← Назад к обзору

Щастье

Ярость Монарха и сталь деда

В нашем доме всегда было шумно, когда внуки оставались с нами. Для кого-то я — Сон Иль-Хван, человек, вернувшийся из пустоты между мирами, охотник, чья сила когда-то пугала саму Ассоциацию. Но здесь, в этих стенах, я был просто дедушкой.

Алекс, наш зять, уехал по делам своей компании рано утром. Он выглядел немного уставшим, но, как всегда, безупречным. Перед уходом он долго обнимал Джинву, а потом перепоручил нам детей. Я искренне уважал этого парня. Несмотря на то, что он был наполовину русским и не обладал рангом охотника, в его глазах я видел силу, которой не было у многих «героев» S-ранга. Силу защитника.

– Посмотри на них, Иль-Хван, – прошептала моя жена, Кён Хи, прижимая ладони к щекам. – Ну разве не чудо?

Я обернулся и не смог сдержать улыбки. Саша и Мина стояли посреди гостиной в абсолютно одинаковых костюмчиках — маленьких темно-синих комбинезонах, которые им купил Алекс. Пятилетний Саша серьезно поправлял воротничок двухлетней сестренке, и в этом жесте было столько отцовской заботы Джинву и холодного достоинства Алекса, что у меня защемило в груди.

– Настоящие маленькие принцы, – согласился я, притягивая жену к себе.

Мы умилялись этой картине всего несколько минут, пока тишину субботнего утра не разорвал резкий, настойчивый звонок в дверь. Звук был таким агрессивным, словно кто-то пытался пробить дверное полотно кулаком.

– Может, Алекс что-то забыл? – Кён Хи с тревогой посмотрела на меня.

– Вряд ли, у него есть ключи, – я нахмурился, чувствуя, как внутри просыпается старый инстинкт воина. – Оставайся с детьми.

Я подошел к двери и, едва провернув замок, почувствовал, как ее буквально распахнули снаружи. В дом, не дожидаясь приглашения, влетела Чхве Хэ Ин.

Она выглядела ужасно. Волосы растрепаны, глаза покраснели от слез и ярости, а аура охотника S-ранга пульсировала так нестабильно, что в прихожей задрожали вазы. Я застыл в шоке. Я знал ее как сдержанного лидера гильдии, но сейчас передо мной была женщина на грани истерики.

– Где он?! Где ваш драгоценный сын?! – закричала она, даже не поздоровавшись.

Кён Хи вышла в коридор, инстинктивно закрывая собой детей, которые испуганно притихли за ее спиной.

– Госпожа Чхве? Что вы себе позволяете? – голос моей жены дрожал от возмущения. – Врываться в чужой дом...

– Ваш дом — это насмешка! – Хэ Ин ткнула пальцем в сторону Саши и Мины. – И это отродье! Как вы могли позволить Джинву... как вы могли допустить, чтобы он связался с этим ничтожеством? С этим русским выскочкой!

Она начала кричать, захлебываясь собственными словами. Она говорила о каком-то «предательстве», о том, что Джинву «осквернил свою кровь», связавшись с человеком без ранга, с иностранцем.

– Вы знали?! – она почти визжала, делая шаг к моей жене. – Вы знали, что я годами бегала за вашим сыном? Я была готова на всё! Я — S-ранг! Я ровня ему! А он выбрал этого... этого Алекса! И теперь у него дети от этого недоразумения!

Саша, увидев, что незнакомая тетя кричит на бабушку, всхлипнул и крепче прижал к себе Мину. Мина начала плакать.

Это стало последней каплей. Кён Хи, всегда такая мягкая и спокойная, вдруг изменилась в лице. Она сделала молниеносный шаг вперед и, прежде чем Хэ Ин успела договорить очередное оскорбление, влепила ей звонкую, сочную пощечину.

В доме воцарилась гробовая тишина. Только всхлипы Мины нарушали ее.

– Ты кто такая, чтобы врываться в мой дом и пугать моих внуков? – голос Кён Хи был тихим, но в нем слышалась сталь, которой позавидовал бы любой клинок. – Как ты смеешь открывать свой рот в сторону моей семьи?

Хэ Ин застыла, прижимая руку к горящей щеке. Ее глаза расширились от неверия. Она, великая охотница, получила пощечину от «обычной» женщины. В ее взгляде вспыхнуло безумие, и она снова замахнулась, на этот раз окутав кулак магическим светом.

Я не мог больше стоять в стороне. Моя рука перехватила ее запястье за долю секунды до того, как она могла коснуться моей жены. Я сжал ее руку так, что кости жалобно хрустнули под моим давлением.

– Милая, не трать на нее свое время, – сказал я жене, глядя Хэ Ин прямо в глаза. – Она того не стоит.

Я развернул Хэ Ин к себе и, не сдерживаясь, нанес ответный удар — хлесткую пощечину, которая отшвырнула ее к стене. Я не использовал ману в полную силу, иначе от ее головы ничего бы не осталось, но моей физической мощи хватило, чтобы привести ее в чувство.

– Ты оскорбила моих внуков, – произнес я, и мой голос вибрировал от сдерживаемой мощи Теневого Монарха, которая передалась мне через кровь сына. – Ты оскорбила мою семью. Моего сына и моего зятя.

Хэ Ин сползла по стене, глядя на меня с ужасом.

– Вы... вы защищаете его? – прошептала она. – Он же никто...

– Он — человек, который прошел через ад, – отрезал я. – Вы издевались над ним в школе, унижали его за то, что он не такой, как вы. За то, что он иностранец, за то, что у него нет той поддержки, что была у вас. Но этот «никто» оказался человечнее любого охотника, которого я встречал. Он делает моего сына счастливым. Он — отец моих внуков. И если ты еще раз назовешь Сашу или Мину «отродьем», я лично позабочусь о том, чтобы твое имя исчезло из всех реестров живых.

Я почувствовал, как тени в углах комнаты начали сгущаться. Джинву всегда оставлял охрану.

– Игрис, – негромко позвал я. – Я знаю, что ты здесь. Будь добр, вышвырни эту падаль вон.

Из густой тени за спиной Хэ Ин медленно выросла массивная фигура рыцаря в кроваво-красных доспехах. Его глаза за забралом вспыхнули фиолетовым огнем. Игрис не церемонился. Он схватил Хэ Ин за шиворот, как нашкодившего котенка, и одним мощным движением вышвырнул ее за порог, захлопнув дверь.

Наступила тишина. Кён Хи тут же опустилась на колени перед детьми, обнимая их и шепча успокаивающие слова.

– Всё хорошо, маленькие мои... Бабушка рядом, дедушка здесь...

Я подошел к окну и увидел, как Хэ Ин, спотыкаясь, бежит к своей машине. Но мое внимание привлекло другое.

Воздух в комнате вдруг стал тяжелым, почти осязаемым. Я почувствовал это — холодную, безграничную ярость, которая волной катилась со стороны центра города, где находилось здание гильдии «Соло». Джинву почувствовал. Он ощутил страх своих детей и гнев Игриса.

– Кажется, Джинву уже знает, что она была здесь, – тихо сказал я, глядя на свои дрожащие ладони. – Я ощущаю его гнев.

– Надеюсь, он не убьет ее прямо на улице, – вздохнула Кён Хи, уводя детей в кухню, чтобы отвлечь их сладостями.

Я присел на диван, чувствуя, как отголоски силы сына резонируют с моей собственной энергией. Джинву всегда был спокойным, но когда дело касалось Алекса и детей, его терпение испарялось мгновенно.

Через десять минут телефон на столе завибрировал. Это был Алекс.

– Папа? – голос зятя был напряженным. – Джинву сорвался с места прямо посреди совещания. Он... он просто исчез в тенях, даже не забрав пиджак. Что случилось? С детьми всё в порядке?

– Всё хорошо, Алекс, – я постарался придать голосу уверенности. – Хэ Ин приходила. Устроила сцену. Но мы с Кён Хи и Игрисом во всем разобрались. Просто... скажи Джинву, чтобы он не слишком усердствовал. Нам еще нужны живые охотники в этой стране.

На том конце провода послышался тяжелый вздох, а затем тихий, горький смешок.

– Боюсь, уже поздно, папа. Я вижу в окно офиса, как над районом, где живет Хэ Ин, сгущаются тучи, которых там быть не должно. Я сейчас буду дома.

Когда Алекс приехал, дети уже успокоились и ели блинчики, которые испекла Кён Хи. Зять вошел в дом, быстро окинул нас взглядом и, убедившись, что все целы, тяжело опустился на стул рядом со мной.

– Она совсем обезумела, – произнес он, потирая переносицу. – Я знал, что она зациклена на Джинву, но чтобы прийти в ваш дом...

– Она не понимает, что такое семья, Алекс, – Кён Хи поставила перед ним чашку чая. – Для нее мир — это ранги и уровни. Она не видит в Саше и Мине детей, она видит в них «препятствие».

В этот момент посреди кухни медленно разверзлась черная воронка. Из нее вышел Джинву. Его глаза еще светились призрачным светом, а вокруг плеч клубился темный туман. Он выглядел как сама смерть, пришедшая за жатвой.

Но стоило ему увидеть Алекса и детей, как тьма мгновенно втянулась обратно. Он сделал глубокий вдох, успокаивая бушующую внутри магию.

– Ты ее убил? – прямо спросил я.

Джинву подошел к Алексу, положил руку ему на плечо, а затем перевел взгляд на меня.

– Нет. Но она больше не охотник. Я запечатал ее ману. Навсегда. Теперь она — тот самый «обычный человек», которых она так презирала. И если она еще хоть раз приблизится к этому дому...

– Джинву, тише, – Алекс встал и обнял мужа, прижимаясь лбом к его плечу. – Мы здесь. Мы в безопасности.

Я смотрел на них и понимал, что никакая Хэ Ин, никакие древние монархи и никакие системы не смогут разрушить то, что они построили. Алекс, парень из Владивостока, не имеющий магии, стал якорем для самого могущественного существа во вселенной.

– Папа, – Джинву посмотрел на меня, и в его глазах я снова увидел своего сына, а не Монарха. – Спасибо, что защитили их.

– Это моя работа, сын, – я улыбнулся и подмигнул Саше, который уже тянулся к отцу. – А теперь давайте ужинать. И, Алекс, скажи своей маме, что мы согласны на Сухо и Миджун. Кажется, нам нужно больше защитников в этой семье.

Джинву смущенно кашлянул, а Алекс рассмеялся, подхватывая Мину на руки. Гнев ушел, оставив после себя только тепло домашнего очага и знание того, что тени всегда будут стоять на страже их счастья.