← Назад к обзору

Родственная душа

Собрание Изначальных

– В этом зале слишком много пафоса и слишком мало кислорода, – пробормотал я, поправляя воротник.

Мы стояли в огромном конференц-зале арендованного небоскреба в самом центре Сеула. Это здание было выбрано не случайно – мощнейшие барьеры, встроенные в его фундамент, были способны скрыть ауры тех, кто сегодня здесь собрался. А собрались здесь те, чье одно присутствие могло заставить планету сойти с орбиты.

Я стоял чуть в тени, сложив руки на груди. Рядом со мной, заметно нервничая, находились Ча Хэ Ин и Сухо. После того совместного боя у разлома Сухо стал относиться ко мне иначе – холод сменился настороженным уважением, но сегодня даже он выглядел подавленным. Давление в комнате было чудовищным.

В центре зала за массивным круглым столом сидели трое.

Алекс Окумура сегодня выглядел иначе. Вместо привычной кожаной куртки на нем был парадный белый мундир, расшитый золотыми нитями. Эполеты с бахромой и декоративные пуговицы придавали ему вид полководца древней империи. На воротнике-стойке холодно поблескивали две металлические звезды. Его черные волосы были аккуратно уложены, а руки обтянуты черными кожаными перчатками. Он опирался подбородком на правую руку, глядя на разложенные перед ним бумаги с выражением глубокой сосредоточенности.

Юми не пришла. Она была уже на приличном сроке, и мы решили, что лишнее магическое давление ей ни к чему. Алекс полностью принял на себя роль её наследника и представителя клана Окумура.

Справа от него сидел Акура Акаира – Небесный Король Европы. Дракон Пламени. Его красные волосы казались живым костром, а алые глаза светились внутренним жаром. Он был одет в вызывающе красный костюм, который, казалось, едва сдерживал его буйную энергию.

Слева расположился Асахи Токита – Небесный Дракон Земли, отвечающий за другой континент. Его коричневые волосы и спокойные зеленые глаза создавали обманчивое впечатление миролюбия, но я чувствовал, что под его кожей скрывается мощь тектонических плит.

Это была редчайшая встреча. Небесные Короли собирались вместе только тогда, когда миру грозило нечто большее, чем просто Врата.

– Итак, Окумура-сан, – Акура Акаира нарушил тишину, его голос был похож на треск горящих поленьев. – До нас дошли слухи, что ваша многоуважаемая мать решила окончательно уйти на покой. Это правда?

Алекс медленно поднял взгляд, не меняя позы.

– Да, – коротко ответил он. – Мама сказала, что она достаточно сделала для этого мира. Теперь пришла моя очередь. И, поверьте, я справлюсь не хуже.

– Мы в этом не сомневаемся, – подал голос Асахи, его голос звучал как шорох камней. – Но время для смены власти ты выбрал... специфическое. Ты ведь знаешь, что произошло в пустыне Сахара?

Я невольно подался вперед. Об этом происшествии молчали все СМИ, но тени доносили до меня обрывки пугающей информации.

– В самом сердце пустыни появилась странная зона, – продолжил Асахи, разворачивая карту. – Там больше не работает мана. Никакая. Мы посылали туда группы разведки, лучших охотников ранга S. Никто не вернулся. Ближайшие деревни были уничтожены за одну ночь, но не огнем или мечом. Обычные люди просто... исчезли. Словно их никогда не существовало.

Алекс нахмурился, его перчатка скрипнула, когда он сжал кулак.

– Мы предполагаем, что это дело рук предвестников богов, – произнес он. – Они начали действовать открыто.

– Чего они хотят на этот раз? – спросил я из тени, заставив Акуру и Асахи обернуться.

Красный дракон прищурился, изучая меня.

– Монарх Теней... Ты стал сильнее с нашей последней встречи. Но всё еще слишком человек. Чего они хотят? Детей, Окумура-сан. Им нужны дети.

Алекс резко выпрямился, его аура на мгновение вспыхнула, заставив лампы в зале замерцать.

– Объяснись, Акура, – потребовал он.

– Боги бессмертны, но они бесплодны, – Асахи Токита взял слово, его лицо стало скорбным. – Они не могут дать нормальное потомство. Плод божественной силы просто пожирает свою мать изнутри еще в утробе. Это их проклятие.

Я почувствовал, как внутри меня всё похолодело. Я вспомнил о Юми, о её беременности, о наших близнецах.

– Но мы – исключение, – продолжал Асахи, глядя на Алекса. – Мы, Драконы, обладаем телами, способными выдержать божественную искру и подарить жизнь. Ты, Алекс, живой тому пример. И ты, Джинву, теперь тоже часть этой цепи. Богам не нужны рабы. Им нужны сосуды. Идеальные тела, рожденные от союза Монарха и Изначальной, или от самих Небесных Королей.

– Значит, Сахара – это ловушка? – Сухо сделал шаг из-за моей спины. Его голос дрожал от сдерживаемого гнева.

Алекс посмотрел на моего сына, затем снова на Королей.

– Это не просто ловушка. Это зона «Истинного Мира». Там мана охотников блокируется полностью. Охотники без своей маны – лишь ходячие трупы, они слишком полагаются на неё. И этим твари пользуются. Они высасывают энергию из пространства, оставляя людей беззащитными.

– Только ты, Алекс, и ты, Сон Джинву, можете там сражаться, – Акура Акаира ударил ладонью по столу. – Ваша сила... она другого рода. Она не зависит от магического фона планеты. Вы черпаете её изнутри, из своего источника.

Лицо Алекса стало жестким, как гранит. Он встал, оправляя свой белый мундир.

– Они хотят моих нерожденных брата или сестру? – его голос был тихим, но от него веяло могильным холодом. – Они хотят использовать Хару и Мину?

– Они хотят всех нас, – поправил его Асахи. – Но дети Юми и Джинву для них – высшая цель. Сочетание Теневого Монарха и Небесного Дракона... это идеальный венец эволюции.

Я вышел на свет, и тени в зале начали сгущаться, несмотря на блокирующие барьеры. Мои глаза светились холодным фиолетовым огнем.

– Если они думают, что могут прийти за моей семьей, – произнес я, и само здание содрогнулось, – то они забыли, почему меня называют Монархом Теней. Я не просто охотник. Я – смерть, у которой нет маны, потому что я сам и есть мана.

Алекс подошел ко мне и положил руку в черной перчатке мне на плечо.

– Мы отправимся туда вдвоем, – сказал он. – Сухо, ты останешься здесь. Твоя задача – охранять маму и близнецов. Хэ Ин, вы поможете ему. Если хоть одна тень божественного посланника появится в радиусе километра от нашего дома – уничтожьте её.

– Алекс, я могу сражаться! – выкрикнул Сухо.

– В Сахаре ты будешь обузой, – отрезал Алекс. – Без маны ты не сможешь даже поднять меч. Оставайся там, где ты полезен. Это приказ твоего Короля.

Сухо стиснул зубы, но промолчал. Он понимал правоту этих слов.

Алекс повернулся к Акуре и Асахи.

– Подготовьте транспорт и информационную поддержку. Мы вылетаем через час.

– Будьте осторожны, – Асахи Токита поднялся. – Боги не посылают туда рядовых солдат. Там ждет кто-то из Изначальных Тени Богов. Они не знают жалости.

– Жалость – это то, что они будут просить у меня перед смертью, – бросил я, направляясь к выходу.

Мы с Алексом вышли из зала. Тишина коридоров казалась звенящей.

– Ты готов к этому? – спросил я его, когда мы подошли к лифту.

Алекс поправил свои эполеты и посмотрел на меня своими ярко-голубыми глазами.

– Джинву, они угрожают моей матери. Они угрожают моему дому. У них нет ни единого шанса.

– Знаешь, – я нажал кнопку вызова, – твой мундир тебе идет. Юми бы гордилась тобой.

– Она уже гордится, – Алекс усмехнулся своей привычной полуулыбкой. – А теперь пойдем и покажем этим «богам», что бывает с теми, кто пытается играть в фермеров на чужой земле.

Мы спустились вниз, где нас уже ждал черный автомобиль. Воздух в Сеуле казался тяжелым, предгрозовым. Где-то далеко, в песках Сахары, затаилось нечто, жаждущее крови моих детей. Но они не учли одного.

Монарх Теней никогда не приходит один. И сегодня со мной был Небесный Дракон, чья ярость могла затмить солнце.

– Поехали, – сказал я водителю. – У нас есть несколько «богов», которых нужно спустить с небес на землю.

Машина рванула с места, унося нас навстречу неизвестности. Я чувствовал, как в моем сердце пульсирует связь с Юми. Она знала, куда мы идем. И она верила в нас. А это значило, что поражение было невозможно.

Впереди была пустыня, лишенная магии, но полная нашей решимости. И тишина, которая скоро должна была взорваться криками тех, кто посмел бросить нам вызов.