Родственная душа
Пульс бесконечности
Прошла всего неделя с того дня, как мой дом наполнился лазурным светом праздника, но мир вокруг меня изменился бесповоротно. Юми преподнесла мне подарок, который не сравнится ни с какими артефактами богов или сокровищами подземелий. Она беременна. Снова. Когда она прошептала мне об этом на рассвете, прижавшись щекой к моему плечу, я почувствовал, как сама Тень внутри меня замерла в благовейном трепете. Еще одна жизнь, в которой переплетутся наши стихии. Еще один повод защищать этот мир до последнего вздоха.
Сейчас она дома, в нашем убежище среди гор. Я чувствую её присутствие на краю сознания — спокойный, глубокий океан маны, в котором плещутся искры Хару и Мины. Дети в восторге от того, что у них будет братик или сестричка, а я... я до сих пор не могу стереть глупую улыбку с лица, даже когда нахожусь в центре Сеула.
Но долг не ждет. Сегодня мы с Алексом прибыли в Корею. Официально — для консультаций с Ассоциацией по поводу новых аномалий в глубоководных разломах. Неофициально — Алекс должен был завершить свои дела с «Небесными Королями», а я хотел лично убедиться, что барьеры вокруг полуострова выдержат растущее давление божественных врат.
Мы шли по коридору штаб-квартиры Ассоциации. Алекс изменился в ту же секунду, как мы пересекли порог портала. Исчез расслабленный парень, который воровал тосты с моей тарелки и шутил над моими кулинарными навыками. Перед сотрудниками Ассоциации предстал Небесный Король — Окумура Алекс. Его аура была настолько плотной и холодной, что охотники ранга S, попадавшиеся нам на пути, вжимались в стены, не в силах вынести давления. Его татуировки на открытых руках пульсировали ровным, безжалостным неоновым светом.
– Ты слишком нагнетаешь, – негромко заметил я, когда мы вошли в лифт. – Бедные клерки скоро начнут падать в обморок.
Алекс даже не повернул головы. Его взгляд, устремленный на зеркальные двери лифта, был пронзительным и чужим.
– В этом мире понимают только силу, Джинву, – отрезал он. – Если я расслаблюсь хоть на секунду, они решат, что Небесные Короли стали мягкими. А боги только и ждут момента, когда люди потеряют бдительность. Ты сам знаешь, как они смотрят на твой «отпуск».
Я вздохнул. Он был прав. Мои тренировки под руководством Юми и самого Алекса за последние годы превратили меня в нечто иное. Я больше не был просто Монархом Теней, зависящим от количества воинов в моем распоряжении. Они научили меня черпать силу из самого Хаоса, преобразовывать тьму в чистую энергию созидания и разрушения. Моя мощь выросла в разы, но вместе с ней пришло и понимание того, насколько хрупок этот мир.
Лифт остановился на верхнем этаже. В конференц-зале нас уже ждал председатель и несколько высокопоставленных чиновников. И, к моему внутреннему напряжению, там был Сухо.
Мой старший сын стоял у окна, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемой маской. Увидев нас, он едва заметно кивнул, но его взгляд задержался на мне дольше обычного. Он чувствовал перемены. Охотник его уровня не мог не заметить, что мана вокруг меня больше не просто течет — она вибрирует, подчиняясь каждому моему вдоху.
– Господа, – Алекс прошел во главе стола, не дожидаясь приглашения. – У нас мало времени. Божественные врата в Японском море начали резонировать. Мы с Монархом Теней провели замеры. Если не укрепить печать в ближайшие сорок восемь часов, Сеул накроет волной маны, которая превратит обычных людей в пепел.
По залу пронесся нервный шепот. Председатель Ассоциации побледнел.
– Но мы установили лучшие поглотители! – воскликнул один из чиновников. – Наши ученые говорили...
– Ваши ученые изучают муравьев, когда на пороге стоит лев, – голос Алекса ударил по ушам, как гром. – Поглотители не справятся с энергией Изначальных. Джинву, покажи им.
Я сделал шаг вперед. Мне не нужно было призывать Игриса или Бериу. Я просто протянул руку и раскрыл ладонь. Над ней закружился крошечный вихрь иссиня-черной энергии, внутри которой метались лазурные молнии. Это была квинтэссенция моей новой силы — сплав Монарха и Небесного Дракона.
– Это то, что просачивается сквозь ваши «лучшие поглотители», – сказал я тихо, но мой голос заполнил всё пространство зала. – Если это вырвется на свободу, Корея перестанет существовать.
Сухо подошел ближе, глядя на вихрь в моей руке.
– Ты научился контролировать Изначальный Хаос? – спросил он. В его голосе прозвучало невольное уважение, смешанное с горечью. – Мать говорила, что это невозможно для существа из нашего измерения.
– Твоя мать права, это почти невозможно, – ответил я, глядя сыну в глаза. – Но Юми показала мне путь. Это требует не только силы, но и полного отказа от своего эго.
– Иронично слышать это от Монарха, – Сухо усмехнулся, но в этой усмешке не было былой злости. – Что от нас требуется?
– Полная эвакуация прибрежной зоны и передача контроля над магической сетью Сеула Алексу, – я сжал кулак, развеивая энергию. – Мы с ним спустимся в разлом и закроем его изнутри.
– Это самоубийство! – выкрикнул председатель. – Внутри разлома концентрация маны такова, что даже ранги S не выдерживают и десяти минут!
Алекс посмотрел на него как на надоедливое насекомое.
– Именно поэтому туда идем мы, а не ваши охотники.
Совещание продолжалось еще час. Алекс диктовал условия с жесткостью истинного правителя, не допуская возражений. Я же наблюдал за ним и понимал, какую ношу он несет. Он был молод, но его плечи держали небо. И теперь я стоял рядом с ним, разделяя этот груз.
Когда всё было решено и чиновники в панике разбежались исполнять указания, мы остались в зале втроем: я, Алекс и Сухо.
– Ты действительно счастлив, отец? – вдруг спросил Сухо, когда двери закрылись.
Он не смотрел на меня, его взгляд был прикован к панораме Сеула за окном.
– Да, Сухо. По-настоящему.
– Мама... она справляется. Она открыла свою школу для молодых охотников. Она больше не плачет по ночам. Но она так и не простила тебя.
– Я и не прошу прощения, – ответил я мягко. – Прощение — это для тех, кто совершил ошибку. Я же сделал выбор. Тяжелый, болезненный, но единственный верный.
Сухо повернулся ко мне. Его аура запульсировала, откликаясь на мои слова.
– Я пойду с вами к разлому. Не как твой сын, а как охотник, защищающий свою страну. Я не позволю вам двоим забрать всю славу.
Алекс коротко хохотнул, его маска Небесного Короля на мгновение дала трещину.
– А у парня есть зубы. Ладно, Джинву, пусть идет. В конце концов, ему полезно будет увидеть, как работают настоящие мастера.
– Хорошо, – кивнул я. – Но ты будешь подчиняться каждому моему приказу. Там, внизу, нет места для героизма. Только расчет и воля.
Мы покинули Ассоциацию и направились к побережью. Сеул уже гудел — сирены эвакуации выли над городом, люди в спешке покидали свои дома. Я чувствовал их страх, их панику, и это лишь укрепляло мою решимость.
Добравшись до берега, мы увидели разлом. Это была огромная, пульсирующая рана в самой реальности, зависшая над волнами Японского моря. Оттуда изливался густой фиолетовый туман, в котором вспыхивали искры божественного гнева. Море внизу кипело, выбрасывая на берег мертвую рыбу.
– Готовы? – спросил Алекс, снимая куртку и обнажая торс, покрытый светящимися татуировками.
– Готовы, – ответил я.
Я призвал свою силу. Мои тени вырвались наружу, но теперь они не были просто черными пятнами. Они были облачены в доспехи из лазурного пламени, их глаза светились мудростью и силой, которой их наделила Юми. Игрис встал по мою правую руку, Бериу — по левую. Они склонили головы, приветствуя своего господина, ставшего еще более могущественным.
– Вперед, – скомандовал я.
Мы сорвались с места, превратившись в три луча света — черный, синий и золотой (Сухо не отставал, используя свою пиковую ману). Вход в разлом встретил нас чудовищным давлением. Казалось, сама реальность пытается раздавить нас, вытолкнуть чужеродные элементы.
Внутри разлома пространство было искажено. Мы летели сквозь обломки древних храмов, мимо парящих островов и застывших во времени вспышек маны. В центре этого хаоса находилось Ядро — огромный кристалл, пульсирующий ядовито-белым светом. Это был якорь богов, через который они качали энергию для уничтожения нашего мира.
Вокруг Ядра кружили стражи — ангельские существа с множеством крыльев и лицами, лишенными глаз.
– Я возьму на себя стражей! – крикнул Алекс, выхватывая свое Оружие Тысячи Истин. Металл в его руке мгновенно превратился в огромную двуручную косу, окутанную черным пламенем. – Джинву, займись Ядром! Сухо, прикрывай его!
Битва началась мгновенно. Алекс врезался в ряды ангелов, как коса в спелую пшеницу. Его движения были танцем смерти — быстрым, беспощадным, лишенным лишних жестов. Он рубил, кромсал и сжигал божественных существ, не давая им даже шанса на контратаку.
Я же сосредоточился на Ядре. Оно чувствовало мою угрозу и начало выпускать лучи чистой дезинтеграции.
– Теневой щит! – выкрикнул я, и мои воины выстроились в ряд, принимая удары на себя.
Я начал скапливать энергию в своих руках. Это было больно. Мана Хаоса, которой меня учила Юми, сопротивлялась, пытаясь разорвать мое тело изнутри. Я чувствовал, как трещат мои кости, как кровь закипает в жилах.
– Отец, берегись! – крик Сухо заставил меня среагировать мгновенно.
Один из стражей прорвался сквозь оборону Алекса и метил в мою спину копьем из чистого света. Сухо перехватил его в воздухе, столкнувшись с ангелом в яростной схватке. Его мечи искрились, он сражался на пределе своих возможностей, защищая человека, которого, как он утверждал, ненавидел.
Я закрыл глаза, на мгновение представив лицо Юми. Её улыбку. Её живот, под которым билось сердце нашего будущего ребенка. Эта мысль дала мне невероятный прилив сил.
– Конец игре, – прошептал я.
Я выпустил энергию. Это не был взрыв. Это была волна абсолютного отрицания. Черная тьма, пропитанная лазурным пламенем, захлестнула Ядро. Кристалл задрожал, его белый свет начал тускнеть, поглощаемый моей силой. Я чувствовал, как боги на той стороне Врат в ярости бьются в невидимую преграду, пытаясь удержать свой плацдарм, но было поздно.
Ядро раскололось с оглушительным звоном. Пространство вокруг нас начало схлопываться.
– Уходим! – скомандовал Алекс, хватая Сухо за шкирку, когда тот собирался добить последнего ангела.
Мы рванули к выходу. Разлом за нашей спиной превращался в черную дыру, засасывающую всё вокруг. Мы вылетели наружу за секунду до того, как вход окончательно закрылся, растворившись в вечернем небе над морем.
Мы приземлились на берег, тяжело дыша. Сухо упал на песок, его доспехи были разбиты, а из раны на плече текла кровь. Алекс выглядел не лучше — его татуировки почти погасли, а коса превратилась обратно в маленький металлический шарик.
Я стоял, глядя на спокойное море. Внутри меня была пустота, но это была благодатная пустота выполненного долга.
– Неплохо для старика, – прохрипел Алекс, пытаясь улыбнуться.
– Ты тоже не подкачал, племянник, – я подошел к Сухо и протянул ему руку.
Сын посмотрел на мою ладонь, поколебался секунду, а затем крепко сжал её. Я помог ему подняться.
– Ты спас меня, Сухо. Спасибо.
– Я спас охотника, который закрывал разлом, – буркнул он, отводя глаза. – Не обольщайся.
Но я видел, что лед в его сердце начал подтаивать. Возможно, нам понадобятся еще годы, чтобы восстановить отношения, но сегодня был сделан первый шаг.
– Нам пора домой, – сказал я, глядя на заходящее солнце. – Юми ждет. И... Алекс, напомни мне купить те особенные ягоды, о которых она просила. Не хочу возвращаться с пустыми руками.
Алекс рассмеялся, на этот раз искренне и громко.
– Монарх Теней, победитель богов, идет за покупками по списку жены. Сухо, ты должен это видеть. Это и есть истинное лицо бессмертия.
Мы шли по берегу, оставляя позади битву и страх. Впереди был дом, тепло родного очага и новая жизнь, которая ждала своего часа. Я знал, что боги еще вернутся. Я знал, что впереди еще много войн. Но сегодня я был просто мужчиной, который возвращался к своей любимой женщине. И в этом была моя самая великая победа.
Когда мы уже садились в машину, мой телефон завибрировал. Сообщение от Юми. Фотография: Хару и Мина спят на диване, обнявшись, а рядом — тарелка с тем самым яблочным пирогом. И подпись: «Мы ждем тебя. Возвращайся скорее».
Я убрал телефон в карман и посмотрел на небо. Оно было чистым и лазурным, как её глаза. Мир был спасен еще на один день. И этого было достаточно.