← Назад к обзору

разбитые сердца

Призраки прошлого и тупик настоящего

– Сокка прав, – голос Аанга прозвучал надтреснуто, когда эхо от захлопнувшихся дверей наконец затихло. – Мы не можем просто разойтись по своим комнатам и сделать вид, что завтра снова будем вместе обсуждать налоги на импорт чая.

Катара стояла у окна, обхватив себя руками за плечи, словно ей было внезапно холодно в разгаре лета. Она видела внизу, во дворе резиденции, две фигурки: Зуко шел стремительно, его плащ развевался на ветру, а Юми едва поспевала за ним, но не отпускала его локоть. Они не оглядывались.

– Сокка всегда прав, когда дело касается тактики, – горько отозвалась она, не поворачиваясь. – Но это не война, Аанг. Здесь нет карт, нет диспозиций. Здесь только мы. И то, что мы натворили.

Сокка, всё еще сидевший в своем кресле, тяжело вздохнул и поднялся. Он подошел к сестре и положил руку ей на плечо, а второй рукой поманил Аанга.

– Послушайте меня оба. Я не просто так влез в этот скандал. Я видел, как вы четверо мучаете друг друга месяцами, если не годами. Юми права в одном: вы создали вокруг себя кокон, в который ни Зуко, ни она так и не смогли пробиться.

– Мы не хотели никого обижать, – прошептал Аанг, опускаясь на скамью и закрывая лицо руками. – Мы просто... мы прошли через такое, чего им не понять. Мы — семья.

– Семья не заставляет своих партнеров чувствовать себя лишними на празднике жизни, – отрезал Сокка. – У вас есть два пути, и решить нужно прямо сейчас, пока Юми и Зуко не уплыли на первом же корабле в Страну Огня. Либо вы признаете, что ваша «дружба» — это на самом деле любовь, и тогда вы отпускаете их навсегда, давая им шанс найти счастье без вас. Либо вы ставите четкую границу. Никаких ночных прогулок вдвоем, никаких секретов, никаких «ты мне как сестра». Вы становитесь просто соратниками по совету, а всё свое сердце отдаете тем, кто выбрал вас.

Сокка замолчал, давая словам осесть. Он посмотрел на Катару, затем на Аанга.

– Я оставлю вас. Поговорите. И не смейте выходить из этого зала, пока не решите, кто вы друг другу. Потому что завтра... завтра город может проснуться без Хозяина Огня и без Аватара, если вы продолжите эту игру.

Сокка вышел, прикрыв за собой дверь с непривычной для него серьезностью. В зале воцарилась тишина, прерываемая лишь мерным плеском фонтана.

Катара наконец обернулась. Ее глаза были красными от слез, но взгляд стал пугающе ясным.

– Он прав, Аанг. Мы дошли до края. Зуко... он никогда не прощал предательства. А то, что он сделал с Юми на балконе... это был не просто поцелуй. Это был крик о помощи. Он нашел в ней то, чего не давала ему я — понимание того, как это, когда тебя не замечают.

– Я люблю Юми, – быстро сказал Аанг, словно пытаясь убедить в этом самого себя. – Она красивая, она сильная, она была рядом, когда мне было хуже всего. Когда я просыпался от кошмаров о народе Воздуха, она сидела со мной до рассвета.

– Но о ком ты думал в первую очередь, когда просыпался? – тихо спросила Катара, подходя ближе. – Чье имя первым срывалось с твоих губ?

Аанг промолчал. Его пальцы судорожно сжали край одежды.

– Когда мы были в пустыне, когда мы были в тюрьмах Народа Огня, когда мы стояли против Азулы... – Катара сделала еще шаг, и теперь их разделяло всего лишь расстояние вытянутой руки. – Мы всегда были друг у друга. И когда война закончилась, мы испугались. Испугались, что если мы станем парой, то потеряем ту чистоту, которая была между нами. Мы решили, что «дружба» — это безопаснее. Что так мы не разобьем друг другу сердца.

– И в итоге разбили сердца другим, – закончил за нее Аанг. Он поднял голову и посмотрел на Катару. – Ты любишь Зуко?

Катара замерла. Она вспомнила их вечера в саду, его попытки быть нежным, его неуклюжие подарки и то, как он старался соответствовать ее идеалам.

– Зуко — замечательный человек. Он благороден и предан. Но каждый раз, когда он обнимал меня, я ловила себя на мысли, что жду твоего смеха за спиной. Каждый раз, когда мы планировали свадьбу, я чувствовала, как внутри всё сжимается. Не от радости, Аанг. От страха, что это навсегда отрежет меня от тебя.

– Значит, мы лгали себе три года? – Аанг встал, его голос окреп. – Три года мы строили этот город, строили отношения с другими, чтобы просто убежать от того, что произошло в день прилета кометы? Тот поцелуй после победы... мы ведь тогда всё решили. Почему мы отступили?

– Потому что мир ждал от нас подвигов, а не любви, – Катара горько усмехнулась. – Аватар и маг воды, восстанавливающая мир. Нам казалось, что наши чувства — это слишком мелко для того огромного дела, которое мы начали. И мы решили быть «взрослыми». Мы решили, что Зуко и Юми — это правильный выбор. Стабильный. Логичный.

Аанг подошел к окну и посмотрел на залив. Город, который они создали, был памятником их единству. Но какой ценой?

– Юми... она ведь действительно любила меня. Без остатка. Она маг огня с душой мага воды — такая же глубокая и иногда пугающая. Она видела меня насквозь. Она знала, что я лгу, даже когда я сам в это верил.

– И Зуко знал, – добавила Катара. – Он просто ждал, когда я выберу его окончательно. Но я так и не смогла.

Она подошла к Аангу со спины и осторожно коснулась его руки.

– Мы не можем вернуться в прошлое, Аанг. Мы не можем стереть ту боль, которую причинили им сегодня. Зуко и Юми... они сейчас вместе, потому что они единственные, кто понимает эту боль. Мы толкнули их в объятия друг друга.

Аанг обернулся, его лицо было серьезным, как никогда раньше. В нем больше не было того мальчика, который прятался от ответственности.

– Мы должны сделать выбор, Катара. Прямо сейчас. Если мы пойдем за ними и будем просить прощения, мы должны будем навсегда отказаться от того, что между нами. Мы должны будем стать теми самыми «просто друзьями», о которых мы твердили. По-настоящему. Больше никаких долгих взглядов, никаких прикосновений. Только работа. Ты сможешь так жить? Видеть меня каждый день и знать, что я принадлежу Юми, а ты — Зуко?

Катара закрыла глаза. Перед ее мысленным взором пронеслись годы их путешествий. Полет на Аппе, тренировки в северном племени, танец в пещере...

– Нет, – прошептала она. – Я пыталась три года. И я чуть не сошла с ума.

– Я тоже не смогу, – Аанг взял ее за руки, его ладони были теплыми. – Это нечестно по отношению к ним. Юми заслуживает того, кто будет видеть только ее. Зуко заслуживает женщину, для которой он будет первым и единственным. Если мы вернемся к ним сейчас из жалости или чувства долга, мы совершим еще большее преступление.

– Значит... – Катара подняла на него глаза, полные надежды и страха.

– Значит, мы должны их отпустить, – твердо сказал Аанг. – Мы должны признать поражение в нашей лжи. Мы потеряли их как партнеров, и, возможно, мы потеряли их как друзей на долгие годы. Это цена нашего эгоизма.

Катара всхлипнула и прижалась лбом к его плечу.

– Это так больно, Аанг. Я чувствую себя ужасным человеком.

– Мы и есть ужасные люди, – Аанг обнял ее, крепко прижимая к себе. – Мы разбили сердца двум лучшим людям, которых знали. И нам придется жить с этим грузом. Но если мы продолжим лгать, мы разобьем еще и свои сердца. А миру нужен Аватар, который целостен, а не расколот на куски.

Они стояли так долго, слушая дыхание друг друга. В этом объятии не было былой легкости, оно было тяжелым, пропитанным виной и осознанием потери. Но в то же время это было первое честное мгновение за последние три года.

– Что нам делать дальше? – спросила Катара, отстраняясь и вытирая слезы.

– Сначала — найти их, – Аанг выпрямился. – Не для того, чтобы просить вернуться. А для того, чтобы сказать правду. Без оправданий. Без «мы просто друзья». Мы должны сказать им, что мы любим друг друга, и попросить прощения за то, что использовали их как щиты от собственных чувств.

– Зуко не захочет нас слушать.

– Он Хозяин Огня, Катара. Он поймет честь правды, какой бы горькой она ни была. А Юми... Юми заслуживает того, чтобы услышать это в лицо, а не догадываться в тени балконов.

Они вышли из зала вместе. Сокка сидел на ступенях лестницы, подбрасывая в руке бумеранг. Увидев их лица — заплаканные, но решительные — он медленно поднялся.

– Ну? – коротко спросил он.

– Мы идем к ним, Сокка, – ответил Аанг. – Чтобы всё закончить.

– Или начать, – Сокка вздохнул, убирая бумеранг. – Я не буду говорить, что я рад за вас, потому что то, что вы устроили — это катастрофа мирового масштаба. Но я рад, что вы перестали быть трусами.

– Где они? – спросила Катара.

– В западном крыле. Собирают вещи. Зуко приказал готовить свой корабль к отплытию на закате. Юми... она попросила приготовить ей комнату в посольстве Народа Огня. Кажется, она не собирается возвращаться в твой дом, Аанг.

Аанг кивнул, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли. Юми. Его тихая Юми, которая так любила цветы в их маленьком саду.

– Спасибо, Сокка.

Они направились к западному крылу. Каждый шаг давался с трудом. Величественные коридоры резиденции, которые раньше казались символом триумфа, теперь давили своей пустотой.

У дверей комнаты Зуко они остановились. Оттуда доносились приглушенные голоса.

– ...я не хочу возвращаться в ту пустую квартиру, Зуко, – голос Юми был хриплым. – Там всё напоминает о его обещаниях. О том, как он говорил, что я — его будущее.

– Ты можешь поехать со мной в столицу, – ответил Зуко. Его голос был ровным, но в нем слышалась сталь. – Мне нужен кто-то, кто понимает, что такое предательство. Мы построим новую жизнь. Без Аватара. Без магов воды. Только мы и пламя.

Аанг толкнул дверь.

Зуко и Юми обернулись одновременно. Юми сидела на кровати, сжимая в руках ту самую металлическую флягу. Зуко стоял у сундука, его руки были заняты свитками. При виде вошедших его лицо превратилось в маску из холодного камня.

– Вы ошиблись дверью, – ледяным тоном произнес Хозяин Огня. – Здесь больше нет места для ваших оправданий.

– Мы пришли не оправдываться, Зуко, – Катара вышла вперед, ее голос дрожал, но она не отвела взгляда. – Мы пришли сказать правду. Ту самую, которую вы и так знали, но которую мы боялись произнести вслух.

Юми встала, ее голубые глаза сверкнули гневом.

– Какую еще правду? Что вы любите друг друга? Что мы были для вас просто удобными заменами? Мы это поняли вчера на балконе, когда вы стояли внизу и смотрели на нас так, будто мы совершили преступление, хотя преступление совершали вы каждый день нашего союза!

– Ты права, Юми, – Аанг сделал шаг к ней, но остановился, видя, как она напряглась. – Мы совершили ужасную ошибку. Мы пытались убежать от самих себя, используя вашу любовь как убежище. Это было эгоистично, подло и недостойно Аватара.

– О, так теперь мы заговорили о достоинстве? – Зуко бросил свитки на пол и подошел к Аангу вплотную. Он был чуть выше, и его ярость ощущалась физически, как жар от печи. – Ты мой лучший друг, Аанг. Я доверил тебе свою жизнь, я доверил тебе свою страну. И я доверил тебе женщину, которую любил больше жизни. А ты превратил ее жизнь в ожидание крох твоего внимания.

– Я знаю, Зуко. И я не прошу прощения, потому что такое нельзя простить просто так, – Аанг посмотрел ему прямо в глаза. – Мы пришли сказать, что мы больше не будем лгать. Мы с Катарой... мы решили быть вместе. По-настоящему.

Юми издала короткий, сухой смешок, который больше походил на всхлип.

– Как благородно. Решили они. А нас вы спросили? Что нам делать с теми годами, которые мы потратили на вас? С теми чувствами, которые вы растоптали?

– Вы должны ненавидеть нас, – тихо сказала Катара. – И вы имеете на это полное право. Мы уходим из ваших жизней как партнеры. Зуко, если ты захочешь разорвать дипломатические отношения, я пойму. Юми, если ты не захочешь больше никогда меня видеть...

– О, поверь, Катара, я не захочу, – Юми подошла к Зуко и взяла его за руку. Ее пальцы переплелись с его пальцами. – Но не думайте, что вы победили. Вы остались вдвоем, но вы остались с грузом того, что вы сделали. Каждый раз, когда вы будете целоваться, вы будете вспоминать это утро. Каждый раз, когда вы будете счастливы, вы будете видеть наши лица.

Зуко посмотрел на их переплетенные руки, затем на Аанга.

– Уходите, – сказал он негромко, но так, что спорить было невозможно. – Мой корабль отплывает через два часа. Юми едет со мной. В Республиканском городе останутся мои представители, но я лично не вернусь сюда, пока не буду уверен, что смогу смотреть на вас и не испытывать желания сжечь этот зал дотла.

Аанг кивнул. Он чувствовал, как между ними рушится мост, который они строили столько лет.

– Прощай, Зуко. Прощай, Юми.

Когда они с Катарой вышли в коридор, Юми вдруг выбежала вслед за ними. Она остановилась в нескольких шагах, ее фарфоровая кожа теперь казалась серой в тени коридора.

– Аанг! – крикнула она.

Он обернулся.

– Ты сказал, что я — твоя тихая гавань, – она смотрела на него с невыразимой грустью. – Но ты забыл, что в тихих гаванях случаются самые страшные штормы. Я больше не твоя тень. И когда-нибудь ты поймешь, что потерял не просто девушку, а единственного человека, который любил в тебе человека, а не Аватара.

Она развернулась и скрылась в комнате Зуко, громко захлопнув дверь.

Аанг и Катара остались одни в пустом коридоре. Солнце за окном клонилось к закату, окрашивая стены в кроваво-красный цвет.

– Ну вот и всё, – прошептала Катара, прислоняясь к стене. – Мы свободны.

– Свободны, – повторил Аанг, чувствуя, как по щеке катится слеза. – Но почему тогда кажется, что мы в самой тесной тюрьме в мире?

Он взял ее за руку, и они медленно пошли к выходу. Впереди была целая жизнь, полная свершений и любви, о которой они мечтали. Но за спиной оставались обломки двух жизней, которые они разрушили, пытаясь найти дорогу друг к другу.

Через два часа из порта Республиканского города вышел величественный корабль Народа Огня. На его корме, освещенные последними лучами солнца, стояли двое: маг огня с черными волосами и голубыми глазами и Хозяин Огня со шрамом, который больше не казался клеймом позора. Они не смотрели на удаляющийся берег. Они смотрели вперед, в океан, где начинался их собственный путь — путь двух раненых душ, решивших, что если мир не дал им любви, они создадут ее сами из пепла и стали.

А на балконе резиденции Аанг и Катара провожали взглядом дым из труб корабля. Они были вместе. Они были честны. Но в этот вечер в Республиканском городе никто не праздновал. Город огней погружался в сумерки, храня тайну четырех сердец, которые навсегда изменили историю, просто решив перестать лгать.