← Назад к обзору

Родственные души из другого мира

Шепот древних камней и сталь новой веры

– Юми, если ты еще раз попробуешь съесть эту ягоду, я лично попрошу Аппу тебя лизнуть. А ты знаешь, какой у него шершавый язык.

Аанг сидел на выветренном карнизе Южного храма Воздуха, болтая ногами над бездной. Солнце медленно скатывалось за горизонт, окрашивая заснеженные пики гор в нежно-розовый цвет. Прошло три месяца с момента их битвы в Ба-Синг-Се, и мир, казалось, наконец-то замер в хрупком равновесии.

Юми, сидевшая на коврике для медитаций неподалеку, раздраженно отбросила ярко-красный плод в сторону.

– Аватар, ты зануда. В моем мире всё, что выглядит так аппетитно, обычно либо съедобно, либо продается в отделе сладостей. Откуда мне знать, что в вашем «райском саду» каждый второй куст мечтает меня парализовать?

Она потянулась, и её короткая майка задралась, обнажая безупречно гладкую кожу спины. Там, где раньше были уродливые шрамы от аварии, теперь красовалась лишь метка соулмейта — круг, объятый языками пламени, который мягко пульсировал золотистым светом в такт дыханию Аанга.

– Это называется «уважение к природе», – Аанг легко спрыгнул с карниза и приземлился рядом с ней, не издав ни звука. – И я не зануда. Я просто не хочу, чтобы моя родственная душа провела вечер с опухшим языком.

Юми усмехнулась, обнажая свои маленькие клыки, и внезапно повалила Аанга на спину, прижав его руки к коврику. Её движения были молниеносными, лишенными магии, но полными той первобытной силы, которой она научилась на улицах своего мегаполиса.

– Поймала, – прошептала она, глядя ему прямо в глаза. – Ну и что теперь скажет великий Аватар?

– Он скажет, что у тебя очень холодные руки, – Аанг улыбнулся, и в следующую секунду мягкий порыв ветра подбросил их обоих в воздух, плавно переворачивая в пространстве.

Они замерли в паре футов над землей, удерживаемые лишь волей Аанга. Юми невольно вскрикнула, крепче обхватив его за шею.

– Эй! Это читерство! Использовать магию в любовных спорах запрещено правилами честного боя!

– В правилах соулмейтов нет запретов на полеты, – Аанг притянул её к себе, и их лбы соприкоснулись. – Ты чувствуешь это?

Юми затихла. Она закрыла глаза и прислушалась к теплу, исходящему от его груди. Это не было просто физическое тепло. Это был резонанс. Словно глубоко внутри неё зазвучала струна, которая молчала всю её жизнь.

– Чувствую, – выдохнула она. – Это... пугает, Аанг. Словно я больше не принадлежу только себе. В моем мире мы были одиночками. Даже с Юджином мы были просто двумя обломками, летящими в пустоте. А здесь я — часть чего-то огромного.

– Это и есть гармония, – тихо ответил Аанг. – Ты не теряешь себя. Ты просто находишь свое место в узоре мироздания.

***

В то же время в нижних ярусах храма, где располагались древние библиотеки и залы для тренировок, царила совсем иная атмосфера.

– Еще раз. И на этот раз не пытайся предугадать движение воды. Стань ею.

Катара стояла в центре зала, окруженная парящими в воздухе сферами воды. Её волосы были собраны в тугую косу, а взгляд был сосредоточенным и строгим.

Напротив неё, тяжело дыша и обливаясь потом, стоял Юджин. На нем были только широкие штаны Народа Огня, открывавшие мощный торс, покрытый татуировками и новыми шрамами, полученными в Ба-Синг-Се. Его метка на груди — круг, объятый волнами — сияла холодным синим светом.

– Катара, при всем уважении, – Юджин вытер пот со лба тыльной стороной ладони, – я не маг. Я могу сломать кирпич рукой, могу увернуться от пули... ну, то есть, от стрелы. Но я не понимаю, как можно «стать водой». Вода — это жидкость. Я — мясо и кости.

– Ты ошибаешься, – Катара плавно взмахнула рукой, и одна из водяных сфер превратилась в тонкий хлыст, который замер в сантиметре от лица Юджина. – Твоя кровь — это вода. Твои слезы — это вода. Твое тело на семьдесят процентов состоит из нее. Ты чувствуешь мою метку?

Юджин невольно прижал руку к груди. Метка горела.

– Да. Она пульсирует.

– Это не просто татуировка, Юджин. Это канал. Ты пришел из мира, где нет магии, но ты сам — магическое существо, раз духи выбрали тебя для меня. Закрой глаза. Перестань думать о мышцах. Почувствуй, как твоя кровь движется по венам.

Юджин глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он попытался отключить свой аналитический ум, который всегда просчитывал траектории ударов и слабые места противника. Он сосредоточился на тепле, исходящем от Катары.

Медленно, почти неосознанно, он начал повторять её движения. Его руки двигались плавно, без привычной резкости бойца ММА. И вдруг воздух вокруг него стал тяжелым.

Катара ахнула. Вода в чашах, стоявших вдоль стен, начала вибрировать. Тонкие струйки поднялись вверх, сплетаясь в сложные узоры вокруг пальцев Юджина.

– У тебя получается... – прошептала она, боясь спугнуть момент.

Юджин открыл глаза. Его золотистые зрачки на мгновение подернулись синевой. Он посмотрел на свои руки, которыми теперь управлял не он, а сама стихия.

– Это... безумие, – выдохнул он, и вода тут же рухнула на пол, окатив его с ног до головы.

Катара звонко рассмеялась, глядя на его ошарашенное лицо.

– Добро пожаловать в наш мир, Юджин. Кажется, ты только что стал первым магом воды, который не родился в племени Воды.

Юджин отряхнулся, как большой пес, и подошел к ней. Он взял её лицо в свои огромные ладони, и Катара почувствовала, как её собственная магия откликается на его присутствие.

– Если это цена за то, чтобы быть рядом с тобой, я готов научиться даже летать на облаках, – он наклонился и нежно поцеловал её в кончик носа. – Но обещай, что не будешь смеяться, когда я в следующий раз случайно заморожу собственные штаны.

– О, я не обещаю, – хитро улыбнулась Катара. – Это слишком веселое зрелище.

***

Вечером вся команда собралась у костра на одной из открытых террас храма. Сокка, как обычно, пытался поджарить мясо горного кабана-лося, попутно объясняя Суюки преимущества своей новой конструкции бумеранга с аэродинамическими закрылками.

– Понимаешь, Суюки, Юджин подал мне идею! В его мире есть штуки, называемые «самолетами». У них крылья меняют форму. Если я сделаю то же самое с бумерангом, он сможет огибать углы!

– Сокка, – Суюки мягко коснулась его руки, – твой бумеранг и так огибает всё, что можно, включая твою собственную голову. Может, оставим его в покое?

Тоф, сидевшая на краю террасы и «слушавшая» горы своими ногами, внезапно выпрямилась. Её лицо стало серьезным.

– Ребята, замолчите на секунду.

Все мгновенно затихли. Когда Тоф говорила таким тоном, это означало только одно — приближается что-то необычное.

– Земля... она гудит, – прошептала Тоф. – Не так, как от шагов. Это какой-то странный ритм. Очень глубоко под нами. И он... он пахнет металлом.

Юми и Юджин переглянулись. В их мире такой гул был привычным — гул работающих заводов, метро, тяжелой техники. Но здесь, в священном храме Воздуха, его быть не могло.

– Это не магия земли, – Юми вскочила на ноги, инстинктивно принимая боевую стойку. – Я знаю этот звук. Это работающий генератор. Или мощный бур.

– Но кто может бурить скалы под храмом Воздуха? – Зуко нахмурился, его рука легла на рукоять меча. – Мы проверяли все пещеры.

– Желтый Лотос, – коротко бросил Аанг. Его лицо, обычно мирное, стало жестким. – Шизука была лишь верхушкой айсберга. Они хотят уничтожить корни этого мира, чтобы построить на них свой порядок.

В этот момент пол террасы содрогнулся. Гул усилился, превращаясь в невыносимый скрежет. В центре площадки камень начал трескаться, и из разлома показалось острие огромного металлического бура, сверкающего холодным блеском стали.

– Всем назад! – крикнул Сокка, выхватывая меч.

Бур остановился, и его верхняя часть раскрылась, словно лепестки механического цветка. Из него вышли люди в черных технологичных доспехах, которые выглядели так, будто их перенесли из мира Юми и Юджина. В их руках были не мечи, а странные трубки, из которых вырывались синие электрические разряды.

– Не может быть... – Юджин сделал шаг вперед, его глаза расширились от узнавания. – Это же снаряжение корпорации «Арк». Откуда оно здесь?

– Значит, портал открылся не только для вас, – раздался холодный голос из недр бура.

На свет вышел человек в длинном плаще. Его лицо было скрыто маской, но когда он заговорил, Юми вздрогнула.

– Отец? – прошептала она, и её голос сорвался.

Человек снял маску. Это был мужчина лет пятидесяти, с такими же черными волосами и пронзительными голубыми глазами, как у Юми. Но в его взгляде не было любви — только холодный расчет и безумие исследователя, нашедшего новый ресурс.

– Юми. Юджин. Я рад, что вы выжили в этой... первобытной глуши, – он обвел рукой величественные колонны храма с явным пренебрежением. – Но ваше время здесь закончилось. Мы нашли способ стабилизировать портал. Этот мир полон чистой энергии, которую ваши дикари называют «магией». Мы заберем её, чтобы спасти наш умирающий дом.

– Ты погиб в аварии! – закричал Юджин, его метка вспыхнула яростным синим светом. – Мы видели, как машина упала в каньон!

– Мы имитировали свою смерть, чтобы уйти от долгов и продолжить исследования портала, – мужчина безразлично пожал плечами. – Желтый Лотос помог нам. Они дали нам людей и ресурсы здесь, а мы дали им технологии там. Теперь, Аватар, отойди в сторону. Нам нужны твои «родственные души». Они — ключи к полному открытию врат.

Аанг сделал шаг вперед, закрывая собой Юми. Вокруг него начал закручиваться мощный вихрь.

– Они не ключи. Они — люди. И они дома.

– Дом — это там, где у тебя есть власть, – отец Юми вскинул руку, и солдаты направили свои электрические пушки на команду Аватара. – Огонь!

Зал взорвался вспышками синего света. Аанг мгновенно создал воздушный щит, но разряды проходили сквозь него, заставляя воздух искриться озоном.

– Юджин, вода! – крикнула Катара, притягивая к себе влагу из воздуха.

Юджин, не раздумывая, встал рядом с ней. Он почувствовал, как магия воды течет сквозь него, смешиваясь с его яростью. Вместе они создали огромную водяную стену, которая поглощала электрические разряды, превращая их в пар.

Юми же не стала ждать. Она рванулась вперед, используя технику «бега по стенам», которой она научилась у Аанга. Она была быстрее любого солдата.

– Юми, стой! – крикнул Аанг, но она уже была в гуще врагов.

Она двигалась как размытая тень. Удар, подсечка, захват. Технологичные доспехи солдат были рассчитаны на защиту от магии, но они были бессильны против чистого мастерства рукопашного боя. Юми вырывала электрические жезлы из рук врагов, ломая их о колено.

– Ты всегда была слишком строптивой, дочка, – отец Юми достал из-за пазухи небольшой прибор и нажал на кнопку.

Юми внезапно замерла. Её метка на груди вспыхнула кроваво-красным светом, и девушка упала на колени, хватаясь за сердце.

– Что ты делаешь?! – Юджин бросился к сестре, но его тоже скрутило от боли.

– Метки соулмейтов — это не магия, это квантовая запутанность душ, – холодно пояснил их отец. – Я настроил этот прибор на вашу частоту. Если я увеличу мощность, ваши сердца просто разорвутся от резонанса.

Аанг почувствовал, как его собственная метка отзывается невыносимой болью. Он видел, как Юми корчится на камнях, и внутри него что-то надломилось. Это не был гнев. Это было абсолютное неприятие того, что кто-то может использовать любовь как оружие.

Глаза Аватара вспыхнули белым. Татуировки засияли с такой силой, что солдаты зажмурились.

– ТЫ... НЕ ИМЕЕШЬ... ПРАВА! – голос Аанга прозвучал как хор сотен голосов.

Он не стал использовать ветер или огонь. Он просто протянул руку к прибору в руках мужчины. Энергия Аватара, чистая и первозданная, хлынула вперед. Она не разрушила прибор — она перегрузила его своей бесконечностью.

Металл в руках отца Юми начал плавиться. Мужчина вскрикнул, отбрасывая светящуюся штуковину в сторону. В ту же секунду Аанг схлопнул пространство вокруг бура, буквально выжимая его из скалы обратно в разлом.

– Тоф! Запечатай их! – скомандовал Сокка.

Слепая магесса земли не заставила себя ждать. Она топнула ногой, и огромные пласты камня сомкнулись над разломом, погребая под собой и бур, и солдат, и их предводителя.

– Нет... – Юми приподнялась на локтях, тяжело дыша. – Он... он всё еще там.

Аанг опустился рядом с ней на колени, его состояние Аватара медленно гасло. Он бережно обнял её, чувствуя, как её сердце постепенно успокаивается.

– Всё кончено, Юми. Они не вернутся.

– Ты не понимаешь, – Юми подняла на него глаза, полные слез. – Он сказал, что портал стабилизирован. Это значит, что врата между нашими мирами теперь открыты. И те, кто придет после него, не будут просить разрешения.

Юджин подошел к ним, поддерживаемый Катарой. Он выглядел постаревшим на десять лет.

– Он прав, Аанг. Мой мир... он жадный. Если они узнали о магической энергии, они не остановятся. Мы принесли войну в твой дом, сами того не желая.

Катара крепче сжала руку Юджина.

– Мы прошли через Столетнюю войну. Мы построили мир из пепла. Если ваш мир придет с мечом, он встретит не только магию стихий. Он встретит союз душ, который невозможно разрушить никакими технологиями.

Солнце окончательно зашло, и над Южным храмом Воздуха взошла полная луна. Две пары соулмейтов стояли на краю террасы, глядя в ночное небо. Теперь они знали, что их встреча не была финалом сказки. Это было начало новой, гораздо более опасной главы.

Нити судьбы, сплетенные в песках пустыни, теперь превратились в канаты, удерживающие два мира от столкновения. И в центре этого переплетения стояли четверо молодых людей, готовых защищать свою любовь и свою гармонию до последнего вздоха.

– Знаешь, – прошептала Юми, прижимаясь к плечу Аанга, – я всё-таки рада, что коснулась той статуи.

– Я тоже, Юми, – Аанг поцеловал её в макушку. – Я тоже.

Ветер шумел в кронах деревьев, унося их слова ввысь, к звездам, которые светили одинаково ярко для всех миров, напоминая о том, что истинная связь не знает границ, а любовь — это единственная магия, которую невозможно измерить никакими приборами.