← Назад к обзору

Секретарь

Наследники теней и осколки прошлого

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая аллеи центрального парка Сеула в мягкие золотистые тона. Воздух был пропитан ароматом цветущей вишни и беззаботным смехом гуляющих людей. Я шел по тропинке, чувствуя под ногами твердую землю, и ловил себя на мысли, что эти моменты спокойствия — самое дорогое, что у меня есть.

Прошло пять лет. Пять лет с того дня, как я разорвал помолвку, перевернувшую мою жизнь, и позволил себе быть счастливым рядом с человеком, который видел во мне не Монарха, а мужчину.

За это время мир изменился, но еще сильнее изменились мы. Моя магия, моя сущность Теневого Монарха, оказалась куда более гибкой и интуитивной, чем я мог предположить. Она словно почувствовала мое желание разделить вечность с Алексом. Моя сила подстроилась под него, изменила его метаболизм, сплетая наши нити судьбы так тесно, что время над ним почти потеряло власть. Алекс перестал стареть, сохранив свою ослепительную красоту, лишь взгляд его стал глубже и мудрее.

Но самым невероятным даром стали наши дети. Трое маленьких монархов, в жилах которых течет моя тьма и свет Алекса.

Нашим двойняшкам, Сухо и Юкио, уже исполнилось четыре года. Сухо — моя маленькая копия: спокойный, рассудительный, с теми же серыми глазами, напоминающими грозовое небо. Он часто сидит рядом со мной в кабинете, молча наблюдая за отчетами, и я вижу в нем будущего лидера.

Юкио, или просто Юки, — полная его противоположность. У него черные взъерошенные волосы, небесно-голубые глаза Алекса и та же фарфоровая кожа. Юки — наш маленький бунтарь. Если где-то слышен грохот или смех, значит, Юкио решил проверить на прочность законы физики или терпение моих теней. Каждые пять минут он умудряется вляпаться в историю, и даже Игрис, который присматривает за ним, иногда выглядит... озадаченным. Получить кашей по лицу от Юкио — обычное утро в нашем доме.

Сегодня двойняшки были в садике, а Алекс, наконец-то, отправился отдыхать. Моя мама и сестра Джин А практически насильно утащили его в спа-салон. «Растить троих детей монархов — это не в подземелья ходить, Джин Ву», — заявила мама, и я не посмел спорить. Алекс действительно заслужил этот отдых.

Я посмотрел на сверток у себя на руках. Наша младшая, Миджун. Ей всего два года, и она — настоящее чудо. Она родилась удивительной: один глаз у нее серый, как у меня, а другой — пронзительно-голубой, как у папы.

– Па-па, – Миджун потянула меня за прядь волос, заставляя улыбнуться. – Пти-ца!

– Да, маленькая принцесса, это птица, – я прижал её к себе поближе, чувствуя её тепло и тихий отголосок маны, спящей внутри неё.

Я шел по аллее, наслаждаясь тишиной, когда тени у моих ног внезапно напряглись. Это не была угроза, скорее... предчувствие чего-то давно забытого. Я поднял голову и увидел женщину, идущую мне навстречу.

Она выглядела усталой. На ней была простая, недорогая одежда, волосы убраны в небрежный пучок. В её походке больше не было той горделивой уверенности, той стальной грации, которая когда-то заставляла мужчин оборачиваться. Ча Хэ Ин.

Она остановилась в нескольких шагах от меня, и её глаза расширились от шока. Она смотрела на меня, на ребенка на моих руках, и в её взгляде смешались неверие, горечь и что-то похожее на осознание краха.

– Джин Ву? – голос её прозвучал хрипло, лишенный прежней звонкости.

– Хэ Ин, – я кивнул, оставаясь спокойным.

Пять лет назад, после нашего разрыва, её жизнь покатилась под откос. Ассоциация лишила её лицензии из-за полной потери формы и профнепригодности. Без статуса S-ранга, без контрактов и вспышек камер она быстро стала «никем» в мире, где ценится только сила и имидж.

– Это... твой ребенок? – она сделала неуверенный шаг вперед, не сводя глаз с Миджун.

– Моя дочь, – ответил я, чувствуя, как Миджун любопытно разглядывает незнакомку своими разноцветными глазами.

Хэ Ин горько усмехнулась, прикрыв рот рукой.

– Значит, ты всё-таки сделал это. Создал семью, о которой мечтал. А я... я ведь говорила тебе тогда, в кабинете, помнишь? Я кричала, что ты останешься один на своем пустом троне. Что никто не сможет вынести твоей тьмы.

– Ты ошибалась, Хэ Ин, – я поправил одеяльце Миджун. – Тень не означает одиночество. Она лишь подчеркивает свет того, кто стоит рядом.

– И этот «свет» — твой секретарь? – в её голосе промелькнула тень прежней язвительности, но она тут же угасла. – Я видела новости о вашей свадьбе три года назад. Весь мир гудел. Я не верила, что это надолго. Думала, это просто каприз, месть мне...

– Это не было местью, – я посмотрел ей прямо в глаза, и она невольно отступила под тяжестью моего взгляда. – Это был выбор. Алекс подарил мне то, что ты даже не пыталась понять. Он увидел во мне человека, когда ты видела только трофей.

Хэ Ин опустила голову. Её плечи мелко дрожали.

– Я всё потеряла, Джин Ву. Статус, деньги, признание. Я пыталась вернуться, тренироваться, но... меч больше не слушается меня. Ты был прав — я забыла, каково это, быть охотником. Я жила картинкой.

– Мне жаль, что так вышло, – и я не лгал. Мне действительно было жаль ту девушку-охотника, которой она когда-то была. – Но каждый сам выбирает свой путь.

Миджун внезапно захныкала, требуя внимания, и я инстинктивно начал покачивать её, шепча что-то успокаивающее. Хэ Ин смотрела на эту сцену с выражением невыносимой боли.

– Ты выглядишь... счастливым, – прошептала она. – По-настоящему счастливым. Монарх, который качает ребенка в парке... Если бы мне сказали об этом пять лет назад, я бы рассмеялась в лицо.

– Счастье не в троне, Хэ Ин. Оно в тех, кто ждет тебя дома.

– Па-па, домой! – Миджун ткнула пальчиком в сторону выхода из парка. – Папа Алекс!

При упоминании имени Алекса мои губы сами собой растянулись в улыбке. Я почувствовал через связь, что он уже закончил свои процедуры и ждет нас на парковке.

– Нам пора, – сказал я, кивнув Хэ Ин на прощание. – Прощай, Хэ Ин. Надеюсь, ты найдешь свой путь.

Я прошел мимо неё, не оглядываясь. Я чувствовал её взгляд спиной — взгляд человека, который осознал, что променял золото на дешевую мишуру. Но это больше не имело значения.

У выхода из парка стоял наш семейный внедорожник. Около него, прислонившись к дверце, стоял Алекс. На нем были простые джинсы и футболка, волосы всё так же взъерошены, а на лице сияла та самая улыбка, которая пять лет назад спасла меня от самого себя.

– Ну как прогулка, босс? – Алекс подошел и забрал у меня Миджун, осыпая её лицо поцелуями, отчего малышка заливисто рассмеялась. – Не сильно она тебя утомила?

– Нисколько, – я обнял его за талию, притягивая к себе. – Встретил старую знакомую.

Алекс на мгновение замер, внимательно вглядываясь в мое лицо.

– Хэ Ин?

– Да.

– И как ты? – в его голосе не было ревности, только искренняя забота.

– Понял, что она была права лишь в одном, – я поцеловал его в висок, вдыхая родной запах. – Я действительно на троне. Но этот трон — наша семья. И на нем нас пятеро.

Алекс прижался ко мне, и в этот момент я почувствовал, как Сухо и Юкио, которые только что выбежали из подъехавшего школьного автобуса, с криками «Папы!» бросились к нам.

Юкио с разбега врезался в мои ноги, едва не сбив с ног, а Сухо важно подошел и взял меня за руку.

– Папа, Юкио опять пытался вызвать тень из мусорного бака в садике, – доложил Сухо, серьезно глядя на меня серыми глазами.

– Это был эксперимент! – выкрикнул Юкио, сверкая голубыми глазами. – Я хотел, чтобы она донесла мой рюкзак!

Алекс рассмеялся, качая Миджун на руках.

– Весь в тебя, Джин Ву. Такой же ленивый, когда дело касается рутины.

– Эй! – я притворно возмутился, подхватывая Юкио и закидывая его на плечо. – Я никогда не использовал тени для рюкзаков! Только для продуктов.

Мы загрузились в машину, наполняя её шумом, спорами и смехом. Я сидел за рулем, глядя в зеркало заднего вида на свою семью, и чувствовал, как внутри меня разливается абсолютная, непоколебимая сила.

Я — Сон Джин Ву. Теневой Монарх. Повелитель мертвых и защитник живых. Но прежде всего — я муж и отец. И это — самая важная битва, которую я выиграл в своей жизни.

Машина тронулась с места, увозя нас домой, в наш мир, где нет места холодному блеску обложек, а есть только тепло родных рук и бесконечный свет, рожденный в самом сердце тени.