Раскол семтей сон
Предел божественного терпения
Мы вернулись в наш пустой особняк. Тишина, которая раньше казалась мне признаком величия и покоя, теперь давила на плечи, словно гранитная плита. Я сидел в своем кабинете, не включая свет. Серые глаза, которые люди сравнивали с грозовой тучей, сейчас видели лишь бесконечную тьму.
– Система, – позвал я охрипшим голосом.
Перед глазами всплыло знакомое полупрозрачное окно. Я не обращался к ней за анализом противников уже очень давно. Зачем? В этом мире не осталось никого, кто мог бы бросить мне вызов. Но Юки... Юки был другим.
– Проведи анализ боевого столкновения. Сон Джинву против Сон Юки. Вероятность победы.
Колесико загрузки вращалось несколько секунд, которые показались мне вечностью. Затем раздался системный звук, и текст окрасился в тревожный красный цвет.
[Внимание! Анализ завершен.] [Объект: Сон Юки. Статус: Носитель Первородного Хаоса.] [Вероятность победы Сон Джинву: 0,0001%] [Результат столкновения: Смерть Сон Джинву с вероятностью 99,9%.] [Примечание: Сила противника не черпается из мира мертвых. Она является источником жизни и разрушения одновременно. Теневой Монарх является производной силой, в то время как Сон Юки — фундаментальной.]
Я закрыл лицо руками. Смех, горький и хриплый, вырвался из моей груди. Я — Теневой Монарх, защитник Земли, тот, кто стер с лица земли монархов и правителей, — оказался бессилен перед младшим братом, который просто хотел жить. Система не лгала. Я и сам почувствовал это там, у храма. Когда Юки направил на нас свой пистолет, реальность вокруг него не просто дрожала — она подчинялась ему.
Внезапно дверь кабинета распахнулась. В комнату ворвалась Хэ Ин. Ее лицо было бледным, глаза горели фанатичным огнем, а на щеке все еще алел след от пули Юки. Она была похожа на раненого зверя, который потерял рассудок от боли и унижения.
– Ты сидишь здесь?! – закричала она, ударив кулаком по моему дубовому столу. – Ты видел, что он сделал?! Он поднял руку на меня! Он украл нашего сына! Джинву, ты — величайший охотник, ты бог этого мира! Почему ты не раздавил его как насекомое?!
– Хэ Ин, успокойся, – устало произнес я, не поднимая головы. – Ты не понимаешь, с чем мы столкнулись.
– Нет, это ты не понимаешь! – Она сорвалась на визг. – Мой статус, имидж нашей семьи, всё, что мы строили семнадцать лет, превратилось в прах из-за этого татуированного урода! Я уничтожу его. Я соберу лучших охотников S-ранга, я задействую все ресурсы Ассоциации. Если ты трус и не можешь защитить свою жену, я сделаю это сама! Я сотру его в порошок, я выжгу этот его «храм» до основания, а эту его синеволосую подстилку...
Она не успела закончить.
Тень в углу кабинета внезапно стала густой, как смола. Она забурлила, и из нее начало подниматься нечто, что не принадлежало моей армии. Это было существо, лишенное четкой формы, состоящее из переплетенных черных лиан и пульсирующего лазурного света.
Прежде чем я успел среагировать, существо метнулось вперед. Тонкая, но невероятно прочная плеть-рука обхватила горло Хэ Ин, пригвоздив ее к стене.
– Грязная женщина, – голос существа был подобен скрежету камней. В нем не было ни капли человеческого, только холодная, древняя ярость. – Ты смеешь открывать свой рот, чтобы изрыгать яд в сторону моего Короля?
Хэ Ин хрипела, ее ноги беспорядочно сучили по воздуху, а руки тщетно пытались разжать хватку на горле. Я вскочил, призывая силу, но существо лишь слегка повернуло голову в мою сторону.
– Сядь, Монарх, – скомандовало оно. – Даже ты уже понял: если ты пойдешь против моего Короля, ты умрешь. Ты мудр в своем страхе, но эта... эта тупица не осознает сути.
– Кто ты? – выдохнул я, чувствуя, как моя собственная сила подавляется присутствием этого существа.
– Я — тень той, кто хранит покой Юки-самы, – существо чуть ослабило хватку, позволяя Хэ Ин сделать судорожный вдох. – Моя Госпожа, Касуми, приказала усмирить вас. Она не любит насилие, но она не потерпит, если кто-то посмеет угрожать ее мужу или детям. Она видит ваши мысли, женщина. Она знает о каждом твоем плане мести.
Существо приблизило свою безликую маску к лицу Хэ Ин.
– Моя Госпожа приказала передать: если вы еще раз помыслите о вреде ее семье, она начнет ваше перевоспитание. И начнет она с самого ценного, что у вас есть — с вашей силы, которой вы так кичитесь.
В этот момент из тела существа вырвались тонкие светящиеся нити. Они проникли в грудь Хэ Ин, и она вскрикнула от боли, которая, казалось, разрывала ее душу.
– Ваша мана заблокирована на один месяц, – холодно произнесло существо. – Вы теперь не сильнее обычного человека. Это первый урок.
Хэ Ин обмякла в хватке, ее глаза расширились от ужаса. Она пыталась что-то сказать, но существо внезапно выкинуло вперед еще одно щупальце, которое проникло ей прямо в рот, заставляя замолчать.
– Если ты еще раз откроешь свой грязный рот, чтобы оскорбить Короля или Госпожу, мне приказано вырвать тебе язык, – прошипело оно. – Начните быть людьми. Начните быть родителями. Только тогда у вас появится право на разговор. Ваш срок — месяц. Не пытайтесь бороться, иначе вас уничтожат.
Существо резко разжало хватку. Хэ Ин мешком рухнула на ковер, судорожно хватаясь за горло и кашляя. Она попыталась призвать свой меч, но ничего не произошло. Ее внутренняя энергия, та мощь S-ранга, которой она так гордилась, исчезла, оставив после себя лишь звенящую пустоту.
Существо медленно повернулось ко мне.
– Сон Джинву. Мой Король всё еще помнит, что ты его брат. Не заставляй его забыть об этом окончательно. Позаботься о своей женщине, пока она не навлекла на вас окончательную погибель.
С этими словами существо растворилось в воздухе, оставив после себя лишь слабый запах озона и лепестков сакуры.
В кабинете воцарилась тишина. Хэ Ин рыдала на полу, содрогаясь всем телом. Она выглядела жалкой — без своей силы, без своего статуса, просто напуганная женщина в дорогом платье.
Я подошел к ней и присел на корточки.
– Слышала? – тихо спросил я.
– Джинву... – она подняла на меня глаза, полные слез. – Моя мана... я ничего не чувствую... Сделай что-нибудь! Ты же Монарх!
Я покачал head.
– Я ничего не могу сделать, Хэ Ин. Сила, которая это сделала, стоит выше меня. Выше Системы. Выше всего, что мы знаем.
Я встал и подошел к окну. Дождь закончился, и на небе начали проступать звезды. Где-то там, в скрытом от глаз мире, мой сын сейчас спал спокойно, не боясь завтрашнего дня. Мои родители обрели внуков, о которых мечтали. А мой брат... мой брат оказался единственным из нас, кто действительно понял правила этой игры под названием «жизнь».
– У нас есть месяц, – сказал я, глядя на свое отражение в стекле. – Месяц на то, чтобы понять, как мы стали теми, кого собственные дети боятся больше, чем монстров из разломов.
– Ты защищаешь его... – прохрипела Хэ Ин, поднимаясь с ковра.
– Я защищаю нас, – отрезал я. – Если ты не замолчишь, в следующий раз они не ограничатся блокировкой маны. Юки не шутил. И его жена — тем более.
Я вышел из кабинета, оставив Хэ Ин одну в темноте. Мне нужно было время. Мне нужно было подумать. Впервые за долгие годы я чувствовал себя не всемогущим правителем теней, а просто человеком, который совершил огромную ошибку.
Я прошел в комнату Сухо. Там всё оставалось нетронутым: идеально заправленная постель, учебники по этикету, награды за фехтование. Всё это теперь казалось мне мусором. Я взял с полки его фотографию, где он, десятилетний, стоит рядом с матерью. Он не улыбался. Он смотрел в камеру так, словно ждал команды «вольно».
– Прости меня, Сухо, – прошептал я, прижимая фото к груди.
Где-то в глубине моего сознания Бер издал тихий, сочувствующий звук. Мои тени тоже чувствовали это. Мы все проиграли эту битву. Но, возможно, это поражение было единственным способом начать настоящую войну — войну за наши души.
Месяц. У нас был ровно месяц, чтобы научиться быть семьей, а не организацией. И я знал, что если мы не справимся, Юки закроет двери своего храма навсегда. И тогда Теневой Монарх останется один в своем вечном, холодном царстве.
Я сел на кровать сына и впервые за семнадцать лет позволил себе просто смотреть в окно, не думая о рангах, угрозах и спасении мира. Я смотрел на луну и надеялся, что Юки видит ту же самую луну. И что когда-нибудь мы сможем смотреть на нее вместе, без мечей в руках и ненависти в сердцах.
Но пока... пока в моем доме царил вкус пепла и горькое осознание того, что боги тоже могут быть нищими. Нищими духом.
– Игрит, – позвал я своего самого верного рыцаря.
Тень проявилась рядом, склонив голову в безмолвном поклоне.
– Охраняй Хэ Ин. Не дай ей сделать глупость. И... не подпускай ее к средствам связи. Нам не нужна война с тем, кого нельзя победить.
Рыцарь кивнул и растворился во тьме. Я остался один в комнате сына, вслушиваясь в тишину, которая теперь не пугала, а заставляла задуматься. Буря Юки прошла, оставив после себя руины нашей гордости. И на этих руинах нам предстояло либо построить нечто новое, либо окончательно исчезнуть в тени прошлого.