← Назад к обзору

Пустота

Нити кукловода

Боль была не просто физической. Она была невозможной. Для существа, чьё тело состояло из застывших чернил и магии, лишенной ядра, само понятие «сердечная боль» всегда было лишь метафорой, почерпнутой из чужих историй. Но сейчас Инк рухнул на колени посреди Дудл-сферы, и его крик, пронзительный и надрывный, эхом разнесся между парящими листами миров.

Всё произошло в одно мгновение. Золотистое сияние желтой краски в его глазах вдруг подернулось серой дымкой. Флаконы на поясе потемнели, словно жидкость внутри превратилась в деготь. А в центре груди, там, где всегда зияла пустота, начало пульсировать нечто раскаленное.

– Что... что это... – Инк судорожно вцепился пальцами в одежду, пытаясь вырвать, выкорчевать это чувство.

Из его грудной клетки медленно пробилось свечение. Это не было похоже на обычные монструозные души. Это было человеческое сердце, но изломанное, окутанное черными шипами и дрожащее от невыносимого давления. Душа вернулась. Но она не принесла с собой полноту жизни — она принесла агонию.

– Нравится? – Голос прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно.

Инк поднял голову, его зрачки сузились до крошечных белых точек. Перед ним, прямо в воздухе, соткалась фигура. Это был человек, но его лицо было полностью скрыто густой, шевелящейся чернотой, напоминающей нефть или сырые чернила. От фигуры тянулись тонкие, почти невидимые нити, которые впивались прямо в новую, кровоточащую душу Инка.

– Ты... кто ты? – Инк попытался вскочить, но его тело не послушалось. Руки и ноги дернулись в неестественном ритме, словно он превратился в одну из марионеток Эррора.

– Я — тот, кто наводит порядок, – фигура сделала шаг вперед. – Ты слишком долго был пустым, Инк. Ты привык имитировать чувства. Я вернул тебе способность чувствовать по-настоящему. И первое, что ты почувствуешь, — это полное подчинение.

В этот момент пространство Дудл-сферы прорезал портал. Кросс шагнул наружу, поправляя свой тяжелый плащ. У них с Инком была запланирована встреча — они собирались обсудить странные энергетические всплески в X-Tale, которые мешали восстановлению его мира.

– Инк, ты опоздал на пятнадцать минут, я уже думал... – Кросс осекся, увидев распростертого на земле художника. – Инк?!

Он мгновенно выхватил свой гигантский нож, принимая боевую стойку. Его взгляд метался от Инка к странному существу с черным лицом.

– Отойди от него! – рявкнул Кросс, чувствуя, как внутри него заворочался Чара, посылая сигналы тревоги.

Инк медленно поднялся. Его движения были рваными, механическими. Он повернул голову к Кроссу, и тот вздрогнул. Лицо Инка было застывшей маской безразличия, но из его глаз катились слезы. Крупные, прозрачные капли прокладывали дорожки по чернильным пятнам на щеках.

– Убирайся отсюда, Кросс, – голос Инка был холодным и полным яда. – Ты — очередная ошибка, паразит на теле мультивселенной. Твой мир мертв, и тебе стоило остаться в могиле вместе с ним.

Кросс застыл, ошеломленный. Инк никогда так не разговаривал. Даже в свои худшие дни без красок он был апатичен, но не жесток.

– Инк, что ты несешь? – Кросс сделал шаг вперед, протягивая руку. – Тебе плохо, я вижу. Это существо... оно что-то делает с тобой!

– Мне никогда не было так хорошо, – продолжал Инк, в то время как его плечи мелко дрожали, а всхлипы становились всё громче, полностью противореча его словам. – Я наконец-то вижу правду. Ты и твоя «семья» — просто мусор, который я по ошибке защищал. Я жалею о каждом потраченном на тебя мазке краски.

– Замолчи! – Кросс видел, как Инк борется. Как его пальцы пытаются сжаться в кулаки, но нити кукловода заставляют их оставаться раскрытыми. – Инк, посмотри на меня! Ты плачешь! Твои слова — ложь!

– Плачу? – Инк издал резкий, лающий смех, переходящий в рыдание. – Это просто лишняя жидкость в системе. Я ненавижу тебя, Кросс. Я ненавижу всех вас. Вы — бремя, которое я больше не хочу нести. Пошел прочь, пока я не стер твой жалкий код окончательно.

Человек с черным лицом довольно склонил голову набок. Его пальцы шевелились, перебирая невидимые струны, и Инк, словно ведомый чужой волей, поднял Бруми. Кисть вспыхнула агрессивным, багровым светом.

– Я сказал... уходи... – прошептал Инк, и на этот раз его голос сорвался. В его глазах на мгновение мелькнул ужас. – Пожалуйста... Кросс... беги...

– Никуда я не уйду! – Кросс бросился вперед, занося нож для блокирующего удара, но Инк был быстрее.

Неестественная скорость, продиктованная кукловодом, сделала его движения смертоносными. Бруми врезалась в лезвие ножа Кросса с такой силой, что того отбросило назад на несколько метров.

– Ты не понимаешь, – проскрежетал Инк, его лицо исказилось в гримасе боли. – Он... он внутри. Он держит моё сердце. Кросс, оно болит... так болит...

– Хватит болтать, марионетка, – холодно произнес человек в черном. – Убей его. Очисти это место от первой ошибки.

Инк снова замахнулся, но в этот момент пространство за его спиной разорвалось каскадом синих нитей и помех.

– О, я смотрю, здесь вечеринка, а меня не пригласили? – Голос Эррора был полон статических разрядов.

Разрушитель шагнул из портала, и его желтые зрачки мгновенно зафиксировались на фигуре кукловода. Он замер, и количество ошибок на его одежде резко возросло.

– Ты... – Эррор сузил глаза. – Я помню этот запах кода. Ты — то самое «ничто», которое пыталось залезть ко мне в голову.

– Ошибочка... – Инк повернулся к нему, его лицо было мокрым от слез, но губы растянулись в издевательской ухмылке. – Пришел посмотреть, как твой «коллега» наконец-то занялся делом?

Эррор проигнорировал слова Инка. Он видел нити. Он видел душу, бьющуюся в тисках черных шипов. Его самого называли кукловодом, но то, что он видел сейчас, вызывало у него отвращение.

– Эй, ты, кусок пустоты, – Эррор направил руку на человека с черным лицом. – В этой Мультивселенной только один монстр имеет право дергать за ниточки. И это не ты.

– Ты опоздал, Разрушитель, – спокойно ответил человек. – Хранитель уже принадлежит мне. Его душа вернулась, чтобы стать его клеткой. Теперь он будет разрушать то, что создал, а ты... ты просто исчезнешь, так как твоя функция больше не нужна.

– Моя функция — делать то, что я хочу, – прорычал Эррор. – Кросс! Хватай радужного придурка и не давай ему двигаться!

– Легко сказать! – Кросс едва уклонился от очередного мазка чернил, которые теперь разъедали саму ткань Дудл-сферы. – Он дерется как одержимый!

Эррор не стал ждать. Он выбросил вперед свои синие нити, пытаясь перехватить контроль, но к его удивлению, они просто прошли сквозь тело человека с черным лицом, не встретив сопротивления.

– У него нет кода! – крикнул Эррор, уворачиваясь от атаки Инка. – Он вне системы!

Инк в это время продолжал свою жуткую тираду, прерываемую рыданиями.

– Вы все... такие жалкие... почему вы просто не умрете? – Инк ударил кистью об землю, создавая волну чернильных шипов. – Эррор, ты — всего лишь глитч, который возомнил себя богом! Ты одинок, и ты умрешь в одиночестве!

– Заткнись, Инк! – Эррор переместился ему за спину, пытаясь обхватить его за плечи. – Я знаю, что это не ты говоришь! Пей свою чертову краску!

– Я не могу! – закричал Инк, и этот крик был его собственным. – Он заблокировал флаконы! Эррор, душа... она слишком тяжелая! Я не хочу чувствовать... я не хочу!

Человек с черным лицом поднял руку, и нити, ведущие к Инку, натянулись до предела. Художник выгнулся в неестественной позе, его кости громко хрустнули.

– Пора заканчивать этот фарс, – произнес кукловод. – Инк, уничтожь Дудл-сферу. Начни с центральных островов.

– Нет... нет, пожалуйста... – Инк вцепился в Бруми, пытаясь удержать её, но его руки сами собой начали рисовать огромный символ стирания.

Кросс бросился вперед, пытаясь перехватить кисть, но Инк оттолкнул его мощным импульсом магии. Кровь (или то, что её заменяло у Кросса) брызнула на белую поверхность пола.

– Кросс! – Инк зарыдал еще сильнее, его зрачки судорожно меняли форму. – Прости... прости меня... я не хочу этого говорить... я не хочу этого делать...

Эррор понял, что стандартные методы не помогут. Если у врага нет кода, нужно бить по связи.

– Инк! – Эррор переместился прямо перед ним, игнорируя опасность быть стертым. – Посмотри на меня, ты, радужный мусор!

Инк поднял на него глаза, полные отчаяния.

– Ты всегда говорил, что я — ошибка, – Эррор схватил его за воротник, как тогда в Оутертейле. – Так будь же самой большой ошибкой в его плане! Если он вернул тебе душу, значит, теперь у тебя есть то, что можно использовать против него! Душа — это не только боль, это сила, идиот!

– Я... я не умею... – прохрипел Инк.

– Умей! – Эррор прижал свою ладонь прямо к пульсирующему свету в груди Инка. – Я дам тебе импульс. Короткое замыкание. Это будет больно, но это сожжет его нити.

– Эррор, ты сгоришь сам! – крикнул Кросс, поднимаясь с земли. – Твой уровень глитчей зашкаливает!

– Плевать! – Эррор оскалился, его тело начало мигать красными надписями «WARNING». – Давай, Инк! Вспомни всё то дерьмо, которое мы пережили! Вспомни, как ты бесил меня своими рисунками! Используй это!

Инк закричал, когда энергия Эррора столкнулась с черными шипами на его душе. Это был хаос — чистое разрушение, встретившееся с чистой болью. Человек с черным лицом впервые проявил беспокойство. Его фигура начала мерцать.

– Глупцы... вы разрушите себя вместе с ним... – прошипел он.

– Зато мы заберем тебя с собой! – выдохнул Инк.

Вспышка была такой яркой, что Кросс был вынужден закрыть глаза. Мощная волна энергии пронеслась по Дудл-сфере, сбивая парящие острова и переворачивая всё вверх дном.

Когда свет погас, в центре воцарилась тишина.

Эррор лежал на спине, его тело всё еще искрило от перенапряжения. Инк сидел рядом, тяжело дыша. Душа в его груди всё еще была там, но черные нити исчезли, оставив лишь тусклое, неровное свечение. Человек с черным лицом пропал, словно его никогда и не было.

Кросс медленно подошел к ним, опираясь на свой нож.

– Он... ушел?

– Сбежал, – буркнул Эррор, с трудом садясь. – Но он вернется. Этот ублюдок только что объявил нам войну.

Инк молчал. Он смотрел на свои руки, которые больше не дрожали. Слезы высохли, оставив грязные разводы на лице. Он медленно прикоснулся к своей груди.

– Она всё еще здесь, – прошептал он. – Душа. Она настоящая.

– И как ощущения? – спросил Кросс, с опаской глядя на друга.

Инк поднял на него взгляд. Его зрачки стали обычными белыми кругами.

– Это ужасно, – честно ответил он. – Я чувствую вину. За всё, что я сказал тебе, Кросс. За всё, что я делал все эти годы. Это... это слишком много для одного раза.

Эррор фыркнул, пытаясь привести в порядок свою одежду.

– Добро пожаловать в мир живых, аномалия. Здесь всегда паршиво.

Инк слабо улыбнулся и вдруг, ко всеобщему шоку, потянулся к Эррору и крепко обнял его.

– ЭЙ! – Эррор мгновенно заглючил, его тело покрылось надписями «CRITICAL ERROR». – УБЕРИ... РУКИ... ТЫ... КРАСОЧНЫЙ... ПСИХ...

– Спасибо, Эррор, – прошептал Инк, не отпуская его. – Ты не дал мне исчезнуть.

Кросс, глядя на эту сцену, не смог сдержать короткого смешка, несмотря на раны.

– Кажется, Мультивселенная только что стала еще более странным местом, – заметил он.

– Она стала опасным местом, – Инк наконец отпустил Эррора, который выглядел так, будто готов был упасть в обморок от контакта. – Тот человек... он сказал, что я — первая мишень. Он хочет «очистить» всё. И если он смог вернуть мне душу, чтобы сломать меня, кто знает, что он сделает с остальными.

Инк поднялся, подбирая Бруми. Его взгляд стал твердым. Теперь в нем была не только краска, но и нечто более глубокое — решимость существа, которому вернули право чувствовать.

– Нам нужно собрать всех, – сказал Инк. – Найтмера, Дрима, всех, кто может сражаться. Тишина наступает, Эррор. И на этот раз нам придется защищать не только АУ, но и самих себя.

Эррор, всё еще приходя в себя после «атаки объятиями», поднялся и открыл портал в Анти-пустоту.

– Делай что хочешь, Инк. Но если ты еще раз попробуешь меня обнять, я сам вырву твою новую душу и скормлю её собакам из Underfell.

Но прежде чем шагнуть в портал, Разрушитель на мгновение обернулся.

– И... не забудь выпить краску. Душа — это хорошо, но с твоими мозгами лучше иметь страховку.

Портал закрылся. Инк посмотрел на Кросса.

– Ну что, пойдем искать Найтмера? Думаю, он будет «в восторге» от идеи работать вместе.

Кросс вздохнул, убирая нож.

– После того, что я сегодня видел, меня уже ничего не удивит. Идем, Хранитель. Кажется, наша настоящая история только начинается.

Инк кивнул, бросив последний взгляд на пустой лист в своем блокноте. Теперь он знал, что на нем написать. И это были не слова о тишине. Это был план битвы за саму жизнь.