о том, чтобы не сдерживаться. Если ты не научишься управлять этим здесь, Чарли уничтожит тебя при первой же встрече.

Юки глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он расставил ноги шире, и воздух вокруг него внезапно похолодел. Температура в зале упала на десятки градусов за считанные секунды. На стенах выступил иней.

– Хорошо, – прошептал Юки. – Тогда не вини меня за беспорядок.

Он резко вскинул голову. Его левый глаз распахнулся, и из него ударил столб ослепительно-синего огня, смешанного с золотистыми искрами. Татуировка на руке вспыхнула так ярко, что Сухо на платформе пришлось прикрыть глаза.

Пространство вокруг Юки начало искажаться, словно плавящийся воск. Его плоть начала мерцать, становясь прозрачной, призрачной. Кожа, казалось, испарялась, обнажая под собой кости черного, как бездна, цвета. Но это не было смертью. Это было перерождение.

Через мгновение перед Джинву стоял не подросток, а величественное и пугающее создание. Высокий скелет, чьи кости были покрыты светящимися голубыми рунами. На его плечах покоилась призрачная куртка, сотканная из чистой маны, а за спиной левитировали костяные отростки, напоминающие крылья.

– Вторая форма: Режим Судьи, – произнес Юки. Его голос теперь звучал как эхо тысячи голосов, вибрируя в самом пространстве.

Джинву почувствовал, как гравитация в зале сошла с ума. Его самого начало прижимать к полу с силой в сотни тонн, но он лишь крепче сжал кулаки, активируя силу Теневого Монарха.

– Впечатляюще, – Джинву сделал шаг вперед, преодолевая давление. – Твоя аура... она пахнет пеплом и правосудием.

– Это Карма, отец, – Юки поднял костяную руку. – В этой форме я вижу каждый поступок, каждое намерение. И я могу заставить врага почувствовать вес всех его грехов одновременно.

Юки щелкнул пальцами. Звук был подобен удару грома. В воздухе вокруг него материализовались двенадцать Гастер-бластеров. Они были огромными, их глазницы горели неистовым светом, а челюсти медленно раскрывались, обнажая сгустки чистой энергии.

– Атакуй меня, Юки! – крикнул Джинву, призывая «Гнев Камиша» в свои руки. – Покажи мне мощь своего отца!

Юки не заставил себя ждать. Он взмахнул рукой, и один из бластеров выстрелил. Луч синего света прошил зал с такой скоростью, что Джинву едва успел уклониться. Там, где прошел луч, пространство просто перестало существовать на долю секунды.

– Быстрее! – подначивал Джинву.

Юки исчез. Это не была скорость охотника — это была мгновенная телепортация. Он появился прямо над Джинву, и пространство вокруг Монарха окрасилось в ярко-синий цвет.

– Синий режим! – выкрикнул Юки.

Джинву почувствовал, как его ДУША — ядро его силы — внезапно стала невероятно тяжелой. Гравитация сменила направление, и его с чудовищной силой швырнуло вверх, к потолку.

– Костяная ловушка! – Юки взмахнул обеими руками.

Из потолка и стен одновременно вырвались сотни острых костей. Они двигались хаотично, перекрывая все пути к отступлению. Некоторые из них светились синим.

– Не двигайся сквозь синие! – предупредил голос Юки, звенящий в голове Джинву.

Джинву замер в воздухе, используя свои тени, чтобы создать опору. Он видел, как кости проходят сквозь его плащ, не причиняя вреда, пока он неподвижен. Но как только он попытался рвануться вперед, кости вспыхнули, нанося прямой урон его мане, игнорируя физическую защиту.

– Это... игнорирование защиты? – Джинву был поражен. – Невероятно.

– Это урон Кармы, – Юки приземлился на пол, бластеры за его спиной выстроились в круг. – Чем сильнее противник, тем больше боли он чувствует от контакта с моей магией. Ты слишком силен, отец. Для тебя мои атаки сейчас — как яд.

Джинву приземлился напротив сына, тяжело дыша. Его черная броня была покрыта инеем, а в местах, где его задели кости, мана продолжала медленно тлеть, не давая ранам затягиваться.

– Достаточно, – Джинву поднял руку, приказывая теням отступить. – Я увидел то, что хотел.

Юки закрыл глаза, и синее пламя медленно втянулось обратно. Его тело снова обрело человеческие очертания. Он пошатнулся, его лицо было мертвенно-бледным, а по лбу катился пот.

– Ты в порядке? – Джинву мгновенно оказался рядом, поддерживая его.

– Да... просто... эта форма требует слишком многого, – прошептал Юки. – Она постоянно шепчет мне о грехах. В этом зале... я чувствую эхо всех, кого ты убил, папа. Это тяжело.

Джинву промолчал, лишь крепче сжал плечо сына. Он знал, что его путь усеян трупами врагов, и то, что Юки теперь может чувствовать это бремя, было ценой его силы.

На платформе Хэ Ин и Сухо стояли в полном оцепенении.

– Мама... – Сухо сглотнул, его голос дрожал. – Юки... он только что чуть не убил отца?

Хэ Ин не ответила. Она смотрела на мониторы, где датчики маны всё еще зашкаливали. Она видела вторую форму Юки — это призрачное, костяное существо — и теперь она понимала, почему Санс и Юми пожертвовали всем, чтобы спрятать его. Он не был просто «сильным охотником». Он был существом, способным переписать законы жизни и смерти.

– Нет, Сухо, – наконец произнесла она, её голос был полон печали. – Он не убивал его. Он просто показал ему зеркало.

Внизу, в зале, Юки немного пришел в себя. Он посмотрел на Джинву, и в его глазах снова была та самая доброта, которую Монарх полюбил в нем с первого дня.

– Пап, – Юки коснулся руки Джинву. – Санс сказал мне одну вещь перед тем, как портал закрылся. Он сказал, что Чарли придет не за моей силой. Она придет за моей ДУШОЙ, потому что я — единственный, кто может её окончательно осудить.

Джинву нахмурился.

– Что это значит?

– Это значит, что она не может умереть обычным способом, – Юки опустил голову. – Она — ошибка в коде реальности. Единственный способ остановить её — это использовать Карму в её абсолютном проявлении. Но для этого мне нужно... мне нужно перестать быть человеком. Совсем.

Джинву почувствовал, как холод прошел по его спине. Он вспомнил слова Санса о «плоском времени».

– Мы найдем другой способ, Юки. Я не позволю тебе исчезнуть ради того, чтобы исправить ошибки чужого мира.

– Я знаю, отец, – Юки слабо улыбнулся. – Но пока... давай просто пойдем наверх. Я обещал приготовить ужин. Кажется, я видел в холодильнике мясо, из которого получится отличный стейк.

Они вышли из тренировочного зала, и барьеры за их спинами начали медленно отключаться. Но Джинву знал — тишина в их доме теперь будет лишь временным затишьем. Где-то в пустоте между измерениями Чарли уже чувствовала всплеск магии Юки. И она знала, что её «судья» наконец-то надел свою мантию.

Когда они поднялись в гостиную, Хэ Ин уже ждала их. Она не стала задавать вопросов. Она просто подошла к Юки и крепко обняла его, прижимая к себе.

– Прости меня, – прошептала она ему в волосы. – Прости, что я боялась тебя.

Юки замер, его руки нерешительно поднялись и обняли её в ответ.

– Всё хорошо, мам. Я тоже себя боялся.

Сухо стоял в стороне, неловко переминаясь с ноги на ногу. Юки посмотрел на него и подмигнул, его левый глаз на секунду вспыхнул синим и тут же погас.

– Эй, Сухо. Если будешь хорошо тренироваться, может, я научу тебя паре трюков с гравитацией. Но только если пообещаешь не использовать их, чтобы воровать еду из моей тарелки.

Сухо рассмеялся, и напряжение, царившее в доме последние недели, окончательно лопнуло.

– Идет, брат!

Джинву наблюдал за ними, стоя в тени дверного проема. Он видел, как Юки смеется, как он снова становится обычным подростком, который любит музыку и тишину. Но Монарх также видел татуировку на его руке, которая продолжала пульсировать под кожей, словно живое существо.

Он знал, что Чарли придет. Он знал, что впереди их ждет битва, которая может стереть этот мир с лица земли. Но глядя на свою семью, Джинву чувствовал, что теперь они готовы.

Вечером, когда весь дом погрузился в сон, Юки сидел на подоконнике своей комнаты и слушал джаз в наушниках. Он смотрел на луну и думал о Сансе. Где-то там, в разрушенном Сноудине, его отец, возможно, тоже смотрел на звезды и шутил свои плохие шутки, сражаясь с красной тенью.

– Я справлюсь, папа, – прошептал Юки, прикладывая ладонь к стеклу. – Я не подведу тебя. И я не подведу их.

В ту же секунду на стекле окна, прямо под его ладонью, на мгновение проступил морозный узор в форме маленького скелета в тапочках. Юки улыбнулся.

Судья был готов. И на этот раз, когда придет время «плохого времени», он будет не один. За его спиной стояли тени Монарха, а в его сердце жила любовь двух миров.

Чарли могла манипулировать временем, но она никогда не понимала одной вещи: карма — это не просто наказание. Это эхо того, что ты оставил после себя. И эхо Юки было полно света.