← Назад к обзору

Семья

Печать на сердце и шёпот утренних теней

Свет раннего солнца лениво пробивался сквозь щели между тяжелыми шторами, расчерчивая нашу спальню золотистыми полосами. В воздухе всё ещё витал густой, почти осязаемый аромат нашей ночи: терпкий табак, сладость переспелого персика и пряная корица, смешанные с едва уловимым металлическим привкусом моей собственной магии.

Я открыл глаза и несколько секунд просто лежал, слушая мерное, глубокое дыхание Алекса. Моё тело ощущалось непривычно тяжёлым, но эта тяжесть была приятной, наполненной истомой и полным удовлетворением. Каждая клеточка омежьего нутра буквально пела от того, что мой альфа наконец-то рядом, что он заполнил собой ту пустоту, которая выжигала меня изнутри целую неделю.

Я осторожно приподнялся на локтях, стараясь не разбудить мужа. Алекс спал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и одеяло сползло до самой поясницы, обнажая широкую спину. Я невольно залюбовался. Его фарфоровая кожа теперь была украшена моими отметинами. Длинные, ещё багровые полосы от моих ногтей тянулись от лопаток к пояснице — свидетельство того, как сильно я цеплялся за него в моменты пика. На плечах и шее темнели глубокие засосы и следы зубов. Я метил его, заявлял свои права так яростно, словно боялся, что он снова исчезнет.

Моё тело выглядело не лучше. На моих ключицах и бедрах красовались отпечатки его сильных пальцев, а на шее, прямо над железой, пылал свежий укус. Алекс не сдерживался, и мне это было необходимо. Ему не нужны были магические ранги, чтобы доминировать над Теневым Монархом; его воли и страсти хватало, чтобы заставить меня дрожать и подчиняться.

– Спи, мой инженер, – прошептал я едва слышно, коснувшись губами его плеча.

Алекс лишь что-то невнятно пробормотал во сне и потянулся, на мгновение напрягая литые мышцы спины, но так и не проснулся. Изнурительная командировка и наша бурная ночь забрали все его силы.

Я бесшумно поднялся с кровати. Мои тени, обычно копошащиеся в углах, сейчас замерли, почтительно склонив невидимые головы. Даже Игрит и Бер, казалось, понимали святость этого момента и не смели нарушать покой своего господина.

Зайдя в душ, я позволил прохладной воде стекать по телу. Вода смывала пот и остатки смазки, но она не могла смыть ощущение его рук на моей коже. Я закрыл глаза, прислонившись лбом к кафелю. В голове всё ещё звучал его хриплый голос, когда он шептал, что никогда больше не оставит нас так надолго.

Выйдя из ванной, я оделся в простую домашнюю одежду: мягкие штаны и просторную футболку, которая всё ещё немного пахла Алексом. Я уже собирался направить стопы в сторону кухни, чтобы приготовить завтрак, как вдруг замер.

Из коридора донесся дробный, торопливый топот маленьких ножек.

– Папа! Папа Алекс! – Раздался звонкий, нетерпеливый голосок.

Юки. Мой маленький доминантный щенок проснулся.

Я едва успел выйти из спальни и прикрыть за собой дверь, как в меня врезался маленький живой снаряд. Юки, одетый в пижаму с изображением маленьких дракончиков, вцепился в мои колени, задрав голову. Его небесно-голубые глаза, точная копия глаз Алекса, светились отчаянной надеждой и восторгом.

– Папа Джин! Где папа Алекс? Он приехал? Я слышал, как шумела дверь ночью! – Малыш подпрыгивал на месте, не в силах сдержать энергию.

Я присел на корточки, подхватывая сына на руки. Он уже был довольно тяжелым для своего возраста — гены доминантного альфы давали о себе знать. Юки пах свежестью, детским присыпкой и той самой едва уловимой корицей, которая всегда выдавала в нём сына своего отца.

– Ш-ш-ш, маленький охотник, – я прижал палец к губам и чмокнул его в пухлую щеку. – Папа спит. Он очень долго добирался до нас и очень устал. Давай дадим ему еще немного отдохнуть?

Юки мгновенно притих, его личико нахмурилось в серьезной думе, точь-в-точь как у Алекса, когда тот изучал сложные чертежи.

– Он устал, потому что строил большие машины? – прошептал сын, обнимая меня за шею.

– Да, малыш. И потому что очень спешил к тебе.

– Я очень скучал, – Юки шмыгнул носом и уткнулся мне в плечо. – Мне снилось, что он привез мне настоящий гаечный ключ. Как у него.

Я невольно улыбнулся. Пока другие дети мечтали о мечах или суперспособностях, мой сын, наследник силы теней, мечтал о гаечном ключе, чтобы быть похожим на своего «обычного» отца-инженера. В этом была вся суть нашей семьи.

– Пойдем на кухню, – я понес его в сторону столовой. – Мы приготовим самый вкусный завтрак, и когда папа проснется, мы его удивим. Согласен?

Юки активно закивал, его печаль мгновенно сменилась энтузиазмом.

На кухне воцарилась уютная суета. Я поставил сына на высокий стул, и он с важным видом принялся «помогать» мне: подавал салфетки и следил за тем, чтобы я не положил слишком мало ягод в блинчики.

– Папа Джин, а почему у тебя на шее пятнышко? – вдруг спросил Юки, указывая пальчиком на мой воротник. – Тебя укусил комар? Большой-большой?

Я на мгновение замер с половником в руке, чувствуя, как щеки обдает жаром. Как объяснить двухлетнему ребенку особенности меток доминантных альф?

– Э-э... да, Юки. Очень большой и очень вредный комар, – я постарался придать голосу максимально нейтральный тон. – Но не волнуйся, это совсем не больно.

– Когда я вырасту, я прогоню всех комаров! – гордо заявил мой маленький альфа, выпятив грудь. – Чтобы они не кусали моего папу.

– Я уверен, что ты будешь самым лучшим защитником, – я улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается тепло.

В этот момент я почувствовал изменение в ауре дома. Тени в углах кухни радостно затрепетали, а воздух наполнился густым, свежим ароматом табака и персика. Я обернулся.

В дверном проеме стоял Алекс. Он был в одних домашних штанах, босой, с копной совершенно растрепанных черных волос. Вид у него был заспанный, но невероятно домашний и родной. Его взгляд, сначала скользнувший по мне с нескрываемым обожанием, тут же переключился на сына.

– Папа! – Юки буквально скатился со стула, едва не перевернув тарелку с ягодами, и припустил к отцу.

Алекс в два шага преодолел расстояние и подхватил сына, подбрасывая его в воздух под восторженный визг малыша.

– Привет, мой маленький механик! – Голос Алекса был хриплым после сна, но в нем звучала такая безграничная любовь, что у меня перехватило дыхание. – Ты как, не обижал тут папу Джинву, пока меня не было?

– Нет! Я защищал его от больших комаров! – Юки крепко обхватил отца за шею, зарываясь лицом в его плечо. – Папа, не уезжай больше. Никогда-никогда. В доме было грустно.

Алекс замер, прижимая сына к себе, и я увидел, как в его голубых глазах блеснула влага. Он посмотрел на меня поверх головы Юки, и в этом взгляде было всё: извинение, обещание и бесконечная преданность.

– Больше не уеду так надолго, обещаю, – тихо сказал он, подходя ко мне.

Он обнял меня свободной рукой, притягивая к своему горячему боку. Теперь мы были втроем — одно целое, защищенное стенами нашего дома от всего остального мира.

– Пахнет блинчиками, – заметил Алекс, вдыхая аромат моих волос. – И самым лучшим омегой в мире.

– Садись за стол, – я легонько подтолкнул его к стулу. – Юки очень старался, помогал мне.

– Я видел, – Алекс усмехнулся, заметив пятно от черничного сока на щеке сына. – Настоящий профессионал.

Завтрак прошел в атмосфере хаоса и счастья. Юки наперебой рассказывал отцу о том, что произошло за неделю: о новом конструкторе, о том, как Бер пытался играть с ним в прятки (и, конечно, проигрывал, потому что тень не может спрятаться от взгляда маленького альфы), и о том, как он ждал папу каждый вечер у окна.

Алекс слушал с неподдельным интересом, иногда смеясь своим низким, бархатистым смехом, от которого у меня по коже бежали мурашки. Я наблюдал за ними, потягивая кофе, и думал о том, как странно устроена жизнь. Я — Теневой Монарх, существо, способное уничтожить легионы врагов, человек, прошедший через ад и вернувшийся обратно. У моих ног лежат тени величайших воинов. Но истинную силу я чувствую только здесь, глядя на то, как мой муж-инженер вытирает салфеткой липкие пальцы нашего сына.

– Джин, ты о чем задумался? – Алекс накрыл мою ладонь своей. Его кожа была горячей, а хватка — уверенной.

– О том, что мне очень повезло, – честно ответил я, переплетая наши пальцы.

– Это мне повезло, – он поднес мою руку к губам и нежно поцеловал костяшки пальцев. – Вернуться в дом, где меня ждут два самых дорогих существа во Вселенной... это больше, чем я когда-либо заслуживал.

– Папа, а ты привез мне ключ? – Юки, доев свой блинчик, требовательно уставился на отца.

Алекс заговорщицки подмигнул мне.

– Ключ? Хм, дай-ка подумать... Кажется, в моей сумке завалялся настоящий, блестящий гаечный ключ на двенадцать. И набор маленьких отверток. Для будущего главного инженера компании.

Глаза Юки расширились до размеров блюдец.

– Настоящий?!

– Самый настоящий. Пойдем проверять?

Юки сорвался с места и побежал в прихожую, где стояла дорожная сумка Алекса. Муж поднялся, собираясь последовать за ним, но на секунду задержался возле меня.

– Ты как? – спросил он тихо, заглядывая мне в глаза. – После вчерашнего... я, кажется, немного потерял контроль.

Я потянулся к нему и поправил воротник его футболки, скрывая следы своих зубов, хотя знал, что он ими гордится.

– Всё идеально, Алекс. Мне нужно было именно это. Чувствовать, что ты здесь, что ты реален.

Он прижал меня к себе, на мгновение утыкаясь носом в мою шею, вдыхая мой запах.

– Я люблю тебя, Джинву. Больше жизни.

– Я знаю. И я тебя, мой альфа.

– Папа! Я нашел! – Крик Юки из коридора заставил нас отстраниться друг от друга.

Алекс рассмеялся и пошел к сыну, а я остался на кухне, глядя им вслед. Впереди был целый день, полный обычных семейных дел, смеха и тишины, которая больше не была пустой.

Я взмахнул рукой, и тени послушно начали собирать грязную посуду со стола.

– Игрит, проследи, чтобы Юки не открутил что-нибудь важное в гостиной этим ключом, – скомандовал я мысленно.

Тень рыцаря коротко поклонилась и скользнула в коридор.

Сегодня я не был Монархом. Сегодня я был просто омегой, чье сердце наконец-то вернулось на место. И в этом была моя самая великая победа.

Вечер обещал быть долгим и спокойным. Мы планировали заказать пиццу, посмотреть какой-нибудь мультфильм, а потом, когда Юки уснет, у нас снова будет время только друг для друга. Я посмотрел на свои руки — на них всё ещё виднелись легкие покраснения от его хватки.

Жизнь была прекрасна. С её ароматом табака, персика и бесконечной любви, которая была сильнее любой магии в этом мире.

Я вышел в гостиную, где Алекс уже сидел на ковре рядом с Юки, показывая ему, как правильно держать инструмент. Солнечный свет заливал комнату, и в этот момент я понял: ради таких мгновений стоило пройти через любую тьму. Потому что в конце всегда ждет свет — свет небесно-голубых глаз и тепло рук того, кто называет тебя своим.