← Назад к обзору

Щастье для монарха

Танец теней и яичницы

Проснуться от тишины в доме Сон Джинву было невозможно уже лет десять. Раньше тишина была моим единственным спутником, верным и холодным, как могильный камень. Теперь же тишина в нашем доме означала только одно: либо дети что-то замышляют, либо они уже это сделали.

Но сегодня утро было другим. Оно было громким.

Я открыл глаза и невольно улыбнулся, слушая, как сквозь стены пробиваются ритмичные басы какой-то современной рок-композиции. Юми. Только она могла включить музыку на такую громкость в семь утра, утверждая, что под «приличный драйв» яичница прожаривается равномернее.

Я встал, накинул легкий халат и вышел из спальни. В коридоре меня чуть не сбил с ног Алекс. Мой старший, уже почти догнавший меня ростом, двигался в такт музыке, выделывая какие-то невообразимые па ногами.

– Доброе утро, пап! – крикнул он, проносясь мимо. – Мама сказала, если мы не явимся на кухню через пять минут, она скормит наш завтрак Беру!

Я усмехнулся. Бер, конечно, был бы счастлив, но Юми скорее сама съест сковородку, чем позволит продуктам пропасть зря.

На кухне царил контролируемый хаос. Юми, в своей неизменной черной водолазке с закатанными рукавами, пританцовывала у плиты, размахивая лопаткой, как дирижерской палочкой. Короткие иссиня-черные пряди её волос забавно подпрыгивали в такт музыке. Суянь, которая зашла «на минутку» и, как обычно, осталась на завтрак, помогала ей нарезать овощи, притопывая ногой.

– О, Монарх проснулся! – Юми обернулась, и её ярко-голубые глаза вспыхнули озорным огнем. – Живее, Джинву, садись, пока дети не разнесли стол.

В этот момент в кухню влетели младшие. Сухо, обычно самый спокойный и рассудительный, пытался сохранить достоинство, но Миджун, его близнец, решил, что утро без потасовки — это зря прожитое время. Он подскочил к брату, пытаясь дать ему подножку, и через секунду они уже катались по полу, смеясь и путаясь в собственных ногах.

– Эй, бойцы, отставить разрушения! – Юми пригрозила им лопаткой.

Тут же в дверях появилась Мина. Наша младшая, в смешной розовой пижаме с ушками, сонно потирая глаза одной рукой и волоча за собой плюшевого муравья (подарок Бера, от которого Юми долго дергался глаз), прижалась к моей ноге.

– Папа, они опять шумят, – пробормотала она, зевая.

Я подхватил её на руки, чувствуя родное тепло.

– Это не шум, принцесса, это жизнь.

– Мам, а мам, – Алекс, уже устроившийся за столом и ворующий кусочки огурца из-под ножа Суянь, вдруг внимательно посмотрел на Юми. – А ты когда-нибудь отращивала длинные волосы? Ну, как у тех теть из журналов, про которых папа говорит, что они «статуи»?

Юми замерла с поднятой лопаткой. Она переглянулась с Суянь, и та прыснула в кулак.

– О-о-о, это была эпическая история, – протянула Суянь, хитро поглядывая на меня.

Юми вздохнула, выложила последнюю порцию яичницы на тарелку и выключила музыку. В наступившей тишине её голос прозвучал особенно выразительно.

– Было дело, родной, – она подошла к Сухо, который уже уселся на стул, и нежно поцеловала его в лоб, прежде чем поставить перед ним тарелку. – Когда ты был совсем маленьким, я решила, что мне нужно быть «приличной матерью героя». Отрастила косу почти до пояса. Думала, буду как в сказках.

– И что случилось? – Миджун замер с вилкой в руке.

Юми усмехнулась, бросив взгляд на Алекса.

– А случилось то, что твой старший брат, которому тогда было года три, решил, что мамины волосы — это отличный материал для гнезда. Или для веревки. В общем, однажды днем, пока я задремала на диване, этот маленький гений нашел ножницы для бумаги.

Алекс подавился соком и закашлялся.

– Я этого не помню!

– Зато я помню, – Юми присела на край стола. – Я проснулась от того, что на голове стало как-то подозрительно легко, а вокруг меня на ковре лежали ошметки моих «приличных» волос. Ты обрезал их клочьями, Алекс. Криво, косо и под самый корень в некоторых местах. Я тогда посмотрела в зеркало, поняла, что похожа на ощипанного воробья, и... просто рассмеялась.

– Она пошла в парикмахерскую и велела сбрить всё лишнее, – добавила Суянь, вытирая слезы от смеха. – С тех пор она поняла, что с короткими волосами куда удобнее. И никто не дергает, и в бою не мешают, и, главное, Алекс больше не может использовать их как стройматериал.

– Вы это любите делать, – Юми ласково потрепала Миджуна по голове, – дергать меня за всё, до чего дотянетесь. Так что короткая стрижка — это мой выбор в пользу выживания.

Она начала накрывать на стол, ловко расставляя приборы. В её движениях было столько страсти и жизни, что я в очередной раз поймал себя на мысли: как же мне повезло.

– Так, банда, слушаем приказ! – Юми уперла руки в бока, оглядывая наше семейство. – Сегодня у нас великий день. Мы официально объявляем выходной от спасения мира.

– Ура! – закричала Мина, подпрыгивая на моих руках.

– Мы едем в авиапарк, – объявила Юми. – Я договорилась об экскурсии. Алекс, ты сможешь посмотреть на двигатели. Сухо, Миджун — там есть симуляторы полетов. Мина, для тебя там есть зона с маленькими самолетиками.

– А папа? – спросила Мина, глядя на меня.

– А папа будет работать кошельком и личным телохранителем Королевы, – Юми подмигнула мне. – Джинву, ты ведь не против?

– Разве у меня есть выбор? – я улыбнулся, притягивая её к себе за талию.

– Никакого, – подтвердила она, целуя меня в нос. – Всё, едим быстро, через час выезд!

Завтрак прошел в суматохе. Дети спорили, кто первым сядет в симулятор, Суянь давала советы, как лучше незаметно пронести на борт лишнюю пачку чипсов, а я просто сидел и смотрел на них.

Мои теневые солдаты, спрятанные в углах кухни, казалось, тоже наслаждались моментом. Игрит стоял неподвижно, но я чувствовал его молчаливое одобрение. Бер, как всегда, был готов броситься на любого, кто посмеет нарушить этот покой, но сегодня его единственной задачей было следить, чтобы Мина не пролила сок на ковер.

Когда мы наконец собрались и вышли к машине, Юми обернулась, проверяя, все ли на месте.

– Алекс?

– Тут!

– Близнецы?

– Мы здесь!

– Мина?

– Я с папой!

Юми кивнула, поправила свои серебряные серьги, которые ярко блестели на солнце, и открыла дверцу машины.

– Тогда погнали! Навстречу небу!

Я сел за руль, чувствуя, как внутри меня разливается спокойствие. Мир за пределами нашего дома мог быть опасным и непредсказуемым, но пока у меня была эта женщина с короткими волосами и бунтарским сердцем, пока мои дети смеялись на заднем сиденье — я был самым сильным существом во вселенной. И не из-за магии теней, а из-за того света, который они дарили мне каждый день.

– Джинву, ты чего замер? – Юми толкнула меня в плечо. – Жми на газ, Монарх! Самолеты не ждут!

– Слушаюсь, Королева, – ответил я, и машина плавно тронулась с места, унося нас навстречу новому дню, полному шума, смеха и жизни.