← Назад к обзору

Прошлое станет будущеем

Гроза в торговом центре

Слова Миджун о странном человеке у школьных ворот не давали мне покоя. Я сидел в своем кабинете, глядя на мониторы, транслирующие изображения с камер видеонаблюдения вокруг дома, но мои мысли были далеко. Теневой Монарх не знает страха, но он знает предчувствие. И сейчас это предчувствие зудело под кожей, словно разряд статического электричества.

Я отправил Игриса и Бера следовать за близнецами, скрывшись в их тенях. Мои верные рыцари были лучшей стражей, которую только можно представить, но даже это не унимало тревогу. Если кто-то смог ускользнуть от восприятия Миджун — моей точной копии в плане способностей, — значит, этот «кто-то» играет по правилам, которые мне еще предстоит изучить.

– Джинву, ты снова хмуришься так, будто собираешься объявить войну небесам, – голос Юми вырвал меня из раздумий.

Она вошла в кабинет, неся поднос с ароматным кофе. На ней было легкое шелковое платье изумрудного цвета, которое подчеркивало её фарфоровую кожу и небесно-голубые глаза. За эти пятнадцать лет она ничуть не постарела, сохранив ту же опасную и манящую красоту, которая когда-то лишила меня рассудка.

– Просто размышляю о мерах безопасности, – я принял чашку, вдыхая аромат горьких зерен. – Тот незнакомец... он не выходит у меня из головы.

– Мы не можем вечно держать их в золотой клетке, – Юми присела на край моего стола, бесстрашно отодвинув стопку важных отчетов. – Алекс и Миджун уже не дети. Они — твои наследники. И, честно говоря, они умирают от скуки в этой «безопасности». Давай сегодня выберемся в город? Близнецы просили свозить их в новый торговый центр, Алексу нужны какие-то запчасти для гитары, а Миджун присмотрела себе новый тренировочный костюм.

Я посмотрел в её глаза и понял, что спорить бесполезно. К тому же, если враг наблюдает, лучший способ выманить его — это дать ему цель.

– Хорошо, – сдался я. – Но я буду рядом.

– О, я на это и рассчитываю, – она лукаво улыбнулась и пригубила свой кофе.

Торговый центр «Звезда Сеула» встретил нас шумом толпы, блеском витрин и запахом свежего попкорна. Это было одно из тех мест, где жизнь кипела ключом, и среди сотен людей было легко затеряться... или спрятаться.

Алекс, как только мы вошли, тут же потащил нас в сторону музыкального магазина. Его глаза горели азартом.

– Пап, смотри! Та самая модель, на которой играл мой любимый гитарист в Лондоне! – он практически прилип к витрине, указывая на угольно-черную электрогитару.

– Если ты пообещаешь не сжечь усилитель в первую же репетицию, мы можем её обсудить, – я усмехнулся, глядя на его восторженное лицо.

Миджун стояла чуть поодаль, её взгляд постоянно сканировал толпу. Она не расслаблялась ни на секунду.

– Слишком много людей, – тихо произнесла она, подойдя ко мне. – Слишком много слепых зон. Игрис говорит, что пока всё чисто, но мне не нравится этот запах.

– Какой запах, Миджун? – я мгновенно подобрался.

– Озон, – ответила она. – Но не такой, как у Алекса. Тяжелый. Гнилой.

В ту же секунду реальность вокруг нас дрогнула. Это не было обычным землетрясением. Пространство заскрипело, словно старая ткань под напором огромной силы. Огромный стеклянный купол торгового центра внезапно покрылся сетью трещин, и свет ламп мигнул, сменяясь зловещим багровым сиянием.

– Врата! – выкрикнул кто-то из толпы.

Но это были не обычные врата. Прямо посреди атриума пространство разорвалось, образуя черную дыру, из которой повалил густой туман. Из этого тумана начали выходить существа, которых я не видел даже в самых темных глубинах подземелий — искаженные фигуры в латах, чьи доспехи казались сделанными из запекшейся крови.

Люди в панике бросились врассыпную. Крики, звон разбитого стекла и рев монстров слились в единую какофонию.

– Алекс, Миджун, защита гражданских! – скомандовал я, и мои тени мгновенно вырвались из-под ног, образуя живой щит вокруг ближайших людей.

– Наконец-то! – Алекс сорвал с себя школьный пиджак, оставаясь в одной футболке. Его руки мгновенно покрылись сетью пульсирующих черных молний. – Я уже заждался настоящего веселья!

Он сорвался с места, превратившись в черную вспышку. Первый же монстр, попытавшийся преградить ему путь, разлетелся на куски от мощного удара, подкрепленного разрядом в несколько миллионов вольт.

Миджун действовала иначе. Она не двигалась с места, но её тень растянулась по всему залу, и из неё начали выходить призрачные воины — её собственная армия, которую она взращивала втайне от меня. Она была тихой смертью, методично уничтожающей любого врага, посмевшего приблизиться к выходам.

Я хотел было вмешаться, но почувствовал мощный удар маны, направленный прямо в Юми. Я едва успел закрыть её собой, выставив руку. Магический заряд разбился о мою ладонь, разлетевшись искрами.

Из тумана вышел тот самый человек, о котором говорили дети. На нем был длинный серый плащ, а лицо скрывала тень, которую не мог пробить даже мой взгляд Монарха.

– Теневой Монарх, – прохрипел он. – Мы долго ждали момента, когда ты расслабишься. Твои дети — прекрасный трофей. Но сначала мы уничтожим то, что делает тебя слабым. Эту женщину.

Он вскинул руки, и вокруг него закружились лезвия из чистой тьмы.

– Ты совершил ошибку, придя сюда, – мой голос стал низким, вибрирующим от ярости. – И еще большую ошибку, заговорив о моей семье.

Я уже собирался призвать «Гнев Камиша», чтобы стереть этого наглеца в порошок, но вдруг почувствовал, как рука Юми легла мне на плечо.

– Джинву, постой, – тихо сказала она.

Я обернулся и замер. Юми не выглядела испуганной. Напротив, в её глазах, обычно нежных и любящих, сейчас полыхало нечто древнее и пугающее. Она медленно вышла вперед, убирая со лба непослушную прядь волос. Её движения были полны хищной грации.

– Ты думаешь, – Юми усмехнулась, глядя на незнакомца, – что я — его слабое место?

Она резко вскинула руку, и воздух вокруг неё буквально взорвался. Я в изумлении наблюдал, как её фигуру окутывают разряды молний — но не черных, как у Алекса, а ослепительно-белых, с голубым отливом. Её аура расширилась, заполняя пространство такой мощью, что даже монстры в атриуме на мгновение замерли.

– Юми? – вырвалось у меня.

Она бросила на меня короткий взгляд через плечо и подмигнула.

– Джинву, неужели ты думал, что наши дети — твоя полная копия? Откуда, по-твоему, у Алекса эта склонность к электричеству?

Она снова повернулась к врагу, и её лицо приняло выражение ледяного превосходства. Она выглядела чертовски сексуально и в то же время смертельно опасно.

– Я была сильнейшим стихийным магом своего поколения еще до того, как ты, жалкий прислужник пустоты, научился ползать, – произнесла она, и её голос зазвучал с силой грома.

Незнакомец в сером плаще, кажется, опешил. Он выпустил свои теневые лезвия, но Юми просто взмахнула рукой, и стена из белых молний испепелила их еще на подлете.

– Моя очередь, – прошептала она.

В следующее мгновение она исчезла. Скорость её перемещения была сопоставима с моим «Обменом тенями». Она возникла прямо перед врагом, и её кулак, окутанный ревущим пламенем и электричеством, врезался ему в грудь. Ударная волна выбила оставшиеся стекла в торговом центре.

Незнакомец отлетел назад, пробивая собой несколько витрин, но Юми не дала ему перевести дух. Она взмыла в воздух, её волосы развевались, а вокруг неё начали формироваться копья из чистого света.

– Алекс! – крикнула она, не оборачиваясь. – Покажи им, чему я тебя учила!

– С радостью, мам! – отозвался сын, который как раз расправился с десятком монстров.

Он прыгнул вверх, соединяя свои руки с руками матери. Черная молния Алекса и белая молния Юми сплелись в единый, чудовищный по силе поток энергии. Это был идеальный резонанс. Двое Монархов — один по крови, другая по духу и силе стихий — создали нечто, чего этот мир еще не видел.

Ослепительная вспышка поглотила атриум. Когда свет погас, от тумана и монстров не осталось и следа. Незнакомец в сером плаще лежал в руинах фонтана, его одежда дымилась, а маска была разбита.

Юми плавно опустилась на пол, слегка поправляя платье, словно только что закончила легкую прогулку, а не уничтожила армию из другого измерения. Она обернулась ко мне, тяжело дыша, на её щеках горел румянец, а глаза всё еще искрились остаточной энергией.

– Неплохо для «слабого места», правда? – она усмехнулась, вытирая небольшую царапину на руке.

Я подошел к ней, всё еще не в силах до конца осознать увиденное. Я знал, что Юми сильна, но это... это было за гранью понимания. Она была не просто магом. Она была стихией в человеческом обличье.

– Ты... ты никогда не показывала такой уровень силы, – я взял её за руки, чувствуя, как по моим пальцам пробегают легкие разряды.

– Ты не спрашивал, – она пожала плечами, и её взгляд снова стал мягким. – К тому же, рядом с тобой мне всегда хотелось быть просто женщиной, Джинву. Но если кто-то угрожает моей семье, я вспомню всё, чему меня учили в те годы, когда тебя еще не было рядом.

Миджун и Алекс подошли к нам. Алекс выглядел в восторге, он постоянно сжимал и разжимал кулаки, в которых всё еще потрескивало электричество.

– Мам, это было круто! Мы должны повторить этот прием с резонансом! – он так и светился гордостью.

Миджун же внимательно посмотрела на поверженного врага.

– Он еще жив, – заметила она. – Но его сила истощена. Игрис, взять его.

Тень рыцаря материализовалась у фонтана, мгновенно скручивая незнакомца.

– Мы допросим его позже, – я обнял Юми за плечи, притягивая её к себе. – Сейчас главное, что вы все целы.

Я посмотрел на свою жену. Она стояла рядом, такая маленькая по сравнению со мной, но я чувствовал исходящую от неё мощь. Она была моей равной. Не тенью, не дополнением, а полноценным партнером в этом безумном мире.

– Знаешь, – прошептал я ей на ухо, – ты выглядела невероятно горячо, когда убирала челку и выпускала эти молнии.

Юми тихо рассмеялась, прислонившись головой к моему плечу.

– Оставь эти комплименты для дома, Монарх. А сейчас нам нужно как-то объяснить Ассоциации, почему половина торгового центра превратилась в оплавленное стекло.

– Пусть этим занимаются адвокаты, – я махнул рукой. – У нас есть дела поважнее. Алекс, ты ведь хотел гитару?

– После такого боя? – Алекс усмехнулся. – Пап, теперь я хочу две гитары. И огромный бургер.

Мы начали выходить из разрушенного атриума. Люди вокруг смотрели на нас с благоговейным ужасом и восхищением. Семья Сон Джинву официально заявила о себе. И если раньше мир знал только о силе Теневого Монарха, то сегодня он узнал о женщине, которая стоит рядом с ним, и о детях, которые несут в себе мощь двух великих начал.

Я шел, чувствуя тепло руки Юми в своей ладони. Моя спина всё еще хранила следы её страсти, а мое сердце — осознание того, что я нашел не просто любовь, а свою истинную судьбу. Мы были семьей Монархов. И горе тем, кто решит, что мы — легкая добыча.

– Джинву, – Юми вдруг остановилась и посмотрела на меня с серьезным выражением лица.

– Что такое?

– Тот человек... перед тем как я его ударила, он успел прошептать одно имя.

– Какое? – я напрягся.

– Сухо, – выдохнула она. – Он сказал, что Сухо — ключ к чему-то большему.

Я почувствовал, как внутри меня снова зашевелилась тьма. Сухо. Мой младший сын, который сейчас был так далеко от нас. Если враги нацелились на него, значит, наше воссоединение было лишь прелюдией к настоящей буре.

– Значит, пришло время забрать Сухо домой, – твердо произнес я. – Хчет он того или нет, он — один из нас. И я не позволю никому использовать его в своих играх.

Юми кивнула, и в её глазах снова промелькнули белые молнии.

– Мы защитим его, Джинву. Все вместе.

Мы вышли на улицу, где уже выли сирены полиции и вертолеты Ассоциации кружили над зданием. Но для нас это был лишь фон. Мы были вместе. И это была единственная сила, которая действительно имела значение в этом мире теней и света.

Алекс и Миджун шли впереди, споря о чем-то своем, и в их движениях я видел будущее этого мира. Мира, который нам предстояло защитить. И я знал, что с Юми на моей стороне, я справлюсь с любой угрозой, будь то боги, правители или сама судьба.

– Пойдем, – я обнял её крепче. – Нас ждет долгий разговор. И, кажется, очень много выпечки, чтобы загладить вину перед детьми за сорванный поход по магазинам.

Юми улыбнулась, и эта улыбка была ярче любого солнца.

– Я испеку твой любимый шоколадный торт, Джинву. Но сначала... – она вдруг остановилась и потянула меня за галстук, заставляя наклониться. – Ты должен пообещать мне одну вещь.

– Какую?

– Больше никаких секретов. Мы — команда. До конца.

– До самого конца, – ответил я и поцеловал её на глазах у всего Сеула, запечатывая этот договор силой двух сердец, которые больше никогда не будут биться врозь.