← Назад к обзору

Родственные души из другого мира

Укрощение строптивых и лунный шёпот

– Юми, даже не думай об этом.

Низкий, спокойный голос Аанга прозвучал прямо над ухом девушки, когда та уже перекинула одну ногу через подоконник второго этажа чайного дома. Юми замерла, чертыхнувшись про себя. Она была мастером скрытности в своём мире, могла проскользнуть мимо камер наблюдения и датчиков движения, но этот лысый парень с татуировками, казалось, чувствовал каждое её колебание воздуха.

– Аанг, клянусь, если я проведу в этой кровати ещё хотя бы час, я начну пускать корни, – она обернулась, сердито сверкнув небесно-голубыми глазами. – Я здорова! Шрам затянулся, яд вышел, а ваши бесконечные бульоны скоро польются у меня из ушей.

– Катара сказала: ещё два дня постельного режима, – Аанг мягко, но решительно обхватил её за талию и, проигнорировав слабую попытку сопротивления, снял с подоконника.

Юми была миниатюрной, но жилистой и сильной, однако в руках Аватара она чувствовала себя пушинкой. Он уложил её обратно на мягкие подушки, накрыв одеялом по самый подбородок. Юми надулась, скрестив руки на груди, и стала похожа на рассерженного хомяка. Её короткие чёрные волосы смешно топорщились в разные стороны.

– Ты невыносим, – пробурчала она, выпятив нижнюю губу.

Аанг не смог сдержать улыбки. Эта дерзкая, колючая девушка, пришедшая из мира холодного металла, в моменты своего бессильного гнева казалась ему самым милым существом во всех четырёх народах. Он наклонился и запечатлел быстрый, нежный поцелуй на её надутых губах.

– Это запрещённый приём, – выдохнула Юми, чувствуя, как её решимость тает под его взглядом.

– В любви и на войне все средства хороши, – процитировал Аанг, поправляя её одеяло. – Отдыхай. Юджину сейчас не легче.

В соседней комнате ситуация была не менее напряжённой. Юджин, чей атлетический торс теперь украшала искусная перевязь, сидел на кровати, пытаясь дотянуться до своих штанов.

– Юджин, если ты сделаешь ещё одно резкое движение, я приморожу тебя к матрасу, – голос Катары был тихим, но в нём звенел металл.

Парень замер, виновато взглянув на неё своими золотистыми глазами.

– Катара, красавица, я воин. Я не могу просто лежать и смотреть в потолок. Мои мышцы атрофируются!

– Твои мышцы никуда не денутся, – она подошла ближе, держа в руках чашу с пахучей мазью. – Твоя рана на бедре была очень глубокой. Магия исцелила ткани, но телу нужно время, чтобы восстановить ци. Сиди смирно.

Она начала осторожно менять повязку. Юджин зашипел, когда прохладная мазь коснулась кожи, и невольно залюбовался сосредоточенным лицом девушки. Её синие глаза светились заботой, а пальцы двигались с невероятной грацией.

– Знаешь, – прошептал он, – в моём мире за мной так никто не ухаживал. Даже когда я возвращался с ринга весь в крови.

Катара подняла на него взгляд, и её сердце пропустило удар. В этом сильном, порой пугающем своей мощью мужчине скрывалась такая беззащитность, что ей хотелось обнять его и никогда не отпускать.

– Теперь всё иначе, – тихо ответила она. – Мы не оставим вас.

В дверном проёме показалась голова Сокки. Он скрестил руки на груди и с насмешливой улыбкой наблюдал за сценой.

– Ну что, «герои боевиков», как ваше ничего? – Сокка хмыкнул, переводя взгляд с одного на другого. – Глядя на вас, я начинаю думать, что получить ранение — это лучший способ привлечь внимание самых красивых девушек в мире. Жаль, Суюки не такая жалостливая, она бы просто сказала мне «не ной и иди чистить Аппу».

– Сокка, уходи! – хором выкрикнули Катара и Юджин, и парень, хохоча, скрылся в коридоре.

***

Месяц спустя Ба-Синг-Се провожал своих героев. Раны затянулись, оставив лишь воспоминания и невидимые связи между душами. Пришло время расставаться — дела мира не могли ждать вечно.

Зуко стоял у седла Аппы, прощаясь с друзьями. На его плече, как всегда уверенно, лежала рука Тоф.

– Мне пора в Страну Огня, – произнёс Зуко, глядя на Аанга. – Советники уже завалили меня письмами. Но если Жёлтый Лотос снова проявит себя — только дайте знать.

– Мы будем на связи, Искорка, – Тоф ухмыльнулась, хлопнув Юми по плечу так, что та едва устояла на ногах. – Эй, Колючка, не давай Аватару слишком сильно расслабляться. И тренируй свои удары, в следующий раз я хочу почувствовать настоящую дрожь земли от твоих прыжков!

– Договорились, Слепая Бандитка, – Юми обняла подругу. Эти две девушки, несмотря на разное происхождение, стали понимали друг друга без слов.

Сокка и Суюки тоже собирались в путь.

– Южный полюс ждёт великих реформ! – провозгласил Сокка, размахивая каким-то чертежом. – Я собираюсь построить там систему отопления и, возможно, первый в мире снегоход на паровой тяге. Юджин, когда-нибудь я приглашу тебя в качестве главного инженера — у тебя в голове столько странных идей о «двигателях», что мы перевернём этот мир!

– Ловлю на слове, Сокка, – Юджин крепко пожал руку воину Воды.

Когда Аппа поднялся в воздух, на его спине остались четверо: Аанг, Катара, Юми и Юджин. Они решили отправиться в Южный храм воздуха — место, где Аанг вырос и где сейчас было спокойнее всего. Жёлтый Лотос затаился после провала в Ба-Синг-Се, но все понимали, что это лишь затишье перед бурей.

Путешествие было долгим. Аппа мерно махал хвостом, пролетая над горными хребтами и бескрайними лесами. На одном из привалов, когда солнце уже начало клониться к закату, они приземлились в живописной долине.

– Здесь разобьём лагерь, – скомандовал Аанг. – Место закрытое, со стороны не видно.

Юджин и Аанг слаженно принялись за обустройство. Юджин, несмотря на отсутствие магии, обладал феноменальной физической силой и навыками выживания, которые он приобрёл в своём суровом мире. Он быстро натаскал хвороста и соорудил навес, пока Аанг с помощью магии воздуха расчищал площадку.

Катара занялась ужином, разведя костёр и достав котелок. Вокруг царила суета, и только Юми чувствовала себя лишней. После ранения её берегли как хрустальную вазу, что неимоверно её раздражало.

– Юми, посиди, отдохни, – в пятый раз повторил Аанг, когда она попыталась помочь ему с седлом.

– Да пошли вы все со своей заботой! – вспылила она, вскакивая на ноги. – Я не инвалид!

Она развернулась и зашагала прочь от лагеря, вглубь густого перелеска. Никто не решился её остановить, зная её взрывной характер.

Пройдя пару сотен метров, Юми внезапно замерла. Сквозь листву пробивалось странное, мерцающее сияние. Раздвинув ветви, она ахнула. Перед ней открылся небольшой пруд, скрытый в кольце плакучих ив. Вода в нём была кристально чистой, а на дне лежали светящиеся камни, которые под лучами восходящей луны создавали иллюзию сказочного подводного царства.

Воздух здесь был напоен ароматом ночных цветов и свежестью. Юми почувствовала, как напряжение последних дней уходит. Ей отчаянно захотелось смыть с себя дорожную пыль и липкое ощущение чужой опеки.

Она быстро огляделась — вокруг ни души. Сбросив с себя синие одежды племени Воды, Юми на мгновение замерла на берегу. Её тело, поджарое и мускулистое, в свете луны казалось вылитым из серебра. Тонкий розовый шрам на ключице — след от удара Шизуки — теперь был лишь напоминанием о том, что она выжила.

Она медленно погрузилась в воду. Пруд оказался тёплым, словно подогретым подземными источниками. Юми блаженно застонала, откидывая голову назад и позволяя воде скрыть её плечи. Здесь, в тишине и одиночестве, она наконец почувствовала себя собой — не «соулмейтом Аватара», не «гостьей из другого мира», а просто Юми.

***

В лагере Аанг внезапно замер, перестав натягивать тент. Он прислушался к своим ощущениям. Его метка на груди начала пульсировать мягким, вибрирующим теплом. Это не была тревога — это был зов.

– Юми долго нет, – тихо сказал он, глядя в сторону леса.

Юджин, который в этот момент помогал Катаре разложить тарелки, поднял голову и понимающе усмехнулся.

– Иди, Аанг. Она в последнее время как сжатая пружина. Ей нужно, чтобы ты напомнил ей, почему она здесь.

Катара поймала взгляд Юджина и тепло улыбнулась.

– Мы присмотрим за ужином. Идите, побудьте вдвоём.

Аанг кивнул и бесшумно растворился в тенях деревьев. Он шёл по следу её энергии, которая для него теперь была ярче любого маяка. Когда он вышел к пруду, его дыхание перехватило.

Юми была в воде. Её мокрые волосы блестели, а в глазах отражалась луна. Она медленно плыла к центру пруда, не замечая его присутствия. Аанг замер, не решаясь нарушить эту магическую картину. Он видел её силу, её грацию и ту хрупкую красоту, которую она так тщательно скрывала за своей резкостью.

Юми обернулась, почувствовав его взгляд. Она не испугалась и не попыталась скрыться. Она просто остановилась, глядя на него сквозь дымку испарений над водой.

– Ты всё-таки пришёл, – негромко произнесла она.

– Я не мог не прийти, – Аанг сделал шаг к самой кромке воды. – Твоя душа зовёт мою, Юми. Даже когда ты злишься.

Юми подплыла ближе к берегу, так что вода едва скрывала её грудь.

– Аанг... я боюсь, – вдруг призналась она, и в её голосе прозвучала непривычная дрожь. – В моём мире всё было понятно. Ты бьёшь — тебя бьют. А здесь... здесь чувства такие сильные, что они пугают меня больше, чем кинжалы Жёлтого Лотоса. Эта метка, эта связь... я боюсь потерять себя в тебе.

Аанг опустился на колени на мягкую траву у самого края пруда.

– Ты никогда не потеряешь себя, Юми. Ты пришла из мира, где люди выживают. А я хочу показать тебе мир, где люди живут. Тебе не нужно быть сталью со мной.

Он протянул руку, и Юми вложила свою мокрую ладонь в его. Тепло их тел встретилось, и метки на их телах вспыхнули золотистым светом, просвечивая сквозь воду и одежду.

– Иди ко мне, – прошептал Аанг.

Юми медленно вышла из воды. Она стояла перед ним, прекрасная и первобытная в своей наготе, не чувствуя стыда, только бесконечное доверие. Аанг снял свою накидку и бережно набросил ей на плечи, притягивая к себе.

Их поцелуй был со вкусом озерной воды и лунной ночи. Это было обещание, которое не нуждалось в словах. В этот момент два мира окончательно слились в один.

***

А в лагере, у догорающего костра, Юджин и Катара сидели плечом к плечу.

– Знаешь, – Юджин смотрел на огонь, – я никогда не верил в судьбу. Думал, мы сами куём свои цепи.

Катара положила голову ему на плечо, чувствуя силу его мышц и мерное биение сердца.

– Иногда судьба — это не цепь, Юджин. Это рука, которая вытягивает тебя из темноты.

Юджин повернулся к ней, его золотые глаза в свете костра казались расплавленным металлом. Он осторожно коснулся её лица, заправляя прядь волос за ухо.

– Тогда я рад, что эта рука оказалась такой нежной.

Он наклонился к ней, и их губы встретились в долгом, глубоком поцелуе, полном невысказанных слов и обретённой надежды. Над ними раскинулось небо чужого, но ставшего родным мира, и звёзды, казалось, сияли ярче, приветствуя тех, кто нашёл свой дом в самом сердце неизвестности.

Этой ночью Южный храм воздуха спал спокойно. Тень Жёлтого Лотоса была далеко, а здесь, в колыбели ветра, рождалось нечто более могущественное, чем магия стихий — союз душ, способный изменить ход истории.