← Назад к обзору

Приёмный сын Ясаки

Багровый камень и совет небес

Кабинет директора Хогвартса тонул в густых, удушливых сумерках. Воздух здесь был пропитан запахом жженой меди, лечебных настоек и горького, невыносимого позора.

С момента бегства из Киото прошло трое суток, но Магическая Британия до сих пор содрогалась от последствий ночной катастрофы. Министерство лихорадило. Из трехсот элитных авроров, отправленных на захват наследников клана Химедзима, треть лежала в палатах Святого Мунго с выжженными магическими каналами и тяжелейшими духовными контузиями. Корнелиус Фадж в панике заперся в своем кабинете, забрасываемый совами от серых и нейтральных семейств, требовавших немедленной отставки всего руководства Визенгамота за попытку развязать войну с суверенной азиатской державой.

В центре кабинета, сгорбившись в глубоком кресле, сидел Годрик Поттер. На Избранного было больно смотреть. Целители с трудом восстановили его раздробленную челюсть, но духовная рана оказалась неизмеримо глубже. В его некогда горделивых карих глазах застыло лихорадочное, безумное выражение. Руки юноши мелко подрагивали, а пальцы судорожно сжимались, словно тщетно пытались нащупать рукоять привычного оружия.

На полированном дубовом столе перед ним лежали три темных металлических обломка — все, что осталось от тысячелетней реликвии факультета Гриффиндор.

– Это невозможно… – хрипел Годрик, глядя в одну точку. – Он не волшебник. Он чудовище. Дьявол во плоти! Как он посмел… как он мог сломать гоблинскую сталь простым железом?! Я — спаситель этого мира! Я уничтожил Волан-де-Морта! А он… он раздавил меня, словно назойливое насекомое!

Рядом, бледная до синевы, сидела Лили Поттер. Ее глаза покраснели от слез, мантия висела на исхудавших плечах.

– Джеймс, довольно, – умоляющим шепотом произнесла она, обращаясь к мужу, застывшему у стрельчатого окна. – Прошу тебя… Давайте остановимся. Вы видели тех созданий в небе? Девятихвостая лисица, багровый владыка… Они дышат силой, о которой мы даже не смели мечтать в наших сказках! Гарри счастлив там. У него своя семья, прекрасные дети. Он не отдаст их нам. Если мы снова сунемся туда, они просто сотрут нас с лица земли!

– Замолчи, Лили! – резко обернулся Джеймс. Лицо старшего Поттера исказила гримаса уязвленной чистокровной гордыни. – Мы проиграли только потому, что напали вслепую, на их территории, попав в заранее расставленную ловушку! Этот щенок подготовился, он призвал иллюзии и темных тварей, чтобы напугать нас! Но он носит кровь Поттеров! И пока во мне течет эта кровь, я не позволю древнейшему роду прерваться из-за каприза сквиба, возомнившего себя восточным господином!

– Джеймс абсолютно прав, девочка моя, – раздался мягкий, шелестящий голос из глубины кабинета.

Альбус Дамблдор вышел из тени книжных шкафов. На нем не было прежней лучезарной улыбки, а сломанные в Киото очки-половинки сменились новыми, за стеклами которых больше не плясали озорные искорки. Великий чародей выглядел постаревшим, но в его позе сквозила фанатичная, несгибаемая решимость человека, готового сжечь весь мир ради торжества своих идеалов.

– Мы совершили тактическую ошибку, – неторопливо произнес директор, проводя кончиками пальцев по Бузинной палочке. – Мы недооценили скверну, пустившую корни в душе бедного Гарри. Ясака и клан Химедзима не просто приютили его — они обратили мальчика в оружие против европейского магического порядка. Те сущности, которых вы видели на небесах, — не боги. Это древние демонические порождения, осколки темных веков, от которых цивилизованный мир отгородился Статутом о секретности. Если мы уступим сейчас, их влияние перехлестнет через океан. Британия падет следующей.

– Но директор, – подал глухой голос Сириус Блэк, сидевший на кушетке с перевязанным плечом, – как мы можем воевать с ними? Вы сами видели: наши щиты рассыпались от одного взмаха рук этой черноволосой жрицы. А меч Годрика… меч уничтожен!

– Реликвию основателей можно возродить, – загадочно произнес Дамблдор. Его глаза сверкнули холодным синим огнем. – И сделать ее во сто крат сильнее, чем прежде.

Старик подошел к стене за директорским креслом, коснулся кончиком палочки незаметного шва в каменной кладке и прошептал длинное заклинание на древнеарамейском языке. Камни с глухим рокотом разошлись, открывая глубокую, защищенную десятками смертоносных чар нишу.

Из тайника Альбус извлек шкатулку из черного обсидиана, покрытую рунами вечного удержания. Откинув крышку, он явил изумленным спутникам предмет, заставивший воздух в комнате сгуститься до плотности патоки.

В бархатном ложе покоился неровный кристалл размером с кулак взрослого мужчины. Он пульсировал глубоким, зловещим багровым светом, напоминающим биение живого человеческого сердца. От него исходило столь мощное ощущение бессмертия и неисчерпаемой жизненной энергии, что у Годрика перехватило дыхание.

– Философский камень… – ахнула Лили, инстинктивно отодвигаясь. – Но вы же говорили… Вы сказали всем, что Николас Фламель уничтожил его тридцать лет назад!

– Великие орудия творения не уничтожают во имя сиюминутного спокойствия толпы, Лили, – наставительно ответил Дамблдор, глядя на камень с благоговейным трепетом. – Николас был стар и слаб духом. Он устал от бремени вечности. Но я убедил его доверить истинное сокровище алхимии мне — на случай, если миру снова потребуется спасение. Этот камень — абсолютный источник чистейшей первозданной праны. Он способен не только даровать бессмертие, но и взламывать естественные пределы человеческого магического ядра.

Дамблдор повернулся к Годрику, и на его губах появилась торжествующая улыбка:

– Твое тело отравлено проклятием бесплодия, мальчик мой. Твоя магия надломлена поражением. Но эликсир, полученный из сердца этого камня, растворит в себе любые проклятия Волан-де-Морта. Он перестроит твои каналы, сделав резерв колоссальным, нечеловеческим. Ты станешь живым сосудом истинного Света.

Годрик жадно подался вперед, не отрывая взгляда от пульсирующего рубина:

– И… и мой род? Я смогу иметь детей?

– Камень восстанавливает саму ткань бытия, – подтвердил Дамблдор. – Твое семя вновь обретет жизнь. Но прежде мы должны завершить триумвират абсолютной силы. Джеймс.

Старший Поттер вздрогнул от звука своего имени:

– Да, директор?

– Мантия-невидимка. Она у тебя с собой?

Джеймс молча полез во внутренний карман мантии и извлек тончайшую серебристую ткань, струящуюся подобно лунной воде.

– Третий дар, – прошептал Дамблдор, принимая мантию дрожащими пальцами. – Бузинная палочка уже служит мне. Мантия рода Певерелл здесь. А кольцо… кольцо Мраксов отдало мне свой черный камень много лет назад. Смерть склонит колени перед объединенной мощью Даров и Философского камня. Никакие языческие божки востока не смогут противостоять Повелителю Смерти, несущему свет очищения.

Альбус бережно завернул обломки меча Гриффиндора в шелковую ткань и взглянул на часы:

– Рагнок ждет меня в нижних чертогах Гринготтса. Древние договоры обязывают гоблинов выполнить волю Верховного чародея, особенно когда платой служит чистейшая алхимическая эссенция. Мы перекуем меч в пламени драконьего горнила, закалим его в крови королевского василиска и омоем слезами камня. Он сможет рассекать даже пространство.

Директор взмахнул палочкой, накладывая на себя скрывающие чары:

– Джеймс, собирай верных людей. Поднимай старые связи в Конфедерации магов. Германия, Австрия, Испания — повсюду есть те, кто боится пробуждения древних культов. Мы назовем этот поход Священным крестовым походом за чистоту магии. На этот раз мы пойдем не тремя сотнями бойцов. Мы приведем армию. И во имя Высшего Блага мы вернем дитя домой, а отступников предадим очищающему огню.

***

Япония, Киото. Священная гора Хиэй.

В отличие от сумрачного Лондона, над древней столицей Японии сияло лазурное полуденное небо. Воздух, напоенный ароматами цветущей сакуры, горной хвои и ладана, звенел от разлитого повсюду покоя.

В глубине императорского сада, примыкающего к главному синтоистскому святилищу резиденции клана Химедзима, на мягких бамбуковых татами играли трое младенцев.

Пятимесячный Чарльз весело гулил, пытаясь поймать крошечную золотистую лисичку из чистой духовной энергии, которую специально для него создавала его тетя — девятилетняя златовласая Куно. Маленькая Шури с изумрудными глазами сладко спала на руках у своей матери, а первенец, Харуки, увлеченно дергала за край длинного черного рукава своего отца.

Гарри сидел на деревянной террасе, скрестив ноги. На нем было простое темно-синее кимоно с серебряным гербом в виде скрещенных молний и птицы Судзаку. На коленях молодого человека мирно покоился клинок Наруками в лакированных ножнах.

Рядом с ним, грациозно опустившись на колени, разливала церемониальный чай Судзаку. Ее лицо было безмятежным, но в глубине алых глаз залегла настороженность опытной правительницы, знающей, что после первой бури всегда наступает обманчивое затишье перед настоящим тайфуном.

Пространство перед террасой внезапно зарябило. Воздух наполнился запахом озона, роз и благородного демонического пламени. Из мерцающих магических кругов и золотистых духовных врат один за другим начали появляться гости, чье присутствие в одном месте могло бы вызвать панику у любого смертного правительства планеты.

Первым ступил на террасу Сазекс Люцифер. Истинный владыка демонического мира был одет в строгий темно-бордовый костюм. Его багряные волосы мягко колыхались, а аура Разрушения была столь искусно скрыта, что даже цветы сакуры рядом с ним не увядали. Следом за ним, бесшумно ступая в безупречной форме серебряной горничной, шла Грейфия Люцифуг, удерживающая в руках стопку запечатанных дипломатических депеш.

– Чарльз-тян! Маленький принц крестной! – раздался звонкий, восторженный девичий голосок, мгновенно разрушивший торжественность момента.

Серафолл Левиафан, одетая в свой фирменный, сверкающий блестками наряд девочки-волшебницы, вихрем пронеслась мимо стражей и рухнула на колени перед татами, сжимая в объятиях хохочущего Чарльза.

– Ты мой сладенький! Тебя не испугали эти глупые британские букашки с деревянными палочками? Крестная превратит их всех в ледяные сосульки, если они снова посмеют нарушить твой дневной сон!

– Серафолл, веди себя прилично, мы на официальном совете, – с мягкой усмешкой произнес Азазель. Лидер падших ангелов, облаченный в помятую гавайскую рубашку поверх легких доспехов, небрежно закинул руки за голову, с любопытством разглядывая барьеры поместья. – Хотя, должен признать, смелость этих европейских колдунов граничит с абсолютным слабоумием. Пересечь океан, чтобы похитить крестника двух Владык Демонов и генерал-губернатора Григори? Мне даже захотелось препарировать мозг их лидера. Чисто из научного интереса.

Из глубины сада, окруженная золотым сиянием девяти пушистых лисьих хвостов, плавно ступала сама хозяйка Киото. Леди Ясака несла в руках фарфоровое блюдо со свежими персиками. Ее прекрасное лицо было серьезным, а материнский взгляд, обращенный на Гарри, лучился теплом и гордостью.

Следом за ней подошли Акэно Химедзима и Иссей Хёдо. Акэно тут же опустилась рядом с Судзаку, с нежностью глядя на маленькую Шури, в то время как Иссей виновато поклонился Гарри:

– Прости за опоздание, Гарри-сан. В Куо опять шалили бродячие демоны, пришлось задержаться.

– Ничего страшного, Иссей, – Гарри тепло улыбнулся другу, поднимаясь на ноги и церемонно кланяясь прибывшим владыкам. – Добро пожаловать в дом Химедзима. Я благодарен, что вы откликнулись на мой зов столь быстро.

– Брось церемонии, Гарри, – Сазекс подошел ближе и крепко пожал руку юноши. – Ты — часть нашей семьи. Нападение на твой дом и твоих детей — это прямой вызов всему пакту Трех Фракций и Синтоистскому пантеону. Грейфия уже подготовила отчет о перемещениях в Европе. Новости… не совсем обычные.

Владыка демонов сел за низкий стол переговоров. Все присутствующие заняли свои места. Куно бережно увела детей вглубь дома под присмотр элитных жриц клана, и атмосфера на террасе мгновенно сменилась с семейной на предельно деловую и смертельно опасную.

– Начнем с того, что старик Дамблдор окончательно лишился рассудка, – ровным, лишенным эмоций голосом произнесла Грейфия, раскладывая на столе пергаменты с магическими картами Европы. – Наш разведывательный отдел в Лондоне зафиксировал беспрецедентную активность в Министерстве Магии. Вместо того чтобы признать поражение и принести официальные извинения, Дамблдор продавил через Визенгамот протокол о "Тотальной мобилизации против темной восточной экспансии".

– Экспансии? – Судзаку презрительно усмехнулась, отпивая чай. – Мы даже не покидали пределов префектуры Киото. Это их авроры вторглись на наши земли.

– Для европейских фанатиков это не имеет значения, госпожа Химедзима, – покачала головой сильнейшая «Королева» подземного мира. – Дамблдор использует риторику страха. Он утверждает, что Гарри попал в плен к демоническим сущностям, а его первенец — ключ к пробуждению древнего зла. Но это лишь фасад для маглов и рядовых волшебников. Реальные действия куда опаснее. Вчера ночью Альбус Дамблдор посетил глубочайшие хранилища банка Гринготтс.

– Гоблины? – нахмурился Гарри, положив ладонь на рукоять Наруками. – Я думал, они держат строгий нейтралитет во всем, что не касается золота.

– Они держат нейтралитет, пока им выгодно, – вмешался Азазель, прищурив янтарные глаза. – Но Дамблдор предложил им то, от чего жадные коротышки не смогли отказаться. Он достал истинный Философский камень. Тот самый, созданный алхимиком Фламелем при помощи древних ангельских текстов, украденных еще во времена Ренессанса. Старик отдал гоблинам треть камня в обмен на запуск запретных подземных горнил.

– Меч Гриффиндора, – тихо произнес Гарри. В его изумрудных глазах мелькнула догадка.

– Именно, – кивнул Сазекс. – Они перековывают сломанный клинок. Гоблинские мастера используют кровь древних драконов, яд адских тварей и сплавляют металл с эссенцией Философского камня. Новое оружие будет обладать свойствами концептуального рассечения. Оно создается специально для того, чтобы пробивать духовные щиты Синто и уничтожать демоническую плоть.

– А что с самим мальчишкой? С Годриком? – подала голос Ясака, ее лисьи хвосты гневно шевельнулись. – Мои разведчики доложили, что человеческий детеныш был сломлен ударом моего приемного сына. Его каналы были истощены, а семя мертво.

– Дамблдор напоил его концентрированным эликсиром бессмертия, – ответила Грейфия. – Информация получена от наших тайных агентов в Мунго. Проклятие Волан-де-Морта выжжено алхимическим огнем. Более того, принудительное насыщение праной камня вызвало мутацию магического ядра Годрика Поттера. Его резерв насильственно раздут до уровней, близких к низшим демоническим генералам. Его тело сейчас нестабильно, но наполнено колоссальной разрушительной мощью. Он убежден, что стал воплощением архангела Михаила, призванного покарать неверных.

Серафолл громко фыркнула, скрестив руки на груди:

– Да какой из него Михаил! Жалкий человеческий дурачок, накачанный алхимическими стероидами! Он лопнет, как перезрелый арбуз, если попытается использовать эту силу на полную мощность!

– Он может и лопнет, Серафолл, – серьезно заметил Азазель, – но перед этим успеет натворить бед. Особенно если Дамблдор действительно собрал воедино Дары Смерти.

На террасе повисла тяжелая тишина. Даже Иссей почувствовал, как изменилась плотность воздуха при упоминании этих реликвий.

– Дары Смерти… – протянул Гарри. – В детстве Дурсли заставляли меня учить библейские стихи, но о сказках Барда Бидля я узнал позже, из рассказов Делакуров. Это реальные артефакты?

– Они более чем реальны, Гарри-кун, – ответил Сазекс, и его взгляд стал предельно жестким. – В глубокой древности, задолго до Великого Раскола, один из младших аспектов европейской Смерти — Танатоса или Жнеца душ — оставил в мире смертных три проводника своей власти. Бузинная палочка способна фокусировать волю владельца до абсолютной неотразимости. Мантия скрывает носителя даже от божественного ока. А Воскрешающий камень открывает врата в чертоги теней. Объединенные вместе и подпитанные Философским камнем, они создадут поле абсолютного отрицания жизни. Если Дамблдор встанет во главе европейской коалиции с этим арсеналом, это перестанет быть локальным конфликтом магов. Это станет полноценным крестовым походом безумцев.

– Сколько у них сил? – спросила Судзаку, ее тон был холоднее льда.

– Международная конфедерация магов уже сформировала экспедиционный корпус, – ответила Грейфия, разворачивая списки. – Около пяти тысяч боевых чародеев из Британии, Германии, Испании и Польши. Кроме того, они наняли наемников из числа вампирских кланов восточной Европы — тех отщепенцев, которые отказались подчиняться Кармилле. Они планируют пересечь границу через две недели, под прикрытием мощнейших пространственных ритуалов, намереваясь высадиться прямо в заливе Осаки.

– Пять тысяч человек… – пробормотал Иссей, сжимая кулаки. – Они совсем с ума сошли? Против Киото? Против демонов и ёкаев?

– Они ослеплены, – спокойно сказал Гарри.

Он медленно поднялся из-за стола и подошел к краю террасы, глядя на бескрайние зеленые холмы древней столицы. Ветер трепал полы его кимоно, разнося по саду едва уловимый треск искрящегося электричества.

– Всю свою жизнь волшебники Британии жили в искусственном коконе, – негромко произнес Гарри. – Дамблдор внушил им, что они — вершина эволюции. Что палочка и пара латинских слов ставят их выше законов мироздания. Они победили одного зарвавшегося полукровку с манией величия и решили, что покорили саму Смерть. Они не ведают, что творят. Но их невежество больше не служит им оправданием.

Гарри повернулся к собравшимся владыкам. В его глазах полыхнуло первозданное пламя Аматэрасу, переплетенное с яростными молниями бога бури Сусаноо. В этот миг в нем не осталось ничего от британского сироты с Тисовой улицы. Перед ними стоял истинный воин Востока, муж правительницы древнейшего клана экзорцистов.

– Мы не станем сидеть за барьерами и ждать, пока они осквернят наши святыни, – отчеканил Гарри. – Судзаку.

– Да, любимый? – Жрица поднялась следом, в ее взгляде горела абсолютная преданность и готовность идти до конца.

– Поднимай Пять Великих Кланов экзорцистов. Все святилища Киото, Нары и Токио должны быть приведены в состояние полной боевой готовности. Направь послание во Францию, лорду Делакуру. Пусть европейские сторонники разума свяжут боем тылы Конфедерации через дипломатические и экономические каналы.

– Будет исполнено немедленно, – склонила голову Судзаку.

– Леди Ясака, мама, – Гарри мягко посмотрел на золотовласую лисицу. – Прошу тебя закрыть духовные жилы Киото. Если их армия ступит на эту землю, сама природа должна восстать против них. Пусть земля горит под их сапогами, а воды обратятся ядом.

Ясака хищно, по-лисьи оскалилась, взмахнув девятью хвостами:

– Ни один лист на священной земле не шелохнется без моей воли, сын мой. Мои кицунэ и тэнгу превратят их марш в бесконечный ночной кошмар.

– А что касается нас? – с предвкушающей усмешкой спросил Азазель, поигрывая светящимся копьем из священного света. – Григори давно не разминались в настоящей драке. Мои исследователи как раз закончили прототипы искусственных Священных Механизмов для подавления чужеродной магии.

– Подземный мир не останется в стороне, – Сазекс встал во весь рост, и вокруг него на долю секунды взметнулась аура багровой Тьмы, заставившая содрогнуться небеса над горой Хиэй. – Дом Люцифер, Дом Левиафан и Дом Гремори официально объявляют территории Киото зоной прямого демонического протектората. Любой смертный маг, поднявший палочку с намерением причинить вред моей крестнице Харуки или детям дома Химедзима, будет признан преступником против мироздания. Мы выставим три легиона тяжелой демонической пехоты.

– И я! Я лично заморожу их хваленый экспедиционный флот! – Серафолл воинственно взмахнула своим волшебным жезлом, ее глаза сверкнули ледяной яростью. – Они узнают, что бывает, когда обижают семью Левиафан!

– Спасибо вам всем, – искренне произнес Гарри, приложив руку к груди. – Но главную проблему я решу сам. Годрик и Дамблдор… Они считают, что кровь дает им право распоряжаться чужими судьбами. Мой братец жаждет битвы? Он получит ее. Но на этот раз я не стану сдерживать клинок. Если ради спокойствия моих детей и мира в моем доме мне придется уничтожить так называемого Избранного Британии и развеять по ветру пепел их великого директора — я сделаю это без колебаний.

Гарри медленно вытянул Наруками из ножен на пару дюймов. Раздался оглушительный треск, и ослепительная лазурная молния рассекла небо над горой Хиэй, отвечая на его непреклонную волю.

Впереди была война. Но в этой войне древние силы Востока и владыки Подземного мира не собирались защищаться. Они готовились преподать Магической Британии последний, окончательный урок, после которого мир смертных магов уже никогда не будет прежним.